Часть 11
10 ноября 2023 г., 04:45
Злобный ученик вздрогнул от испуга и отскочил на несколько шагов.
— Шиди, ты, наверное, слишком устал, — сказал его дружелюбный сосед, отложив кисть. — Отдохни, я найду кого-нибудь, кто тебя заменит.
Но тот только уставился на Жун Бая, будто не мог отвести взгляд, и чем дольше он смотрел, тем холоднее ему становилось. Он пришел в себя лишь когда старший помахал рукой у него перед глазами, на миг растерянно замер, а потом испуганно рванул прочь.
Старший ученик повернулся к Сун Цы и с улыбкой попросил:
— Мой шиди не отличается терпением. Пожалуйста, простите, если он обидел вас.
Только тогда Сун Цы понял, что перед ним тот самый скромный парень, которого он встретил в Лею. Проклятье, вот же не повезло ему! Вначале у него был порывистый и жесткий шисюн, а теперь достался шиди с собачьим характером. Вот уж правда, бедняге не знать покоя в этом ордене!
Жун Бай незаметно убрал руку со стола и натянул на лицо сладкую улыбку.
— Все в порядке.
— Проходите сюда, я запишу вас, — махнул им рукой дружелюбный ученик.
Вэнь Чанчу прошел через все это немного раньше и теперь любовался сценой со стороны.
— Наш орден включает три школы: Пинлуань, школа подавления зла, Шоуань, школа поддержания мира и Цзинсы, школа чистого созерцания. К какой из них вы хотите присоединиться?
— Пинлуань, выбирайте Пинлуань, — крикнул сбоку Вэнь Чанчу.
Может Жун Бай решил заранее, а может просто согласился с Вэнь Чанчу, но он ответил:
— Я выбираю Пинлуань.
— А вы? — спросил ученик у Сун Цы.
Сун Цы, конечно же, пошел за Жун Баем и тоже назвал Пинлуань. Ученик сделал короткую запись, встал и позвал кого-то позади.
— Пожалуйста, займи мое место. Я отведу этих троих и вернусь через минуту.
— Младший шишу, прошу вас, не торопитесь, — ещё один ученик почтительно поклонился.
— Следуйте за мной, — дружелюбный шишу поманил Сун Цы и остальных.
Они прошли сквозь ворота и оказалась перед бескрайней равниной, поросшей низкой шелестящей на ветру травой Впереди возвышался огромный дворец. К нему вели три лестницы из белого камня, по бокам от которых поднимались колонны, ещё большие, чем те, что были у ворот.
Лестницы заканчивались у широкой двери из белого камня, с проемом, украшенным яркой голубой резьбой. Над дверью висела величественная и торжественная надпись: «Орден бессмертных Мо Яо».
Сун Цы подумал, что этот великолепный дворец мог бы соперничать с императорским, и пожалуй, выглядел даже ещё более неземным.
— Меня зовут Чжу Ишу, — представился дружелюбный ученик. — Вы можете называть меня наставник Чжу, потому что следующий месяц я буду учить вас нескольким простым заклинаниям, которые помогут справиться с испытаниями второго месяца. Пойдемте.
— Наставник Чжу, — с готовностью откликнулся Вэнь Чанчу. Он подошел к Чжу Ишу на пару шагов и радостно улыбнулся. — Мы должны пройти испытания перед тем как нас разделят по разным школам?
— Да. Вы должны пройти испытание, чтобы стать учениками Мо Яо. Тогда вам дадут новые имена и форменные одежды, и, если вы покажете выдающиеся способности, почтенные старейшины могут принять вас как личных учеников, чтобы передать свои знания, — ответил Чжу Ишу.
— Сколько здесь старейшин? — вдруг спросил Жун Бай.
Удивленный неожиданным вопросом, Чжу Ишу повернулся к Жун Баю, но встретив безобидную улыбку, решил не придавать этому большого значения.
— Двое, — объяснил он, — Старейшина Цинъи — старший брат главы нашего ордена. Но он редко появляется на людях, и сейчас, наверное, совершенствуется в уединении. Вероятно, вы его не увидите. И старейшина Цинъюань — младшая сестра главы ордена. Обычно она занимается всеми делами ордена. Если вы пройдете испытание, то непременно увидите её.
— А глава ордена? — спросил Вэнь Чанчу.
— Глава ордена путешествует. Сомневаюсь, что он вернется в ближайшее время, — Чжу Ишу улыбнулся и погладил Вэнь Чанчу по голове. — Если хотите увидеть главу ордена, постарайтесь пройти испытание.
— Эмм... — Сун Цы молчал все это время, но тут не смог сдержаться.
Чжу Ишу ответил на вопросы Жун Бая и Вэнь Чанчу и теперь смотрел на Сун Цы.
— О чем вы хотели спросить?
— А нас же будут кормить? — спросил он.
Вэнь Чанчу посмотрел на него, как на идиота: что за дурацкий вопрос? Даже Чжу Ишу на мгновение растерялся, но все же кивнул:
— Да, пока вы здесь, вам не нужно беспокоиться о еде и жилье.
— Хорошо, — с облегчением вздохнул Сун Цы. У него не было особых запросов, пока не нужно было думать о еде и крыше над головой.
Жун Бай вдруг поднял глаза к небу, словно растерянно следил за чем-то невидимым у восточного края горизонта. В его зрачках отразилось лазурное небо. Он выглядел ещё подростком, но от его красоты у Сун Цы перехватило дыхание.
Сун Цы смотрел на его обращенное к небу лицо.
Над их головами раскинулась голубая бесконечность и утреннее солнце, с которого Жун Бай не сводил взгляда, но и они не могли сравниться безметежностью с его глазами.
Сун Цы быстро отвернулся, а потом ещё раз украдкой посмотрел на Жун Бая и подумал, что даже в совсем юном теле, Жун Бай почему-то выглядит так, будто прожил слишком долго.
Тем временем, Вэнь Чанчу приставал к Чжу Ишу с вопросами, а Чжу Ишу терпеливо отвечал. Один из ответов Сун Цы запомнил: что после того как они прошли ворота, будет ещё одна проверка.
Первая проверка у ворот нужна была, чтобы отобрать слишком взрослых. Вторая ждала за воротами, где претенденты должны были прикоснуться к камню измерения духовной силы. Если камень начинал светиться, значит у них были духовные корни и они могли научиться применять печати. Если нет, значит, таланта у них не было, и им оставалось только уйти. Чем сильнее были врожденные способности, тем ярче сиял духовный камень.
Сун Цы решил, что нет смысла волноваться об этом, если, конечно, у них там не зеркало истинного облика оборотней.
Огромная дверь открывалась только во время важных событий. Говорили, что в последний раз её распахнули, когда на орден напали демоны. Так что они четверо вошли в знаменитый орден Мо Яо через неприметную дверку сбоку.
Чжу Ишу провел их в безымянный зал, где мальчики и девочки собрались в добрый десяток очередей к духовным камням. Провалившие испытания горько плакали, пока их не выводили ученики Мо Яо.
Увидев Чжу Ишу, ученики, охранявшие вход, поспешно склонили головы в приветствии: — Младший наставник.
— Наставник Чжу, почему они все называют тебя наставником? — спросил Вэнь Чанчу из любопытства.
— Ворота охраняют ученики Пинлуань, так что они должны так обращаться ко мне, — мягко ответил Чжу Ишу. — Давайте войдем.
В зале было совсем не так шумно, как можно было ожидать. Никто не прыгал от радости, не кричал и не выл от боли. Тишину нарушали только звуки имен.
На возвышении в передней части зала сидел, закрыв глаза, человек лет тридцати.
Внизу несколько учеников Мо Яо с книгами и кистями в руках стояли рядом с духовными камнями. Если духовный камень загорался в руках у претендента, ученики спрашивали его имя, а если нет — жестом приказывали уйти.
Чжу Ишу подошел к мужчине и склонил голову в знак почтения.
— Этот ученик приветствует учителя.
Мужчина дернулся и открыл глаза. Удивительно, но хотя он выглядел некрасивым, у него были прекрасные глаза, сверкающие от улыбки.
— Где ты так суетился с утра пораньше?
— Этот ученик пошел к вратам, чтобы помочь младшим с приемом претендентов. А теперь у него появилось немного свободного времени, — ответил Чжу Ишу.
Сун Цы посмотрел на него с симпатией. Такой теплый и сердечный человек, не проявляющий ни к кому ни грубости ни подхалимства, очень естественный.
— Ты пришел как раз вовремя. Займи ненадолго мое место. Я тут все утро и ужасно отсидел зад, — мужчина встал и покрутил поясницей. — А я пока осмотрюсь.
Чжу Ишу согласился и, проводив его взглядом, не стал садиться, только успокаивающе посмотрел на встревоженных людей внизу.
Вэнь Чанчу толкнул Сун Цы под руку и прошептал:
— Знаешь, кто только что ушел?
— Откуда мне знать?
— Его зовут Дай Яньсин, известный как Лиянь Чжэньжэнь. Он учитель в Пинлуань. Говорят, он истреблял демонов и всего на ступень не достиг бессмертия, но почему-то пожелал остаться в Мо Яо.
— Он так силен? — Сун Цы, сам того не понимая, начал сравнивать его с Жун Баем.
Впрочем, Жун Бай не обращал внимания на то, что происходило вокруг, и кажется, даже не заметил взгляды, который украдкой бросал на него Сун Цы. Казалось, он о чем-то задумался и медленно двигался вместе с очередью, пока не оказался перед духовным камнем.
Он небрежно положил на него руку, и пыльный серый камень загорелся белым лунным светом, не слабым, но и не слишком ярким.
Чжу Ишу тепло улыбнулся.
— Приличный уровень способностей.
Жун Бай, должно быть, намеренно подавил свою истинную силу, чтобы камень сиял вот так. Он отошел в сторону, назвав свое имя.
Сун Цы шагнул вперед и глубоко вздохнул, но не успел положить руку на камень.
Кто-то вошел в комнату и крикнул:
— Шисюн! Вот ты где! — голос звучал знакомо. Это был тот самый парень, который раньше мешал Жун Баю у столпов. Шиди Чжу Ишу.
По дороге Вэнь Чанчу рассказал Сун Цы, что этого парня зовут Чан Цимин, он племянник учителя Цзинсы и всегда ведет себя так высокомерно.
Чан Цимин сразу заметил Сун Цы и подошел к Чжу Ишу с угрожающей усмешкой.
— Что я могу сделать для Цимин-шиди? — спросил Чжу Ишу.
— Ничего. Мне просто стало скучно, и я решил посмотреть, что делает мой шисюн, — небрежно ответил Чан Цимин, и ловко уселся рядом, а потом показал рукой на Сун Цы.
— Продолжай.
«Этот парень наверняка что-то задумал», — решил про себя Сун Цы.
Он посмотрел на Жун Бая, собрался с духом и положил руку на камень. Пыльный серый камень медленно осветился туманным белым сиянием. С каждым мигом сияние становилось все ярче, пока камень не стал похож на сверкающую жемчужину.
Сун Цы быстро убрал руку и посмотрел наверх. Чан Цимин мрачно пялился на него с вытянувшимся лицом.
— Неужели паршивый камень сломался? — пробурчал он.
— Шиди, пожалуйста, не шути так. Как камень измерения духовной силы может сломаться? — ласково спросил Чжу Ишу. — Сун Цы, у тебя отличные способности. Старайся изо всех сил эти два месяца.
Сун Цы кивнул и послушно отступил в сторону.
— Этот Чан Цимин явно что-то задумал, — прошептал на ухо Вэнь Чанчу. — Может, тайком сломал его?
Нельзя сказать наверняка, услышал ли Чан Цимин, но он с ненавистью посмотрел на Вэнь Чанчу и, взмахнув рукавами, ушел.
Когда Вэнь Чанчу тоже прошел испытание, Чжу Ишу указал им троим на дверь в дальней части зала.
— Идите туда. Кто-нибудь отведет вас в ваши комнаты.
— Наставник Чжу, когда мы снова увидимся? — спросил Вэнь Чанчу, наклонив голову и обворожительно сверкая глазами.
Чжу Ишу не удержался и погладил его по голове.
— Завтра утром.
— Тогда до завтра, наставник Чжу, — он коснулся руки Чжу Ишу, мило улыбаясь.
«Маска. Это всего лишь маска, — мысленно ворчал Сун Цы. — Волчонок Вэнь Чанчу наверняка что-то прячет в рукаве».
Ещё какой-то ученик вывел их из зала и повел переодеваться. По пути он рассказывал о правилах Мо Яо. Сун Цы внимательно слушал, но потом вдруг заметил, что Жун Бай, только что стоявший рядом, повернулся и тихо пошел прочь.
Сун Цы собрался было пойти за ним, но Вэнь Чанчу схватил его за запястье и с серьезным выражение почти незаметно покачал головой.
Одетый в белоснежную мантию, Жун Бай шел под золотыми лучами солнца, окутывающими его точеные черты лица золотой вуалью. Чернильно-черные глаза скользнули по верхушкам деревьев вдалеке и остановились на одетом в синее человеке.
— Нашел тебя, — он улыбнулся, немного прищурив глаза.
Чан Цимин услышал голос за спиной и вздрогнул от неожиданности. Он повернулся, собираясь выругаться, но увидел юношу, словно вылепленного из белоснежного фарфора.
Немного подумав, он узнал того, с кем поссорился утром. Оглядевшись, Чан Цимин увидел, что вокруг никого больше нет, и с усмешкой пошел навстречу.
— Что? Пришел сюда один, нарываешься на драку?
Жун Бай улыбнулся ещё шире.
— Я восхищен твоим мужеством.
Чан Цимин разозлился. Синий свет вспыхнул на его ладони.
— Сегодня я преподам тебе урок! — завыл он.
Ученикам Мо Яо запрещено было устраивать драки, но Чан Цимин был родственником главы школы, и никто не сказал бы ему ни слова, пока все остаются живы. В худшем случае, его просто посадили бы под домашний арест.
И всем уж точно плевать на того, кого ещё даже не приняли в орден.
Чан Цимин решил, что отрежет этому парню руку или ногу, перед тем как заставит встать на колени и молить о пощаде, — калеку точно не возьмут в орден — но не успел даже вытащить меч из ножен.
Поднялся легкий ветерок. Почему-то он был таким холодным, пробирающим до костей, что Чан Цимин вздрогнул. Вот только холод в глазах все так же улыбающегося фарфорового юноши оказался ещё страшнее.
Жун Бай слегка приподнял правую руку. Легкий белый свет сверкал на кончике его указательного пальца. Ветер вокруг него закручивал кончики его волос в маленькие завитки.
Он выглядел спокойным и мягким, но от давящей силы Чан Цимин задохнулся. От страха ему хотелось бежать, но он не мог пошевельнуться.
Чан Цимин понял, что этот фарфоровый юноша не простой смертный, пытающийся присоединиться к Мо Яо для совершенствования.
Жун Бай поднял кончик пальца, и в его глазах мелькнуло желание убить. Он как раз собирался сделать свой ход, когда кто-то вдруг схватил его за руку.
Чьи-то пальцы переплелись с пальцами Жун Бая и погасили готовую пролиться смерть.
