Часть 28
10 ноября 2023 г., 04:49
На нем был черный плащ, отороченный пушистым черным мехом, алая нефритовая корона и сапоги из серебристой парчи. Он зло улыбался и смотрел снисходительно, как император смотрит на толпу подданных, или даже как небожитель.
— Вэнь Чанчу! — обрадовался Сун Цы и шагнул ему навстречу.
Вероятно, это и был настоящий облик Вэнь Чанчу. Он улыбнулся, приподнимая уголки губ, и из-под них стали видны волчьи клыки. — Мы же только что виделись. Что с тобой произошло?
— Да как ты смеешь заговаривать об этом! — недовольно надулся Сун Цы. — После того как позволил непонятно кому забрать меня прямо у тебя из-под носа!
Он больше не чувствовал боли от раны на шее, но не мог залечить её так быстро, и честно говоря, она выглядела очень неприятно. Вэнь Чанчу нахмурился, глядя на Цинъюань, и щелкнул языком.
— Она совсем не сдерживалась. Пора бы уже прикончить эту женщину.
Сун Цы согласно кивнул.
— Вэнь Чанчу, какое тебе дело до всего этого? Не вмешивайся, — лис-оборотень, похоже знал Вэнь Чанчу. Он скривился, увидев его на голове у чудовища.
— Цинцю Шэн*, разве ты пришел не за осколком демонической печати? Я тоже, так почему бы мне не вмешиваться? — Вэнь Чанчу посмотрел на него с презрением, спрыгнул с тела чудовища, подошел к Сун Цы и махнул головой в сторону Цинъюань. — К тому же, тут эта женщина. Мне противно даже просто смотреть на неё. Я убью её. Есть возражения?
— Я не стану мешать тебе убивать тех, кого ты хочешь. Но мне нужен осколок, — ответил Цинцю Шэн. — Наши цели вполне совместимы. Ты хочешь, чтобы осколок укрепил трон твоего отца, а я хочу, чтобы он сверг Повелителя Оборотней. Мы можем объединиться, нет нужды убивать друг друга.
— Разве ты можешь что-то предлагать мне? — отказался Вэнь Чанчу. — Может тебе и хватит наглости сразиться с Повелителем Оборотней, но зачем мне искать смерти вместе с тобой?
— Эй, ты ведь сын Повелителя Демонов, — усмехнулся Цинцю Шэн, — неужели у тебя дерьмо вместо хребта?
Сун Цы с удивлением посмотрел на Вэнь Чанчу и вспомнил, как тот превратился в волчонка под ногой Жун Бая. Кто бы мог подумать, что это был настоящий демон и, к тому же, сын Повелителя Демонов?
Вот уж правду говорят, не суди о книге по обложке!
— За своим дерьмом следи, — отмахнулся Вэнь Чанчу и поднял правую руку. Густой темно-фиолетовый туман полился из его ладони и сложился в клинок длинной в половину человеческого роста, изогнутый, как новорожденный месяц. Вэнь Чанчу сжал рукоять и, не оборачиваясь, крикнул Сун Цы: — Иди и найди своего мастера Жуна.
У Сун Цы потеплело на сердце. Он хотел показать Вэнь Чанчу большой палец, но на это не было времени, так что ему пришлось просто побежать прочь с фонарем в руках.
Цинцю Шэн посмотрел на Цинъюань.
— Останови его.
Цинъюань кивнула в ответ и погналась за Сун Цы. Ее цигун* был хорош, так что она почти без усилий сократила расстояние между ними, но Сун Цы тоже отлично умел убегать. Чем ближе становилась Цинъюань, тем быстрее он бежал.
Как раз когда Циньюань должна была протянуть руку и схватить Сун Цы за воротник, перед ней возник Вэнь Чанчу. Его клинок форме полумесяца опустился к её руке.
Цинъюань поспешно отдернула руку и отпрыгнула на несколько шагов. Изогнутое лезвие наполовину вошло в землю от силы удара.
Вэнь Чанчу вытащил клинок и наотмашь ударил Циньюань по лицу рукояткой. Она не успела увернуться, покатилась по траве. Боль была такой, будто ей сломали челюсть.
Она перевернулась и уже собиралась встать, но Вэнь Чанчу прижал лезвие к ее шее. Острый холодный клинок почти касался белой кожи и грозил перерезать горло при малейшем движении.
Вэнь Чанчу возвышался над ней, смотрел на нее с презрением.
— Где ты спрятала Чжу Ишу?
Цинъюань явно испугалась, но смогла заставить себя успокоиться.
— Я заперла его, потому что не хотела, чтобы он пострадал...
— Меньше дерьма! — у Вэнь Чанчу кончилось терпение. — Я спрашиваю, где ты его спрятала, а не почему! Говори!
Лезвие дрогнуло, и по её шее потекла красная струйка крови.
— В подземелье на дальней стороне горы, — быстро ответила Цинъюань.
Вэнь Чанчу усмехнулся уголками губ.
— А теперь я рассчитаюсь с тобой за то, что ты меня выпорола.
— Стой! — Дай Яньсин поспешил к ним. Кончик его меча остановил клинок Вэнь Чанчу. — Не убивай ее!
— Она вступила в сговор с оборотнями, чтобы уничтожить Мо Яо. Так почему ты тут тратишь время на то, чтобы притворяться Бодхисаттвой, а не защищаешь детей? — удивился Вэнь Чанчу.
— Что бы там ни было, Цинъюань — одна из Мо Яо. Орден сам должен выбрать ей наказание. Когда вернется глава...
— Ты, — вспыльчивый по натуре Вэнь Чанчу собирался грубо обругать Дай Яньсина, но его прервал Сун Цы.
— Братец Чанчу, помоги, — Сун Цы промчался мимо них на бешенной скорости.
Вэнь Чанчу оглянулся и увидел, как Цинцю Шэн гонится за Сун Цы. Так что, ему пришлось на время отвлечься от идеи убить Цинъюань и с мечом наперевес броситься за Цинцю Шэном.
Заметив погоню, Цинцю Шэн поднял ладонь и земля за его спиной поднялась стеной высотой больше человеческого роста. Вэнь Чанчу, не останавливаясь, разрубил стену мечом.
И все же Цинцю Шэн был четыреххвостым лисом. Ему понадобилось всего мгновение, чтобы догнать Сун Цы. Он схватил Сун Цы за плечо, и его когти оставили в теле Сун Цы пять окровавленных дырок.
Затем он потянул Сун Цы к себе, развернул его, и воткнул когти второй руки прямо в грудь. В ужасе Сун Цы попытался закрыться руками, но вспомнил о фонаре. В тот же миг длинный острый меч Цинцю Шэна распорол его одежду.
Слабое красное сияние от его тела коснулось когтей Цинцю Шэна. Тот растерялся на миг, а потом снова ударил когтями, но на этот раз Сун Цы успел вовремя взмахнуть рукой, и невероятно прекрасное голубое пламя вдруг осветило темную ночь.
Оно было ужасающе мощным.
Цинцю Шэн поспешно отступил, но жар все равно опалил прядь его длинных волос. Он удивленно нахмурился.
— Голубое пламя Тушань?
Вэнь Чанчу кинулся на него с мечом. Цинцю Шэн успел вовремя увернуться, а в следующий миг ослепительный свет вырвался из его рук, подняв порыв яростного ветра, разлетевшегося во все стороны.
Вэнь Чанчу воткнул меч в землю, но даже так его отбросило назад. Луновидный клинок прочертил длинную борозду, прежде, чем Вэнь Чанчу смог остановится. Он упал на колени, а в груди разлилась тупая боль. Его прошлая рана ещё не зажила до конца.
Цинъюань и Дай Яньсина отбросило далеко в сторону. Упав на землю, они закашлялись, выплевывая сгустки крови.
Сун Цы не пострадал, но его тоже отбросило, и от удара о землю у него закружилась голова. Даже падая, он постарался не выпустил из рук фонарь, но когда смог приподняться, то увидел, что тот раздавлен.
Испуганный, он осторожно поднял фонарь, шепча извинения.
— Простите, простите! Я не нарочно!
— Почему ты стоишь на коленях? — перед глазами Сун Цы появились черные сапоги и подол белоснежного одеяния.
Услышав голос, Сун Цы ту же вскочил на ноги.
— Мастер Жун!
Жун Бай всегда приходил неслышно, без всякой театральности и суеты, и может именно поэтому его молчаливые появления так впечатляли Сун Цы.
Всего мгновение назад Сун Цы был близок к тому, чтобы рыдать от ужаса, но теперь успокоился и вовсе чувствовал страха.
Жун Бай снова принял облик даоса. На его прекрасном, как у небожителя, лице играла улыбка, а глаза, казалось, сверкали звездным светом. Он посмотрел на Сун Цы сверху вниз и рассмеялся.
— Разве я не просил тебя подождать меня в комнате?
— Как я мог спокойно сидеть, когда снаружи творится такое? В комнате я бы просто ждал смерти! — виновато пробормотал Сун Цы, а потом, как сокровище, протянул Жун Баю фонарь, который старательно защищал все это время. — Мастер Жун, я нашел осколок демонической печати! Он в фонаре.
Потрепанный, потерявший форму фонарь все ещё горел. Кровь Сун Цы на бумаге давно уже высохла, и теперь фонарь выглядел отвратительно уродливым.
Жун Бай мельком взглянул на него и повернулся обратно к Сун Цы. Следы улыбки осветили его глаза, когда он заметил, как сияет взгляд Сун Цы.
Цинцю Шэн пытался поймать и убить Сун Цы, но застыл как вкопанный, увидев человека рядом с ним. Его лицо все перекосило от паники.
— Жун... Жун Бай, — сказал он дрожащим от ужаса и неверия голосом.
Почти не сомневаясь, Цинцю Шэн хотел повернуться и броситься бежать, но Жун Бай пристально посмотрел ему в глаза, и расстояние между ними ничуть не уменьшило жажды убийства в его взгляде.
Жун Бай не стал брать фонарь. Он слегка поднял левую руку, и в ней появился длинный лук, черный, с изысканными узорами на загнутых концах и рукояти. В правой руке появилась длинная стрела, такая же черная, как и лук. Он положил стрелу на тетиву и выстрелил в Цинцю Шэна.
Цинцю Шэн вздрогнул, поднял трясущуюся руку и слой покрытой травой земли перед ним встал огромной стеной. Он повернулся, чтобы бежать, но в тот же миг черная стрела взлетела, оставляя за собой след из белого света, как падающая звезда на ночном небе. Она прошла сквозь стену из земли, и ветер следовал за ней попятам. Стрела попала прямо в грудь Цинцю Шэна, он вскрикнул, а потом голубое пламя охватило его, и через мир не осталось ничего, кроме парящей в воздухе пылающей темно-красной жемчужины.
Вэнь Чанчу почувствовал эту силу, увидел, как голубое пламя дотла сожгло Цинцю Шэна, и изменился в лице.
Травяная стена рухнула. Сун Цы успел заметить только бусину в том месте, где только что стоял Цинцю Шэн.
— Где же он? Неужели сбежал? — удивился Сун Цы.
— Он мертв, — легко ответил Жун Бай. Стоило ему опустить руку, и черный лук исчез. Только тогда Жун Бай взял у Сун Цы фонарь.
Фонарь парил над его ладонью и разгорался ярче. Он дважды повернулся вокруг своей оси, а потом внутри него возник маленький камень странной формы, почти точно такой же, как тот, что достал Лу Шаоцин.
Значит, это и был тот самый осколок демонической печати?
Когда камень извлекли, фонарь потускнел и выпустил струйку белого дыма, который собрался в человеческую фигуру.
Это был Фу Ци, запечатанный в фонаре, но он выглядел совсем непохоже на того, кого Сун Цы встречал раньше. Его красивое лицо превратилось в ледяную злобную маску, он стоял, будто был готов драться.
Сун Цы не осмелился заговорить с ним.
Глаза Фу Чи блуждали по сторонам и остановились на Дай Яньсине, который стоял в некотором отдалении. Что-то мелькнуло, Фу Чи исчез и появился прямо перед Дай Яньсином.
— Что с ним? Он больше не кажется мне таким уж дружелюбным, — пробормотал Сун Цы.
— Его душа была повреждена, когда он вырвал свою бессмертную кость. Кто-то использовал силу осколка, чтобы запечатать его внутри фонаря. Его душа восстановилась за это время, но демоническая ци запятнала его. Вот почему он сейчас нестабилен, — спокойно ответил Жун Бай.
Объяснение только подогрело любопытство Сун Цы. Ему до смерти захотелось узнать, как же эти трое наконец-то разберутся в своих отношениях, так что он поднялся на ноги и пошел к ним.
— В следующий раз научись давать отпор, — Жун Бай поддался интересу Сун Цы, пошел за ним и кончиками пальцев коснулся раны на шее. — Даже если ты никогда раньше не дрался, тебе нужно этому научиться.
Сердце Сун Цы дрогнуло.
Он улыбнулся, повернул голову назад и кивнул.
— Я понимаю и научусь.
