Экстра Мо Яо. Часть 30
10 ноября 2023 г., 04:50
После ночи за кувшином вина Дай Яньсин проснулся поздним утром.
Он пошевелился и понял, что лежит на кровати, укрытый одеялом, в чистой одежде и без пятен крови на теле. Даже порезы на правой руке были перевязаны.
Он на мгновение растерялся. В памяти вспыхнули слова, которые он сказал Фу Чи, и сердце Дай Яньсина наполнилось какой-то необъяснимой болью.
Не смея обращать внимания на это чувство, Дай Яньсин оборвал свои мысли и встал с кровати, чтобы одеться.
Весь следующий день он не видел Фу Чи. Только вечером услышал, что наставница Цинъюань отправил Фу Чи на дальнюю сторону горы поразмышлять о своем поведении. Причины наказания никто не знал.
Дай Яньсин тогда только немного позлорадствовал и занялся своими делами, но возвращаясь домой ночью, он не мог перестать думать о том, как одиноко сейчас должно быть Фу Чи.
Ученикам, посланным размышлять о своих заблуждениях на дальнюю сторону горы, не разрешалось есть и пить. Фу Чи, конечно, уже достиг того уровня, когда совершенствующийся не нуждается в еде, но он любил поесть.
Впрочем, что с того, что он пропустит пару ужинов?
Дай Яньсин вдруг понял, что стоит у входа на кухню. Он замер. Люди на кухне озадаченно посмотрели на него, и Дай Яньсин почувствовал, как горят его уши. Он повернулся, вышел и торопливо пошел обратно.
Фу Чи сам способен о себе позаботиться.
Дай Яньсин до полуночи ворочался, пытаясь заснуть. Его мысли постоянно возвращались к Фу Чи, который стоял у двери и пристально смотрел на него так, как будто хотел что-то сказать.
Дай Яньсин ворочался с боку на бок и проснулся на следующий день с ещё большими черными кругами под глазами.
Так продолжалось три дня. Фу Чи по-прежнему размышлял над своими ошибками на дальней стороне горы. Дай Яньсин слышал, что наставница Цинъюань послала кого-то выпустить его, но Фу Чи отказался, заявив, что он заслуживает наказания.
Фу Чи всегда был любимцем ордена Мо Яо. Он был суетливым и жизнелюбивым, но редко создавал проблемы, и раньше его никогда не наказывали. Уж тем более, его не наказывала Цинъюань.
Дай Яньсин не мог не гадать, что же такого натворил Фу Чи. Почему он не хочет покидать дальнюю сторону горы? Что он там делает один?
На пятый день Дай Яньсин поддался мучительному любопытству и решил сходить и посмотреть. Как ни странно, он даже взял с собой корзинку с любимой снедью Фу Чи. Они прожили бок о бок так долго, что Дай Яньсин, сам того не желая, выучил все его мелкие привычки.
Дальняя сторона горы была запретной зоной, и Дай Яньсин мог проникнуть туда только ночью. В черном плаще и большой шляпе, закрывающей лицо, он бесшумно прошел через лес.
Место для размышления о своих ошибках было не так уж далеко от подземелий. Дай Яньсин бывал на дальней стороне горы, и более-менее знал где оно, так что ему не потребовалось много времени, чтобы найти Фу Чи. В лунном свете он издалека увидел Фу Чи, прислонившегося к крупному дереву.
Дай Яньсин замедлил шаг и подошел ближе. Фу Чи слегка наклонил голову, и сложил на коленях руки, в которых держал бутылку вина. Было непонятно, медитирует он с закрытыми глазами или просто заснул.
Он всерьез спрятался на дальней стороне горы, чтобы напиться?
Дай Яньсин какое-то время наблюдал, но, не заметив, чтобы Фу Чи двигался, пошел к нему. Он не смог приблизиться — невидимый барьер преградил ему путь. Дай Яньсин прикоснулся к нему, но только увидев искры света, мерцающие вокруг его пальцев, понял, что это Фу Чи отгородился от всех барьером.
По крайней мере на это ему хватило ума.
Фу Чи уже вырастил себе половину бессмертной кости, даже старейшины ордена не превосходили его в силе, что уж говорить о других учениках Мо Яо, и тем более о невежественной бестолочи вроде Дай Яньсина.
Положив руку на барьер, он смотрел на Фу Чи и думал, что зря принес еду.
Но когда Дай Яньсин уже собирался уходить, его рука вдруг провалилась в пустоту. Он прошел сквозь барьер, как будто его не было, и удивленно оглянулся на так и не исчезнувшее сияние.
Может, Фу Чи проснулся и заметил его?
Сомнительно. Фу Чи так и не двигался. Дай Яньсин присел на корточки рядом с ним, поставил корзину с едой на землю, наклонил голову и посмотрел на Фу Чи. От него сильно пахло вином, но лицо было безмятежным, как будто он просто спал.
Вокруг валялось столько пустых бутылок, что было бы чудом, если бы Фу Чи не опьянел от такого количества вина.
«Этот парень гораздо симпатичнее, когда спит», — подумал Дай Яньсин. Сейчас ему было гораздо спокойнее, чем в их прошлые разговоры.
Просидев так какое-то время, он понял, что пора уходить, и надел плащ и шляпу. Когда он уже собирался встать, то почувствовал хватку на своем запястье. Прикосновение было таким холодным, что Дай Яньсин вздрогнул. Он обернулся и столкнулся с пристальным взглядом Фу Чи.
Дай Яньсин наконец-то смог рассмотреть Фу Чи. С того дня, как они виделись в прошлый раз, Фу Чи осунулся, его глаза покраснели, а небритое лицо казалось усталым и неухоженным.
— Шисюн, — глаза Фу Чи помутнели от выпитого вина, а взгляд полон обиды.
Дай Яньсин знал, что он пьян. Фу Чи был из тех, кто от вина забывает то, что сказал и сделал. Каждый раз, просыпаясь на следующее утро, он не помнил того, что было вечером. Поэтому Дай Яньсин сел рядом и сунул ему корзинку.
— Да что с тобой такое? — проворчал он. — Ты размышляешь о своих ошибках или веселишься?
— Шисюн, — снова позвал Фу Чи. Его рука соскользнула вниз с запястья Дай Яньсина и сжала ладонь. — Я пытаюсь размышлять, но ничего не понимаю. Голова болит...
От жалкого вида Фу Чи, Дая Яньсин смячился. Он забрал у Фу Чи бутылку вина и открыл корзину с едой.
— Поешь. Я принес тебе горячее рагу.
Он освободил ладонь из руки Фу Чи и протянул ему пару палочек для еды и рис. Фу Чи не взял их и просто посмотрел на Дай Яньсина.
Дай Яньсину ничего не оставалось, как взять немного овощей и риса и поднести их ко рту Фу Чи. Когда Фу Чи открыл рот, Дай Яньсин спросил:
— Что хорошего ты нашел в этой глуши? Когда ты в последний раз мылся или менял одежду? Посмотри, какой ты грязный!
Фу Чи послушно ел и молчал.
Пьяный Фу Чи был совсем не похож на трезвого. Он мало говорил и выглядел сонным, внимательно слушал других, но почти не отвечал, казался растерянным и глупым.
Скормив ему целую миску риса, Дай Яньсин спросил:
— Ты наелся?
Фу Чи, не переставая таращиться на него, медленно покачал головой и проглотил последний кусочек.
— Наелся.
Дай Яньсин положил посуду обратно в корзину.
— Раз наелся, ответь, зачем ты столько выпил? Мог и раньше уйти отсюда. Какой смысл сидеть одному в этой дыре?
— Шисюн, — оборвал его Фу Чи.
Дай Яньсин посмотрел на него с сомнением.
Фу Чи пошевелил губами и после долгого молчания спросил:
— Если бы время могло повернуть вспять, ты бы все равно спас меня?
Дай Яньсин замер. Он вспомнил, как десять лет назад глава ордена Мо Яо повел учеников спуститься горы и набраться опыта. Это было нормально — ученики частно разбирались с мелкой нечистью. Сложное испытание, но совсем неопасное.
Им просто не повезло, что там, куда они пришли, пряталась опасная тварь. Она скрывалась в глубоком пруду и беззвучно утаскивала под воду людей. Местные жители думали, что те несчастыные просто поскользнулись, никто и не догадывался об оборотне.
Фу Чи отлично плавал и не боялся воды. Он нарвал каких-то фруктов и подошел к пруду, чтобы помыть их и съесть вместе с Дай Яньсином. Оборотень раньше не нападал посреди дня, но Фу Чи был от рождения талантливым совершенствующимся и оказался слишком большим искушением для оборотня. Тварь отбросила осторожность, вытянула свой длинный язык из пруда, схватила Фу Чи за ногу и потащила к воде.
За время похода, Фу Чи столько раз отрывался от отряда, что остальные уже привыкли к этому, и никто не обратил внимания, когда он опять отстал. Глава ордена уже довольно далеко увел учеников, и только Дай Яньсин, сердясь, вернулся за ним и увидел как Фу Чи тащат в пруд.
Дай Яньсину было всего пятнадцать лет, но он, не сомневаясь, прыгнул в пруд, обнял тонущего Фу Чи, подтащил к берегу и вцепился в корни на берегу.
Оборотень на дне пришел в ярость и попытался затащить их обоих в пруд. Дай Яньсин изо всех сил вцепился в какой-то корень и не отпускал его. К счастью, глава ордена вовремя обнаружил их пропажу, убил оборотня и спас их обоих.
Вот только Дай Яньсин вывихнул все пальцы на руке. Главе ордена пришлось по одному возвращать их на место. Было так больно, что Дай Яньсин разревелся, а Фу Чи смотрел на него и тайком вытирал собственные слезы.
Время пролетело в мгновение ока. Дай Яньсин вдруг понял, сколько лет он и Фу Чи провели вместе. С тех пор как глава ордена принял их в ученики, и их почему-то поселили в одну комнату, пока они не выросли и не стали жить отдельно, прошло десять лет. Из хныкающего ребенка Фу Чи превратился в красивого выдающегося молодого господина.
Дай Яньсин пришел в себя и увидел, что Фу Чи все еще смотрит на него своими огромными ясными глазами, терпеливо дожидаясь ответа. На его лице читалась тревога.
Дай Яньсин улыбнулся и открыл рот.
— Учитель, — раздался из-за двери голос Чжу Ишу.
Дай Яньсин очнулся от дремоты. Подняв голову с согнутой руки, он потер лицо и крикнул:
— Заходи.
Чжу Ишу толкнул дверь и положил на стол книги, которые держал в руках.
— Старейшина Циньи попросил меня передать это учителю.
Дай Яньсин кивнул и улыбнулся Чжу Ишу.
— Хорошо. Уже поздно. Возвращайся скорее и ложись спать. Не позволяй ему снова гонять тебя.
Чжу Ишу кивнул и вышел, оставив Дай Яньсина одного в пустой просторной комнате. Дай Яньсин встал, придвинул стул к фонарю и взял его в руки. Он медленно закрыл глаза и мысленно вернулся к той сцене на дальней стороне горы.
Лунный свет был чистым и мягким, пьяные глаза Фу Чи внимательно следили за ним. Он боялся, что дай Яньсин скажет «нет».
Но Дай Яньсин лишь слегка улыбнулся ему и мягко ответил:
— Да.
Он погладил фонарь кончиками пальцев и вздохнул:
— Глупый мальчишка, ты давно уже отдал свой долг. Это я должен тебе столько, что никогда не смогу вернуть.
