Часть 57
10 ноября 2023 г., 04:54
Вот только, честно говоря, едва ли она смогла бы в одиночку отыскать Повелителя Оборотней, так что её оставалось только послушно идти за этими двоими и рассматривать царство оборотней, в котором она никогда раньше не была.
Они лениво бродили по улицам, пока мимо них не промчались двое.
— Скорее, все уже давно началось! — крикнул один на бегу.
Он задел Сун Цы и выбил бамбуковую палочку с клейким рисом у него из рук. Лакомство покатилось по земле, собирая комья грязи.
Сун Цы жалобно посмотрел вниз.
— Вот же! — вздохнул он. — Я успел откусить только один крошечный кусочек. Какая жалость!
— Прости меня, приятель, — виновник развернулся и протянул Сун Цы монету. — Мне очень жаль. Купи себе ещё. Я просто очень спешу.
Сун Цы не стал брать деньги. Вместо этого он схватил прохожего за запястье и спросил:
— А о чем вы говорили?
Он почувствовал, что речь шла о чем-то интересном.
— Об аукционе, который проводит глава столицы Хуа. Говорят, там выставляют настоящие диковинки. Мы идем туда, чтобы посмотреть, — ответил прохожий.
— Аукционе? — Сун Цы вопросительно повернулся к Жун Баю.
— Пойдем посмотрим, — согласился Жун Бай.
Цинъюй подошла сзади:
— Я слышала, на этом аукционе поровну жуликов и честных торговцев. Там продается все что угодно. Нам повезло наткнуться на него.
Сун Цы оживился и радостно сказал:
— Тогда мы тоже туда пойдем!
— Конечно, пойдемте вместе, — согласился прохожий, и они поспешили дальше, к дворцу.
Сун Цы впервые видел такое великолепное здание в черте города. Зачем кому-то строить такой огромный дворец, хоть для дела, хоть, чтобы жить в нем? Да одни только колонны у входа были выше всех других домов в городе.
— Это Байхуа Яо, самое известное и уважаемое место в столице Байхуа. Тут устраивают праздники, — прошептала Цинъюй. — Оборотни и бессмертные со всего мира приходят в этот дворец, если у них есть деньги.
— Сколько же нужно заработать, чтобы отгрохать такую громадину? — Сун Цы глядел на снующих у входа людей и мысленно подсчитывал, во что бы обошлось строительство этого дворца.
— Байхуа Яо принадлежит Хуа Унэну, — добавила Цинъюй.
— Не удивительно, — согласился Сун Цы.
— Есть ещё одна причина, — за разговором они вошли внутрь. — Повелитель Оборотней оставил в этом дворце свой зонтик с пурпурным жемчугом. Каждый, кто приходит сюда, может посмотреть на него. Это принесло Байхуа Яо немало славы.
Жун Бай стоял внутри дворца и обернулся на их голоса. Казалось, он ждал их.
Сун Цы и Цинъюй застыли от изумления у входа во дворец, рассматривая яркие фонари и трепещущие занавеси. Все здесь буквально кричало о богатстве, но заметнее всего был хрустальный ящик за спиной у Жун Бая.
В нем лежал открытый зонтик, алый, будто покрытый капельками крови и притягательно яркий. На чернильно-черной рукояти висел колокольчик размером с плод финика, с красной кисточкой на язычке. В окружении отраженных от хрусталя лучей зонтик казался ошеломляюще красивым.
Пораженный этим зрелищем, Сун Цы подошел рассмотреть его поближе.
— Это и есть зонтик пурпурного жемчуга? — восхищенно спросил он. — И как только Повелителю Оборотней хватило духу оставить тут эдакую красоту?
— Кто знает? — приподнял уголки губ Жун Бай. — Он тебе нравится?
Сун Цы честно закивал головой. Да что там, он влюбился в этот зонтик с первого взгляда.
— Все равно ты не сможешь до него даже дотронуться, — слова Цинъюй обрушились на него как ледяная вода, — хватит мечтать.
Сун Цы знал свое место, поэтому не стал ничего больше говорить о зонтике, а только шмыгнул носом.
— Забудьте. Пойдемте лучше посмотрим на этот аукцион.
Жун Бай задумчиво оглянулся на зонтик в сундуке. Зонт выглядел так, словно чувствовал своего хозяина, слегка дернулся и затих.
Аукцион проводили под землей. Ступени лестницы, ведущей туда, были одним целым со стенами. Перил не было, но спуск ярко освещали большие и маленькие светоносные жемчужины, вставленные в ниши на стене.
Внизу был огромный зал, наполненный оборотнями, с помостом в пять или шесть чи посередине. На нем стояла огромная железная клетка из прутьев толщиной с запястье, но в клетке сидел не какой-нибудь свирепый зверь, а юноша в потрепанной одежде.
Он был таким грязным, будто только что выбрался из помойной ямы. Запертый в клетке, он все же совсем не казался испуганным, только растерянно оглядывался по сторонам, пытаясь понять, как его угораздило тут оказаться.
Сун Цы спустился вниз и встал позади толпы.
— Они собираются продать этого человека на аукционе? — спросил он, не сводя глаз с юноши на помосте.
— Не человека, — безразлично ответил Жун Бай. — Здесь не продают ничего обычного.
Вот только на вид юноша ничем не отличался от просто смертного и смотрел сквозь решетки растерянно и глупо.
— Смотрите хорошенько, ребята, — у клетки стоял немолодой продавец с черным хлыстом в руке. Он кружил вокруг клетки, размахивая хлыстом. — Этот товар только что поймали. Даже наш глава не знает, кто он такой.
— Разве это не человек? — крикнул кто-то снизу.
— Хороший вопрос, — согласился мужчина. — Видишь этот хлыст у меня в руке? Это знаменитый Укус Огненного Дракона. Его удар заставит истекать кровью и оборотня и божество. Но посмотрите!
Еще не договорив, он безжалостно взмахнул рукой и хлестнул юношу через промежуток в решетках.
Щелчок хлыста многих в зале заставил дернуться, и Сун Цы был в их числе.
Юноша в клетке стал выглядеть ещё более ошеломленным, но на его теле не появилось ран.
Он поднялся с земли, потрогал шею в том месте, где его коснулся хлыст, посмотрел на затаившую дыхание публику внизу и сказал продавцу:
— Отпусти меня!
Мужчина проигнорировал его, и продолжил разговор со зрителями:
— Как видите, он ни капельки не пострадал. Будь он был человеком, то уже умер бы от этого удара.
— Может, хлыст подделка? — засомневался кто-то из зрителей.
— Почему бы тебе не подойти и не проверить его на себе, — весело предложил продавец.
Никто, разумеется, не принял это предложение. Вместо этого зрители принялись гадать, кто перед ними. Он не был смертным, но у него не было ни следа ауры демона.
— Может быть, божество? — спросил кто-то.
Зрители заволновались. Зал наполнил шум споров.
— Продавать божество как раба — тяжелое преступление. Если божественное царство узнает об это, они сравняют Байхуа Яо с землей, — прошептала Цинъюй. Её лицо наполовину скрывала тень и смотрела она мрачно.
— Вы видели это собственными глазами. Расскажите об этом, когда вернетесь в царство бессмертных, — Сун Цы все это тоже казалось неуместным. Он знал, что рабство не было редкостью в мире смертных, некоторых рабов продавали снова и снова, но одно дело слышать о чем-то и совсем другое — видеть своими глазами.
И все же, в такой толпе любая попытка вмешаться означает напроситься на неприятности.
— Уже слишком поздно. Даже если я немедля вернусь в царство бессмертных и доложу, когда об этом узнает Император, этого несчастного давно уже продадут куда-нибудь, — отказалась Цинъюй. — А ещё, он мне кого-то напоминает. Кажется, я уже встречала его в божественном царстве.
— Считайте, что ему не повезло, — подытожил Сун Цы. — Мы ничего не можем с этим поделать.
Разве только, кто-нибудь добрый не захочет спасти его? Но если это и вправду бессмертный, то как он попал в плен в царстве оборотней? И к тому же оказался выставлен на торги?
— Похоже, кое-кто уже впечатлился. Если кто-нибудь предложит цену, мы начнем торги. Если нет, я устрою вам ещё одно представление! — взревел продавец.
— Похоже, Байхуа Яо — не самое приличное заведение, — пробормотал Сун Цы. — но опять же, чего ждать от подчиненных Повелителя Оборотней?
Жун Бай повернулся и озадаченно посмотрел на него.
— Как вышло, что ты и в этом винишь его?
Внезапность вопроса поставила Сун Цы в тупик, и он не сразу ответил:
— Разве это место не принадлежит Повелителю Оборотней и его подчиненному? Все что здесь происходит — или по его воле, или с его молчаливого согласия.
Жу Бай тоже задумался перед ответом:
— А может, он тоже впервые об этом узнал?
Сун Цы забеспокоился было, но тут его отвлекли крики с помоста.
Юноша в клетке протянул руку, схватил мужчину за ворот и дернул к себе.
— Я же говорю тебе, отпусти меня. Ты что, оглох?
— Бунтовать вздумал? — закричал продавец, — Убери руки!
Продавец взмахнул хлыстом так, что щелчок разнесся по залу.
— Охрана! Охрана! — истерически вопил он, как будто боялся юноши в клетке.
На помост выбежали двое с чем-то вроде длинных игл в руках. Они вонзили иглы в плечи юноши, заставляя его отпустить продавца.
Взбешенный продавец несколько раз ударил юношу хлыстом, но снова не оставил ни царапины.
Наконец, выпустив гнев, он сплюнул и выругался:
— Вот же дерьмо!
Зрители разразились хохотом.
Юноша в клетке нахмурился и сделал несколько шагов назад. Выражение его покрытого грязью лица осталось непроницаемым. Он поднял руку, вытащил из плеч иглы и выбросил их на пол. Он не стал больше ничего говорить, только повернулся и всмотрелся в галдящую толпу, будто искал кого-то.
Его взгляд встретились со взглядом Сун Цы.
Сун Цы чуть не упал, увидев знакомые глаза. Он не умел подумать, а тело уже рванулось вперед.
Эти глаза слишком сильно походили на глаза Вэнь Чаня.
Зрители растерялись, увидев, как какой-то юноша перепрыгнул через толпу и подлетел к клетке.
Цинъюй охнула, поняв кто это. Она повернулась туда, где только что стоял Сун Цы, но там было пусто.
Зрители у подножья помоста разом уставились на Сун Цы.
Смех замолк.
Продавец нахмурился.
— Как ты смеешь, наглец? Разве ты не знаешь правил? Сюда нельзя просто так запрыгивать!
Сун Цы подошел к клетке, не заметив его. Он смотрел в глаза пленника, сквозь толстые прутья решетки. Его сердце бешено колотилось, а кончики пальцев похолодели
— Ваше Высочество... — нервно позвал он. — Вэнь Чань?
Юноша посмотрел на него с недоумением и спросил:
— Ты пришел спасти меня?
Сун Цы понял, что обознался. Этот юноша был похож на Вэнь Чаня, но если вглядеться, намного красивее. Он не был смертным. Да и голос у него был совсем другим.
Сун Цы почувствовал облегчение. Меньше всего он хотел бы видеть Вэнь Чаня в клетке на рабских торгах.
Вдруг до него дошло, что он натворил, и он стал похож на человека, которому понадобилось слезть с головы тигра.
Он смущенно улыбнулся:
— Когда я смотрел на вас издали, мне показалось, что вы похожи на моего старого друга. А теперь я понял, что обознался. Простите, что побеспокоил вас.
Он сгорбился и мысленно попросил прощения за то, что не поможет юноше. Не то чтобы он не хотел, но как?
Недовольный продавец поднял хлыст, будто ему не терпелось хорошенько отхлестать его. Сун Цы тут же отпрыгнул назад и развернулся бежать, но в этот критический миг случилось ещё кое-что.
Теплая струйка потекла из его носа.
— Проклятье! — тихонько выругался Сун Цы. — Что за знакомое ощущение?
Примечание автора: Сун Цы: — Ну же, лови свой горшочек вины.
