Практическое руководство по совершенствованию для демона-лиса/Fox-Demon Cultivation Manual

Чжу Ишу мог только беспомощно смотреть, как Чанчу испускает последний вздох. Он вскочил, закричал от боли и снова упал. Сун Цы закрыл Чанчу глаза, закатал рукава и пальцами начал копать землю. Он хотел похоронить его. Хотя бы не бросать тело на растерзание хищникам в глуши. Фэн Чжоцзюнь тяжело вздохнул. — Я не назвал тебе его имя, потому что боялся именно этого. Но ты ведь знаешь, что будет дальше. Он будет жив и здоров. — Я знаю, — спокойно ответил Сун Цы. — Я не расстроен. Просто, когда они набросились на него, мне не хватило смелости вмешаться. Слеза скатилась по его щеке и упала на комья земли, оставив влажный след. За ней ещё одна и ещё, как бусины падают с разорванной ними. Несколько слезинок попали ему на ладони, но Сун Цы не замечал их и копал, будто не чувствуя боли, бездумно, как потерявший рассудок. — Я знал, что он добрый ребенок. Что все это случилось только из-за того, что он решил спасти чужую жизнь. Даже раненый Чжу Ишу попытался остановить их. Только я ничего не сделал. Фэн Чжоцзюнь неплохо знал привычку Сун Цы винить во всем себя. — Успокойся, — попросил он, — ты не сделал ничего плохого! — Я ничего не сделала. Я слишком слаб. Я ничего не могу... — Сун Цы всхлипнул. — Чанчу... Ох, Вэнь Чанчу... Почему он просто ждал, пока не стало поздно? Даже если бы он не смог помочь, если бы его избили, это все равно лучше, чем остаться стоять в стороне. Вот только Сун Цы слишком боялся умереть. Все, о чем он мог думать, — положение Жун Бая настолько тяжелое, что он не смел рисковать. Но безропотно глядя, как убивают Чанчу, он повел себя недостойно своей силы. Недостойно того, чтобы зваться мужчиной! — Сун Цы! — громче позвал Фэн Чжоцзюнь. — Подумай! Это не Вэнь Чанчу, которого ты знаешь, а обретший разум меч Повелителя Демонов. На его руках слишком много крови. Если бы ты и вправду спас его, он бы придумал, как вернуть своего хозяина. Неужели ты хотел бы, чтобы шесть царств снова утонули в кровавой буре без надежды на спасение? После смерти его душа войдет в тело младшего сына Повелителя Демонов из клана волка, и он станет тем Вэнь Чанчу, которого ты знаешь. Только пройдя по путям мира, он сможет очиститься и стать собой, — Фэн Чжоцзюнь выпалил все это на одном дыхании. — Я нарочно скрыл от тебя его имя. Знал, что иначе ты всеми силами будешь пытаться помочь ему. Но прошлое нельзя менять просто так. Будут тяжелые и непредсказуемые последствиям. Я не буду мешать тебе изменить жизнь Жун Бая, но не могу позволить менять все остальное, — серьезно и искренне закончил Фэн Чжоцзюнь. — Не вини себя. Это не твое дело. Его слова немного помогли Сун Цы успокоиться, но он все равно никак не мог перестать плакать и молча копал могилу. Ему под ногти забилось столько земли, что они почернели. Он выкопал яму всего в пару ладоней глубиной — хотя ураган и поднял дерн, копать землю руками все равно было непросто, но Сун Цы не думал об этом. Он только хотел сделать могилу, где Чанчу сможет покоиться в мире. Кто-то схватил его за руки и потянул прочь. Сун Цы оглянулся. Жун Бай опустился на корточки рядом с Сун Цы, пачкая землей свой золотой плащ. У него было совсем не доброе лицо, наоборот, он как будто выглядел сердитым. — Почему ты плачешь? — спросил он. — Из-за смерти этого ребенка? Сун Цы шмыгнул носом, гадая, что разозлило Жун Бая, и, захлебываясь, сказал: — Он мой друг. Жун Бай нахмурился еще сильнее и низким, глубоким голосом повторил: — Друг? — он опустил глаза и посмотрел на перепачканные грязью руки Сун Цы. — Значит, ты так издеваешься над своими руками ради пустой скорлупы? Было очевидно, что ему не по душе грязные руки Сун Цы, но потом он все же смягчился: — Его душа ушла. В остальном нет необходимости. Как будто что-то мягкое и нежное прикоснулось к израненному сердцу Сун Цы. Он подумал про себя, что если сможет стать сильным, как Жун Бай, то будет делать, что захочет, и защищать тех, кого захочет. В тот же миг тело рядом с ним вспыхнуло синим пламенем и обратилось в пепел. Жун Бай встал и твердо потянул Сун Цы за собой. — Пойдем со мной в божественное царство. Не ожидавший, что Жун Бай вот так внезапно, не предупредив, сожжет тело, Сун Цы ошеломленно смотрел на кучку черного пепла. — Это всего лишь тело, — Жун Бай схватил Сун Цы за подбородок и заставил отвести взгляд. — В земле оно скоро сгнило бы до костей, их глодали бы черви, пока наконец не осталось ничего. Огонь сделал то же самое. В его словах был смысл, Сун Цы не нашел, что возразить и кивнул. Только тогда Жун Бай улыбнулся. — Пойдем. Жун Бай повел растерянного Сун Цы на первую вершину горы Сыхуан — туда, где собрались божества и бессмертные. Поскольку Жун Бай быстро уничтожил выбравшегося из печати зверя, почти никто не пострадал. На вершине горы собралась целая толпа. Жун Бай прошел сквозь неё, ведя за собой Сун Цы, остановился рядом с Янь Суном, схватил Сун Цы за рукав и начисто вытер им его руки. Сун Цы напрягся, глядя на перепачканную ткань. Он же специально закатал рукава, чтобы не испачкать! К тому же Жун Бай мог бы использовать заклинание, чтобы очистить что угодно! Зачем вытирать рукавом? Сун Цы тщетно пытался стряхнуть землю с рукава, когда Янь Сун повернулся к ним с многозначительной улыбкой на лице. — Так это и есть то «что-то», что ты должен был сделать? — Ты ведь все видел, да? — Жун Бай посмотрел ему прямо в глаза и улыбнулся. — Я отвезу его в Тушань. — А глава клана Тушань согласится? — Янь Сун поднял брови. Жун Бай посмотрел на Сун Цы, внимательно оглядывающегося по сторонам, и тихо ответил: — Это мое дело. — Значит, этот юноша хочет поехать с тобой? — ещё раз спросил Янь Сун Даже разглядывая всех вокруг, Сун Цы прислушивался к их разговору и тут же повернулся. — Я хочу, — ответил он раньше, чем Жун Бай успел заговорить. Глаза Жун Бая засияли, он улыбнулся шире и посмотрел на Сун Цы. — Зачем тебе в Тушань? Не боишься, что небожители заживо сдерут с тебя кожу? — с интересом уточнил Янь Сун — А ты, похоже, храбрец! Сун Цы нахмурился и на мгновение задумался, а потом придумал вполне разумную причину: — Потому что я тоже лис? — он обернулся к Жун Баю. — Мы же одного рода. — Точно, — рассмеялся Янь Сун. — Все кланы лис в мире — одна семья. Но посмотри, — он мотнул головой в сторону, — кажется, они с нами не согласны. Сун Цы послушно оглянулся. Вокруг них раздавались шепотки. Наверное, из-за Жун Бая никто не смел возражать громко, но взгляды были красноречиво враждебны. — Я не могу ничего поделать с чужими мыслями, — закатил глаза Сун Цы. — Правильные слова! — Цзе Чэнь возникла у него за спиной и положила руку ему на плечо. — Ты и вправду очень интересный юноша! Как насчет того чтобы поближе узнать друг друга и потренироваться? Ее внезапное появление перепугало Сун Цы, но он решил пытаться не обращать внимания на то, что она появляется и исчезает как тень, а вместо этого подумать над её словами. — Ладно. Цзе Чэнь не питала особых надежд — в божественном царстве давно не осталось тех, кто согласился бы подраться с ней, даже если она круглыми сутками искала себе противников — так что она не ожидала, что Сун Цы согласится. Ее глаза загорелись. — Отлично! — сказала она радостно. — Но, чур, не передумай! — Достойные господа никогда не отказываются от своего слова! Но сейчас для тренировок не время, — со всей серьезностью ответил Сун Цы. — Подождите немного, пожалуйста. — Ладно, — залихватски сказала Цзе Чэнь, — я тебя подожду. — Не дерись с ней, — холодно посоветовал Фэн Чжоцзюнь. — Тебя изобьют до смерти. Цзе Чэнь никогда не щадит своих противников. — Это не важно, — покачал головой Сун Цы, задумчивая разглядывая профиль Жун Бая. Появление зверя прервало охоту. Божества и бессмертные, посланные наблюдать за охотой объявили об окончании, и все остальные начали покидать гору. Они уходили один за другим, и очень скоро большая часть исчезла. Жун Бай попрощался с Янь Суном, но, как раз когда они с Сун Цы собрались уходить, кто-то беззаботно крикнул: — Молодой господин Жун! К ним шел очаровательный юноша в персиковых одеждах, с такими же голубыми глазами, как у Жун Бая, но со светлыми каштановыми волосами. Он ехидно, недобро улыбался. Этот юноша тоже был из клана Тушань. Подумать только, а Сун Цы решил, что у них у всех волосы белые как снег. Жун Бай, казалось, предпочел не заметить его и только крепче схватил Сун Цы за руку перед тем, как отвернуться прочь. — Сейчас мир, но разве оборотням не запрещено ступать в божественное царство? — сказал юноша. — Не боишься, что у тебя будут проблемы? — С каких пор это стало твоим делом, Тушань Хэн? — усмехнулся Жун Бай. Тушань Хэн повертел в руке складной веер, ткнул Сун Цы под подбородок, заставляя поднять подбородок, и смерил его взглядом. — И вправду красавчик. Но может лучше устроить его где-нибудь в царстве оборотней? Зачем тащить его в Тушань? Он не договорил, когда голубое пламя превратило его веер в пепел. — Продолжай в том же духе, если хочешь, чтобы то же самое случилось со всем твоим мехом, — невинно улыбнулся Жун Бай. Тушань Хэн посмотрел на свою руку, все ещё сжатую, будто он держал веер и на разлетевшийся в воздухе пепел. — Похоже, этот веер не выдерживает огня, — пробормотал он. — Ты кое о чем напомнил мне, — добавил Жун Бай. Он осслабил пальцы на запястье Сун Цы и позвал слугу, который дожидался его приказаний в стороне. — Отвези его в Тушань и посели там. Если кто-нибудь посмеет остановить вас — немедля сообщи мне. Слуга — юноша лет пятнадцати — почтительно поклонился ему, а потом повернулся к Сун Цы и ещё раз поклонился: — Пожалуйста, следуйте за мной. Понимая, что у Жун Бая могут быть и другие дела, Сун Цы не стал спорить, а только ещё раз оглянулся перед тем как послушно уйти вслед за юношей. Слуга подвел его к великолепной карете, запряженной двумя бессмертными зверями с длинными ушами и мягкими хвостами. Они были очень похожи на кошек, только намного выше человеческого роста. Перед ним отодвинули полог, Сун Цы заглянул в карету и увидел на полу необычный роскошный ковер из белого меха. — Это... — Сун Цы уже давно не сидел в такой богатой карете. Он почти забыл, что когда-то был молодым наследником знатной семьи. — Это личная карета Божественного Владыки, — ответил слуга, опустив глаза. — Но если я поеду в ней, то как же вернется Жун Бай? — перепугался Сун Цы. — Божественный Владыка обычно не пользуется каретой, — с сомнением посмотрел на него слуга, — он считает их слишком медленными. — О, — Сун Цы быстро забрался в карету, откинулся на сиденье, наполовину утонув в мягких подушках, и с облегчением вздохнул. — Тогда поехали…