Часть 93
10 ноября 2023 г., 05:05
Мо Цюн был старшим из трех братьев. Их семья слишком долго жила в бедности, поэтому детей так и назвали: Мо Цюн, Мо Пин и Мо Кун.
Когда Мо Цюн вырос, он привел двух своих младших братьев в Царство Людей, потому что слышал, что там проще заработать себе на жизнь. Вначале он пытался работать честно, но ушлые люди снова и снова обманывали его, поэтому вскоре он выучился множеству способов мошенничества и сам научился пользоваться малейшей возможностью подзаработать.
Вот тогда-то у них троих началась настоящая жизнь.
Вот только как раз, когда Мо Цюн уже подсчитывал, как скоро они смогут окончательно выбраться из нищеты и остепениться, на пути его грандиозного плана встало непреодолимое препятствие: Сун Цы безжалостно отобрал у них все до последнего гроша.
Впервые они встретили Сун Цы как осторожного, даже трусоватого даоса, но каким-то образом этот недотепа все равно ограбил их.
Во второй раз Сун Цы оказался ребенком в одеждах ордена Мо Яо и снова обобрал их до последней монетки.
В третий раз он стал палачом в облике божественного лиса из клана Тушань. На глазах у трех братьев он уничтожил целую армию оборотней. А потом опять отобрал все их деньги!
— Как же тесен этот проклятый мир! — причитал себе под нос Мо Цюн.
Сун Цы решил сделать эту троицу своими подручными. Он убил чудовищного оборотня-тигра, обитавшего на горе поблизости, занял его небольшой дворец, не особо церемонясь, принял на службу его бывших приспешников и провозгласил себя повелителем этих мест.
Тем временем Жун Бай слабел с каждым днем, он даже не осмеливался выйти из своей комнаты на прогулку. Несколько раз Сун Цы приходил к нему и пытался поцеловать, но встречал только молчаливый отказ.
Взбешенный, он превратил Дуэ в кандалы и сковал ими Жун Бая, казалось, забыв, кому изначально принадлежал божественный меч.
Когда он ушел, Жун Бай превратил Дуэ обратно в кинжал, отбросил его в сторону и закашлялся. На ладони, которой он прикрывал рот, осталась кровь, но Жун Бай быстро вытер её и прополоскал рот остывающим на столе чаем.
— Сколько ещё ты выдержишь? — Чжу Ишу беззвучно появился посреди комнаты и с мрачным выражением на красивом лице спросил: — Почему бы тебе не вернуться в Царство Оборотней?
Жун Бай откинулся на спинку мягкого кресла, будто в его теле растаяли все кости.
— Я не могу сейчас уйти. Узел в сердце Сун Цы еще не развязан.
— Тебе жизнь не дорога? — изумился Чжу Ишу. — Есть же приоритеты. Узел в сердце Сун Цы можно будет развязать в любой момент, а твое дело не терпит отлагательств.
— Его дело важнее, — покачал головой Жун Бай.
— Где ты выбросил последнюю часть своей души? — смирился Чжу Ишу. Он знал, что не переупрямит Жун Бая.
— Я не хочу возвращать её, — Жун Бай замолчал на какое-то время. — Без неё будет лучше.
— Лучше? — растерялся Чжу Ишу. — Жун Бай, ты столько лет терпел. Тебе пришлось так долго ждать, пока появится Сун Цы, а теперь...
Он не договорил, но снаружи раздался нетерпеливый крик Сун Цы:
— Жун Бай! Жун Бай!
Чжу Ишу закончил с уговорами и исчез из комнаты, а Жун Бай превратил Дуэ обратно в кандалы и даже успел послушно надеть их обратно за миг до того, как Сун Цы распахнул дверь.
Очень довольный Сун Цы подбежал к нему, сжимая в руках книгу.
— Я нашел способ вернуть твою душу!
Жун Бай медленно и устало поднялся, но при виде Сун Цы на болезненно-бледном лице загорелась искренняя теплая улыбка.
— Почему ты беспокоишься об этом?
— Раньше я слышал о древнем заклятье, записанном в этой книге. Оно может вызвать душу умершего и даже вернуть его. Мы можем попробовать, — Сун Цы сиял от радости.
— Какое заклятье? — у Жун Бая появилось плохое предчувствие.
— Призыв великих сил природы, — ответил Сун Цы. — Я уже слышал он о нем, и оно довольно мощное, должно сработать!
— Нет, — поморщился Жун Бай, — мы не будем использовать это заклятье.
— Почему? — нахмурился Сун Цы.
— Для него нужна человеческая жертва.
— Я знаю, — с готовностью кивнул Сун Цы. — Но это — чтобы спасти тебя.
Жун Бай не хотел, чтобы на руках Сун Цы оказалось ещё больше крови. Он знал, что Сун Цы потерялся под тяжестью гнева и ярости, но когда узел в его сердце развяжется, робкий и добрый Сун Цы будет горевать о каждом причиненном зле.
Он посмотрел на Сун Цы, вздохнул и притянул его к себе.
— Я расскажу тебе всё. Когда я был маленьким, то потерял мать и был очень несчастен. Хотя остальные считали меня надеждой Тушань, я ничего не желал сильнее, чем уйти оттуда, но не мог, потому что был частью клана.
Хотя Сун Цы точно знал, что именно тогда случилось, он не ожидал, что Жун Бай заговорит о прошлом и внимательно слушал.
— А потом я встретил кое-кого, кто помог мне начать новую жизнь, — Жун Бай, казалось, не хотел поднимать эту тему, и только мельком упомянул при Сун Цы, что да, кто-то был.
— Он очень важен для тебя? — улыбнулся Сун Цы.
Жун Бай посмотрел на него, пытаясь найти на его лице следы гнева, но Сун Цы наоборот радовался. Жун Бай мысленно вздохнул с облегчением.
— Я забыл.
Улыбка Сун Цы застыла.
— Ты забыл? — спросил он, хмурясь.
Перемена его настроения была так очевидна, что Жун Бай тут же торопливо продолжил:
— Я забыл, это было очень давно.
— Я хочу услышать правду, Жун Бай, — Сун Цы строго посмотрел на него. — Не лги мне.
Жун Бай отвел взгляд и долго сомневался, прежде чем нарушить тишину.
— Я не лгал тебе. Я и в самом деле забыл его, но я знаю, что очень любил его. Он исчез во время переворота в Божественном Царстве, я искал его повсюду. Вот только он появился из ниоткуда и так же исчез. Я не смог найти ни малейшего следа.
Жун Бай наклонил голову, не смея встретиться взглядом с Сун Цы.
— Я не могу вспомнить, сколько лет искал его. Когда он исчез, Янь Бэй был вот такого роста, — он махнул рукой где-то в районе пояса. — А теперь малыш Янь Бэй стал Богом Войны и защищает мир во всех шести царствах. Время шло, и я начал забывать его голос и то, как он выглядел. Я боялся, что забуду всё, и запечатал то, что осталось, в осколке своей души, а осколок спрятал в собственном теле.
— Значит, ты хочешь дождаться, пока он вернется, прежде чем собрать свою душу? — голос Сун Цы дрожал от напряжения. То, как спокойно и устало Жун Бай произносил эти слова, наполняло его сердце невыразимой болью.
Если бы только он смог попрощаться с Жун Баем, перед тем как уйти.
Он должен был сказать, что однажды они встретятся снова. Что ночью в городе Лею и после, солнечным днем в городе Пинъян, он будет идти рядом с Жун Баем, улыбаться и благодарить его за спасение.
В бесконечном потоке времени этот особенный день стал бы незыблемым столпом, означающим неизбежность их новой встречи.
Сун Цы не сдержался и взял Жун Бая за руку, теплые ладони отодвинули Дуэ.
Жун Бай вцепился пальцами в его руку и спокойно, безжалостно ответил:
— Я не хочу возвращать этот осколок.
Сун Цы ошеломленно уставился на него, и Жун Бай продолжил:
— В моем сердце есть место только для тебя. Он мне не нужен. Только ты.
Он говорил так серьезно, что стало ясно — Жун Бай много думал об этом раньше. Сун Цы ещё ничего не знал, но уже сражался с образом, запечатленным в памяти Жун Бая. Вот только Жун Бай все решил сам, и не дал им шанса встретиться.
Его мысли были простыми, он хотел быть с Сун Цы и ни с кем больше. Какая разница, как сильно он любил того человека из прошлого?
Эти чувства не позволяли ему приблизиться к Сун Цы, он боялся даже рассказать о них, потому что думал, Сун Цы разгневается.
Но Сун Цы лишь рассмеялся, выслушав объяснение.
— Почему ты молчал? — Сун Цы обнял Жун Бая, и его сердце переполняла любовь.
Жун Бай знал, что будет, если он не вернет последнюю часть души, но все равно решил этого не делать. Между смертью, и жизнью, в которой он не будет любить Сун Цы, он выбрал смерть.
Его не заботило, чем закончится история его прошлого "Я" и человека, которого он когда-то любил.
Жун Бай уткнулся лицом в шею Сун Цы. Из-за расколотой души у него не осталось сил, и он стал похож на линялого лиса, из последнего упрямства пытающегося сохранить достоинство.
Он хотел сказать, что боялся.
Прежде чем его кровь растворилась в крови Сун Цы, у Сун Цы не было собственного запаха, и если бы он исчез, искать его по всем шести царствам было бы как искать камень, упавший в бездонный океан. Жун Бай не пережил бы этого снова.
— Найдется какой-нибудь другой способ, — глухо попросил Жун Бай.
— Мне очень жаль, — взгляд Сун Цы стал мягким. Острия, поселившиеся в его глазах после Царства Грез притупились, он нежно поцеловал Жун Бая в щеку.
— Давай вернем последний осколок твоей души.
Жун Бай молча смотрел на него и наконец, после долгой паузы спросил:
— Ты хочешь, чтобы я выбрал его?
— Тебе не нужно выбирать, — признался Сун Цы. — Я воспользовался «обращением времени Инь-Ян», чтобы вернуться в прошлое. Я знаю, как умерла твоя мать и почему ты ушел из Божественного Царства. Я не смог попрощаться с тобой, и только поэтому ты так долго искал меня. Прости, — горячий взгляд Сун Цы смог бы растопить любую толщу льда. — Ты можешь освободить последнюю часть своей души?
Знакомый взгляд из далекого прошлого вспыхнул в памяти Жун Бая.
— Когда это случилось? — удивился он.
— После того, как ты потерял сознание, — ответил Сун Цы. — Божественный Император создал заклинание и отправил меня в прошлое.
— Янь Сун? — Жун Бай нахмурился. — Он создал «обращение времени Инь-Ян»?
Сун Цы молча смотрел на него, ожидая ответа.
— Я не помню, как снять печать. Но ты должен знать, — Жун Бай с небывалой живостью схватил Сун Цы за запястье и повторил. — Ты должен знать. У всего есть причины.
Сун Цы на мгновение растерялся, но вдруг понял, что Жун Бай имеет в виду. И все же его ошеломило, что Жун Бай так легко вручил ключ от своей жизни и смерти Сун Цы, которого столько лет не видел.
Неужели он совсем не боялся, что Сун Цы и сам забудет?
Раньше он думал, что то, как Жун Бай относится к своей жизни и смерти, это и есть свобода. Теперь он бы назвал бы это небрежностью.
Сделать ставку на Сун Цы, исчезнувшего на столько лет? Осмелиться дать ему единственный ключ, который позволит сохранить жизнь?
Было слишком мало времени, чтобы понять, что Жун Бай прятал в этом решении, но у Сун Цы и от того что он успел понять покраснели глаза.
Он схватил Жун Бая за руку и хотел было высказать всё, что думает, об этом, но в дверь забарабанили.
— Повелитель! — рыдал Мо Цюн, — Спасите моего младшего брата! Он сейчас погибнет!
— В какую неприятность вы влипли на этот раз, ребята? — разозлился Сун Цы.
— Повелитель, два демона у ворот хотят вас видеть. Если вы не выйдете к ним, они убьют моего брата! — взвыл Мо Цюн. Он явно был из тех, кто не думает о гордости, когда надо добиться своей цели. — Моего несчастного братишку, который не знал покоя с самого рождения. Наша семья так бедна...
От его воплей болела голова. В глазах Сун Цы снова вспыхнула жажда крови. Заметив, что он теряет контроль над собой, Жун Бай взял его за руку, и Сун Цы тут же смягчился.
— Пойдем посмотрим, — предложил Жун Бай, терпеливо пригладив его взъерошенные волосы.
Примечание автора: Жун Бай никогда не думал, что однажды он будет кого-то утихомиривать.
