Кровавые документы

      Марк бодрствовал уже третий час по своим личным ощущениям и почти всё это время наблюдал за спящим Юрой. Наверняка, стоило бы его разбудить и начать разработку плана, но Полянскому не хотелось нарушить умиротворённый сон младшего. Боль в теле поутихла, а значит всё не так серьёзно, как могло бы быть. Видимо, задачей их похитителей было не убивать их, а просто припугнуть. На лице парня проскользнула кривая ухмылка. Да, толерантности этой кучке отбитых преступников не занимать. Это не было первым похищением для Марка, но скорее всего было первым для Юры. И если они выберутся — на что Полянский ну очень надеялся — то восстановление Грабовского от потрясений ляжет именно на его плечи. Они не смогут сразу же вернуться в Нью-Йорк, какое-то время им придётся скрываться, они даже не смогут выйти на связь со страшим Грабовским, ведь шанс того, что их после этого сразу же засекут почти стопроцентный. Похитители будут отслеживать все звонки на иностранные, и в особенности американские, номера. Марк не знал, что было хуже – то что им пришлось пережить или только придется.       Бранка в соседней камере зашевелилась во сне, и Полянский вернулся к реальности, перестав думать о весьма паршивом будущем. Его очень удивляло, как они могли не заметить её. Ему казалось, что, когда он оказался в этой камере впервые, вокруг были лишь голые стены. Неужели у него присутствуют провалы в памяти? Или же их просто перевели в другую камеру, пока они спали? Ни тот, ни этот вариант нельзя было ни подтвердить, ни опровергнуть, поэтому Марк решил, что сейчас самое время присмотреться к их подруге, по несчастью.       У парня не было привычки доверять всем подряд, тем более он не склонялся к тому, что эта женщина может принести им пользу. По ней заметно, что она не в лучшем состоянии. Но самым странным было то, что она была одета в платье. Марк не слышал, как её сюда заводили, а значит она присутствовала тут ещё до их появления. Если это действительно так, ей должны были дать другую одежду. Неужели их похитители решили давить на неё эмоционально, оставив платье как напоминание о потерянной жизни.       «Интересно, как же она тут оказалась...» — мелькнула резвая мысль в голове и сразу же исчезла в закромах разума, сгоняемая Марком. Если она захочет, сама расскажет. Или она уже рассказала, ведь Марк не мог поверить в то, что Юра не попытался заговорить с ней и как можно тщательнее расспросить, хотя бы из своего любопытства, а не выгоды делу.       Где-то вдалеке опять капала вода. Неужели она постоянно капала, а он не замечал? Обычно слух Полянского напряжен в ожидании хоть каких-то изменений вокруг. Было очень холодно. Видимо, тут был сквозняк, который сейчас пробрался сквозь кожу и вцепился в ослабшие кости. Стоило бы как-нибудь подвигаться, чтобы разогнать замедлившуюся кровь, но, честно говоря, на это не было никаких сил.       Время безудержно утекало в никуда. Сколько прошло времени с пробуждения? Пять часов, семь или все десять? Самым мучительным для парня было незнание. Всю свою жизнь Марк жил, сверяясь с часами, и сейчас их отсутствие стало ударом для его психики. Он мог бы разбудить и Юру, и пленницу, но тогда он бы украл их драгоценный сон. Лучше ведь пожертвовать собой, а не другими.       Кажись, он задремал, потому что не помнил, когда за решетками, в коридоре включился свет. Он бил ярким лучом, прямо по глазам, и разбудил их всех. Женщина отползла вглубь камеры и скрючилась там, в попытке избежать режущего глаза света, а Юра оглядывался вокруг, стараясь привыкнуть к такой смене обстановки.       — Просыпаемся и благодарим, что сегодня у нас нет на вас времени. Тобой, — подошедший мужчина тыкнул пальцем в Марка. — Мы займёмся завтра, нам нужно поговорить. А с твоим дружком ещё позже пообщаемся. Выдыхайте.       Закончив свою речь, он удалился так же быстро, как и пришёл.       — Что? — Юрины вопросы были как всегда удачными и вовремя.       — Ты его не слышал? — это вмешалась пленница из соседней камеры. Стоило хотя бы узнать её имя.       — Слышал, но не особо понял. — Тон парня изменился, он ненавидел, когда кто-то обращался к нему с язвительностью, но спорить с дамой, ему не позволяло воспитание. А может и не оно, может Грабовский надеялся использовать её, поэтому не спешил портить отношения с ней.       — Они иногда выезжают вместе с боссом в город, на разные встречи. В такие моменты, так скажем "персонал" сокращается вдвое. Слышали? Только что хлопнула дверь, значит, они уже ушли. Вернуться через день или чуть меньше. Если вы, парни, планируете бежать, то сегодня лучший день, другой возможности может и не быть, потому что вы умрете до следующего их выезда.       — Довольно позитивный прогноз, — Марк вмешался в разговор, криво улыбаясь. — Но у нас есть проблемка. Вот, — он указал на свои рёбра, намекая, что бежать ему будет очень сложно, если не невозможно.       — Ты не слышал её? Другого шанса не будет. Я помогу тебе.       Спорить не хотелось, поэтому Марк лишь кивнул, не собираясь ввязываться в разборки. У него нет особого желания говорить что-то в защиту себя и своих ребер, поэтому заведомо знал, что "проиграет" Юре.       — Ты знаешь, как отсюда бежать? — в глазах Грабовского загорался огонёк надежды, когда он обращался к пленнице. Марк не хотел его гасить, но не верил, что им удастся выбраться. В конце концов, это реальная жизнь, а не какой-то слезливый фильм, в конце которого все обязательно выживут, а злодей поймет свои ошибки и станет добрым.       — У меня давно был план, но я не могла его воплотить. Но это будет очень опасно. Одно неверное движение, одна задержка — и мы все мертвы.       — Да какая разница, когда мы закончим? Если не удастся выполнить твой план, то мы хотя бы попытаемся. А если будем сидеть сложа ручки, то все равно умрем.       — Имеет смысл. Так что мы готовы тебя слушать.       Лицо женщины просветлело. Казалось, будто она вынашивала этот план большую часть своей жизни и сейчас настал самый ответственный момент, когда она наконец-то могла его воплотить в свою серую и почти безнадёжную реальность.       — Я начну со своей истории. Может это будет звучать банально, но я не помню сколько я тут нахожусь. Подозреваю, что довольно долго. Я дипломат. Французский. Но корни к меня украинские, поэтому я хорошо знаю и русский, и украинский. Я приехала в Киев, чтобы встретиться с определенными людьми, но они внезапно перенесли место встречи. Когда я ехала в своей машине к новому месту встречи, я встретила старика около трассы. Он пытался остановить машины, но никто не останавливался, а я, как натура невероятно добрая и сочувствующая решила ему помочь. Это и стало моей фатальной ошибкой. Они заранее разузнали куда я буду ехать и подослали оплаченного человека, который должен был меня заманить. Я думала, что еду к его дому, в маленькую деревню, где он живёт. И мы действительно приехали к какому-то дому. Но это была старая рухлядь. Он огрел меня чем-то тяжелым по голове, и я отключилась. Помню тогда было ещё очень жарко, поэтому я начала терять сознание ещё во время дороги. Сейчас мне кажется, что у него был какой-то странный запах, который действовал как наркотик. Потом я очнулась тут, в этой камере. Меня иногда кормили, но я была голодной почти все время. — Она устало вздохнула и уперлась взглядом своих грустных кошачьих глаз в стену. Она молчала некоторое время, а потом, набрав побольше воздуха в легкие, продолжила: — Со временем я смогла передвигаться тут, но меня никогда не выпускали на улицу. Меня не пытали, меня использовали лишь как приманку. Видимо, они ждали, что за мной примчится кто-нибудь полезный, но увы, их ожидания не оправдались. За мной до сих пор никто не пришёл. — По её бронзовой щеке скатилась одинокая слеза. — Да я никого и не жду. Ждала, но сейчас надежда иссякла. Но это сейчас не так важно. Я знаю где их склад, где хранится оружие и не только оно, а ещё у меня есть вот это. — Девушка принялась копаться под матрасом, на котором она лежала и через несколько мгновений вытянула спичечный коробок.       — Позволь спросить, зачем он нам? — Юра вопросительно взглянул на неё, приподняв брови.       — У них на складе есть взрывчатка. Я планирую взорвать к чертям это место.       — Идея хорошая, но, позволь спросить, как мы её будем воплощать в жизнь? Я очень сомневаюсь, что нас пустят на этот склад, — слова Марка сочились язвительностью. Конечно в этом здании есть склад, конечно в нем есть оружие. Такое есть на абсолютно всех базах. И взорвать здание — идея отличная, но невыполнимая. Хоть за ними и не ведут круглосуточное наблюдение, но кто-то всегда находится рядом. И выйти незамеченными у них не получится. Они даже из камеры не выберутся, что говорить о здании.       — Слушайте, — девушка понизила голос до шепота, из-за чего парням пришлось придвинуться ближе. Настолько ближе, что Марк теперь слышал рваное дыхание Грабовского, что внимал каждому слову пленницы и не обращал ни на что другое внимание. — Через пару часов, если я не ошибаюсь, у них будет пересменка двое отсюда уйдут и двое придут. Обычно, сначала приходят новые, а потом уходят старые. Но в такие дни, когда половина их банды уезжает вместе с боссом, будет минут двадцать, пока мы будем одни. И перед тем как сдавать пост, один из них подойдёт к нам, чтобы увериться, что мы на месте. Я предлагаю прикинуться спящими, а если он будет к нам обращаться, ответит лишь один из нас и будет старательно прикидываться сонным. Потом, мы скрутим из подручных материалов манекены и подложим под одеяла, а потом сбежим из камер.       — Все прекрасно, но у нас всё ещё нет ключей.       — Мне кажется, не стоит её недооценивать, — Юра повернулся к Марку улыбаясь. — Они ведь есть у тебя, да, мадам? — обратился он к девушке.       — Да, — она улыбнулась в ответ. — Однажды, когда меня выпустили размяться, я стянула огромную связку ключей. Судя по тому, что эти камеры одинаковые, я думаю они отпираются одним ключом. И, возможно, я даже знаю каким. Уже видела, что использует охранник, когда выпускает меня. Так что, у нас есть отличный шанс. Правда будет сложнее подобрать правильный ключ ко складу, но я уверена, что и с этим мы справимся.       — Хорошо, извини, что я так недоверчиво к тебе отношусь. — Стушевался Полянский.       — Всё в порядке. Я понимаю почему ты так делаешь и не виню. Я хочу сказать, что я правда хочу вас помочь. Я всю жизнь потратила впустую. Я даже не кормила бездомных животных, не помогала детям в детских домах. Я не очень хороший человек. Мне кажется, что моя смерть уже близко, поэтому я стараюсь искупить все свои грехи. Я даже плохая верующая, в церкви была лишь несколько раз, после того, как уехала из родительского дома.       — Не говори так! — воскликнул Юра. — Ты хороший человек, которому ещё рано умирать. Не надо ожидать плохого от жизни, и оно не случится.       Девушка улыбнулась.       — Откуда ты знаешь, что я хороший человек? Может я в детстве котят топила.       Полянский хихикнул, принимая её игру.       — Что? Почему ты смеешься? — Грабовский тыкнул указательным пальцев в грудь Марка и через секунду понял, что сделал, когда Полянский болезненно скривился в ответ. — Ой, прости! Я не хотел!       — Что это ты не хотел? — прозвучал за спинами парней грубый голос. Они обернулись на звук и уставились на только появившегося мужика, грозно нависавшего над ними.       Юра замялся с ответом.       — Он хотел сделать мне перевязку, но слегка перестарался и натянул на меня футболку слишком резко. — Нашелся с ответом Марк.       — Ладно. Ну вы тут не буяньте, — предупреждающе стукнув кулаком по железу, он быстро ушёл, оставив по себе лишь неловкое молчание.       — Не мог придумать чего по умнее? Выставил себя и меня дураками, да ещё и в каком свете. — Юра фыркнул и отодвинулся в сторону.       — Во-первых, сейчас он будет считать, что мне всё ещё больно и я беспомощный, поэтому расскажет об этом своим дружкам. А во-вторых, мне все равно, в каком свете я нас выставил.       — Позвольте вмешаться, но ты все ещё беспомощный, — встряла в разговор девушка. Но обиженный Юра и скептически настроенный Марк, проигнорировал её реплику, после чего все принялись играть в молчанку, рассевшись подальше друг от друга.       С таким настроем они провели несколько часов. Когда из коридора послышались шаги, пленница из соседней камеры резко замахала руками, указывая на свое спальное место. Поняв намёк без слов, парни нырнули с головой под свои пледы и прикинулись спящими. Через несколько секунд шаги прекратились. Наступила абсолютная тишина. Через некоторое время опять послышались шаги, которые теперь постоянно отдалялись. К этим двум ногам в тяжёлой обуви, присоединилась ещё пара.       Когда звуки затихли, девушка вытянула ключи и вскочила со своего места. Она принялась запихивать под одеяло все что попадалось под руку. Юра с Марком тоже старались не отставать. Через минуту на их спальных местах красовались силуэты, чем-то напоминающие человеческие. Девушка не теряла времени и открыла свою камеру, выбравшись наружу. Перебежав к решеткам камеры парней, она так же ловко и быстро отворила дверь их места заключения.       — А теперь потише, идём за мной.       — Хорошо, а может ты хотя бы сейчас скажешь нам свое имя? — внезапно попросил Юра.       — Таисса Райман. Больше не слова. — Она спешно петляла по коридорам, смешно перебирая своими ножками, обтянутыми красным платьем. Марк считал секунды в своей голове, но путь не старался запоминать, с того момента, как они свернули в седьмой раз. Когда они встали перед массивной железной дверью, он остановил мысленный отсчет на 542 секунде.       — Пришли. Сейчас мне нужно некоторое время, чтобы подобрать нужный ключ, а вы пока что подумайте, что нам нужно. — Получив в ответ два молчаливых кивка, она принялась перебирать связку и пробовать вставить каждый ключ по отдельности. Получилось у неё это только с 9 раза. Когда замок трижды тихо щелкнул, она толкнула дверь и та поддалась, медленно открываясь.       Помещение было небольшим. На стенах висели винтовки, но кое-где были и пистолеты. Взрывчатка была аккуратно сложена в углах комнаты и накрыта брезентом.       — Выбирайте себе пистолеты, но проверьте чтобы были заряжены. И возьмите к ним магазинов — распорядился Марк.       Сам он внимательно осматривал наполнение комнаты, выискивая модель, с которой он всегда работал. Конечно, он может взять любую другую, но ему будет удобнее и комфортнее, если он найдет свой любимый. К несчастью, поиски не дали никаких результатов, поэтому он схватил парочку глоков и засунул себе за пояс. Схватив ещё один самозарядный пистолет, но уже другой фирмы, Марк принялся рыскать по помещению в поисках дополнительных патронов. Через пару минут его старания окупились, ведь он наткнулся на целых три коробочки и сразу же спрятал их под одеждой.       Юра с Таиссой уже давно его ждали около двери. Теперь они точно готовы. В целом, уже прошло около двадцати минут, поэтому, если девушка была права, их охрана только прибыла на место.       — Ты знаешь куда идти? — спросил Грабовский, оглядываясь по сторонам.       — Да, тут до выхода не долго. Секунду подождите ещё. — Она вытянула из спины брусок тротила с длинным шнуром и положила в углу, около кучки взрывчатки. А шнур протянула по всей комнате, заворачивая в некоторых местах.       — Ты уверена, что стоит? Если мы не успеем, то взлетим на воздух. — неуверенно спросил Юра.       — Пан или пропал. Мы успеем.       Она достала коробок со спичками, зажгла одну и поднесла к фитильку.       — Я поджигаю, и мы бежим. Три, два, один! — она зажгла верёвку и бросила пылающую спичку наземь, придавив ногой. Она быстро промчалась мимо парней и побежала в противоположную сторону той, откуда они пришли. Они пробежали за минуту тот отрезок пути, который они бы одолели шагом за минут пять. Впереди уже виднелась дверь, которую Марк помнил с самого первого вечера здесь.       — Не двигаться или я буду стрелять. — За их спинами возник мужчина, направляя на них пистолет. Девушка отреагировала быстрее всех, направляя на него пистолет и спуская курок. Все это произошло вдоль секунды, но курок спустила не она одна. Мужчина тоже сделал выстрел. Они попали друг в друга. И охранника было пробито плечо, а у девушки на левом боку расплывалось темное пятно. За пару секунд ступора в коридоре появились ещё с десяток человек.       — Чёрт. Ты как, двигаться можешь? — Грабовский подскочил к Таиссе, подставляя ей свое плечо.       — Я же говорила, что мне осталось недолго, — девушка печально улыбнулась, отклоняясь от парня. Развернувшись лицом к надвигающейся толпе, она бросила, не оборачиваясь: — Бегите, забудьте обо мне. Юра, не забудь, что ключи у тебя.       Она принялась стрелять по бандитам, которые прибыли не с пустыми руками и сейчас прикрывались щитами, очень похожими на те, что были у полиции. Неужели ограбили какую-то патрульную машину?       Грабовский застыл, с отчаяньем смотря на девушку. Да, она передала ему ключи в оружейной, шепнув, что так будет надежней. Как он не догадался сразу, что она и не планировала выбираться.       Из ступора его вывел Марк, схвативший его за руку и потащивший за собой. Через пару секунд Юра сообразил, что ему самому стоит работать ногами и не растерянно пялится назад. Влетев в последнюю комнату, что отделяла их от свободы, Грабовский понёсся к дверям вверх по ступенькам, к дверям.       Полянский оглянулся на парня и заметил, что сейчас все ступени были на месте. Видимо, их похитители заранее знали о их прибытие, поэтому старательно подготовились.       — Давай быстрее, у нас нет достаточно времени. — Крикнул Марк, старательно отсреливаясь. Кажись, он даже убил парочку человек.       — Сейчас! — Отозвался Юра.       — Открыл! Иди первый! — Вскрикнул Грабовский. Ему не нужно было повторять дважды, чтобы его услышали. Марк побежал наверх, упрямо игнорируя адскую боль. Выскочив на улицу, он обернулся. Юра стоял на последней ступеньке с пистолетом в руках, а к нему уже неспешно двигался мужик, что приходил к ним утром.       — Стреляй, болван! Он же безоружный! — Марк заорал, что есть мочи.       Грабовский вздрогнул и спустил курок. Пуля вошла в голову мужчины и тот резко покачнулся, заваливаясь на спину. Юра не пошевелился. Понимая, что сдвигов не будет, Марк схватил того за руку, и вышвырнул на улицу, захлопнув за собой дверь. Та сразу же щёлкнула, закрывшись сама по себе.       Юра стоял на четвереньках в снегу и кашлял. Он судорожно сотрясался, пытаясь восстановить дыхание. Марк подбежал к нему и вздернул на ноги, он обхватил ослабшего парня по рукам и начал стремительно уводить в сторону, под покров деревьев.       Как только они забежали в лес достаточно далеко, прогремел взрыв. Земля затряслась и они, не удержавшись на ногах, упали наземь. Где раньше был подземный бункер, сейчас поднимался гриб из черного дыма, а чуть ниже, не поднимаясь выше деревьев, но петляя между ними, распространялся коричнево-белый дым.       — Поднимайся, нам нужно бежать. — Марк опять потянул Юру за шиворот. — Скоро тут будут копы, нам нужно бежать. Эй, ты слышишь меня? — Полянский тряханул парня, пытаясь привести в чувство. Видя, что от Грабовского никакой реакции, он аккуратно уронил того наземь, прямо лицом в снег. Подержав так для пущего эффекта секунд десять, он вытянул парня из сугроба и схватил ладонями за лицо. — Скажи, что слышишь.       Юра начал постепенно приходить в себя, медленно промаргиваясь.       — Слышу.       — Понимаешь?       — Понимаю.       — Значит слушай. Сейчас мы бежим в ту сторону, откуда пришёл я с командой, ты от меня не отстаешь. Чтобы ты действительно не потерялся, я буду держать тебя. Нам нужно как можно быстрее выбраться отсюда, до приезда копов. Если ты будешь и дальше пребывать в прострации, у нас ничего не получится, понимаешь? Мне нужен мой Юра, а не мешок с костями. Скажи, что понял.       — Понял.       — Отлично, если хочешь если или пить, советую сейчас пожевать снег. Голод это вряд-ли утолит, но ты точно перехочешь пить. Конечно, после этого ты скорее всего заболеешь, так как мы уже сейчас рискуем получить обморожение, но это не так страшно, как умереть от жажды.       Закончив со своими наставлениями, Марк закинул себе в рот пару горстей снега. Зубы и щеки свело от холода моментально, но он наконец-то получил хоть какую-то воду, ведь та, что они получили в своей камере давно закончилась, а больше им не давали.       Руки уже были красными от холода, он перестал чувствовать свои уши, голые ступни занемели. К счастью, Юра воспользовался его советом и тоже закинулся снегом, при этом как-то странно улыбаясь. Решив, что сейчас не самое подходящее время для того чтобы узнать, чем вызвана эта улыбка, Марк подскочил и вцепился в руку Грабовского, вытягивая на себя.       — Побежали. Мы обязательно выберемся и выживем, я тебе обещаю. — Он сжал такую же холодную ладонь Юры и рванул глубже в чащу.