Кровавые документы

      Безразличный взгляд голубых глаз блуждал по заснеженной улице.       Если бы у них были деньги… У них бы не было как минимум половины проблем. Но скорее всего их арендованные машины, на которых они сюда приехали давным-давно обчистили и бросили в какой-то глуши. Так что не стоит даже пытаться найти их, ведь это лишь натолкнет их на новую опасность, но никак не поможет.       — И так, деньги, — бормотал Марк невероятно медленно наматывая круги возле места их временного пристанища. Та сумма, которую достал Юра уже давно канула в небытие. А добираться до города как-то нужно. Да ещё и сам Полянский был огромной проблемой для них обоих. Почти полная недееспособность дела его чуть ли не бесполезным. Если бы с его здоровьем было все в порядке, они могли бы найти хоть какую-то работу и насобирать денег на возвращение, но в его состоянии за ним требуется постоянное внимание и уход. Ни о какой подработке даже не шла речь. Поэтому единственным выходом была, как неудивительно, кража. То самое, что так яро ненавидел Юра и к чему Марк относился с уставшим безразличием.       Полянский остановился и прикрыл глаза, отклоняя голову назад и подставляя лицо под морозный воздух. Надо держать голову холодной и бесчувственной, иначе весь план спасения пойдет коту под хвост. На задворках сознания крутился какой-то факт, видимо очень важный, но такой расплывчатый и недоступный, что Марк даже не пытался вспомнить его.       Парень уже расспросил местных и узнал, что они сейчас находятся в небольшом городке, что расположен в пятнадцати километрах от границы. Получается, далековато их занесло от Одессы. А значит и возвращение они сами себе усложнили. Видимо его в подвале хорошенько приложили чем-то тяжелым по голове, и он каким-то образом перепутал стороны света, направив их с Юрой в противоположную сторону от которой они пришли. Но и в этом были свои удобства. Вероятнее всего, их не додумаются искать тут.       В кафе парням мило предложили воспользоваться картой местности. Оттуда Полянский быстро выяснил, что возвращаться назад им нужно более, чем на 110 километров, хотя изначально маячок в часах Юры был восточно-южнее того городка, где они были сейчас. Как сказал Грабовский, когда увидел место их расположения: «Хорошенько мы газанули». У Марка эта реплика вызвала улыбку в тот момент, но сейчас ему было совсем не до радостей. Он оставил Юру сидеть над картой в теплом помещении, а сам решил выбраться на какую-никакую разведку местности.       Ходить было все ещё больно, но спустя прошедшее время боль притупилась и стало легче. Полянский всматривался в заснеженные городские закутки, фокусировал свое внимание на людях, что спешно шли по своим несомненно важным делам и задерживал взгляд на тусклых вывесках, что украшали фасады зданий.       Через час-два блужданий его поиски наконец-то увенчались успехом. По всей видимости он наткнулся на немного отдаленное от города кладбище старых и поломанных машин. И он очевидно видел, как минимум один автомобиль в полуживом состоянии. Тщательно осмотрев старенького запорожца и одобрительно хмыкнув пару раз, парень остался почти полностью довольным. Осталось раздобыть где-нибудь достаточное количество бензина, чтобы доехать до Эдвины с Кэсс. Вот эта старая машинка и будет спасать их жизни. Решив, что сделал все возможное, Марк развернулся и поплелся обратно, надеясь, что он не заблудится, ведь путь сюда он не старался запоминать.       Пока он плелся по разбитой дороге с неба начало потихоньку накрапывать. Чертыхнувшись, парень прибавил скорости и начал двигаться чуть ли не вдвое быстрее. Промокать под дождем в его планы уж точно не входило. Да и сама испортившаяся погода перевернула все его надежды и ожидания. Хорошо, если это просто потепление, которое будет стабильным, но если после этого дождя температура опять упадет, им точно не поздоровится.       На том автомобиле, который ему приглянулся была летняя резина, которая для гололеда ну никак не подходит. Верно, ещё есть вариант идти пешком, но у них на это просто не станет сил.       Распахнув двери того «кафе», в котором они остановились, Марк наконец-то вдохнул полной грудью теплый, а не ледяной и режущий горло, воздух. Пробежавшись глазами по помещению Полянский быстро наткнулся взглядом на Юру, что сидел за тем же столом, что и раньше и бездумно пялился в одну точку.       — Эй, ты как? — Марк положил руку на плечо Грабовского и потянул на себя, собираясь взглянуть тому в глаза, но Юра вывернулся и опять уставился на устеленную картой столешницу.       — Нормально, нет причин беспокоится, — буркнул он, подпирая рукой щеку. — Какие-нибудь новости?       — Нашел нам транспорт. Осталось раздобыть бензин.       — Опять кого-то убил? — язвительно спросил Грабовский разворачиваясь и глядя Марку в глаза.       — На этот раз всё обошлось. Автомобиль не в лучшем состоянии, но шанс добраться до Одессы есть.       — Я не поеду в Одессу. Не сейчас. — Шепотом сказал парень.       — Прости? Я не ослышался? — брови Марка с поразительной скоростью метнулись вверх, когда он услышал ответ Юры. — Раз так, то позволь спросить почему же ты не поедешь?       — Ты вернешь меня отцу. Я не хочу возвращаться. Скажи, что я умер, сгорел при взрыве, а тело найти не удалось. Я не вернусь, Марк. — Грабовский взглянул на нависающего над ним парня, в чьих глазах отражалось его пустое, без эмоциональное лицо. Полянский хотел нагрубить, сьязвить и сказать, что этот бред больше не намерен слушать, не время и не место, только в лице его «спутника» угадывалось что-то до боли знакомое… Голубые глаза наполнились страданиями.       — Так не пойдет.       — Я знаю. Я твоя миссия, но я буду сопротивляться.       — Ты не только моя миссия. — На этих словах в глазах Юры загорелся крохотный огонек надежды, но следующие слова потушили его так же быстро, как и разожгли: — За тебя в ответе было намного больше человек и многие из них сейчас мертвы. Так что не будь идиотом, а хоть раз, хоть один чёртов раз, побудь паинькой и не делай поспешных выводов. Я должен вернуть тебя отцу, мне плевать что там у вас за разборки.       Юра разочарованно хмыкнул и уткнулся лбом в стол. Перегорелое пепелище Юриных надежд тлело на глазах.       — Прости, Маркус, как же я мог забыть, что тебе Алексей Николаевич и его просьбы дороже всего остального. Ты ведь и мать родную продал, если бы он попросил, не так ли? — Грабовский метнул злой взгляд на Марка и процедил: — Ах да. Я забыл, прости. У тебя же её нет.       — Юра, прекрати, пожалуйста. — Полянский устало вздохнул и провел рукой по спутанным волосам, убирая их с лица. — Я не хочу слушать твои очередные истерики. Я устал. Думаю, и тебе стоит поспать немного, твоя нервная система перегружена. Ей нужен отдых, хоть какая-то перезагрузка.       — Тебе бы самому перезагрузиться надо. — Резко стукнув по столу, Грабовский вскочил со своего места и быстрыми, рваными шагами направился к выходу. Полянский среагировал мгновенно, направившись за ним. Вылетели они из здания почти одновременно, но нагнать Юру Марк смог лишь спустя пару кварталов скоростной ходьбы.       — Иди сюда. — Парень схватил Юру за руку и резко дернул на себя. От такого неожиданного сильного напора Грабовский на секунду растерялся и безвольной куклой упал в объятья Марка, которые он сразу же запахнул, крепко прижимая ошеломленного парня к себе. — Прости, я был неправ. Просто знай, как бы я не хотел помочь тебе, я не могу вмешиваться в ваши с отцом отношения. Он устранит меня, если узнает о моем предательстве и я больше не смогу тебе помочь. — Марк прижался раскрасневшейся от бега щекой к темной макушке Юры и прошептал, улыбаясь: — Да и умереть от инфекции в какой-то глуши я не хочу, ты уж прости.       — Мы ведь оба знаем, что ты говоришь это только для того, чтобы успокоить меня. — Голос Грабовского звучал надломлено, а может быть это лишь казалось из-за того, что он был приглушен курткой Марка.       — Считай как хочешь, но я говорю это он чистого сердца.       — Ладно, я поеду с тобой в Одессу. — Полянский заметно расслабился, услышав эти слова и прикрыл глаза, пряча под веками удовлетворенный взгляд. — Но потом. Сначала мы заедем кое-куда, ладно. Там тебя подлатают.       — Неужели ты знаешь о каком-то крутом хирургическом центре поблизости, о котором не знаю я? На карте, что ли, нашёл?       — Не стоит надо мной насмехаться. Больше шансов, что тебя убьют сразу же, как только ты объявишься в городе или тем более в городской больнице. А там тебя никто не узнает. Обещаю, что попадем в твою хваленую Одессу ещё до Нового Года.       — Ладно. Я согласен. — Просто согласился Марк. Он разомкнул руки и отступил на два шага назад, пожимая плечами. — Время на нашей стороне.       — Угу. Давай возвращаться. — Юра медленными шажочками направился обратно, спрятав лицо за упавшими на глаза волосами. — Нам ещё надо добыть топливо. Есть идеи как мы это провернем?       — Сольем у кого-то. Или на крайняк попросим.       — Может наоборот? Сначала попросим, а если не дадут, то раздобудем незаконно?       — Может и наоборот. Мне без разницы.       Грабовский устало вздохнул. Эта фальшивая безразличность Марка порой ну очень сильно раздражала его. Он напоминал болванчика, который стоит в машине и кивает головой на каждом повороте.       Когда парни вернулись в «кафе» их провожали удивлённые взгляды почти всех посетителей. Все так же, не обращая на них ровно никакого внимания, Полянский направился к женщине за стойкой, что их всех обслуживала и в добавок готовила. Запустив руку в карман, он выловил оттуда несколько помятых купюр и парочку монет и со звоном опустил их на грязную поверхность, сопровождаемый удивлённым взглядом Юры.       — Нам нужен бензин. На сколько литров хватит этой суммы?       Её старческие руки принялись перебирать монетки и пересчитывать купюры. На пару минут она замолкла, задумавшись.       — Дам два литра. И то с натяжкой. Будете должны.       — Спасибо огромное. — Марк дружелюбно улыбнулся.       — И карту мы заберем, — вмешался Юра, настороженно поглядывая на лицо продавщицы. Ему казалось, что там хватало на большее…       — Да забирайте, кому ещё она нужна, — махнула рукой женщина, сгребая полученное и уходя в подсобку.       — И зачем нам карта, позволь спросить? — саркастически спросил Марк.       — Я не знаю дороги. Не уверен, что мы заедем туда, так что я буду сверятся с картой. Так надежнее.       — Ты собираешься вести машину? — вопросительно дернул бровью Полянский. В ответ он получил сдержанный кивок. Он устало выдохнул, понимая, что спорить тут бесполезно. Решат это позже.       К этому моменту дверь кладовки со скрипом отворилась и оттуда выглянула черная макушка женщины, которая тащила двухлитровую бутылку с бензином.       — У меня невероятно много вопросов. — Пробубнил Юра так, чтобы не услышала продавщица, гордо вручившая бутылку Марку и отошедшая в другой край прилавка. — Во-первых, почему она дает нам бензин в пластиковой бутылке из-под колы, а во-вторых, почему она в подсобке держит бензин?       — В пиццу добавляют.       Пару секунд Грабовский смотрел на невозмутимого Полянского, а потом разразился смехом.       — Знаешь, ты так редко шутишь, но я обожаю твое чувство юмора, — Юра прикрыл глаза и счастливо улыбнулся, стараясь отложить этот момент в памяти.       — Рад, что хоть кто-то это ценит. Пойдем.       Солнце было в зените, и Марк очень надеялся, что они успеют добраться туда, куда хочет Юра хотя бы до ночи, если не до вечера. Мерзкий дождь, к счастью, прекратился и настроение Полянского значительно улучшилось в связи с этим. Парни шагали друг за другом, правда Юра чуть отставал, ведь не знал дороги, а просто шел следом. После небольшой словесной перепалки, устроенной по пути к их транспортному средству, парни наконец-то пришли к кое-какому согласию и договорились, что чинить машины будет Марк, а вести Юра.       Подойдя к месту и увидев выбранную Полянским машину, Грабовский застыл на месте.       — Ну и рухлядь.       — Какая есть. — У Марка раздраженно дернулся уголок рта. — Ты сам отказался от угона автомобиля получше, чем этот.       — Да не в этом же дело. — Юра растеряно осматривал запорожца. — Я на таких машинках никогда не ездил. Так что это может быть проблематично.       — Разберешься. Буквально полчаса и мы готовы выезжать, а ты пока маршрут проложи, путешественник. — Хмыкнул Марк и выхватив из рук Грабовского бутыль с бензином направился к автомобилю.

***

      На деле же ремонт и подготовка к поездке заняли вдвое больше времени, но никто из парней не жаловался. Когда Марк наконец-то завел машину и вырулил с территории свалки, Грабовский радостно хлопнув в ладоши направился к водительской дверце.       — Пересаживайся, механик, дальше я сам поведу этого красавца.       — Кажись, ещё не так давно, ты говорил, что это рухлядь, а теперь вот как запел, — язвительно отозвался Полянский пересаживаясь на переднее пассажирское.       — Времена меняются, — просто пожал плечами Юра, усаживаясь на водительское место и выруливая на дорогу, ведущую из города.       Первые полчаса и 33 километра парни провели в приятной тишине, сверяясь с картой и следуя маршруту. На 34 у них заглох мотор из-за того, что закончился бензин.       — Приехали. Высаживайся, принцесса. — На удивление Марка, Юра будто ожидал, что им не хватит топлива, чтобы доехать и вел себя очень спокойно, отстегиваясь от кресла и вылезая из машины. — Дальше пару километров ножками придётся топать. Ну как пару… Всего семь. Дойдем за два часика, гляди и сумерек ещё будет.       — Это входило в твой план?       — Честно, я думал, что мы заглохнем раньше. Но тебе повезло. Судьба любит тебя. — Сделав заговорщицкое лицо, Грабовский произнес последнюю фразу шепотом.       — А как же. — Закатил глаза Марк. — Куда дальше?       — Следуй за мной, не потеряешься. Заодно можешь насладиться местными красотами, — Юра махнул рукой куда-то в сторону бескрайнего поля.       — Тобой что ли?       — И мной в том числе.       Грабовский не соврал. Вокруг и правда было очень красиво. Их окружали живописные поля, припорошенные снегом и с высаженными возле дорог тополями. Ещё в самом начале они прошли через небольшую речку, полностью покрытую льдом. А через час свернули на боковую дорогу и поплелись к селу, что уже виднелось вдалеке.       — Веди себя естественно. Местные не любят приезжих, — шепнул Юра Марку, когда они поравнялись с первым разноцветным забором. В ответ Полянский сдержанно кивнул, с любопытством оглядываясь вокруг. Юрина серьезность его даже повеселила.       — А мы ведь украли машину… — внезапно Грабовский опять подал голос, остановившись и растеряно глядя перед собой.       — Технически, она была на свалке, так что нет, не украли. Не терзай себя, Юра. — Полянский мягко улыбнулся, положив руку на плечо поникшему парню. — Если тебе угодно украл ее я, а ты соучастник. Им меньше срок дают.       — Не надо меня утешать, я не маленький, — злостно прошипел Юра, скинув руку со своего плеча и успев зацепить Марка при этом. Ровно через секунду Полянский согнулся от боли, падая на колени и обхватывая себя руками.       — Что случилось? — рядом опустился Юра, напугано заглядывая в скривившееся от боли лицо и задавая такой неуместный сейчас вопрос.       — Ты, придурок, случился, — делая паузы для вдохов процедил Марк. — Руками не махай. Ты не мельница.       — Боже, прости, Марк. Пойдем, — Юра поднырнул под руку Полянскому и перекинув его вес на себя, повел к ближайшей лавочке, что стояла у синей, припорошённой снегом, калитки. — Посиди тут, я сейчас найду кого-то. — Сказав это, Грабовский помчался вглубь села по центральной улице, оставляя Марка наедине с его болью. Вероятно, прилетело именно по сломанному ребру. Меткий, гад.       Полянский прикрыл глаза и откинулся на спинки лавочки, собираясь хоть немного отдышаться и прийти в себя.       — Ты кто, милок? — Раздался старческий женский голос прямо над ухом. — И что делаешь на моей лавочке?       — Простите, уважаемая. — Марк открыл глаза, понимая, что отвечать с закрытыми уж очень невежливо. Его взору открылась миловидная старушка с цветастой вязаной шапочкой на голове. — Мне поплохело, а друг побежал за помощью. Я скоро уйду, не волнуйтесь. Позвольте только отдохнуть на вашей лавочке, я очень вас прошу.       — С чего бы мне отказывать тебе. Отдыхай милок. А я рядом присяду. — Дружелюбно кивнула она, опускаясь на лавочку рядом с парнем. — Откуда родом будешь?       — Я сам из Одессы, а тут проездом.       — Славный город. А у меня вот сын в Америке живёт. Забыл о старушке совсем. Да и внучат я своих ой как давно видела. — Жаловалась старушка, сокрушенно качая головой. — Один из внуков моих, Николай умер. Жаль его.       — А ваш муж жив? — Поинтересовался Марк для поддержания разговора, надеясь, что Юра расправится побыстрее.       — Увы. Помер давно. Тоже Николаем был. У нас такая традиция в семье хорошая. Первые сыновья поочерёдно называются то Николаем, то Алексеем. Я, когда замуж за своего Коленьку выходила, так полюбилась мне эта традиция! — воодушевленно рассказывала женщина, добавляя выразительности своей истории и хлопая руками.       — Ой, смотрите, друг мой идет, — улыбнулся Полянский, указывая на бегущего к ним Юру.       — Познакомимся сейчас, значит! — радостно произнесла старушка, вставая с лавочки.       — Здравствуйте, баб Нин! — весело воскликнул Грабовский, подбежав к ним.       — Здравствуй-здравствуй, мальчик. А откуда ты знаешь, как меня звать?       — Я Юрий Грабовский. Помните меня? — Юра задорно ухмылялся, показывая ямочки на щеках, что появлялись там очень редко, только в самые искренние моменты.       — Юрочка! Неужели ты! — старушка кинулась обнимать парня и целовать в щеки. — Как я давно тебя не видела! Так подрос, красавец. Это сколько тебе сейчас? Двадцать?       — Мне двадцать один, бабуль. А можно мы в дом зайдем? Моему другу это, поплохело немного. Я тебе там все расскажу.       — А чего не можно то? Проходите, проходите. А я вас чаем напою, отогрею. Небось замерзли, бедненькие. — Старушка распахнула калитку, пропуская парней перед собой.       — Спасибо! Сейчас мы тебе все расскажем. — Юра улыбался, ведя Марка в дом и поглядывая на свою бабушку Нину.       Полянский сдерживал смех от абсурдности этой ситуации. Они приехали к бабушке! Бабушке! Юры Грабовского, после того, как он сам сбежал от своего отца.       Да и ладно, чем черт не шутит?