Гранат и асфодель

За все время, что Гарри жил в резиденции, ему в голову ни разу не приходила идея наведаться на кухню. И сейчас он замер на пороге, оглядывая мрачное помещение с грубыми каменными стенами и чувствуя, как больно сжимается сердце: в отличие от остального дома Блэков, кухня почти не изменилась. Очень многое здесь осталось таким же, как в те времена, когда тут собирался Орден Феникса: огромный очаг, свисающие с потолка чугунные котелки и сковородки, длинный деревянный стол, кажется, даже тот самый. Вот только, разумеется, не было ни множества кресел, ни кучи свитков пергамента — вместо этого на кухне кипела работа. Двое домовиков быстро перемещались по помещению, а вокруг них летали ножи, поварешки, и исходили паром готовящиеся блюда. Прошло несколько секунд, прежде чем эльфы увидели внезапного гостя и, испуганно пискнув, замерли, согнувшись в глубоких поклонах. — Здравствуйте, — начал Гарри. — Рес и Фидо, верно? Я пришел проверить, как у вас дела. Домовики тут же провели ему целую экскурсию. Гарри осторожно расспросил их и выяснил, что в процессе готовки и перед тем, как отправить еду и напитки на стол Волдеморта или Пожирателей, они несколько раз проводят тщательную проверку на наличие ядов. Гарри с трудом сдержался, чтобы не поморщиться: очевидно, пробраться на кухню и незаметно подсыпать отраву у него не получится. Но он хотя бы может провести очередную проверку бдительности Волдеморта. — Принесите-ка мне чашку, в которой вы подаете напитки для Темного Лорда, — приказал он. — Мы подаем из разных, господин, — пропищал один из домовиков. — Но из одного сервиза. — Ну вот одну и дайте, — нетерпеливо заявил Гарри. Домовики послушались. Гарри покрутил в руках чашку из тончайшего фарфора, а затем взмахнул палочкой, тихо шепча заклинание. — Теперь напиток, налитый в эту чашку, никогда не остынет, — произнес он, закончив. — Но господин!.. Не велено, господин! — наперебой запищали домовики. — Темный Лорд запрещал накладывать на посуду любые чары? Уверен, что нет. И вы сами можете убедиться, что мое колдовство не только безвредно, но и, очевидно, спасет вам жизни. Домовики мялись, выкручивая себе уши. — И я прошу вас первый раз подать напиток в этой чашке в моем присутствии, — продолжил Гарри. — Так что если Темный Лорд и будет недоволен, он накажет только меня. — Хорошо, господин! — пропищали эльфы. — Мы сделать! — Ну вот и замечательно, — кивнул Гарри и, передав им зачарованную чашку, покинул кухню. Еще недавно Гарри не умел так зачаровывать предметы, а сейчас мог бы легко создать такую же сумку, как та, которая была у Гермионы во время их провального похода за крестражами. По его губам скользнула слабая улыбка. Разумеется, против Волдеморта это не поможет, но все же приятно было осознавать, что его силы растут. Интересно, в какой же момент Волдеморт почует колдовство? Если только после того, как сделает глоток, у Гарри есть шанс застать его врасплох, но вот если сразу же, как возьмет чашку в руки, то дела плохи. Ведь, как недавно узнал Гарри, зелья тоже излучали некоторый магический фон, а это значит, что настолько выдающийся маг, как Волдеморт, вполне может почуять отраву. Темный Лорд был запредельно опасным противником, но Гарри не собирался отступать.

***

Гарри расположился на облюбованной им софе в кабинете Волдеморта, дописывая свой еженедельный отчет для Яксли. Сам Темный Лорд, оградившись Заглушающими Чарами, беседовал о чем-то с Люциусом Малфоем. Они проговорили не меньше получаса, но наконец Пожиратель встал и, поклонившись, покинул кабинет. Волдеморт ленивым взмахом руки снял чары и чуть утомленно вздохнул. А затем щелкнул пальцами. Гарри замер, непроизвольно вцепившись в пергамент, на котором писал. Прошла томительно-долгая минута, но вот перед Темным Лордом с громким хлопком возникла дымящаяся чашка. Волдеморт протянул было к ней руку, но тут же замер и достал волшебную палочку. Гарри нервно сглотнул: поразительно, но Темный Лорд заподозрил неладное, даже не прикоснувшись к чашке! Волдеморт взмахнул палочкой, а затем перевел взгляд на Гарри. На его почти отсутствующих губах медленно расползалась усмешка. — А ты упорный, я погляжу, — протянул Волдеморт. — У меня, что, появилась женушка? Лицо Гарри опалил удушливый жар, а в ушах зашумела кровь. — Это входит в обязанности секретаря, мой Лорд, — вскинув голову, произнес он. — Не думаю, — насмешливо парировал Волдеморт. — Правда входит, — зачастил Гарри, — например, моя секретарша всегда приносит мне горячий кофе или чай. А Белби ничего не делает просто потому что боится вас до судорог. Волдеморт прокрутил Бузинную палочку в своих по-паучьи длинных и тонких пальцах. — Тебе тоже стоило бы, — мягко заметил он. — Да, вероятно, — усмехнулся Гарри, легко выдерживая его взгляд. — Но тогда у вас не было бы всегда горячего кофе. — Может, ты еще и сэндвичи начнешь мне подносить? — Может, и начну, мой Лорд. А они вам нужны? В смысле, я ни разу не видел, чтобы вы ели. — Приятно знать, что ты считаешь меня сверхчеловеком, Гарри, — ухмыльнулся Волдеморт. — Ну разумеется, считаю, мой господин, — вкрадчиво произнес Гарри. — Но сэндвичи принесу. Магия Темного Лорда скользнула к нему и будто лизнула, на несколько секунд окутав неожиданным влажным теплом. — Хороший мальчик, — насмешливо бросил Волдеморт. Гарри прерывисто вздохнул, чувствуя, что его снова бросило в жар. Волдеморт как ни в чем не бывало вернулся к работе, а Гарри потребовалось несколько секунд, чтобы успокоить вдруг зачастивший пульс. Позже, оказавшись в своей спальне, Гарри витиевато выругался, зажмурившись до разноцветных кругов перед глазами. Отравить Волдеморта будет еще сложнее, чем он думал. Конечно, можно использовать маггловский яд, не содержащий в себе ни капли волшебства. Но Гарри понятия не имел, где его достать, и есть ли вообще у простецов яды, действующие моментально и не имеющие ни вкуса, ни запаха. А это значит, что ему нужна Стигийская вода — крайне опасный яд, знаменитый именно тем, что не имеет абсолютно никакого магического следа. Гарри подозревал, что он есть у Рудольфуса Лестрейнджа, но не имел ни малейшего представления, каким образом сможет незаметно обокрасть главу разведки. Впрочем, главная проблема была вовсе не в этом. Гарри знал, что сейчас должен ощущать разочарование, злость и гнев. И он упорно пытался найти в себе эти чувства. Но их не было — напротив, после разговора с Волдемортом Гарри пребывал в ненормально хорошем настроении. И это пугало до дрожи. Весь остаток вечера с его губ не сходила идиотская и неуместная улыбка, и теперь Гарри с трудом сдерживался, чтобы не расколошматить свое лицо в кровь о ближайший дверной косяк. — Кричер, огневиски! — хрипло приказал он, прежде чем изнеможенно рухнуть в кресло. Точно из него вдруг вытащили стержень. Будто марионетка с перерезанными нитями.

***

— Смотрите-ка, мистер Поттер, похоже, вы были не правы, когда говорили, что Италия слишком разобщена, и ее правители не смогут договориться между собой, — заявила Салли. — Или последние новости на самом деле просто слухи? — Нет, это правда: Италия действительно вступила с нами в переговоры, — утомленно вздохнул Гарри. — Хотят заключить союз. — Это же просто отлично! — воскликнула Салли. — И логично: итальянцы же не дураки, они понимают, что Британия — очень выгодный союзник! Мы могли бы договориться о беспошлинной торговле… Гарри краем уха слушал рассуждения своей секретарши, и они казались ему ужасно наивными. Ведь, в отличие от Салли, он прекрасно знал, что у Лорда Волдеморта нет и никогда не будет союзников: либо слуги, либо враги. Итальянцы собирались заключить сделку с дьяволом. Они и сами не заметят, как окажутся в ловушке, точно глупые мухи запутаются в его паутине. — А правда ли, что итальянская делегация скоро прибудет в Лондон, сэр? — Переговоры пока ведутся, но вероятно, да, они приедут. — Здорово! Вот бы попасть на банкет! Думаю… Гарри резким взмахом руки оборвал болтовню Салли. — Меня зовет Темный Лорд, — произнес он, чувствуя, как Метка внезапно полыхнула огнем. — Ой! Значит, вы сейчас в резиденцию, да, сэр? — Нет, — ответил Гарри, быстро направляясь к выходу из своего кабинета. — Он здесь, в Министерстве. Волдеморт ждал его посреди абсолютно пустого Атриума. Гарри лишь раз видел, чтобы тут не было людей — почти четыре года назад, во время трагической вылазки за Пророчеством. Темный Лорд поманил Гарри к себе, и он подошел ближе, встав напротив. — Я собираюсь накрыть Министерство щитом, — сообщил Волдеморт. — А ты поможешь, как в прошлый раз. Это будет сложнее, чем с моей резиденцией, потому что тут и без того уже наложена очень разнородная защита, но думаю, ты должен справиться. — У меня получится, милорд, — уверенно ответил Гарри. Волдеморт едва заметно усмехнулся и без предупреждения взмахнул палочкой. Его потрясающе могущественная магия хлынула во все стороны, заставляя Гарри покрыться холодными мурашками. Призрачно-зеленый свет распространялся все дальше и дальше, и Гарри присоединился к Волдеморту, перехватывая потоки его волшебства, помогая сплетать их в сложную прихотливую сеть. Гарри всем своим существом чувствовал и словно наяву видел многие этажи под их ногами, уходящие глубоко под землю. Он ощущал защитные чары, закрывающие Министерство, заключающие его в крепкую броню. И видел множество пылающих алым силуэтов — это были люди, множество работников Министерства — и Гарри вдруг осознал, что, если что-то пойдет не так, если защитные чары начнут конфликтовать друг с другом, они окажутся в смертельной опасности. Но полупрозрачные щупальца магии Темного Лорда непреклонно продвигались вперед, с ювелирной точностью проскальзывая между плетениями чужих заклинаний, обвивали их, но не прикасались, чтобы не вызвать реакции. И Гарри уверенно следовал за Волдемортом, не нарушая ритм, – кажется, сейчас они даже дышали в унисон. Количество нитей все росло, и Гарри казалось, точно они стоят в центре огромной паутины. Он понял, что все получилось, за секунду до того, как Лорд, удовлетворенно кивнув, опустил палочку. — У тебя неплохо получается, — снисходительно заявил Волдеморт. — Ты хорошо чувствуешь мою магию, должно быть, из-за крестража. Так что работать с тобой на удивление приятно. — Спасибо, мой Лорд, — отозвался Гарри. — Возможно, однажды ты даже будешь полезен не только в постели, — усмехнулся Волдеморт и, запустив пальцы в длинные волосы Гарри, притянул его ближе. — Завтра мы с тобой накроем щитом Хогвартс. А сегодня вечером приходи ко мне, скажем, часов в двенадцать. — В кабинет, милорд? — Нет, Гарри, в спальню, — вкрадчиво произнес Волдеморт, и Гарри почувствовал, как вдоль позвоночника непроизвольно пробежали мурашки. Глаза Темного Лорда гипнотизировали, завораживали, и Гарри замер, не в силах отвести взгляд от этой хищной огненной бездны. Его альтер эго, которое в такие моменты всегда отвечало Волдеморту с вызывающей нарочитой развязностью, на этот раз молчало, будто на него наложили Силенцио, и это ощущалось почти как предательство. Гарри вернулся в свой департамент и шокированно замер, когда его встретил шум аплодисментов. В коридоре обнаружилась добрая половина работников, включая авроров. — Какого Мордреда тут творится? — громко спросил Гарри, удивленно оглядывая собравшихся. — Мы выражаем тебе благодарность за то, что не обрушил стены Министерства нам на головы, — весело ответил Марк и, подойдя, с силой похлопал Гарри по плечу. — Мерлин свидетель, это очень великодушно с твоей стороны. В толпе раздались веселые смешки. — Благодарить за это уж точно стоит не меня, — фыркнул Гарри. — Вы же понимаете, что заклинание накладывал Темный Лорд, а я только немного упростил ему работу. — И тем не менее, если бы ты что-то сделал не так, нас прихлопнуло бы, как огромным бладжером. — Не думаю, что Темный Лорд позволил бы этому случиться, — слабо улыбнулся Гарри, хотя все его внутренности свело запоздалой вспышкой леденящего страха. — А как вы узнали, что мы ставим щиты? — Так Долохов сделал объявление, прямо перед тем, как все началось. Тут все дрожало так, будто началось землетрясение. — И что, Долохов сообщил всем о том, что Темному Лорду ассистировал именно я? — Нет, твоя Салли рассказала, что Он тебя вызвал, а мы просто сделали логичный и немного пугающий вывод, — усмехнулся Марк. — И, сам понимаешь, завтра об этом будет знать все Министерство. — Но надеюсь, хотя бы аплодировать мне больше никто не будет, — ответил Гарри, старательно пряча улыбку.

***

Небо над Хогвартсом отливало пронзительной синевой, башни замка заливало золотое сияние весеннего солнца. Ярко-зеленая молодая трава тихо шуршала под ногами. Гарри шел к замку на полшага позади Волдеморта. Он и сам не знал, почему пропустил Темного Лорда вперед — это вышло как-то само собой, но Гарри решил оставить все, как есть, ведь Волдеморту, который обожал подчеркивать свою власть, это наверняка понравилось. Идти по до боли знакомому школьному двору в такой компании было странно: мог ли Гарри, покидая Хогвартс после похорон Дамблдора, представить, что вернется сюда в компании Лорда Волдеморта?.. Ощущения нереальности происходящему добавляло и то, что на своем пути они не встретили ни единой живой души — очевидно, их ждали, и Снейп предусмотрительно загнал всех студентов в гостиные, за что Гарри даже был ему благодарен. Сам нынешний директор ждал их на крыльце, и не один — у Гарри больно сжалось сердце, когда он увидел рядом со Снейпом профессора МакГонагалл. За то время, что Гарри ее не видел, его бывшая декан, казалось, постарела на несколько десятков лет, но ее спина была все такой же прямой, а взгляд ясным и твердым. И на Гарри она не смотрела, демонстративно сделав вид, будто вовсе его не замечает. — Добро пожаловать в Хогвартс, мой Лорд, — произнес Снейп и, подойдя к Волдеморту, опустился на колени, целуя подол его мантии. Волдеморт кивнул и перевел взгляд на профессора МакГонагалл. Гарри почти слышал хруст ее позвоночника, когда декан Гриффиндора заставила себя согнуться в неглубоком поклоне. Гарри как никто понимал, каково ей сейчас, но знал и то, что нет в этом мире человека, чей стержень при желании Волдеморт не смог бы сломать. Так что в некотором смысле профессору стоило быть благодарной за то, что у Темного Лорда хотя бы нет желания увидеть ее на коленях. — Северус, Минерва, — с легкой усмешкой произнес Волдеморт, — благодарю за гостеприимство. Вы можете быть свободны. Следом за Волдемортом Гарри вошел в гулкий пустынный холл и невольно бросил взгляд на факультетские часы: разумеется, слизеринских изумрудов было больше всего, и уже сейчас было ясно, что, скорее всего, кубок школы в конце года достанется именно им. Волдеморт лениво осмотрелся — точно хищник, оглядывающий свои владения, — и взмахнул палочкой. Мир тут же заполнил свет множества сияющих переливающихся нитей, опутывающих все вокруг. Это было настолько красиво, что Гарри невольно затаил дыхание. — Знаменитые защитные чары Хогвартса, — негромко пояснил Лорд. — Как считаешь, из какой точки нам будет лучше начать? Гарри сосредоточился на нитях, чувствуя, как они уходят ввысь, заключая Хогвартс в защитный купол, похожий на переливчатый мыльный пузырь и от того обманчиво-хрупкий. Если начать колдовать внутри щита, будет сложно не нарушить плетение уже существующих чар, а если пробовать снаружи, велика вероятность, что купол воспримет это как нападение. И это значит... — Полагаю, надо встать на границе защитного барьера, милорд. — Конкретнее, — приказал Волдеморт. Гарри сосредоточился, пытаясь разобраться в переплетениях сияющих нитей и вспомнить все, что он вообще читал о защитных чарах. — На Юге? — наконец неуверенно произнес он. — Хотя нет, на Востоке. — Или на Севере? — с издевкой усмехнулся Волдеморт. — Точно нет, — ответил Гарри, чувствуя себя уязвленным и даже почти обиженным: ну откуда ему было знать такие тонкости, он же не какой-то мордредов разрушитель проклятий! — Думаю, скорее, все-таки на Юге, милорд, — в конце концов определился он. Волдеморт, не говоря ни слова, стремительно направился к дверям. — Мой Лорд? — позвал Гарри, догоняя его. — Я правильно определил? — Скоро узнаем, — невозмутимо отозвался Волдеморт. Гарри мысленно фыркнул, смирившись с тем, что, видимо, Темный Лорд решил поиграть в строгого учителя. Оставалось только надеяться, что хотя бы примерное направление Гарри удалось выбрать верно: давать Волдеморту новый повод для принижения его способностей совсем не хотелось. Воды Черного Озера мерно бились о берег и искрились в солнечных лучах так, что глазам было больно. Гарри глубоко вдохнул чистый горный воздух, и на его губах сама собой заиграла легкая улыбка. Несмотря ни на что, он был рад вернуться сюда, в Хогвартс. Громкий собачий лай раздался совершенно неожиданно, заставив Гарри вздрогнуть. — Клык! Ко мне! — все внутри Гарри заледенело, когда он услышал этот до боли знакомый густой бас, в котором явно звучала тревога. Он резко обернулся: хижина Хагрида была совсем рядом, и Гарри не представлял, как он смог об этом забыть. Клык остановился довольно далеко от них, принюхался, а затем, испуганно заскулив, кинулся прочь. Гарри облегченно вздохнул: он был уверен, что, приблизься пес еще ненамного, и Волдеморт убил бы его. Клык проскользнул в приоткрытую дверь, и та резко захлопнулась. Гарри перевел взгляд за окно хижины, чувствуя на себе горящий обвиняющий взгляд. Он даже не думал, что Хагрид остался в Хогвартсе, хотя, если подумать, это было логично: лесник почти не умел колдовать и был слишком приметным, чтобы затаиться где-то, как другие члены Ордена Феникса. Если профессор МакГонагалл осталась, чтобы защищать учеников, то Хагриду просто некуда было больше идти. — Кажется, твой друг не выйдет поздороваться, — насмешливо бросил Волдеморт. Выскочившего на них Клыка он, казалось, даже не заметил. — Вы сломали Хагриду жизнь, милорд, — неожиданно для самого себя произнес Гарри. — Как и многим другим, — спокойно ответил Волдеморт, — включая тебя. Гарри промолчал, не зная, что сказать, ведь явную ложь Темный Лорд почувствовал бы в ту же секунду. Они стояли на холме на границе Запретного Леса, а Хогвартс раскинулся внизу, у их ног. — Думаю, здесь, мой Лорд, — произнес Гарри, не чувствуя, впрочем, никакой уверенности в своих словах. — Пусть так, — кивнул Волдеморт и вскинул палочку. Колдовать было гораздо тяжелее, чем в прошлые разы, то ли из-за того, что Гарри все-таки ошибся с местом, то ли из-за сложности уже наложенных на Хогвартс чар, то ли из-за того, что само это место отвергало темную магию Волдеморта. Но в конце концов призрачно-зеленый купол накрыл замок прежде чем, вспыхнув, раствориться в воздухе. Гарри опустил палочку и, тяжело дыша, обернулся к Темному Лорду. — Ты ошибся на четыреста ярдов, — бросил тот. — Впрочем, все получилось в любом случае. Хотя… полагаю, проверка не помешает. Сердце Гарри оборвалось и рухнуло вниз, дыхание перехватило. Он понял, о чем говорит Волдеморт, за мгновение до того, как на кончике волшебной палочки Лорда вспыхнул бордовый огонек Адского Пламени. Почти рефлекторно Гарри шагнул вперед, вставая на пути заклинания.