За Звёздный Горизонт

Flashback — Приветствую вас, кадеты!— обратился к сидевшим в зале юношам солидный мужчина,— сегодня перед вам будут выступать выпускники нашего корпуса, которые показали выдающиеся результаты и сделали свой выбор в дальнейшей траектории службы в пользу отрядов поддержки Исследовательского Корпуса,— представил мужчина нескольких молодых людей, стоявших на сцене в особо униформе, явно подчёркивающей их особенный статус. — Для начала они расскажут о том, как туда попасть, что необходимо уметь делать и в чём необходимо разбираться, основные обязанности и отличия от обычной службы, прилагающиеся привилегии и преимущества этого направления карьеры. После вы можете задавать свои вопросы. — Значит, вы сопровождаете исследовательский корпус везде?— Лёша заранее тыкал в кнопку сразу после презентации, чтобы его вопрос был один из первых,— на любой миссии, в любой район галактики? — Это хороший вопрос, кстати,— подметил парень, который по всей видимости был главным отвечающим сегодня,— мы сказали об этом общими словами, но на самом деле всё очень сильно зависит от региона и враждебности мира, который изучают учёные, а также возможности нападения находящихся рядом противников. В случае, если риски довольно велики, мы можем месяцами и даже годами быть в наших крейсерах на орбитах планет, или на поверхности вместе с учёными для охраны и помощи им, в эту группу солдат как правило отбирают частично по результатам особых тестов, частично по личным предпочтениям учёных, с кем приятнее всего работать. А иногда бывает и так, что на поверхности остаётся лишь малая часть, а остальной корпус полностью покидает систему, иногда доставляя необходимое пропитание и оборудование раз в два-три месяца, и забирая учёных по итогам экспедиции, если система благоприятна. — Поэтому с одной стороны, если вы прям реально хотите работать с учёными, вам придётся подавать заявки на работу в не самых так сказать безопасных регионах, и это может иметь свои последствия, как вы понимаете, не всем гарантированно, что они вернутся оттуда. А можно всю жизнь проводить в монотонной дежурной работе, зато с практически 100% безопасностью и гарантией от неприятных случаев, но тут каждому своё, и я не хочу никому здесь советовать. Главное, заранее понимать, что иногда вы будете оторваны от всего, что вы знали, на долгие месяцы, в реальности, где нет ничего кроме лабораторных корпусов и боевых палуб, без всякой возможности хотя бы на день вернуться в привычный вам мир, с развлечениями и беззаботной жизнью, со всеми возможными благами цивилизации. — Понятно…— пробормотал Лёша, понимая, что его шансы работать вместе с крутыми учёными из Исследовательского Корпуса всё меньше и меньше, и кажется ему реально должно повезти, чтобы он попал в группу, работающую на поверхности планеты, а не сидел на орбите в ожидании приказов или бороздил бескрайние просторы на огромных грузовых кораблях в сопровождении военных крейсеров. — А насколько опасна работа в тех самых недружелюбных регионах, о которых вы говорили?— спросила девушка-кадет с дальних рядов. — Марк, можешь рассказать?— солдат обратился к одному из своих товарищей, который практически всю встречу просто неподвижно стоял в углу сцену, поглощённый своими мыслями, и лишь нервные движения пальцами показывали, что он вполне живой человек. — Вообще мы не любим говорить о таком,— отрешённо произнёс он,— но если отправляетесь в такое место, советую серьёзно задуматься о том, что будет с вами дальше, если вы не вернётесь домой, или получите серьёзную травму. Да, звучит слишком мрачно, но это, к сожалению, печальная реальность таких работ. Я полгода жил на планете, где местные твари пытались убить нас в любое время суток, и надо было быть наготове что днём, что ночью. Знаете, до той миссии я думал, что спать с бластером в руках это точно паранойя, но после того, как эти твари смогли проникнуть на нашу базу, пока тот, кто посылал их на нас, отключил охранную систему, я понял, что это не шутки, когда проснулся от воплей своего сослуживца,— на этих словах в зале воцарилось гробовое молчание. — Единственная причина, по которой я вернусь туда через пару недель это потому что я не хочу, чтобы такие как вы умирали там понапрасну, а мне уже нечего терять,— покачал он головой, делая шаги назад со сцены. End of flashback Лёша, вздрогнул, просыпаясь от собственных воспоминаний, что довольно часто являлись к нему во сне из-за активного использования визора дополненной реальности. Он тихо приподнялся на локте, потирая глаза и посмотрел на утреннюю «сводку новостей», которую по его приказу Алеф выводил на панель в его спальной капсуле. Там не было ничего особенного, однако юноша ещё раз посмотрел на показатель уровня кислорода и ещё раз моргнул, чтобы убедиться, что зрение его не обманывает. Но всё перед глазами осталось неизменным и теперь там четко красовался уровень в 10%, что явно не было похоже на предыдущие данные, что собрал Алеф. Зевнув, юноша вылез из открывшейся капсулы и пошёл в ванную, вновь приводить себя в чувство после короткого сна, что тем не менее должен был дать ему восстановиться за счёт особого воздействия электроволн на сознание, погружающих в глубокий сон. — Доброе утро,— приветствовал его Алеф,— ничего особенного за эту ночь не произошло,  как что можете быть спокойны. Я предлагаю вам всё-таки отправиться к зоне примерного местонахождения дрона на миниглайдере, чтобы узнать, что может там находиться. Я смогу сопровождать вас на дронах до какого-то момента, но там могут быть очень сильные электромагнитные помехи, поэтому в какой-то момент дроны перейдут в автономный режим. — Возможно это не самое безопасное решение, но предположительно тот, с кем мы имеем дело, не питает к нам особенно враждебных намерений, потому что он очень скрытно действует, несмотря на то, что технологически не уступает нам, а возможно даже и превосходит, потому что засечь его я ни разу не смог,— предложил компьютер,— что вы об этом думаете? — Ты уверен, что это не были наши враги или коррелианцы?— спросил его Лёша,— если это они, то кажется меня там точно ждёт смерть. — Но зачем им быть там, если та точка находится вне зоны, которая маскировала вас при активизации системы распределенной связи? Да и похитили моего дрона они даже до того, как эту самую связь мы наладили, так что непонятно, зачем им тогда было входить с вами в контакт и предлагать сдаться добровольно. Более того, тогда мне не ясно, почему до сих пор ни один другой дрон не был ими атакован, если у них уже есть один из наших дронов, через которых они могут попробовать отследить остальные и нас в том числе. — Может быть, резонно, но вообще-то, буду честен, мне стрёмно туда ехать после того, что ты сказал вчера. Если на этой планете помимо нас кто-то есть и он искусно прячется, то я не жду от него хорошего. — Тем не менее удивительно, что при таких технологиях я не вижу никаких следов цивилизации на этой планете в радиусе десятков километров, хотя здесь довольно благоприятная среда для развития,— констатировал Алеф,— поэтому мне было бы интересно установить контакт с этой расой, и мне бы хотелось надеяться на поддержку с вашей стороны в этой инициативе. Вам кажется, что вы серьёзно рискуете своей жизнью, но мне кажется, тот факт, что никто даже не попытался напасть на нас демонстрирует, что ожидаемые риски сильно преувеличены с вашей стороны. Удалось переубедить вас? — А что находится в той зоне, о которой ты говорил? Ты что-нибудь смог установить через электромагнитные помехи или совсем нет? — Это довольно массивный горный хребет с несколькими крупными равнинами, горными реками и довольно цветущей флорой. Одним из ближайших земных аналогов я назвал бы Альпы,— сообщил Алеф. — Ну хотя бы не активный вулкан или зловещая бездна, как в каких-нибудь старых мультиках,— фыркнул юноша,— ладно, я полечу туда, но постарайся сделать так, чтобы в случае нападения на меня весь удар приняли твои дроны, а не этот скафандр,— добавил Макаров. — Ваша защита является моей приоритетной задачей, я ни в коем случае не хотел бы подвергать вас излишней опасности. Более того, разве вам не хочется самостоятельно поизучать регионы планеты? Мне казалось, что вчера вы были очень даже воодушевлены вашей первой «прогулкой»,— подметил компьютер,— мини-глайдер давно готов и ждёт вашей отправки. Я зарядил его батареи на максимум. — Ну ладно, тогда дай мне самому осмотреть карту местности, что ты для меня составил и наверное я отправлюсь туда сразу после этого,— подросток уселся рассматривать виртуальную карту, созданную его помощником. На ней он отчетливо мог видеть лес, где находился его звездолёт, огромное древо, на которое он забирался, море, над которым он летал на звере, а вот в другую сторону был как раз тот хребет, о котором он говорил. Вращая карту и то приближая её, то удаляя, юноша внезапно заметил, чем она так отличалась от того, что он привык обычно видеть на схематических картах иных планет. — Почему у тебя практически никаких данных о глубинной структуре планеты,— спросил он у компьютера,— казалось, ты должен был сделать анализ. — Да, но местная кора состоит из каких-то не до конца понятных мне минералов, которые очень сильно искажают сигналы и фактически я не могу видеть ничего глубже определённого уровня, к сожалению тут пришлось бы бурить, чтобы понять природу этих искажений, но у нас нет подобных ресурсов. Я пытаюсь менять диапазон, но и так и так результат один и тот же,— разочарованно сообщил ему Алеф. — Ну ладно, и чёрт с ним,— фыркнул подросток, направляясь к выходу с корабля,— пожелай мне удачи, и чтобы меня не убили в тех горах. — С вами всё будет в порядке, не волнуйтесь,— спокойно произнёс робот, пока юноша надевал скафандр вместе со шлемом,— пока что вам нечего бояться, будьте в этом уверены,— монотонно твердил он. Лёша мчался на небольшом летательном аппарате на высоте в пару десятков метров, взмывая над лесами и полями, что теперь были отчётливо видны вокруг него, и теперь он мог видеть куда больше местной фауны, чем простые насекомые, которых он мельком видел во время своей прогулки по лесу. В воздухе тоже парили разные крылатые существа от птиц до чего-то среднего между рептилиями и насекомыми, впрочем довольно мелких и безобидных, в отличие от того, каким потенциально мог быть встреченный им хищник. Глядя вокруг на живописную картину чистой природы, лишённой любых следов наличия цивилизации, Лёша в глубине души радовался за то, что у него впервые в жизни появился шанс самому побывать в подобном месте, так как заповедники Земли были очень сильно ограничены для посещения, как законодательно, так и с финансовой точки зрения. Он даже завидовал тому, что практически никогда не увидел бы подобного на своей родной планете, которая пережила довольно мрачный период в своём существовании, когда экологическая ситуация близкая к катастрофе ещё и выродилась в гражданскую войну между экотеррористами, выступавших под лозунгами прогресса через истребление ненужной части жителей планеты, и сторонниками демократии и гуманизма, считавших, что жизни всех людей важны в равной мере. И вообще на душе у него было как-то двояко, с одной стороны хотелось радоваться тому, что он впервые оказался на довольно дружелюбной неисследованной планете, где никто не может и не будет его ни в чём ограничивать, а с другой стороны это ощущение сплошной пустоты и одиночества в совокупности с воспоминаниями о прошлой жизни словно начало разъедать его изнутри, намекая что что-то не так. Но вдавив газ сильнее, юноша старался отбросить эти мысли в сторону, мчась в сторону хребта, потому что в конце концов подобная ситуация была его мечтой, а подкинутая планета оказалась чуть ли не раем с точки зрения всех условий и нельзя позволять этим мелким неприятностям испортить впечатление от такого невероятно классного события. — Алеф, я прибыл к подножию хребта,— серьёзно затормозив свой летальный аппарат, юноша снизился над поверхностью и завис над большим лугом, примыкавшим к довольно острым горам довольно мрачного серо-бурого оттенка, выглядевших словно огромной крепостью, возвышавшейся над окрестностями,— куда мне теперь? — Не могу сказать, тот сигнал был слишком размытым, на вашем месте я бы попробовал осмотреться, но будьте осторожны, даже ваш мини-глайдер может не выдержать таких плотных электромагнитных помех, а если он выключится в полёте, боюсь хорошим не закончится. — Так бы и сказал, что я сдохну и разобьюсь о скалы,— мрачновато добавил Лёша, прекрасно понимая, что его ждёт,— ну была не была,— юноша взмыл высоко вверх. Он начал подниматься над горами, но не слишком, так как огромное грозовое облако над ними судя по всему и было источником электромагнитных помех, а значит приближение к нему могло стать критической ошибкой. Рассматривая эти прекрасные ярко-зелёные равнины, словно ковром простирающиеся среди горных хребтов, юноша хотел уже было спланировать ниже на одну из них, как вдруг его внимание привлёк огромный кратер. Тот находился в самом центре хребта, который словно образовался от вулкана, что находился здесь раньше, ибо пустота в нём уходила вглубь поверхности минимум на несколько сотен метров, так как даже подлетев к нему поближе, Лёша не мог даже разглядеть его дна. Как вдруг его глайдер стал издавать тревожные сигналы о зоне турбулентности, что заставили юношу резко отлететь подальше к самому кольцу кратера. Открывая показания датчиков, юноша убедился, что действительно поток воздуха к центру кратера очень сильно искажался, становясь нестабильным и непредсказуемым, да и показания намекали что как будто бы снизу дул мощный поток воздуха, что выглядело максимально странно. Проблема была в том, что он уже зашёл слишком далеко, а потому связь с Алефом была практически разорвана из-за мощных помех. Спустившись на маленький участок ровного плато у кольца кратера, юноша решил задействовать своих дронов. И, переведя одного на частичное ручное управление, подросток запустил его близко к центру кратера, однако когда тот на его глазах стал буквально вилять и приваливаться в воздухе, несмотря на свои маленькие габариты, Лёша экстренно врубил ускорители и вернул дрона обратно к краю этого огромной кольца. — Нихрена себе у вас турбулентность,— присвистнул подросток, понимая что его мини-глайдер вообще бы мог спокойно рухнуть камнем вниз, даже на включённых двигателях,— ладно, попробуем иначе. Он отправил дрона вниз вдоль края кратера, благо из-за наличия стенок поток воздуха там был довольно стабильный, глядя непосредственно за его снижением. Дрон постепенно отпускался во всё более и более тёмную часть кратера, а потому Макаров включил на нём аварийные фонари, чтобы лучше его видеть, продолжая вести того вниз, как вдруг, посреди пустоты робот внезапно просто исчез за доли секунды, заставляя Лёшу экстренно заморгать и быстро перевести внимание на пульт управления, однако на нём дрон всё ещё существовал, и даже был на связи, на той же высоте, хотя и были помехи, которые однако не так сильно мешали из-за того, что юноша стоял буквально над дроном, управляя напрямую. — Так, что за чертовщина,— пробормотал он, запуская обратный ход, и к полному изумлению юноши он вновь увидел своего дрона, который словно из ниоткуда появился в воздухе,— нихрена себе,— схватился за голову Лёша. Он ещё раз начал опускать дрона, на сей раз сильно медленнее, и с помощью оптического визора буквально сам мог видеть, как в воздухе исчезает часть дрона, что означало одно: на какой-то высоте в кратере находится хитрая голографическая система, которая буквально создаёт липовую картинку. Лёша срочно стал включать камеру, расположенную на дроне и начал снова аккуратно направлять его, пристально глядя вниз, чтобы наблюдать, за тем, как робот исчезает в иллюзии. Как вдруг земля под ногой Макарова, который слишком близко приблизился к краю неустойчивого склона, осыпалась. И юноша с отчаянным воплем сорвался в пропасть, держа в руке пульт управления злосчастным дроном, на котором он был слишком сфокусирован в попытках узнать тайну этого кратера.