Десять растопыренных кошачьих пальцев из десяти

Длинный язык Эда странно ощущается на шерсти. Не то чтобы Стид не привык к тому, что иногда, Эд ласково лижет его щеку, касается языком кончиков пальцев или подчиняясь инстинктам игриво мусолит горло Стида, заставляя аккуратно уложенную шерсть топорщиться в разные стороны. Но такого ещё ни разу не было. Всё нутро Стида оторопело, пальчики на задних лапах растопырились в стороны, а шерсть на загривке стала дыбом. — Э... Эд, что ты делаешь? — почти пищит Стид на самой высокой ноте, которую позволяет его горло. — Зализываю рану, которую оставил Нед, — как ни в чëм не бывало отвечает тот, поднимая голову от промежности Стида. — У тебя здесь такая густая шерсть, что я никак не могу добраться! И не слушая возражений, он возвращается к своему занятию, абсолютно игнорируя вытаращенные глаза Стида, и хвост, напряжённо обвившийся вокруг его пояса.

***

Энн Бонни красивая, эффектная, очень стройная лиса, с тёмной шерстью, лоснящейся при свечах. Наверное, Стиду стоило бы задуматься, почему Эда постоянно окружают хищники (взять хотя бы вредного хорька Иззи, который не смотря на маленький размер, настоящая машина убийств, с целым арсеналом очень острых зубов), но в данный момент Стид немного занят жалобами на свою жизнь. Почему, из всех существ, он решил довериться лисице, ещё и пиратке, он и сам не знает. Просто, она выглядит такой милой и понимающей... Энн Бонни тем временем скользит пальцами по его спине, разминая плечи, ласково улыбается, позволяя Стиду на секунду поверить, что она его не осуждает и ни в чëм не винит. А затем, она неожиданно оказывается у него на коленях, страстно прижавшись губами к губам. От ужаса Стид пучит глаза, растопырив пальцы на всех своих лапах, замирает как кролик, которого тут весь вечер пытаются приготовить, но потом взлетает со стула и отшатывается в угол кухни, готовый защищаться, если вдруг Энн решит погнаться за ним. Но та лишь смеётся, прежде чем её тошнит в первое попавшееся ведро.

***

Алый костюм сидит на нём идеально. Взмахнув хвостом так, чтобы подол камзола тоже взлетел, Стид крутится у зеркала, наслаждаясь тем, как его рыжая шерстка выглядит в алом шёлке. — Идём, Боннет, — зовёт Иззи, ни сколько не впечатлённый. — Этот корабль воняет и полон мёртвых священников, — брезгливо заканчивает он. Повернувшись к нему, Стид вздëргивает подбородок, в последний раз поправив на себе костюм и гордо удаляется, с высоко поднятой головой. И весь день он красуется перед всеми, немного досадуя на то, что Эд куда-то пропал и не может оценить его новый наряд... Пока команда не слетает с катушек, напуганная проклятием, которое, якобы, заключено в этом прекрасном костюме. Когда они бросаются на Стида, в этом первобытном ужасе перед выдуманным проклятием, вся его шерсть моментально стает дыбом, а он сам подпрыгивает и юрко выворачивается из их лап, почти на четвереньках убегая в свою каюту. Сердце всё ещё колотится где-то в горле, стоит ему захлопнуть за собой дверь, прижавшись к ней спиной с другой стороны. Он почти ждёт, что обезумевшая команда начнёт ломиться к нему, но к счастью, остатки здравого смысла у них ещё есть, поэтому они оставляют Стида в покое. — Проклятие, это проклятие, — торжественно и загадочно вещает Иззи, расположившийся у Стида за столом. — О-о-о, пошёл ты! — орёт Стид в ответ, стараясь убрать коготки обратно в растопырившиеся пальцы, а затем уходит оплакивать свой прекрасный костюм.

***

Взрывы и крики раздаются то тут, то там, заставляя Стида инстинктивно поджимать уши и голову, пока они с Чжен бегут в сторону леса. И хотя рыжая шерсть их обоих чертовски заметна среди зелени, Стид надеется, что темнота всё-таки поможет спрятаться, благо они оба достаточно юркие животные, хоть Стид и понятия не имеет, кем является королева пиратов. У неё большой полосатый хвост, белые ушки, рыжая морда с белыми пятнами на глазах, а лапы и живот покрыты чёрной шерстью. Не то чтобы Стид специально рассматривал. Где-то за спиной оглушительно взрывается дом, и Стид отбросив всё мысли, поджав хвост следует за Чжен, стараясь не терять её из виду. — Погоди, стой! — зовёт он, внезапно понимая, что если они просто убегут в лес без оглядки, то потеряются в джунглях. И тогда некому будет спасти команду, если кто-то из них ещё жив. — Что, Боннет? — огрызается Чжен, немного замедляясь. — Здесь рядом есть руины, в которых можно спрятаться и переждать ночь, — торопливо говорит он, надеясь достучаться до её благоразумия. — Там мы сможем придумать, что делать дальше. Чжен взъерошенная, напряжённая как тетива. Она явно хочет вернуться и погибнуть в драке со всем английским флотом, но Стид старается перегородить ей дорогу, чтобы удержать в случае чего. — Без разницы, — в конце концов бросает Чжен. Стид хотел бы сказать, что прекрасно понимает её чувства, это болезненное осознание собственного поражения, когда секунду назад казалось, будто весь мир у твоих ног, а потом этот мир вдруг заявляет, что он рыбак и теперь любит рыбу больше чем тебя... Но, кажется, Чжен не нужны слова. Поэтому Стид просто бредёт к разрушенному мосту, постепенно расслабляя пальчики на задних лапах.

***

Как их выследили англичане, Стид не имеет ни малейшего понятия. Может быть они просто выслали патрули, в поисках вот таких вот спасшихся, как он и Чжен. В любом случае, думать некогда, если тебя атакуют. Выпустив когти, Стид пытается давать сдачи, хотя, конечно ему не сравниться с тем, как Чжен рыжей вспышкой проносится от одного солдата к другому, в несколько ударов забирая их жизни. Это даже красиво, если она бьёт не тебя... Инстинктивно уклонившись, от чужого штык-ножа, Стид парирует, выбивая у солдата ружьё, стреляет в ответ, а затем вдруг слышит грохот такого же выстрела, откуда-то со стороны берега. — Сти-и-ид! — кричит Эд на весь остров. Всё нутро Стида цепенеет от счастья и ужаса одновременно, шерсть поднимается дыбом, пальчики на лапах инстинктивно растопыриваются от восторга. — Эд! — отзывается он. — Сти-и-ид! — снова зовёт Эд. — Иди! — рычит Чжен, и Стид срывается с места, будто ему только и нужно было её разрешение. Он бежит так быстро, как может, проваливаясь лапами в песке, не обращая внимания на изгвазданый хвост, чувствуя сильнейшее дежа-вю. Только теперь это уже не сон, это реальность, потрясающая, восхитительная реальность, в которой он и Эд снова вместе. В которой Эд отчаянно целует его, вцепившись лапами в его плечи. — Я люблю тебя, я люблю тебя, — шепчет Эд, пронзительно заглядывая Стиду в глаза. — Я знаю, — улыбается Стид, поглаживая вздыбленный загривок Эда. — Я знаю. — Я так испугался, — выдыхает Эд, прижавшись своим широким лбом ко лбу Стида. — Думал, тебя убили. Стид не успевает ему ответить. Крик Чжен отвлекает их обоих. — О, кто твоя подруга? — спрашивает Эд, вздëрнув брови, наблюдая за дракой из-за плеча Стида. — Это Чжен. Она крутая, — отвечает Стид, не в силах оторвать глаз от Эда. Он снова в чёрном, весь растрепан, пахнет солью, порохом и кровью. Как настоящий морской Бог. — Хм, не знал, что алые панды настолько агрессивны, — хмыкает Эд. — Наверное, нам стоит помочь. Стид нехотя выпускает Эда из своих объятий и вместе они кидаются на проклятых англичан, посмевших прервать их Момент.