Zenith of stars

      — Как поживает моя любимая маленькая кузина, а?       Шики получает предупреждение менее чем за секунду до того, как её тут же сбивают с ног, словно хрупкую куклу.       На самом деле, в этот момент она уже смирилась с этим исходом событии, чем испугалась его.       — И тебе доброе утро, Сатору-ниичан, — говорит она, голос был приглушён из-за её собственного рукава в этом безобразии. Маленькая девочка делает смутную попытку выпутаться — бесполезное движение, как это обычно бывает, когда дело касается истинной силы природы, которым является Сатору Годжо.       Её двоюродный брат над этим беззаботно смеётся.       — Давай вместе прогуляемся, — усмехнулся он. Шики подозрительно смотрит вверх на яркое выражение лица. Голос Сатору-ниичана звучит так же весело, как всегда, но это почти немного… слишком весело для того, кто провёл последнюю неделю, погрузившись по колено в различные клановые дела и связи с высшими руководствами. Шики нисколько не завидует своему кузену.       И в таком случае…       Девочка щурится.       — Когда ты в последний раз спал?       Сатору-ниичан воротит от неё нос и фыркает.       — Сон для слабаков.       — Тебе нужно сделать перерыв, — губы Шики слегка изгибаются вниз, показывая, что она хмурится.       — Нет, я могу сжульничать с помощью техники обратного проклятия. И, кроме того, что ты думаешь это такое? — двоюродный брат наконец ставит её на ноги и тут же начинает вести за плечи к открытой двери. — Я нашёл минутку, чтобы наконец провести время со своей очеровательной маленькой кузиной! Всё остальное может подождать.       Шики медленно моргает. Возможно, это просто её воображение, но…       — Что-то не так? — спрашивает она.       — Хм? О, нет, всё в порядке. Что навело тебя на эту мысль? — смеётся молодой человек.       — Нет причины. Сатору-ниичан тычет её в щеку.       — Если что, это я должен был бы о тебе спрашивать. Старейшины ведь ещё не доставляли тебе никаких хлопот, не так ли?       Маленькая девочка автоматически качает головой.       — Дайсаку-сама ничего не сказал.       Её двоюродный брат фыркает.       Справедливо. Шики на самом деле не думала, когда слова слетели с её губ — конечно, Дайсаку-сама не будет торопиться её искать ни за что, учитывая то, что она непреднамеренно сделала во время собрания клана.       Честно говоря, мужчина, вероятно, был занят решением всех видов внутренних клановых проблем в последнее время, в дополнение к поспешно созванным частным встречам с другими старейшинами клана. Большинство из которых, скорее всего, имели несколько отборных слов, чтобы сказать ему относительно его «решения» оказать поддержку Сатору-ниичану в качестве главы клана.       Если кто-то из старейшин и хотел бы доставить Шики неприятности, то это точно не был Дайсаку-сама. По крайней мере, пока что.       — Ко мне не обращались ни один старейшина по текущим вопросам клана, — исправляет своё предыдущее заявление Шики. — Киёхира-сенсей в последнее время больше выходил из дома, а Джихэй-сана я видела только дважды после встречи, но… кроме этого, для меня ничего особо не изменилось.       — Хм… Понятно. Тогда, вероятно, потребуется ещё несколько недель, прежде чем кто-либо из старейшин попытается связаться с тобой. Думаю, никто не хочет рисковать и стать вторым Дайсаку, — размышляет вслух Сатору-ниичан.       Шики прикладывает руку ко лбу.       — Это было не специально!       — Этого больше не повторится, не так ли? — Сатору-ниичан наклоняется и накручивает прядь своих волос на палец, нежно дёргает. Он широко улыбается. — Не то чтобы я не ценил твою попытку заступиться за меня, но… ты же знаешь, что тебе не пришлось бы ничего делать во время собрания клана, верно?       Конечно, она это знает.       — Я знаю, — кивает Шики. — Но, я хотела.       Да. Шики сделала это только потому, что хотела. Потому что она просто хотела, чтобы Сатору-ниичан увидел, что он не стоит один.       Она не ожидала, что половина клана последует за ней, но суть всё равно остаётся прежней.       — Потому что ты так хотела? — удивлённо повторяет за ней кузен. — Ты даже не знаешь, почему я беру Мегуми, и ты поддерживаешь мою заявку на пост главы клана? Вот так просто?       Шики пожимает плечами.        — Мне не нужно знать, что ты планируешь, чтобы знать, что я тебе доверяю.       На мгновение Сатору-ниичан замолкает, что для него нехарактерно.       — Так вот всё так просто, да?       Конечно, это так. Разве это не очевидно?       Маленькая девочка смотрит вверх.        — Сатору-ниичан, ты действительно уверен, что тебе не нужно вздремнуть или что-то в этом роде?       — Я уверен, — сухо отвечает старший мальчик, и Шики получает не слишком нежное поглаживание волос за свои проблемы. — Со мной всё будет в порядке. Я всегда запускаю формулы техники обратного проклятия в своём мозгу, чтобы поддержать бесконечность активной на неопределённый срок. Переизменить формулу, чтобы мне не нужно было спать несколько ночей, гораздо проще. Как кроткосрочное решение, это работает отлично.       Шики хмурится при мысли, что Сатору-ниичан пренебрегает собственным здоровьем, чтобы справиться со стрессами от внезапного восхождения на пост главы клана. Она прекрасно знает, что её кузен не питает любви к желанной должности, и недовольные старейшины вряд ли облегчат ему задачу.       — Навести Йэири-сан.       Сатору-ниичан закатывает глаза, но улыбается.       — Ладно, ладно, я пойду к Сёко, как только этот беспорядок закончится. Довольна?       Маленькая девочка кивает. Её двоюродный брат преувеличенно вздыхает.        — Такая требовательная маленькая кузина, — говорит он поддразнивая. — Но хватит обо мне — расскажи мне, чем ты занималась. Джихэй говорит, что ты что-то замышляешь с Юзуко?       Она предполагает, что Сатору-ниичан уже знает об этом.       — Мы думаем о том, чтобы привести Панду на клановую территорию.       Сатору-ниичан задумчиво напевает.       — Панду, да?       — Да. Чтобы познакомить с братом и сестрой Фушигуро, — объясняет Шики. — Большинство старейшин сейчас заняты, так что не должно быть слишком сложно обойти…       — Нет, не беспокойся, не нужно ничего обходить, — машет рукой её кузен. — Просто отправь приглашение напрямую.       Маленькая девочка вопросительно наклоняет голову.       — Но старейшины…       — Старейшины будут хорошо думать, прежде чем предпринимать какие либо действия, — уверенно говорит Сатору-ниичан. — А если они действительно попытаются что-то предпринять, то я не был бы прочь сделать примером любого, кто высунет голову.       Как бы не был приятен этот мысленный образ…       — Разве ты не пытаешься заставить Дайсаку-сама заставить других старейшин успокоиться? Они просто начнут говорить, что ты злоупотребляешь своей властью, если ты так сделаешь.       — Серьёзно, какой смысл быть главой клана, если ты не можешь злоупотреблять властью, которая у тебя имеется? — Сатору-ниичан потягивается, зевая.       Шики не совсем правильно выразилась, но в чём-то он прав. Вроде того, если наклонить голову и прищуриться.       Какой смысл быть главой клана, если ты не можешь злоупотреблять властью, которая у тебя имеется?       Ну, если он хочет так играть…       — Тогда это прямое приглашение для Панды, — кивает Шики. Если Сатору-ниичан, глава клана, дал добро на это, то это был ещё один уровень защиты для Панды внутри клана Годжо. Лучше, чем то, что они с Юзуки-сан думали организовать самостоятельно.       — Знаешь, что ещё могло бы придать этому приглашению немного больше веса? — лукаво продолжает её кузен. — Если бы оно исходило от наследницы клана Годжо. Что ты думаешь?       Наследница клана. Она?       — Абсолютно нет, — мгновенно отвечает Шики. Она не хочет быть наследницей клана! Независимо от её очевидной текущей вовлечённости во внутреннюю политику клана Годжо, она не интересуется.       Сатору-ниичан смеётся над ней.       — Нет? Ты уверена? Никто не скажет ничего против.       — Нет, я уверена, что люди скажут много всего, — Шики тихонько хмыкает, скрещивая руки на груди.       Потому что, что бы Юзуки-сан ни говорил о её проклятых глазах и врождённой технике, это не меняло того факт, что Шики родилась вне клана Годжо как дочь второстепенной ветки семьи. Наследники должны быть из главной линии, верно? Шики вполне счастлива предоставить главной линии разбираться с полным беспорядком их внутренней политики.       — Ха! Как будто тебя волнует, что думает клан, — Сатору-ниичан кажется, очень доволен её рефлекторной реакцией. Он в последний раз похлопывает её по голове. — Ну подумай об этом, ладно?       Шики морщится. Она не хочет об этом думать, огромное тебе, спасибо!       Сатору-ниичан запрокидывает голову и смеётся над ней.

***

      Пригласить Панду на территорию клана Годжо оказалось отличной идей. Сначала брат и сестра Фушигуро были удивлены («Это панда?», «Почему здесь Панда?»), а ещё больше шокированы и удивлены когда Панда представился («О, боже!», «Подождите, Панда умеет говорить?»). Но Панда дружелюбный и пушистый, искренний и веселый. Проходит немного времени, прежде чем они начинают теплее относиться к её другу, даже угрюмый Мегуми Фушигуро.       Хорошо.       Шики, возможно, не самая лучшая в плане заведения новых друзей — Годжо Юзуки, в буквальном смысле, единственный другой ребенок в клане примерно её возраста, с которым она общается на относительно постоянной основе, — но Панда — самый дружелюбный человек, которого она знает.       Резкая противоположность в сравнении со всеми остальными в клане Годжо.       Включая и саму Шики. Разумеется.        Но она всё равно пытается. И с Пандой в качестве помощника Фушигуро Мегуми перестает смотреть подозрительно, а улыбка Фушигуро Цумики меняется с натянуто-вежливой на что-то вроде искренней. Жаль, что Юзуки не смог приехать сюда с ними, на днях у него случился неудачный рецидив болезненного состояния, и сейчас он всё ещё отдыхает.       Но в целом Шики считает, что она может предварительно записать это в своих книгах как успех.       За некоторыми исключениями.       Шики бросает взгляд в сторону ворот сада, в котором они сейчас стоят. По всему клановому поместью всегда разбросан обслуживающий персонал.       Неудивительно видеть их разгуливающими или задерживающимися на своих постах, но вместо одного-двух садовников в настоящее время по окрестностям разбросано довольно много людей, которые слоняются где-то за пределами видимости.       Или они были бы вне поля её зрения, если бы Шики не могла замечать кровоточащие линии в окружающем мире.

***

      Никто из них не маг, уровень их проклятой энергии недостаточно высок. По всей вероятности, они были слугами, которым приказали здесь «присматривать за вещами» разные старейшины. Старейшины, которые, несомненно, были обеспокоены тем, что проклятый кукла-труп был приглашён на территорию благородного клана Годжо. Даже с прямого разрешения их нового главы клана.       Из того, что она слышала, лицо Дайсаку-самы, услышав эту новость, на долю секунды стало таким, будто он откусил лимон, а потом он снова насильно заставил себя изменить выражение лица. Он не был, кто отреагировал таким образом.       Шики хотела бы, чтобы она была там и видела его выражение лица. Юзуки-сан, вероятно, был бы рад услышать об этом, по крайней мере, если ещё не знает.       — Что ты там разглядываешь? Ты нашла бабочку? — жизнерадостный голос Панды, вырывает её из размышлений. Шики моргает и кружится в своих блуждающих мыслях, оглядываясь на других детей, которые были в саду с нею.       — А, нет, ничего. Я просто немного отвлеклась, прошу прощения, — отвечает она легкомысленно, слегка улыбаясь. — Может, теперь зайдём внутрь? Думаю, к этому моменту вы уже осмотрели большую часть сада. Шики также немного любопытно, как старейшины планируют продолжать следить за их действиями, пока они находятся в доме Киёхиры-сенсея. Если они переступят порог и проигнорируют границу сада, чтобы подойди ближе …это было бы крайне невнимательно и неуместно, и совсем не подобающим поведением сейчас, не так ли? Но если бы они не знали, что происходит…       Это заставило бы их нервничать. Тревожиться. Видимо, то, что Шики непреднамеренно провернула во время собрания клана, теперь отметило её как «Интересная личность», или что-то в этом роде. Юзуки-сан сообщил ей, что не один старейшина чуть не сошел с ума, узнав, что Шики отправила официальное приглашение проклятой кукле-трупу посетить её, испугавшись того, что она задумала на этот раз.       Шутки над ними в сторону!       У Шики, честно говоря, вообще нет никаких планов, кроме как «завести друзей». Или, за исключением этого, постараться сделать так, чтобы Фушигуро не сошли её отстранённой, Фушигуро Мегуми входит в планы Сатору-ниичана, так что Шики предпочла бы, чтобы они хотя бы были в нейтральных отношениях. Отвлечение внимание старейшин от Сатору-ниичана тоже будет приятным бонусом.       — Киёхира-сенсей пока отсутствует, но он должен скоро вернуться, — говорить Шики. — Гостевые тапочки стоят сбоку… хм. Могу я показать вам тренировочную комнату? Я думаю, Киёхира-сенсей, наверное, не хотел бы, что бы мы слишком много рылись…       Киёхира-сенсей, казалось, не был особенно доволен, когда Шики сказала ему, что собирается привести Панду и брата и сестру Фушигуро, но взгляд который она получила от него, был чем-то вроде «боже мой, что ты задумала на этот раз», а не «пожалуйста, прекрати и немедленно воздержись», так что всё было хорошо. В основном.       Она… наверное, должна попытаться сделать что-нибудь приятное для Киёхиры-сенсея, как только всё немного наладится. И Джихэй-сану, наверное, тоже.       — Тренировочная комната? У вас там есть какие-нибудь игры? — Панда с любопытством наклоняет голову.       Да, она сейчас развлекает гостей. Друзей.       Маленькая девочка на мгновение закрывает глаза, слегка смутившись.       О чём она думала, предлагая показать им тренировочный зал? Тренировочный зал для тренировок. Что они там вообще будут делать, спарринговать? Шики запрещено заниматься непланированными спаррингами, особенно учитывая природу её проклятой техники…       Есть ли в этом доме что-нибудь подходящее для детских игр? Киёхира-сенсей точно не допустил бы ничего подобного, а Шики… У Шики в комнате аккуратно сложены горы книг и свитков. Деревянные тренировочные клинки. Несколько ножей и её тант для миссий.       Может быть, приглашать их внутрь было плохой идеей…       — О, эй, что это?       Маленькая девочка оглядывается. Панда подошёл к какой-то странной на вид двери и начал с любопытством тыкать в разнообразные выемки, вырезанные в дереве.       — А, это? Просто одна из странных привычек Киёхиры-сенсея, — отвечает Шики. — Я…прощу прощения, не думаю, что у меня действительно есть что-то под рукой, чтобы развлечь гостей…       — О, да ладно! Не беспокойся об этом, правда, — торопливо говорит Цумики-сан, торопливо размахивая руками перед собой. — Приятно просто посидеть, после того как набегались на улице. Разве не так, Мегуми?       Мальчик переминается с ноги на ногу и бормочет что-то неразборчивое, его сестра прочищает горло и бросает на него многозначительный взгляд.       — Да, конечно.       Если бы кто-то из её учителей этикета присутствовал, они бы, вероятно, неодобрительно цокали языками, обвиняя Шики в том, что она ужасный хозяин. В защиту Шики можно сказать, что у неё нет никакого опыта в приёме друзей… Помимо этого, основное внимание её и Юзуки-сан было сосредоточено на том, как безопасно организовать приезд Панды, а не на деталях того, что будет включать в себя этот визит.       И поместье Годжо совсем не похоже на горы, где находится школа Техникума. Да, оно тоже уединённое и спрятанное за лесной окраиной ближайшего города, но это огороженная территория. Сам лес также полон тюльпанов и барьеров — не совсем то, что нужно для детских игр или охоты на насекомых или чего-то ещё.       Даже местные жители знают, что лучше не вторгаться на территорию Годжо бездумно. Хотя, это может быть больше из-за определённых слухов, которые могли быть преувеличены или же не могли за эти годы…       — Так… вот где ты живёшь со своим братом?       Шики моргает.       — С братом?       Цумики тоже запинается в таком же замешательстве.       — Разве… Разве Годжо-сан не твой брат?       — А, — наконец-то Шики понимает, откуда взялось это недоразумение. Лучше прояснить ситуацию сразу. — Годжо Сатору — мой кузен, а не брат.       — Ох, — глаза девочки расширяются, и она смущённо наклоняет голову. — Мне-мне так жаль, я не хотела допустить этого. Просто ты назвала его «ниичан», и вы оба выглядели такими…        Цумики-сан делает беспомощный, невнятный жест в сторону Шики. И дело в том, что Шики на самом деле понимает, что она имеет виду.              Опять эти белые волосы и проклятые голубые глаза, не так ли?       — Всё в порядке, — успокаивает она смущённую девочку. — Ты не первая, кто совершает эту ошибку, на самом деле.       — Они выглядят удивительно похожими, не так ли? — весело вмешивается Панда сбоку. — Вы двое, наверное, могли бы сойти за настоящих брата и сестру.       Шики лениво машет рукой. Это не то, что когда-либо надолго задерживалось в её мыслях, но, — Я предполагаю, что это может быть? Хотя, честно говоря, я не знаю, каково это иметь брата или сестру.       Неожиданно Фушигуро тут же обмениваются быстрыми взглядами друг с другом. Цумики-сан солнечно улыбается, а Мегуми-сан закатывает глаза.       — Мегуми иногда немного ворчилив, но я бы не променяла его ни на что на свете, — нежно говорит Цумики-сан. — Наши… наши родители не рядом, так что нас только двое. Мы ведь прикрываем друг друга, верно?       — Говори за себя, — ворчит мальчик. Тёмные глаза мельком бросают на неё взгляд, а затем он демонстративно отворачивается от сестры.       Цумики-сан смеётся.       — Похоже, вы довольно близки друг с другом, — замечает Панда.       Конечно, так и есть. Шики знала, что Фушигуро были близки с того момента, как Сатору-ниичан ясно дал понять, что Фушигуро Мегуми был непреклонен в своём решении держаться подальше от клана Зенин ради своей сестры. Это достойно восхищения.       И это было бы невозможно, если бы не вмешательство Сатору-ниичана.       Учитывая, что Зенин Тоджи, по-видимому, планировал продать своего сына своему клану и даже контактировал с главой клана Зенин по этому вопросу до своей смерти… Достаточно сказать, что Мегуми-сан невероятно повезло, что Сатору-ниичан первым успешно выследил детей Фушигуро.              — Скажи, ты… эм, ты случайно не знаешь, что любит Годжо-сан? — выражение лица Цумики-сан становится смущённым. — Он так много сделал для меня и Мегуми, и… я тут подумала, не могли бы мы что-нибудь сделать для него в знак благодарности?       Шики может со стопроцентной уверенностью, что Сатору-ниичану наплевать на получение чего-либо от детей Фушигуро в качестве «благодарности» за то, что он делает. Но даже в этом случае тот факт, что Цумики-сан хочет поблагодарить его… тот факт, что Мегуми-сан, похоже, тоже согласен, хотя и не особенно разговорчив…       От этого в груди Шики становится тепло, хотя она и не совсем понимает, почему.       — Сатору-ниичан любит сладкое, — говорит Шики.       — Сладости? — Цумики-сан оживилась. — Ему нравится дайфуку моти?       Шики делает паузу.       — …вероятно?       Она знает, что Сатору-ниичан любит сладости, но не помнит, чтобы он когда-либо упоминал любимую сладость. А есть ли у него любимая сладость, на самом деле? Это никогда не всплывало в их разговорах раньше…       — Дайфуку моти! — кричит Панда. — Моти — это здорово.       — Правда? — впечатление Шики от моти находится где-то между «слишком сладким» и «слишком липким».       — А? Подожди, тебе не нравится моти? — Панда резко поворачивается к ней, его челюсть отвисает от явного удивления. — Но это же так вкусно! Очень жевательно. Директор Яга делает лучшие моти — я уверен, ты просто раньше не пробовала хороших моти!       Вся еда которую ест Шики, готовится обслуживающим персоналом клана Годжо. По крайней мере, моти которые она ела раньше, вероятно, неплохие моти…?       — Домашние моти — самые лучшие, — согласилась Цумики-сан. — Мы можем попробовать приготовить их вместе как-нибудь, если хотите! Я довольно хорошо готовлю.       Итак, вскоре четверо детей оказываются на кухне.       В доме Киёхиры-сенсея есть кухня — хотя Шики никогда не видела, чтобы он ею пользовался. Или пользовался ею до неё самой. По словам Цумики-сан, она «хорошо обустроена», что… здорово?       — Ты уверена, что твой опекун не будет возражать, если мы воспользуемся чем-нибудь из этого?       — Он должен будет зайти и заметить, что чего-то не хватает, — сухо отвечает Шики. — Всё в порядке, Цумики-сан. Киёхира-сенсей не будет об этом беспокоиться, если мы уберем за собой.       — Ладно, тогда, — кивает другая девушка. — Тогда… какие-нибудь предпочтения по поводу начинки? Паста из красной фасоли? Заварной крем?       Шики не особо интересует ни один из вариантов.       — А как насчет имбиря? — вмешивается Мегуми-сан сбоку.       Но если подумать паста из красной фасоли звучит великолепно.       — Ты полный дикарь, — ошеломлённо говорит Цумики-сан своему брату, и Шики медленно выдыхает, даже не заметив, что затаила дыхание.       — Что? Ты спросила!       В конце концов Панда спасает положение, чудесным образом откопав где-то на верхних полках банку с пастой из белой фасоли, прежде чем Мегуми-сан успевает добраться до имбиря, который его сестра изо всех сил старается не допустить к нему.       Приготовление моти… грязное занятие. Шики даже не подозревала, что есть разница между рисовой мукой и клейкой рисовой мукой, но, к счастью, Цумики-сан знала, что она делает. После смешивания муки с сахаром и водой тесто нужно было пропарить, а затем выложить на разделочную доску для лёгкого замешивания…       — Не забудьте предварительно посыпать доску мукой, иначе тесто прилипнет!       Панда паникует и бросается за маленьким пакетом муки, одновременно с этим Шики тянется к нему, в кухне раздаётся небольшой белый взрыв. Шики кашляет, слегка задыхаясь.       — Ах! Не кашляйте на моти!       — Прощу прощения.       Панда чихает.       — И чихать тоже нельзя!       — Извини, — выдавливает Панда. Шики вслепую шарит вокруг в поисках бумажного полотенца и протягивает его Панде.        Мегуми-сан медленно выходит из своего укрытия, куда мгновенно нырнул, когда воздух наполнился мукой. Несмотря на все его усилия, на него все же посыпался тонкий слой муки — его тёмные волосы сейчас выглядят немного определённо седыми. Шики, с другой стороны, избавлена от таких забот, хотя она фактически стояла прямо посреди всего этого, у неё белые волосы.       Использовать липкое тесто для заворачивания начинки из белой фасолевой пасти оказалось гораздо сложнее, чем она думала. Руки Цумики-сан ловкие и уверенные, она закончила с тремя идеально круглыми моти за то время, что Шики сделала одну плохо сформированную. Мегуми-сан в свою очередь, закончил два овала, в то время как Панда…       Шики наклоняет голову.       — Это что…?       — Да! Это цветок! — сияет Панда.       Слава богу, она не закончила свой вопрос, чтобы спросить его, не проклятый ли это дух.       — О, это забавная идея! — улыбается Цумики-сан. — Моти трудно формировать. У тебя отлично получается!       — Это всего лишь моти, — ворчит Мегуми-сан сбоку. — И тут же получает от сестры выговор за сварливость, хотя Панда ничуть не обижается.       Шики не может сказать, что именно так она представляла, как пройдёт эта встреча, когда эта идея впервые пришла ей в голову во время разговора с Юзуки-сан. Но при всем при этом вкус моти на её языке такой же густой, липкий и тошнотворно-сладкий, как и всегда, при всём при том, что она всё ещё не очень заботится о вкусе, он ощущается… приятно, как-то так, просто сидеть на посыпанной мукой кухне с другими детьми.       Она не отказалась бы сделать это снова когда-нибудь. Надеясь, Юзуки-сан будет чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы присоединиться к ним в следующий раз.

Экстра

      Годжо Сатору вырос с ожиданием того, что однажды он неизбежно возьмёт на себя роль главы клана.       Шесть глаз и бесконечность.       Честно говоря, это был лишь вопрос времени.       Он пошёл на это собрание клана, зная, что существует вполне реальная возможность, что он выйдет оттуда главой своего клана. Это не было чем-то, чего он с нетерпением ждал — на самом деле, совсем наоборот — но это было и не то, чего он собирался избегать, если дело дойдёт до дела.       Что и произошло, к сожалению, для всех. Включая самого Сатору.       У Годжо Сатору есть планы, и он не сможет воплотить ни один из них, если он навсегда застрянет в комплексе, бегая кругами вокруг своих старейшин в качестве главы клана. Повезло, что у него уже есть некоторые идеи о том, как обойти это, хотя ему понадобится немного больше времени, чтобы сначала привести всё в порядок в клане Годжо.       Для клана Годжо, Годжо Сатору был всего лишь инструментом. Но в его глазах — клан Годжо также был инструментом, который можно было использовать.       Это справедливо, не так ли?       Он никогда не скрывал своё мнение по этому поводу, это, вероятно, ещё одна причина, по которой так много старейшин изначально отказались его поддержать. Не то чтобы это пошло им на пользу в конце. Особенно после того, как Шики вышла вперёд и…       Шики удивила его. Сатору никогда бы не подумал, что его милая кузина заступится за него вот так — да ещё и сразу после поклонов Старого Хисаясу! Выражение лица Старого Дайсаку, когда она вышла на середину комнаты, ха-ха.       Затем она преклонила колени. Перед ним. Благословенное Дитя перед Достопочтенным.       И что самое лучшее во всём этом?       Ты же знаешь, что тебе бы не пришлось ничего делать, да?       Я знаю. Но я хотела.       Мне не нужно знать, что ты планируешь, чтобы знать, что я тебе доверяю.       У Сатору действительно самая очаровательная маленькая кузина.       — Я не знаю, что она в тебе нашла.       Сатору самодовольно ухмыляется, не прилагая никаких усилий, чтобы скрыть своё довольное выражение.        — Ты и не поймёшь, так ведь?       Годжо Киёхира недовольно хмурится.       — Не забегайте вперёд, Сатору-сама.       — Эй, теперь я глава нашего клана, — он лениво откидывается на спинку стула. — Как насчёт немного уважения?       Киёхира весьма заметно стиснул зубы, затем заставил себя расслабиться, несмотря на намеренные подталкивания Сатору.       Хм. Интересно.       Сатору тянется к тарелке находящийся на углу стола и берёт кусочек дайфуку моти. Дайфуку моти, который вчера приготовили Шики и другие дети, на самом деле! Он немного плохо сформирован и комковат, и, по его скромному мнению, ему определённо не помешало бы больше сахара. Но он также отчётливо сладкий, но это никак не связано с его вкусом.       Как странно.       Он съедает его за два быстрых укуса и тут же хватает ещё один кусочек.       — Так ты на самом деле пришёл ко мне по какому-то поводу или просто принести моти от детей?       — Ты планируешь сделать Шики своей наследницей?       Сатору замолкает, слегка удивлённый.       — Она тебе сказала?       — Ей это было не нужно. Я и сам могу читать между строк, — сухо отвечает Киёхира. — Что бы ты ни планировал, просто… оставь Шики в покое, ладно? Она и так под пристальным вниманием. Если ты назовёшь её своей наследницей, то старейшины… определённо не будут сидеть в стороне. Нам понадобится как минимум ещё один первый класс, чтобы справиться с неизбежными попытками убийства. Ты видел, сколько старейшин вчера немедленно приставили к ней слежку, используя проклятую куклу-труп Яги в качестве оправдания?       — Да, это было довольно забавно, — ухмыляется Сатору, сцепляя пальцы под подбородком, наклоняется вперёд и кладёт локти на низкий столик.        Он знает, о чём говорит Киёхира. Скрытое наблюдение за Шики резко усилилось после её небольшого выступления во время собрания клана. Визит Панды был именно этим, поводом для старейшин так тонко обострить свои раздражающие мелочные привычки.       Сатору всё это время следил за детьми вполглаза и смеялся, когда его младшая кузина наконец устала от их выходок и просто зашла в дом. Старейшины, вероятно, не ожидали, что Киёхира изменит запечатывающие чары в своём доме, чтобы принять проникновение проклятой куклы-трупа, огорчённые взгляды на их лицах, когда они поняли, что их шпионы стали совершенно бесполезными, ха!       Несмотря на то, что Шики ещё не была формально обучена какой-либо политике, она, безусловно, имела природное чутье для навигации в таких вещах. Или, может быть, это было главным образом влияние Юзуки, хм…       Киёхира медленно выдыхает.       — Просто… не делай её своей наследницей. Пожалуйста.       Честно говоря? Сатору уверен, что Шики станет отличной наследницей, судя по её выступлениям. Конечно, она ещё слишком маленькая, чтобы сказать наверняка, но у Сатору есть ощущение, что она будет намного более подходящей на эту должность, чем он когда-либо был… то есть, если она когда-нибудь решит, что хочет вступить в эту роль.       Что, увы, не выглядело очень вероятным, учитывая направление, в котором всё, казалось, развивалось. Хотя у Сатору всё ещё есть надежда. Было бы неплохо иметь наследницу, которая могла бы работать вместе в ним, но он не собирается заставлять свою милую маленькую кузину ни к чему принуждать.       Им обоим уже надоело это слушать от старейшин.       Наследник клана…       В клане магов есть только два условия для того, чтобы быть названным наследником, сила и кровь. С первой частью Шики бесспорно справилась.       Старейшины, возможно, всё ещё спорят до хрипоты о особенностях её способностей, но, учитывая её подвиг убийства проклятого бога, никто не мог отрицать её потенциал.       А что касается её крови… Сатору было всё равно, что она из второстепенной ветви семьи. Старейшины, вероятно, подняли бы большой шум из-за того, что она не из главной семьи, да и ещё, из-за того, что у неё хватило наглости быть женщиной… но, в самом деле, какое это имеет значение?       Хотя, возможно, и к лучшему, что он не разворошит это осиное гнездо прямо сейчас. Старейшины уже сходили с ума из-за его недавнего неожиданного восхищения на пост главы, нет нужды подливать масла в весело горящий огонь, немедленно назвав «благословенного ребенка» своим наследником. Сатору всё ещё нужно, чтобы его клан был относительно цел, пока он занят делами с кланом Зенин для Мегуми.       Часть его презирает тот факт, что ему приходится убирать за Зенином Тоджи, тьфу. Но Тоджи есть Тоджи, а Мегуми есть Мегуми. К тому же, если говорить практически, если Мегуми хочет держаться подальше от жадных лап клана Зенин — ребёнок хочет — то эти переговоры с кланом Зенин просто неизбежны.       В обществе магов, в столь отсталом и застойном, есть существенные проблемы. Сатору знал бы, он вырос в первых рядах большинство этих проблем. До ухода Сугуру он не осознавал, насколько серьёзно и почти невозможно всё изменить, но… он почти уверен, что беспорядочное массовое убийство немагов не является решением проблемы. Или любой другой проблемы, на самом деле.       Он и раньше время от времени подумывал убить всех высших чинов, чтобы начать перемены в мире магов. Но как любила говорить Цукумо Юки «нет смысла лечить симптомы, а не причину».       И это именно так, не так ли? Если Сатору пойдёт дальше и убьёт высших чинов мира магов, то их просто заменят ещё больше таких же людей. Магические кланы полны людьми как Хисаясу, Такатоми и Дайсаку, которые поддерживают ход событий.       Если Сатору действительно хочет что-то изменить, то ему нужно начать снизу вверх. Мегуми напрямую вмешивается в эти планы, это часть того, почему Сатору так старается, чтобы Зенины не совали свой нос в их дела.       А что касается Шики…       — Я не назову её своей наследницей, — лениво говорит он. Затем как раз когда Киёхира расслабляется и вздыхает с облегчением, продолжает, — Если только она сама не попросит меня об этом.        Мужчина задыхается.        — Что?       Сатору улыбается.       Большинство старейшин определённо не хотели бы, чтобы Шики стала наследницей клана. Вероятно, это ещё одна причина, по которой они в последнее время так нервничали. Не из-за нехватки силы, — хотя, безусловно, найдутся те, кто будут утверждать, что было бы неуместно, если бы кто-то с не традиционной клановой техникой был назван наследницей — а из-за различных других факторов.       Шики из побочной ветви семьи. Шики девочка. Шики явно связана с Сатору, и старейшины имеют корыстный интерес в ограничении влияния Сатору в клане. Если Шики уже смогла подорвать влияние Дайсаку, не будучи при этом очень мудрой, как она сейчас, то на что она будет способна как наследница клана?       О, они определённо, переоценивают всю ситуацию, но в этом и есть фишка надоедливых старейшин. Они всегда думают, что знают, что лучше, когда реальность совсем другая.       Сатору постукивает пальцами по столу в лёгком ритме, когда ему в голову внезапно приходит другая мысль.       — Кстати, ты знаешь, что происходит с Имой?       — Джихэй изучает это, — отвечает Киёхира, отвлекаясь от предыдущей темы разговора. — Дайсаку-сама запретил любые контакты между ней и Шики вскоре после того, как Шики была передана под мою опеку.       Сатору издаёт неясный звук понимание в горле. Типичный Дайсаку.       В идеале Годжо Има наконец-то пришла в себя и поняла, что её племянница была очаровательной маленькой девочкой, а не полезным инструментом для её амбиций. Он предоставил Джихэю самому разобраться со всем этим. Несмотря на то, что этот человек был номинально личным помощником Дайсаку, было очевидно, что у него была слабость к маленькой Шики.       Хех.       — Помимо Имы и текущих дел с кланом Зенин… Сатору-сама, вы уже решили, что будете делать для подготовки к Обону? — Киёхира переминается с ноги на ногу, тяжело скрестив руки на груди. — Праздник Обон скоро наступит. Как вы знаете, каждый год одна из Трех Великих Семей отвечает за последний окуриби в Киото. В этом году это выпало клану Годжо. Обычно Такатоми-сан занимается организацией ритуала, но…       Но Такатоми упрям и с радостью использовал бы эту возможность, чтобы насолить Сатору, или использовать её как дымовую завесу, чтобы поддержать связь и дестабилизировать ситуацию с Зенинами за его спиной. Если бы это был Дайсаку, Сатору, по крайне мере был бы уверен, что Дайсаку в первую очередь будет думать об имидже клана Годжо. Но с Такатоми… всё было немного сложнее.       И всё же.        — Не беспокойся об этом, всё будет хорошо.       Киёхира не выглядит нисколько успокоенным, как грубо.       Но это не его проблема!       — Это не пустяк, Сатору-сама, — хмурится мужчина, его голос становится грубым. — Обон важен, и это будет первое публичное выступление клана Годжо с вами в качестве главы клана. Если во время ритуала будут допущены какие-либо ошибки, это запятнает репутацию клана и вашу вместе с ним.       — О, я знаю, — говорит Сатору, веселясь. — Я не волнуюсь.       — Но приготовление ритуала… — Киёхира издаёт разочарованный звук. — Большинство опытных членов клана, которые обучены традиционным заклинаниям и ритуалам действиям, принадлежат к линии Такатоми-сама. Мы можем получить от них несколько учеников-любителей, но я не жду чего-то большего.       Да, похоже, подобная мелочность вполне в духе Такатоми.       Но даже так…       — Всё будет в порядке, — улыбается Сатору. — У меня есть несколько идей в заметках. И на этой ноте, как думаешь, Шики будет интересно отправиться в Киото?