Твои крылья - мои

Каштановые волосы спускались вниз по красному платью, обрамляли открытую грудь. Девушка стояла у открытого окна, в котором простирались долины и луга, ветер приносил пряный запах трав и цветов, западные королевства всегда были самыми богатыми и урожайными, эти просторы завораживали путников, а женщины пленяли их, и каждый хотел жить здесь. Мужчины тут славились подвигами, будто каждый третий рыцарь, никакого разбоя, грабежа. Райский край, словно из книжек про прекрасных принцесс. Но в настоящем, не всё так чудесно, как хотелось бы. Королева. На гербе Западных краёв был изображён сокол. И, словно под пестрым крылом сокола, находилось западное государство, как под правительством королевы Идгит. Она пеклась о благосостоянии своего государства, о границах, о внутреннем состоянии страны, но как известно, Сокол любит мелкую добычу. В её правление, уже который год страдают простые крестьяне. Огромные налоги, бесчинства знати, это было большим минусом, но все боялись Идгит, ведь она была, словно Дьявол в юбке. На первых страницах, может показаться, что Марсель – безумец, человек, которого все страшатся, но более страшным зверем была Идгит. В начале её правления многие пытались совершить переворот, но как известно по сей день, королева в добром здравии, а все неугодные ей сожжены. Западный край был самым стойким среди всех, кто начал войну против Силдрина, держался до последнего. Но как известно – проиграл. Идгит Эофорхилд всем своим сердцем ненавидела принца Марселя. Ведь в сражении за территории её славный муж был убит рукой Силдринского принца. И теперь она хотела лишить его невестки. Но как известно, покушение было провалено. Идгит бросила письмо в огонь, злость застыла на её лице. Она обошла большой дубовый стол, на нём была изображена карта всех государств. От жаркого Юга, до леденящего душу Севера, от неспокойного Запада, до почти неизвестного Востока, а в центре – Силдрин, отмеченный фамильным ножом Эофорхилдов. Девушка подошла к тумбочке у стола и позвонила в небольшой колокольчик. Меньше, чем через секунду на пороге комнаты появилась совсем молоденькая служанка. - Чего желаете, ваша милость? – не поднимая глаз на госпожу, спросила девушка. - Начинайте накрывать на стол. Скоро должен прибыть Господин Фрейденталь, нам нужно встретить его, как подобает, - служанка потупила взгляд, - Чего стоишь, пошла отсюда. - Да, ваша милость, - быстро поклонившись, девушка побежала на кухню. Идгит же осталась в своих покоях и начала прихорашивать к приезду северного правителя. Её густые тёмно-каштановые волосы обрамляли плечи, волнами спускаясь к пояснице. Рукава до самых запястий, подол до пола и всё это красного цвета. Наверное, это был любимый цвет Идгит. На её лице была льстящая улыбка, слегка приподнятые брови, и темные, как ночь глаза блестели, будто были полны звёзд. Она покружилась перед зеркалом, а затем устремилась к выходу из покоев. Идгит быстро промчалась по лестнице, прямиком к парадному залу. Вдруг распахнулись ворота, и раздался громкий голос герольда: «Прибыл мудрый господин Фрейденталь!» На лице девушка сразу же отразилась неискренняя улыбка, она устремилась ко входу. - Приветствую вас милейший Алфорд, я очень рада, что вы откликнулись на моё письмо и так скоро прибыли ко мне, - пропела Идгит, а напротив неё появился мужчина в походном доспехе, с черным плащом за спиной и двуручным мечом на поясе. Его волосы были собраны в пучок на затылке. Через белый, слепой глаз проходила чёткая красная линия, заканчивающаяся примерно у уголка губ. - Доброго здравия вам, миледи, - после этих слов, он поцеловал руку, что протянула ему девушка. - Пройдемте же в обеденный зал, наверняка, вы устали с долгой дороги, - улыбнулась ему Идгит. - Пустите туда моих ребят, чтобы они хорошо подкрепились перед обратной дорогой, и в этот раз будьте добры подать что – то кроме травы, - ухмыльнулся Алфорд. – А нам с вами некогда разводить этот театр, поэтому приступим сразу же к делу, - командирским тоном сказал мужчина. - Как вам будет угодно, прошу вас следуйте за мной, - на лице Эофорхилд была заметна легкая неприязнь. Они вместе поднялись по лестнице, и вернулись в покои хозяйки. Как только тяжелая дверь закрылась, Алфорд перешёл к делу. - Тебе нужно быть очень убедительной, чтобы я согласился на войну с Силдрином, — вот так в лоб сказал северянин. - Алфорд… Сейчас этот мальчишка слаб, сейчас самый лучший момент, чтобы напасть на него, на весь центр, - начала Идгит. - С чего ты это взяла? - У принца Марселя сейчас совсем иные занятия, его ничего не интересует, кроме своей новой невестки, - с ехидной улыбкой, произнесла Идгит. - Так какого чёрта, ты решила прикончить её с помощью Братства? -  полушепотом говорил Алфорд. – О чем ты вообще думала? -  задавал вопросы северянин. - Я думала, что это ослабит его и… - А ты его только обозлила. Сейчас Марсель уж точно понимает, что кто – то идет против него, ведь Братство не покушается просто так. Никогда. Он победил всех, даже тебя. Разгромил к чертям, - начинал злиться Алфорд. – Вот, что оставил мне кудрявый Принц на прощание, - говорил северянин, указывая на слепой глаз. - Ты чёртов трус, Алфорд, нельзя же боятся его всю жизнь. Мой муж объединился с тобой в той войне, против Марселя, потому что верил тебе. - Он воевал со мной бок о бок, Идгит. Он воевал, потому что был уверен, что твоего брата убили в замке Силдрина, но мы оба знаем, что это были точно не ди Атри. Тебе просто нужен был повод, чтобы начать войну с ними. Почему ты так их ненавидишь? – спрашивал Алфорд. - Потому что он чёртов высокомерный ублюдок, выродок, да и только, - отвернувшись сказала девушка. - Остановись, уже наконец. - Нет, если ты мне не поможешь, я найду других союзников, а теперь уходи. - Это погубит тебя, - прошептал мужчина и ушёл, хлопнув дверью. - Вероятно, но только после тебя и Марселя.

***

Поцелуй… П-о-ц-е-л-у-й. Кэмилен лежала на лугу, усеянном полевыми цветами. Лютики, ромашки, клевер и другие растения. Она размышляла о том, что произошло несколько дней назад. Это было так опрометчиво с её стороны, а если бы он оттолкнул её? Наверняка она бы не пережила, умерла бы со стыда. Она стала такой глупой, прямо, как все молодые девушки из трактира. Так много думала о каком-то напыщенном индюке; брови машинально нахмурились. Он не индюк. Нет. Просто дурак. Поток мыслей Кэми не хотел прекращаться. Она даже не заметила, как Марсель оказался рядом с ней. - Обо мне грезишь? -  с улыбкой пропел принц. - Ещё чего, - нахмурилась девушка. «А ведь, и правда…» - щеки девушки покраснели. - Да я знаю, что думала, я же умею читать мысли, разве я не говорил, - серьёзным тоном пролепетал Марсель. Девушка посмотрела на парня огромными глазами. - Да я шучу, - ответил принц, а затем раздался хохот. – Я угадал что ли? -  Марсель удивлённо посмотрел на Кэми. - Делать мне больше нечего, кроме как думать о тебе, - снова отвернулась былая трактирщица. - Да я же знаю, что думала, у тебя на лице написано. - Ничего там не написано, - резко подскочила девушка. Её лицо было хмурым.  Марсель поднялся вместе с ней. - Не ври мне. Врать своему королю равноценно измене, - ехидничал принц. - Ты еще не король, - твёрдо сказала Кэмиллен, скрестив руки. - Скоро стану, и ты не сможешь так просто болтать, что угодно, - в ответ на это Кэми лишь хмыкнула и направилась к выходу из королевских садов, но будущий король дёрнул её за плечо, а девушка от неожиданности, чуть не упала. Быстро отреагировав, Марсель подхватил её.  Но это был хитрый план Кэм, она резко обернула ситуацию в свою сторону и опрокинула принца на лопатки. - Быстро вы сдались, Ваше Величество, - со смехом сказала Кэми. Но король был сильнее и тут же перевернул девушку. - О чём ты? – улыбался король. Девушка отвернула лицо от Марселя. А тот в свою очередь нежно повернул её лицо обратно. - Ваше Высочество, - резкий голос служанки вырвал Марселя из прекрасных медовых глаз Кэми. - Говори, - пролепетал принц, поднимаясь с девушки, и нежно подал ей руку, но та была отвергнута в ту же секунду. - Королева ждет вас в вашем кабинете, - поклонившись девушка откланялась, но от цепких глаз Марселя не ускользнула легкая улыбка на её губах. Отряхнувшись, Марсель взглянул на девушку, стоящую рядом и упорно скрывающую своё смущение. Выходило неплохо. Кэми зашагала вперед и принц, неожиданно подметил маленькие босые ноги. На девушке не было обуви. - Миледи, идти вперед мужчины — это моветон, - шагая за невесткой, говорил Марсель - Мове… что? - Моветон. Раз уж ты моя невеста, будь добра соблюдай этикет. - Слишком много сложных слов за минуту, Ваше Высочество, - резко развернулась Кэмиллен и сказала это прямо в лицо принцу. - Попроси служанку принести тебе книгу по этикету. Я видел, что ты закончила с книгой «Правители Силдрина», поэтому пора переходить на уровень повыше. - Будет сделано, Ваше Высочество, - исполнив кривой реверанс, Кэми развернулась и пошла дальше. - Ах, да и… где твоя обувь? – наконец поинтересовался Марсель. - Ты не вернул мне сапоги, - с ухмылкой сказала Кэми. Дальше они шли молча, и разминувшись на перекрёстке коридоров, даже не попрощались. Марсель чётко вышагивал до своего кабинета и не понимал, что же мама хотела от него. Вдохнув и выдохнув перед тяжелой дубовой дверью, он дернул на себя ручку. Перед его взором открылось не очень большое помещение, с камином у стены, что напротив входной двери, парой кресел около него. Чуть поодаль, справа, стоял большой дубовый стол, когда-то выточенный из старого дерева, на нём лежала большая карта с фигурками, обозначающими разные государства. Силдрин – тигр, Западные края - сокол, на севере, Гармсиль обозначался медведем, а на востоке, государство Эвр было ознаменовано лисицей. Напротив окна располагался письменный стол, также в кабинете было большое количество книжных полок, занятых книгами, которые были инкрустированы драгоценными камнями, обшиты бархатом. Королева задумчиво ходила вокруг большого стола, что–то её очень волновало. - Мама, - осторожно прикрыв за собой дверь, сказал Марсель. Обеспокоенные глаза матери взметнулись на сына. Она, ведь так боялась потерять его в той войне. Так боялась. – Что – то случилось? - Эофорхилд встретилась с предводителем Гармсиля. Выяснилось, что Идгит осталась недовольна этой встречей. Она что – то задумала, Марсель, - материнское сердце чувствовало угрозу. - Думаешь, она снова захочет развязать войну? -  нахмурив брови, спросил Марсель. – Не думаю, что Запад успел восстановить силы. - Именно поэтому она и встретилась с Алфордом, чтобы просить помощи. - Но раз она осталась недовольна, значит встреча не увенчалась успехом, ведь так? -  с полуулыбкой молвил принц - Сын мой, пожалуйста будь осторожнее. Сейчас твои враги будут бить по твоей трактирщице, думая, что ты к ней привязался… Подожди… Ты же не привязался? -  с опаской спросила Констанция - Нет, - отводя взгляд ответил принц, задумываясь о словах матери. - Хорошо, потому что в какой – то момент нам придётся пожертвовать ей, - строго проговорила королева. – Так или иначе, это когда-нибудь произойдёт, я уверена. На прощание Констанция поцеловала сына в щеку и покинула кабинет. Принц упал в кресло. Привязанность? Разве может он испытывать что-то к этой трактирщице, разве могут быть у него чувства к ней? Нет, и думать о таком нельзя. Она скорее временное развлечение, это же так приятно управлять чужой жизнью, иметь полную власть над кем-то. И как мама могла подумать о привязанности к этой портовой девке. Но… Откуда тогда этот большой испуг от покушения на Кэми… Откуда? Боялся от того, что убийца так просто проник во дворец. А почему так больно от чувства пустоты в её глазах? Потому что хочется видеть в них чувства страха. Никто не может быть равнодушен к принцу. Мысли Марселя летали в голове, сменяя одна другую. Он убеждал себя в том, что его сердце холодно по отношению к Кэмиллен, что она не имеет никакого смысла. Марсель глубоко закопал зачатки чувств и запер на семь тысяч замков. Но достаточно ли будет этой защиты? Кэмиллен сидела в «своих» покоях и читала книгу о приключениях Эдгара ди Атри, прадедушки Марселя. Книга по этикету была заброшена за изголовье кровати. А вот эта книга была занимательной, в ней говорилось о том, что Эдгар был другом для всех и никто не понимал, как у него это получалось. Во времена его правления не было ни одной войны, наверное, потому что правил он пять лет, а всю оставшуюся жизнь потратил на похождения по миру. Он жил с эльфами в Мелетронском лесу, его еще называют Лесом Возлюбленных. Был на Севере и на Юге. Сражался с ужасными тварями в Восточных водах и скакал по Западным равнинам. Но сколько людей и нелюдей знал он, никто не мог сосчитать. Это было очень интересно, но мысли Кэми занимал совершенно другой ди Атри. Ей было страшно от одной лишь мысли о чувствах к нему. Эти размышления не о чувстве ненависти, а о привязанности, симпатии. Ей было тяжело это принять, но это было правдой. От этого мурашки бежали по спине и рукам. Но чувства нельзя просто вытащить или спрятать, нельзя моментально забыть, их можно лишь чувствовать, как бы глупо это не звучало. Ей хотелось на свободу, хотелось снова плясать на столе трактира и разливать хмельное пиво, но стоило лишь представить жизнь без ярких синих глаз и становилось холодно. Будто эти ледяные глаза стали источником тепла в этом холодном замке, в этой одинокой жизни. Время от времени мысли возвращали Торнхил к Робину, к единственному другу в её одинокой жизни, к другу всей её жизни. Она всегда знала, что он любил её и был готов идти с ней до конца, но Робин всегда хотел быть больше, чем просто друзьями. А большего Кэми и не могла ему дать. От этих мыслей всегда становилось больно. Ведь это слишком частая несправедливость нашей жизни.

***

Робин задумчиво рассматривал небесный свод, переполненный звездами, каждая из них блестела, отражаясь в глазах одинокого парня. Каждый день мысль о спасении Кэми не покидала его. Он уже давно продумал план проникновения в замок и поделился им с Ричардом. Но тот отказывался, ссылаясь на полную безрассудность Робина, в ответ, предлагая лишь ждать. Ждать Робину осточертело, и он отправился на поиски старшего товарища, чтобы серьёзно поговорить.  Тем временем Ричард метался в своих мыслях, он был там потерян. Бесконечно влюблённый в королеву Констанцию, он скрывал боль утраты, боль расставания, но смотря на неугомонность Робина, на его желание спасти Кэмиллен, в нём рождалось новое чувство, чувство уверенности, желание отомстить, и наконец воссоединиться со своей вечной любовью. Мужчина понимал, что это безумно, что вероятнее всего это закончиться, лишь кровопролитием. Но так хотелось снова утонуть в этих синих, как васильки глаза. Так хотелось, снова почувствовать себя на своём месте, рядом с любимой. И в один день Ричард поддался искушению и согласился на план Робина, согласился, понимая, что это закончится плохо. О чём они только думали, они собирались, спасать Кэмиллен, не имея при этом ничего. По таверне разносилось тоскливое пение девушки-барда, навевающее воспоминания о былой любви, о былых прекрасных днях. Ричард трепетно вытянул цепочку, на которой висел небольшой медальон в виде ромба, мужчина открыл его, будто боясь сломать. Внутри лежал пожелтевший от времени пергамент. «Сегодня в полночь» Т.Л. Это была последняя записка, которую он получил от синеглазой королевы. Последняя нитка ведущая к ней, а после были лишь двадцать лет холодной разлуки. Ричард не видел Луны уже двадцать лет, ведь его Луна навсегда потухла и осталась лишь воспоминанием. Внезапно дверь с грохотом отворилась, в таверну влетел мальчишка Робин, неугомонный сорванец. - Ричард! Я устал ждать твоего чёртового решения! —прокричал он на весь зал, пение резко прекратилось и все обернулись к дверям. – Либо ты идешь со мной, либо я иду один. Мужчина резко выпрямился и зашагал к Робину, развернув того к выходу, вышел с ним, оставляя руку на его плече. - Ты бы еще на весь город это заорал, идиот безмозглый. Я согласен идти с тобой, но действовать мы будем по моему плану, - четко говорил рыжеволосый мужчина, держа мальчишку за плечи, смотря прямо в глаза. - Слушай… Что? -  не поверив своим ушам, переспросил Робин. - Так, слушай и быстро внимай моим словам. Я знаю этот замок, как свои оставшиеся пальцы. Поэтому мы проникнем через главный вход… - Да ты безумец, не можем мы прямо так зайти туда… - Дослушай. Король Ковард - жуткий пропоица, - голос Ричарда стал тише. - Каждый день он просит о новом, свежем бутыле вина, запасы из погреба используются только для праздников. Поэтому мы должны быть теми, кто доставит ему вино, - мужчина прокашлялся. - Далее нужно будет спрятаться где-то в кладовых помещениях и дождаться ночи. Так как Кэмиллен и Марсель не женаты, то спят в раздельных покоях… - А вдруг они держат её в темнице, как пленницу! - Идиот, ты вообще слушаешь, о чем судачит весь город последнюю неделю. Что кто-то напал на невесту Марселя. А это кто? Правильно! Кэми, - с саркастичной улыбкой проговорил Ричард - А как же стража, что делать с ними? -  спросил Робин. - Из подвальных помещений мы сможем попасть прямо на кухню, там есть кухонный лифт для передачи еды по этажам, так ты попадешь прямо на кухню четвертого этажа, покои принца как раз на этом этаже. Тебе останется отвлечь стражника и быстро проникнуть в покои Кэмиллен. - Ну, уж спасибо, друг, - прошептал Робин. - Если тебе не нравится, то мы никуда не пойдем, потому что план забраться по стене с помощью гвоздях на твоих сапогах, уж очень не доработан.

***

Наступил день воплощения плана в реальность. Вернее, ранее утро. Наши друзья удивительно быстро нашли доставщиков вина, а те также быстро согласились за немалую сумму отказаться от своей работы на один день. Какой дурак не согласится на оплачиваемый выходной? И вот они близились к воротам замка, людей здесь было море, но стражники заострили внимание на них. - Стоять. А вы, собственно, кто будете? -  строго поговорил страдник с алебардой. Ранее договорившись о том, что говорить будет только Ричард, тот отвечал. - Мы от винодела Гирна, несём вино королю, - не отводя взгляд говорил бывший командир стражи. - А где Ивасик с Корнером, обычно они эту работёнку делали? - Корнер повредил ногу, а Ивасик за ним ухаживает, - также твердо говорил мужчина. Стражник, что был постарше вглядывался в лицо рыжего мужчины. - Поверю раз уж так. Грамоту пропускную покажите и проходите, - «Пропускную грамоту?!» - мысль в голове Ричарда, которая буквально разбила весь план об пол, как хрустальную вазу. Мужчина громко прокашлялся. - Ничего нам Корнер не давал, никакой грамоты, - ответил Ричард. - Так, проваливайте отсюда! -  обстановка накалялась, всё начало идти не по плану. - Если король Ковард останется без вина, то он ваши головы об эту кладку размажет, - неожиданно подал голос мальчишка в шляпе, натянутой до глаз, стоявший рядом с Ричардом. – Пропустите нас и дело с концом. - А ты борзый, но проходите, только никому ни слова, - ответил мужчина, со страхом посматривая на каменную кладку. Стражник в возрасте всё также странно поглядывал. Доставщики вина ушли за ворота замка и отправились в кладовую. – Ты чего так палишь? - спросил молодой солдат. - Да рожа у этого рыжего, больно знакомая, - перетаптываясь ответил мужчина. Наступил вечер, а парочка наших контрабандистов сидела в ларе с зерном. Осторожно выглянув оттуда, Ричард заметил спящую молодую служанку. Осторожно пробравшись мимо неё и найдя кухонный лифт, Ричард отправил Робина на четвертый этаж кухни, а сам пошёл искать свою любовь. Он всегда знал, где она, чувствовал. Робин осторожно выбравшись из квадратного приспособления, оказался на кухне. Шагая на цыпочках, он увидел большое количество провизии. Оглядывая это всё, он схватил красное, как кровь яблоко со стола. «Одним больше, одним меньше, какая им разница» - подумал парень. Осторожно приоткрыв дверь, он увидел вдоль стены огромную дубовую дверь, а возле неё такого же огромного громилу. «Она там,» - уверенно подумал Робин и был прав. Недолго покрутив яблоко в руке, кинул его вдоль коридора. - Э! Эй, кто там? - встрепенулся Круэвел, - здоровый мужчина быстро зашагал в сторону яблока. - Проще пареной репы, - фыркнул парень и быстро юркнул к дубовой двери и открыл её. Кэми стояла спиной ко входу в белой ночной рубахе. - Кэми, - тихо прошептал Робин. Девушка вздрогнула от неожиданности и резко обернулась. - Р-робин? -  заикнувшись ответила Торнхил. Парень подбежал к ней и обнял крепко-крепко - Я хочу забрать тебя отсюда, но нужно действовать быстро, - держа девушку за плечи, парень быстро шептал. Град мыслей был в голове у Кэмиллен. Она знала, что это кончится плохо, была уверена… А может не хотела уходить? - Нет… Нет… Ты погибнешь, - мотала головой девушка. - Эй… Эй… Подожди, где же моя храбрая Кэми, давай убежим отсюда, вернёмся в таверну, а потом и вовсе покинем этот чёртов город, - глазами полными любви Робин смотрел на девушку. - Робин… Ты… Я не люблю тебя, - подняв голову прошептала девушка. – Люблю… Но не больше, чем друга, ты… - Стой… - усмешка боли вылетела из рта Робина, а после и вовсе полился смех. -  Тогда давай просто убежим отсюда! Где моя бесстрашная трактирщица, - бастард внезапно отпустил плечи Кэми. – Постой… Ты… Ты любишь этого урода? -  парень старался смотреть в глаза девушки, но это давалось тяжело. – Да мне плевать! Я не дам тебе сгнить здесь. Ты просто запуталась… - парень схватил девушку за запястье и потащил к выходу. «Запуталась,» - набатом било в голове парня. - Нет! Робин, мы погибнем, он убьёт тебя… - но было уже поздно Робин распахнул дубовую дверь и потянул девушку за собой. Круэвелл, уже вернувшийся, был ошеломлён и лишь завидев убегающую «принцессу» с непонятно-кем, побежал к колоколу тревоги. Робин с Кэми успели лишь добежать до лестницы, и колокола начали бить, пробуждая всю стражу и самого страшного дракона – Марселя. Отправив Робина на кухонном лифте, Ричард понёсся к саду, он будто бы порхал, а не шёл, ловко обойдя все посты стражи, он уже приблизился ко входу в сад и оставалось лишь распахнуть дверь, как вдруг, он услышал колокол охраны. «Чёртов мальчишка,» -промелькнуло в голове Ричарда. Но идти назад было поздно. Мужчина буквально влетел в сады и увидел её свою Луну. Констанция также, услышав колокола подскочила, но ей захотелось тут же упасть обратно, ведь перед ней был… Её прекрасное Солнце. -Ричард?! -  смогла только это выдавить из себя королева. Мужчина подлетел к ней, начиная целовать руки своей вечной любви, - Как… Что… - Боже, ты также прекрасна, я так скучал… - не переставая покрывать Констанцию поцелуями повторял мужчина. Женщина запустила руки в рыжие волосы мужчины и обняла его крепко, как двадцать лет назад. - Я всё также люблю тебя, - прошептала королева. - И я люблю тебя. Губы, что были в разлуке последние двадцать лет, наконец встретились. И это был нежный и прекрасный поцелуй, внутри Констанции и Ричарда расцветали цветы, порхали бабочки их поцелуй, наполненный любовью и… Кровью? Ричард осел в руках королевы и отпрянув от него она увидела глаза, наполненные не любовью и нежностью, а болью. Мужчина начал тянутся к земле, а за его спиной стоял Марсель с арбалетом в руках и напуганными глазами. - Мама?  -  тихо сказал Марсель. А королева в ответ лишь зарыдала навзрыд. Зарыдала так, как никогда не рыдала. Как маленькая девочка, она начала рыдать, оседая на ноги и держа при этом безжизненное тело любимого, его кровь пачкала руки и платье, но это было не важно. Это было не важно… Её жизнь потеряла смысл, нет… Её жизнь умерла. Марсель ничего не понимающий, попятился назад и побежал вон из Сада. Кэмиллен, нужно было её найти. Он нёсся со всех ног, они не должны были далеко уйти. Марсель заметил собравшуюся толпу стражников у главной столовой и побежал туда. Парень в шляпе и Кэмиллен пятились назад, но пятиться дальше стены не получится. Топая каблуками туфель, он прошёл прямо к этим двоим и прицелился в Робина. - Нет! – взвизгнула Кэмиллен и закрыла своим телом своего друга. – Убей меня, это всё из – за меня! -  кричала девушка, наперекор слезам. Ей было страшно. - Ха! Что-то мне это напоминает, - со злостью в лице говорил принц. Марсель прицелился прямо в глаза девушки. Арбалетный болт полетел.