Твои крылья - мои

Оставлять родные места крайне тяжело, прощаться со всем, к чему ты привык, а еще больнее, когда тебя лишают этого, просто отбирают, без права на возвращение. Так и наша Кэм скучала по своей родной таверне, по холодному пиву и быстрым танцам, по жгучим спорам с местными бандитами, даже по неожиданным мордобоям она скучала. Ведь это было её маленькой родиной, местом, где она могла скрыться ото всех бед, это был её дом. Как бы ты не бежал от тоски, она всё равно тебя догонит, так или иначе. Кэмиллен каждый вечер проводила у окна, заканчивая заполнять все свои прописи, она смотрела в даль, смотрела на расстилающееся море, на прибывающие и убывающие корабли, на родной порт. Изредка по её щекам катились маленькие слёзы, но она быстро утирала их, ведь девушка запрещала себе плакать, не хотела быть слабой. Просиживая еще один вечер у окна, Кэми не заметила, как в покои вошёл Марсель. Сначала он тихо наблюдал за ней, а потом громко кашлянул. - Пытаешься дыру в стекле сделать? -  с усмешкой проговорил принц. - Очень остроумно, - огрызнулась Торнхилл и постаралась незаметно утереть маленькие слезинки с лица. - Ты плакала? -  осторожно спросил Марсель. - Тебе какое дело? Я же здесь из – за тебя, - с каким – то неосторожным гневом, продолжала плеваться ядом девушка. - Не я привел тебя в мой замок, - напрягся парень, указывая пальцем на Кэми. Девушка промолчала. - Так, что же произошло? -  настаивал на вопросе принц, но девушка продолжала молчать, - Ты тоскуешь? – догадался. Брови Кэми взлетели вверх, - Я прав? -  подходил ближе Марсель, спрашивая. - Не нужно обладать дюжим умом, чтобы понять. Запри кто – то тебя, ты бы не тосковал? -  задрала подбородок девушка. «Так по–королевски,» - думал Марсель. Эта её привычка до боли в зубах его раздражала, ведь, кто она такая, чтобы задирать подбородок перед ним, но одновременно и до дрожжи в коленках нравилась, ему хотелось схватить за этот маленький подбородок и… - Чего умолк? - А… - вылетел из мыслей черноволосый. Девушка нахмурилась, - Так по чему ты тоскуешь? - По таверне, по ночным пляскам, по вечно играющей музыке, по бардам и менестрелям, - от приятных воспоминаний девушка закрыла глаза. Принц стоял в недоумении, он никогда не бывал в тавернах, даже в походах он пренебрегал этими заведениями. «Что там можно найти, кроме пьянчуг и куртизанок?» -  каждый раз думал принц. — Это глупо. - Ты просто ничего не понимаешь. Наверное, и в таверне ни разу не был, - с насмешливой улыбкой сказала девушка. - Даже если и не был, то это не мешает мне судить об этом, - уперев руки в бока, сказал Марсель. - Хорошо, милый принц, одна ночь в самой дорогой таверне города. И это будет самая лучшая ночь в твоей жизни, - с огнем в глазах, пропела Кэми. - Хо – хо… Милый принц? Что за резкие изменения в погоде, Кэми? Что мне будет за эту ночь? Вдруг мне не понравится, ты должна будешь возместить зря потраченное время, - сложив руки на груди, спросил парень, - Может поцелуй принцессы? А может что - то большее? - с кошачьей улыбкой говорил принц.  «Что ты несёшь, Марсель?» -  думал про себя парень. - Ты будешь мечтать о том, чтобы повторить эту ночь, - с ухмылкой говорила Кэм. - Так не пойдет, - немного подумав черноволосый сказал, - Если мне не понравится, то ты должна будешь, - его резко перебили. - Если тебе не понравится, то я буду беспрекословно выполнять каждый твой приказ, в течение двух недель, и если я хоть слово скажу против, то срок увеличиться на месяц. Но! Если тебе понравится, а я в этом уверена, то ты отпустишь меня  жить у себя в порту. - Нет, это исключено, - повысив голос, сказал принц. - Ну, что ж, тогда, - задумалась Кэм, - Ты наконец, перестанешь держать меня, как пленницу, и я стану полноценным жителем дворца, - с азартом сказала девушка. - По рукам! – пожав друг другу руки, они разбили их, и стали ждать до наступления темноты. Месяц поднимался всё выше. А эти двое пытались бесшумно покинуть стены дворца. Марсель был одет также в чёрное, но менее похожее на королевскую одежду, а Кэм выпросила штаны у прислуги еще давно и обрезала свою ночную рубаху, и подпоясавшись, распустила волосы, и сейчас вела Марселя к самой громкой таверне города. Вдвоём они тихо зашли в таверну, стараясь не обращать на себя внимания. У Кэм загорелись глаза, и она сразу же потянула Марселя прямиком к Трактирщику. - Пива! -  громко провозгласила девушка, ударив кулаком по столу. Парень, впервые видел её такой, и тут же две огромных кружки оказались в его руке, - До дна! -  с широченной улыбкой провозгласила Кэм, и принялась пить. «Не дурно,» - подумал Марсель, как только пиво коснулось его языка. Пока он выпил только половину, Торнхилл допила уже всё и стучала по столу. Она была здесь, как рыба в воде, она была дома. - А деваха – то у тебя не промах, - прогремел какой - то мужчина над ухом Марселя, - Упустишь, - усатый мужчина теперь стоял лицом к парню, - Чего рожа такая кислая?! Ты ж в «Драконьей башне»! Пей, пока наливают, пой, пока голос есть и танцуй, пока ноги целы! – почти крича, договаривал мужчина. На усах была пивная пена, а за спиной был большой двуручный меч, - А ну еще можешь в кости поиграть, - подмигнул ему усатый, - Меня Виконт звать, - немного пьяным голосом продолжал новый друг Марселя, - А тебя как? - М-а… Кэмел, -  прокашлявшись, представился принц. «Говорить своё настоящее имя, плохая идея,» - подумал парень. Пока Марсель беседовал со своим новоиспеченным другом, то Торнхилл совсем потерялась в этом море азарта, танца и конечно же пива. Она уже дважды выиграла в кости, и выпила еще две пинты. Но сейчас ей хотелось одного: танцев! И как нельзя кстати заиграла с детства знакомая мелодия, быстрая и резвая, как горный ручей. Торнхилл отыскала в толпе своего принца и утянула его в этот дикий пляс. Девушки стучали каблуками, как могли, отстукивали ритм так, будто бы собирались пробить пол, а мужчины приглашали их на танец. Марсель не знал ни одного движения, но на удивление улыбался, искренне улыбался. Эта улыбка была самой чистой и ясной, что, когда – либо видела Кэмиллен. И вот они встали в пару и резво понеслись, сначала в одну сторону, затем в другую и парень смеялся, до боли в животе хохотал. Он чувствовал свободу, будто бы всё это время упускал важную часть своей жизни, но сейчас пазл собирался полностью. А музыка всё не кончалась, и скрипачи продолжали терзать струны своих инструментов и барабан отбивал в такт, кто – то даже старался что – то напеть. Гремели кружки, ложки и всё это было до безумия красиво, так по – настоящему, гораздо лучше, чем во дворце. Марсель пытался отдышаться, опираясь на стойку, а Кэм всё танцевала, отплясывала прямо на столе, сбивая кружки и тарелки, стучала каблуками, как в последний раз. Ей хлопали, свистели, а она смеялась, чувствовала, как счастье стучало в груди. - Ах… Хороша, - сказал усатый Виконт. - Да… - подтвердил заворожённый Марсель, - Хороша, - улыбнулся он сам себе. А Торнхилл продолжала плясать, пока не пнула кружку какого – то разбойника. - Совсем страх потеряла, шлюха!? – с пивом на лице, говорил лысый мужчина. В таверне поднялся хохот, а Кэм спрыгнула со стола, подбежала к Марселю. - Бежим! -  с безумной улыбкой на лице, проговорила Торнхилл и потянула принца за руку. И они вылетели из таверны и бежали до самых стен замка, смеясь и поскальзываясь на ровном месте. В след Виконт крикнул им: «На свадебку – то позовите!» - Ха-ха-ха! Ты видел? Вся рожа в пиве, - не переставала хохотать Кэм. Парень держался за живот и свалился на траву уже в королевском саду. - Совсем страх потеряла?! -  передразнивал разбойника Марсель. Смех лился из их уст и отражался от воды. - Ну, так, тебе понравилось? - с улыбкой спрашивала главная танцовщица сегодняшнего вечера. - Ну, кое - чего мне не хватает, - с улыбкой, парень развернулся лицом к Кэми. - И чего ж… - резко, неожиданно, Марсель прервал её реплику. И поцеловал. Притянул к себе ближе и мягко коснулся её губ, осторожно прошёлся языком по нижней губе, держа руку на щеке, Кэми. Девушка оцепенела, она не знала, как реагировать и что делать. Девушка опустила руки наземь и буквально замерла с открытыми глазами. Марсель оторвался от её губ и облизнулся. - Теперь мне нравится всё, - с улыбкой кота, объевшегося сметной, бархатным басом сказал Марсель. «Такой красивый,» - подумала девушка, не отрывая глаза от Марселя. Тот же осторожно поднялся с земли подал руку девушке, та покорно приняла её, и они двинулись в сторону своих покоев. Весь замок спал, только эти двое шли по коридору. Кэмиллен зашла в свои покои, закрыла дверь и скатилась вниз по стене. А Марсель развязывал рубаху, думая о том, что он сделал, он сделал это, потому что хотел. Спали они в разных покоях, ведь до свадьбы это было запрещено, но Кэмиллен не знала, а Марсель благополучно нарушал эту традицию, но сегодня он пошел к себе.

***

Дворец расцветал, готовился к балу, к балу в честь невесты принца. Всем было интересно, ведь весть о том, что новоиспечённая принцесса – бывшая портовая трактирщица, пролетела над всем государствами, как феникс. И всем было не в терпеж узнать, как она выглядит и что из себя представляет. Вопрос, который мучал каждого: «Как портовая девка оказалась рядом с принцем?» Все суетились, готовились к прибытию гостей, наряжались и варили, жарили и тушили самые изысканные блюда, стирали скатерти и драили полы. А самое главное, готовили принцессу к балу. Мыли её, натирали самыми ароматными маслами, расчёсывали волосы, шили ей платье и клепали удобную обувь, ведь на каблуках ходить она хоть и училась, но выходило ужасно. Кожа Кэмиллен разгладилась, стала гладкой и нежной на столько на сколько это было возможно, лицо больше не было обветренным, а руки стали мягкими, как шёлк, а на ногах зажили все мозоли. Она задумчиво смотрела в зеркало, размышляя о свое теперешней жизни. - Ваше высочество, - с криком забежала повариха в покои Торнхилл, снося тазик для умывания, - Ради всех Богов простите, простите, - упала та в колени Кэмиллен. - Не переживай, что случилось? – с мягкой улыбкой спрашивала брюнетка. - Я… Это… Токма спросить пришла, - мялась у входа полненькая девушка, перебирая в руках свой уже не белый фартучек, - Вы что на пиру хочите? -  разговаривала она плохо, ведь была не из Силдрина, - Ну, что кушать любите? -  с улыбкой закончила она. - Жареную тюльку, - немного задумавшись сказала Кэми, - Это рыба такая, - дополнила девушка и мягко улыбнулась. - Слушаюсь и повинуюсь, Ваше величество, - улыбаясь уже во все тридцать два, говорила девушка. - Перестань, я не королевской крови, чтобы так меня звать, просто Кэми, - опуская взгляд, говорила Торнхилл. Ей не нравилось, когда к ней обращались по её несуществующему титулу, Кэмиллен думала, что так теряет себя настоящую. Повариха лишь кивнула и покинула покои. А Торнхилл принялась вытирать пролитую воду. Так день осторожно и неспеша приблизился к вечеру. Марсель был уже при всём параде и с высокого балкона наблюдал за прибывающими гостями, за их золочёнными каретами, пышными платьями, немалой высоты прическами и выбеленными лицами; такова была мода, но Силдрин отвергал всякую моду, особенно на напудренное мукой лицо. Силдрин – это королевство с очень переменчивым климатом, просто представьте ходить с белым лицом в аномальную жару или в сильный дождь. Невозможно. Поэтому вся королевская семья отвергала такую моду. - Бал можно начинать, где принцесса? - неожиданно показался на балконе главный советник короля. - Ну, что же, начинаем, - и Марсель покинул свой смотровой пункт и отправился к своей принцессе. Дамы, прикрывая лица веерами шептались, а мужчины вышагивали по залу, также обсуждая всё происходящее. Самой выделяющейся среди всех была Агнесса Фрейденталь. Кожа была её бледная, как снег, даже без пудры, а волосы чёрные, как перья ворона. Все восхищались её красотой, осиной талией и немаленьким бюстом. Девушки завидовали, иногда проклинали, а господа засматривались и мечтали о ней. Но она была неприступна, все думали, что она станет женой принца Марселя ди’Атри, но тот не обращал на неё никакого внимания. А сейчас так вообще, решился жениться на простолюдинке. Он будто бы смеялся над ней, но она продолжала сохранять статность и держать лицо. Сейчас она стояла лицом к агатовым вратам, оттуда должна была выйти вся королевская семья и начать торжественный приём. Ей было очень интересно, кто же такая Кэмиллен Торнхилл, ей хотелось посмотреть ей в глаза. Агнесса считала, что Кэм забрала у неё то, что праву предназначалось ей, северной принцессе. - Направьте ваш взор на агатовые врата! Мы начинаем наше торжество! - провозгласил герольд, и врата открылись и первыми шли король и королева, Констанция и Ковард, до ужаса статные. Они были полностью противоположными, черноволосая королева в полностью чёрном платье с золотыми вставками, и златовласый король в белом костюме, с такими же золотыми пуговками. Сейчас Ковард выглядел, как самый настоящий король, а не как алкоголик и завсегдатай борделей. Вслед за ними шли принц и принцесса. Марсель в своем иссиня–чёрном костюме, с такими же золотыми заклепками, как у матери. Его кудрявые волосы падали на глаза, но это лишь придавало ему шарма. Ну, и конечно же, ключевой персонаж этого бала - Кэмиллен Торнхилл. Волосы у неё были невероятно длинные, и цирюльники не слабо постарались, чтобы выпрямить этих вьющихся змей. Её платье не было пышным, а наоборот приталенным, и подчёркивало фигуру девушки, оно было мягкого персикового оттенка и будто бы лилось по полу, а сверху на Кэми была блестящая, полупрозрачная накидка фиолетового цвета. На руках были золотые браслеты, такое же ожерелье на шее и цепочка на волосах, подчёркивающая её тёмно-коричневые волосы. Все приглашённые, громко зашептались, только лишь завидев новую принцессу. Кто – то начал рассуждать о том, что же принц в ней нашел, а кто – то восхищался её красотой. И так вся процессия началась с королевского вальса. Марсель положил руку на талию Кэми и они закружились в танце и все взгляды были направлены на них, платье брюнетки, на удивление, не сковывало движений и они танцевали, прямо как на долгих и мучительных репетициях, забыв обо всех. - В таверне было повеселее, - неожиданно заключил Марсель, - Сходим туда ещё, - поцеловав руку Кэмиллен, он хитро улыбнулся и закончил танец, а та лишь мило улыбнулась, и ответно поклонилась, а затем всех пригласили к столу. Каждый гость старался выдумать невероятно острый вопрос на тему новоиспечённой принцессы, но королева и принц отбивали каждую атаку, а Кэмиллен лишь молчала, ну, а король уже пробовал все новые вина. Бал продолжался, кто – то приглашал на танец Кэми, но она осторожно отказывалась, а вот Марсель не отказывал молодым принцессам, ведь их отцы сидели на тронах других государств и не хотелось лишиться поддержки одного из союзников, из-за капризов их принцесс. Он оставлял свою принцессу, и та, совсем заскучав направилась к балкону, подальше от всей этой шумной процессии. Вдохнув поглубже прохладного воздуха, Торнхилл потёрла плечи, здесь ей было не по себе, она была здесь, как рыба на суше. Все смотрели на неё, будто бы она волшебное существо из Эльфийского леса, как на игрушку, и самое странное, что здесь самым близким для неё человеком был Марсель. Определённая ирония судьбы. Но резко, её размышления прервал острый, холодный металл на шее. - Скучаешь, принцесска? -  поинтересовался голос за спиной. Холодная сталь обжигала горло. Кэмиллен осторожно сглотнула и острый клинок слегка прорезал кожу горла. «Острый, как бритва,» - пронеслось в голове у девушки. - Будешь кричать, пощады не жди, - зло прошептал голос на ухо новоиспечённой принцессы. Голос был мужским, а руки, что схватили Торнхил за запястья были шершавыми и грубыми. «Уж точно не аристократ. Наёмник?» - старалась здраво размышлять Кэм и не поддаваться панике. – Почему ты до сих пор во дворце? - спросил мужчина и сильнее сжал запястья. – Отвечай, иначе рассвет будет алым, - насмешливо закончил мужчина и надавил на горло, и красная струйка побежала вниз, скрываясь в ткани платья. «Рассвет будет алым,» - удивилась Торнхилл. - Принц позволяет мне быть здесь, - осторожно ответила девушка. - А, так, ты его зверушка? – мужчина задал второй вопрос. Кэм вздохнула. - Нет, - произнесла девушка и со всей силы ударила незнакомца каблуком сапога по ноге, тот резко согнулся, не выпуская принцессу из рук, но она оттолкнула его руку и уже развернулась к нему лицом. Точный и верный удар в челюсть, и четкий пинок в центры груди. Незнакомец в маске лежал на полу. Торнхилл быстро подлетела к нему и сдёрнула маску. - Кто тебя нанял? – с ненавистью в голосе, спросила Кэмиллен, упирая нож ему в грудь. – Кто?! - Мои уста запечатаны, - произнёс тот и самостоятельно надавил на руки девушки. Изо рта плеснула кровь. Рассвет будет алым. Девушка осторожно повернула голову незнакомца и увидела остроконечные уши. Эльф. Она откинула нож и распахнула двери балкона, ведущие прямо в зал. Все взгляды устремились на Торнхилл, а вернее на её окровавленные руки, платье и лицо. Достопочтенные господа были в ужасе. Девушка быстро засеменила к выходу из зала, но её остановил Марсель. - Что произошло? -  спросил принц, хватая девушку за руки и разворачивая ладонями вверх. - Я… Он… Меня пытались убить, - почти плача, произнесла Кэм и вцепилась в руки Марселя. Его реакция не заставила ждать. Руки машинально сжались на запястьях девушки, злость пылала в его глазах. Чувство собственности и чувство страха. - Бал окончен. Прошу всех расходиться, - гробовая тишина прервалась криком принца. Господа зашептались, не понимая, что происходит. А Марсель был на грани, он едва сдерживал себя. Но тут появилась королева – мать. - Приносим извинения за причинённые неудобства, и просим вас покинуть наш замок, - спокойным голосом проговорила Констанция, и это действовало гораздо эффективнее, чем крик. Но Марселя это мало волновало, он лишь смотрел в глаза Кэмиллен, замечая в них всё больше и больше ужаса. Принц увёл девушку из зала, и они быстро шагали по длинным коридорам. Кэмиллен не могла произнести ни слова, она, словно кукла шагала за Марселем. Кэмиллен пыталась успокоиться, сидя на кровати. Руки дрожали, взгляд был направлен в одну точку. Марсель сидел перед ней и пытался найти хоть что – то в её глазах, но видел лишь страх. Он испугался, на самом деле, испугался. Принц никогда не боялся, его не страшила огромная вражеская армия, не пугали трупы собственных солдат, он не боялся убивать. А сегодня он испугался, что сам чуть не дрожал. Что–то происходило с ним, что-то, что он отвергал всеми силами, но будто бы это что – то становилось каждый раз всё сильнее. Так, может стоило бы принять это? Перестать пытаться всё контролировать, и отдаться собственным чувствам? Чувствам? Холодный расчёт сменили… Чувства? Резкий всхлип прервал размышления Марселя. Окровавленные руки потянулись к шее принца, а после маленький носик уткнулся в ключичную впадину. Две верхние пуговки камзола были расстёгнуты, и принц чувствовал горячее сбившееся дыхание и тёплые слёзы. Кэм не понимала, что с ней, ей хотелось выпустить все свои эмоции, обнять кого–то крепко–крепко, совсем как в детстве она обнимала папу, дядю Ричарда. Ей хотелось опустить свои сильные плечи, расслабить спину и выдохнуть. И она рыдала, как маленький ребенок рыдала, крепче прижима к себе Марселя. - Чщ-щ, тише, - Марсель осторожно гладил по волосам, трясущуюся Кэмиллен. – Тише–тише, - приятный запах волос девушки врезался в нос и оставался там. Парень осторожно оторвал от себя Кэми, и держа руки у лица, заглядывал в глаза. Это подарило её успокоение. Буквально на миллисекунду глаза принца метнулись к губам девушки, это не осталось незамеченным. Он осторожно приближался к ней, почти касался носом. - Ваше Величество, простите, что без стука, - резко открылась дверь покоев. - Больно торопилась, - тараторила служанка. Рука Марселя сразу же пропала, лишь ощущение тепла на коже напоминало о том, что происходило буквально только что. - Молодец, переодень принцессу и вымой руки и лицо, - направляясь к двери говорил Марсель. Он был напряжён. – Скажи Круэвеллу, чтобы пришёл за мной, как ты закончишь. - Будет сделано, Ваше Величество.

***

- Рассвет будет алым, - сказала Кэмиллен, поднимая глаза. Марсель расхаживал по комнате, избегая взгляда Кэми. — Это звучит очень знакомо… Я будто бы упускаю важную деталь, - бормотал принц. - Я знаю, что это за люди, - тихо сказала Торнхилл, опуская взгляд на своё ночное платье. - И ты молчишь, - недоумённо спрашивал принц, наконец поднимая взгляд на Кэм. - Только одни наёмники, говорят так, только остроухие говорят: «Рассвет будет алым,» - наверняка он был неопытным новичком, если выбрал настолько неудачное место для покушения… Таким, как они могут заплатить только люди обладающие достаточными средствами, кто–то из знати… И после неудачной операции, поднимется шум… Будь это кто-то более опытный, я бы была уже мертва… -  нервничая, говорила Торнхилл. - Постой, а откуда… - Мой отец работал с ними, иногда поставлял яды, волшебные порошки, и всё в этом духе, - это прозвучало так спокойно, будто было чем – то обыденным. - А не боишься, что я сдам тебя городской страже, как соучастницу. Перевозить такие товары запрещено, - с ехидной улыбкой, говорил Марсель. - О, прошу прощения, ваша милость, что мой отец поставлял заказы людям, которых не стеснялись нанимать и вы, королевская семья, — с легкой улыбкой произнесла девушка. С первой улыбкой за долгое время. Марсель на секунду оттаял. Ему нравилось это, как она улыбается ему без злобы, как перестаёт видеть в нём врага. И это же его пугало. - Я думаю, нам нужно идти спать, - уже было развернулся к выходу принц, но лёгкая рука остановила его. - Я хочу кое–что показать тебе, - пряча взгляд, говорила девушка. Принц изогнул бровь. Та в свою очередь натянула сапоги и подошла к окну. - Ты… что ты делаешь? -  недоуменно спрашивал парень, наблюдая за тем, как девушка открывает окно и пытается вылезти из окна. Её фигура скрывается, а Марсель стоит ничего не понимая. А Кэми не появляется в оконном проёме. На долю секунды его охватывает паника, но её вопросительное лицо, появляется на фоне ночного неба. - Какого чёрта вы стоите, Ваше Величество? – нахмурив брови, спрашивала Кэми. Марсель подошёл к окну, и спустился за девушкой. - Куда ты меня тащишь? -  недоверчиво плёлся за ней принц. Ответом было лишь молчание. Минуты три пути по крышам замка, и вот они на балконе самой высокой башни замка. Она была заброшена. – Зачем мы здесь? – не переставал задавать вопросы Марсель. Кэми продолжала молчать, постелила одеяло на пол балкона, и села на него, похлопывая ладошкой напротив себя. – Ты язык проглотила? - Нет, - принц сел напротив, недоверчиво смотря на девушку. Она улыбалась, смотря на него. – Смотри вверх, - принц долго вглядывался в выражение лица Кэми, но громко цыкнув, наконец задрал голову к верху и… Обомлел. Красота, открывшаяся перед ним, будто бы завязывала язык и заставляла открыть рот. Это непередаваемо, тёмное небо, усыпанное блестящими каплями звёзд. Одна упала. - Загадывай скорее, Марсель! -  прервала тишину Кэми. Он загадал. А она впервые назвала его Марселем. – Я хотела тебе сказать, - кашляя говорила девушка. – Что… Ты единственный, кому я могу доверять в этой клетке. Спасибо, - с улыбкой, наполненной страданием, сказала Кэмиллен, смотря прямо в глаза принца. «Она всегда будет страдать здесь, рядом со мной», - думал Марсель, ища в глазах Торнхилл, что-то кроме боли. Но не нашёл. Он лишь кротко кивнул и поджал губы. Девушка же осторожно взяла его за руку, принц резко перевёл взгляд на соприкасающиеся руки, глубоко задышал. Поднял взгляд, теперь её глаза были полны чего-то другого, но принц не понимал чего. И Кэми резко потянулась к нему. Мягкий, как весенний ветер, тёплый, как вечернее майское солнце и сладкий, как земляничный чай – поцелуй. Было что – то, что он не увидел в её глазах.