Шняга шняжная жизнь общажная

И что собственно говоря, делать в такой ситуации? Сема смелый малый, во многие ситуации влетает головой и вылетает ей же, иногда даже немного побитый, но не сломленный. В какой-то степени потому, потому что память у него три копейки, и золотая рыбка в аквариуме может дать ему фору, но об этом Сема определенно не знает. Но такой кошмар он уже точно не сможет никак забыть. Его терзал только один блядский вопрос. А почему я такой конченый, когда пьяный? Не сказать, что Сема много пил, в своей жизни он предпочитал даже не нюхать лишний раз хлоргексидин, хоть спирта в нем и не было. Просто это случалось крайне редко и каждый раз после попойки помнил он примерно как его зовут, и это был максимум. Когда он последний раз бухал со своим другом Кириллом и компанией однокурсников, проснулся Сема вообще привязанный к стулу за желание набить кому-то лицо чисто по приколу этим же стулом. А тут что? Пубертатный период все-таки Сему догнал? В двадцать с хуем лет? К сожалению, для Вали, Сема с легкостью откинул все романтичные мысли, и подумал что его просто кто-то головой об рельсы уебал, не иначе. Но план действий был нужен и напрашивался сам собой — самое главное прикинуться тупым (это у Семы даже без стараний отлично получается) и сделать вид что помнит Семочка ровным счетом нихуяшечки, а значит никаких проблем нет. Убеждать в обратном Сему все равно бесполезно, как ему поверить в то, что он по всей комнате гонялся за Валей желая его покусать или уже откусить одно причинное место. Даже если это было правдой и он это сам прекрасно помнил. Проклятье. А ведь ему еще с этим жить. Ну ничего, жопу в руки и вперед. Примерно так говорила одна бабушка в деревне. А он ей верил, нужно же самое ценное с собой забрать, пока в отместку не откусили. Хотя вопросов было много. Во-первых, что здесь вообще делает Валя? Во-вторых, по какой причине куда бы он не пришел, рядом с Валей окажется еще и Август? В-третьих, нет правда, а как в доме его старой подруги-начальницы, столько знакомого народу? Вероятно, если бы Сема умел хотя бы на секунду смотреть на лица людей, а не видеть только их ноги, он бы понял больше, чем нихуя. Хотя и это ему бы не помогло, у этого карлика поразительная забывчивость лиц, сопоставить их он не может абсолютно. Что ж, Сема определенно был слишком маленьким для таких больших проблем. Но его проблемы, кажется, только начинались. Стоило ему только спуститься вниз и встретиться со всеми взглядом, как жизнь оказалось перевернулась с ног на голову. Почему…почему они так смотрят, будто бы Сема умер и воскрес раза так три подряд. Он опешил, и не знал что сказать, в мыслях было только одно: Блять, а что за хуйню я вчера натворил. Правда мысли Вали были сугубо противоположны. Бедный (ну с этим не поспоришь, коротышку можно купить за сигареты), несчастный (без сигарет да, а так впрочем норм) коротышка (ну это уже ни в какие ворота, у Семы нормальный рост, для детсадовца) на Семе! Сколько ему пришлось пережить (да, драка с голубями дает о себе знать, вы знали как птицы умеют больно кусаться? У них клюв создан долбить орехи, а не пальцы Семы, а эту сову проклятую видели? Он же добычу в микро-челике видит). — Сема ты умираешь? — резко спросил Валя. — Чего блять? Умирает? Ну если только со стыда, немножко присутствует желание нырнуть рыбкой с окна первого этажа в ближайшую мусорку, так, проверить там обстановку, углы расчекать. Нет, подождите-ка нахуй, какое, блять, умирает? Сема вроде бы не чистый этиловый спирт всю ночь хлестал, чтобы сегодня врата господни видеть. — Схуяли? — дополнил вопрос Сема. — Ну, ты как себя чувствуешь? — продолжал Валя. — Я что ночью с кем-то дрался? «По звукам да», — в один момент подумали Кичиро и Август. «Да, ты нормально мне переебал пару раз», — дополнил их мысли Валя. Но все в один голос дружно ответили — нет. Теперь Сема окончательно запутался, тогда какие к нему, нахуй претензии? Он самый мирный добрый и маленький (вы только ему не говорите) парень. Ну покринжевал чуть-чуть, но это не повод раскапывать ямку и скидывать туда его небольшой трупик! Сема живой, живее всех живых, но немного в ахуе. С кем не бывает. — Валя, ты накидаться успел утром или как, я вообще в упор не понимаю о чем ты. — Я так рад, что ты даже в такой ситуации не унываешь! Да ты блять, ебнутый нахуй? Сема был в миллиметре чтобы к господу на посиделки уже Валю не отправить и двух молчащих загадочных пидрил, что ему поддакивают. В какой БЛЯТЬ ситуации? Что он нахуй еще сделал? Он вроде бы все помнит и не было ничего, кхм, ну почти, сверхъестественного. Ну не выебать же он кого-то успел. Завис. Блять, а вдруг успел и забыл? Если ситуация такая, то все кардинально меняется! Во-первых, надо выдохнуть и принять это. Во-вторых, НЕТ БЛЯТЬ СЕМА НЕ ГОТОВ ПРИНИМАТЬ ЭТО. В-третьих, кажется, у него случился раскол сознания и он видит белый свет в конце туннеля. В-четвертых, А КОГО НАХУЙ? Только не говорите, что Валю, ему еще жить с ним в общаге! В-шестых, в-пятых, в каких нахуй? Ой блять, похуй на этот обратный отсчет до взрыва семиного сознания, Сема что, не помнит свой первый раз? Ну это габела ребята, на этом жизнь можно заканчивать и уйти с позором. На его могилке напишут: «Поебался по пьяне с кем-то (дай бог блять не с Валей, Августом, упаси боже, и Кичиро) и забыл». Сема сам не понял, как сел на стул, запрокинул голову и схватил себя за волосы. Напоминал он больше старый компьютер, что не справлялся с запуском браузера и кряхтел, издавая последние скрипы уже сдохшей видеокарты. — Тебе плохо, ну, ничего удивительного после вчерашнего. Прекратите! Хватит! Не говорите больше никогда в своей блядской жизни. Ему не плохо, понимаете, ЕМУ ХУЕВО. Сема согнулся и принял свою судьбу, такую невероятно проебанную за одну пьяную ночь. Это удар, но его нужно пережить, смириться с поражением. Проблемы Семы только начинались, потому что Кичиро, кажется, вполне себе догнал о чем там думает этот простачок. А это значит что? Правильно, нужно намекнуть еще и Августу. Определенно крысиная, а не лисья у него натура. — Да, звуки у вас конечно были интересные из комнаты, — дополнил Кичиро. — Я даже уснуть не смог, — добил Август, выглядящий как раз как человек, что не спал сутки. А, значит с Валей. Пиздец, дамы и господа, это крах, габела, поражение. Что еще сказать в такой ситуации. Да нет, подождите! В каких нахуй любовных утехах вообще можно представить Сему? Он же, не то что полено, а целый дуб, который зарос и процветает в своей одинокой глуши. У него даже поцелуя не было! Как там говорится? Один раз не пидорас, суки. В этой ситуации, прекрасно было и то, что Валя, слишком зацикленный на истории Кичиро, так же абсолютно не вдуплял и с лихвой накидывал дров в разгорающийся костер страсти. До взрыва Семы оставалось три, два… — Нет, блять, суки вы, подождите-ка нахуй, вопросы тут задаю я, — начал Сема. — Какие? О том, что ты вчера натворил ночью? — недоумевающе спросил Валя. Иди нахуй, по-братски, но точно не по-гейски. Блять, а почему у него первый раз был вообще с мужиком? Сема, что, гей? Возможно. Да нихуя не возможно, он ни на женщин, ни на мужчин никогда не заглядывался, его губ касался только чапман. И блять ну совсем чуть-чуть, ну на полшишечки Валя. Ну не считается, ну правда! Поверьте же ему наконец-то. Кто нибудь! Потому что сам Сема уже в это не верил. ДА ЕБАНЫЙ РОТ ЭТУ ЖИЗНЬ БЛЯТЬ. Сема никогда о таком не думал, он был их тех людей, что не знают о существовании черно желтого сайта, а казалось, такие существуют только в детсаде. Что-ж, по росту проходит. — Нет, блять! — Сема вскочил с места, как в жопу ужаленный. — Что нет? — спросил Валя. — Нет, нет, нет! — Да, что нет то? — Нет, блять! — Ты белку словил, что нет нахуй? — Нет, говорю же нет! Прозвучал тихий звон, который Сема в упор не услышал. Зато прекрасно видел, как Август и Кичиро очень пытаются не давится от смеха. Пока Валя выглядел как котенок, которому только что отказали в миске молока. — Нет, нахуй, отказано блять, ноу ноу мистер петушара, — Сема закачал головой и попятился назад. — Вопросы сука тут задаю я. Почему блять у вас такие лица? Что я блять делал этой ночью блять? Что вы сука все это время не договариваете? Я не понимаю, вы что блять все дружно решили стать ребусами из газеты? Какого нахуй хуя здесь происходит? Почему я сука умер и воскрес в ваших глазах? Сема абсолютно не заметил, как чуть не уперся в ничего не понимающего… Исаака. И тут что-то щелкнуло, будто бы кто-то в нефтяную трубу решил закинуть петарду и проверить, что будет. — Да ты блять издеваешься надо мной! — Сема обернулся. — Ты здесь какого хуя забыла? Что это за день неожиданных встреч! Почему я вижу здесь столько блять знакомых лиц, куда я вообще попал, почему блять меня окружает весь состав общежития и…что здесь делает блять медведь? Это что, нахуй, собака? Какая нахуй собака? У нас тут что кружок встречи еще невыпущенных выпускников, мы возьмемся за ручку и будем водить хороводы вокруг странных животных? Какого хуя тут делает сова, кто вообще блять заводит себе сову нахуй. Что ты блять угораешь, я сука тут спрашиваю, я не понимаю, я где блять нахуй, в зоопарке? — Эм, и тебе привет Сема, — Исаак абсолютно не представляя обстановку в доме и пришел явно не за тем, чтобы нарваться на кострище. — Да завали ты свое бомжатское хлебало, у меня к тебе вопрос самый крайний. Ты вообще почему как чертов лакей вырядился? Господи, ну и ужас. Исаак определено огреб просто за свое существование. Ну, обидно вообще-то, не советует он Семе в общаге питаться, потому что крысиный яд там уже реально в мыслях смешивается. Исаак не понимал, какого хуя эта сущность в виде гномика орет и откуда он знает, что такое лакей. А потом у него еще спрашивают, откуда у Исаака такие круги под глазами, с такими личностями вокруг никаких нервов не хватит. Да еще и бомж бомжа за одежду не упрекал. — А что с ним происходит, у него бешенство? — спросил Исаак — Бля был бы у меня нахуй пулемет блять, я бы поставил его перед твоим домом блять, закрыл бы там всю твою семью блять, И ПОПРОСИЛ БЫ ЗАВАЛИТЬ ЕБАЛО ПОКА Я ГОВОРЮ БЛЯТЬ? «Ебнулся» — подумал Исаак. — «Окончательно. Хотя все равно до меня не дотянется». — Объясните мне уже наконец-то, какого хуя здесь происходит! Нет, хули вы угораете, а ты блять вообщем почему стоишь втыкаешь? Я сука буду драться. Август уже не скрывал, он лежал лицом на столе и просто смеялся, это шоу он был готов слушать вечно, бедный жалеет только о том, что никак не может увидеть красный удивленный ебальник Семы. Валя, кажется, только начал понимать. Но не понял. Кажется, что-то для Семы навсегда останется тайной покрытой мраком. — Ты вчера напился, — начал Кичиро и тут же подавился от смеха. — Да ладно блять! А я то думал нахуй, что я звездой балета был. — Ну в какой-то степени, и звездой ты был, — Кичиро закрыл лицо руками и пытался собраться, а не заржать снова. — Фух, мы отмечали с тобой приезд и день рождения, так? С нами в баре были еще Лилия и Момо. — Хорошо, к ним вопросов нет, почему я эти ебальники вижу, — он указал на Валю и Августа. — Сема, ты что, еблан? Они же сыновья Лилии. — Они блять? Да вообще не похожи. Еблан. Точно придурок. — Ты пьяный до сих пор, Валя и Лилия буквально одно лицо, ты что все это время не знал? Нет, ты не угораешь, ты что реально не знал? Сема, тебе что роста не хватает людям в глаза заглянуть и узнать их. Сема сел на корточки и спрятал лицо. День все хуже и хуже, а он же сука только начался! Что будет дальше? Какое испытание ему еще подкинет любимая и ненаглядная судьба? Может нужно правда к бабке-гадалке сходить и снять порчу. Потому что Сема определенно кем-то ПРОКЛЯТ НАХУЙ. У него уже была истерика. — Я все это время что, работал на твою маму? Да вы же вообще нахуй не похожи! — В смысле, мы же буквально одинаковые. Почему я не похож на маму? — Валя смешно застыл, так то если Лилии подрезать волосы и каким-то волшебным образом спрятать ее грудь получится более взрослая версия сына. — Ну, ну, э, — Сема замешкался. — Она женщина. Стало настолько тихо, будто бы даже птицы за окном ахуели от такой информации. Пока Август не прервал тишину смехом, бедный только успокоился и снова не мог вздохнуть. Он определенно обожал Сему, такую легенду нельзя было отыскать, эта легенда сама тебя найдет. Правда еще чуть-чуть и Август умрет от смеха на пару с Кичиро. — Ахуеть, — выдал Валя. Другие же решили не комментировать эту ситуацию ничем кроме смеха. Ситуацию нужно было как-то решать. Одни на грани умереть от смеха, другой на грани чтобы убить сначала Исаака, а то что он стоит втыкает, а потом себя от всей информации что вывалилась на него. Валя взял в себя в руки, и решил продолжить то, что начал Кичиро, медленно все пояснять Семе и не сближаться с ним. Пусть лучше убивает Исаака, его не жалко. — Так, хорошо, смотри, да, получается ты работаешь на мою маму, знаком с моей тетей Момо и ее братом Кичиро. Август мой приемный брат, а сова — его, сову неважно как зовут, но живет он с нами уже давно. Исаак скорее всего пришел к Августу, тут даже думать нечего, а собака, очевидно — его. Я тоже не знал, что хороший друг моей матери, окажется моим соседом по общаге, ну там знаешь жизнь тесна, вот мы все тут и собрались. Сема поник. Они здесь все собрались, чтобы застать его величайший позор! Хуже и нельзя придумать. Это что получается, он выебал сына своей работодательницы? Ему сейчас на люстре повесится или попозже. Ладно, хорошо, пока никто не поднимает эту тему, Сема тоже будет делать вид, что никого не ебал этой ночью, хотя уже был абсолютно уверен в этом. Что ж, главное, что он не был тем самым мальчиком для ебли! Или был? Сема закусил губу, и подумал, что если он продолжить мысль, то точно пойдет в ближайшей луже топится. Отказано, никаких фембоев тут не будет! Сема проходит в фембои только по росту… Он надеется, что только по росту. — Ладно, хорошо, — Сема сделал глубокий вздох, — Кажется я понял. — И что ты понял? — спросил Валя. — Что я нихуя не понял.