Дом для бабочек

      Обернувшись на шум, Осаму увидел два силуэта с размытыми лицами. Тело привычно билось в мелкой дрожи из-за напряжения. От учащенного дыхания возникло легкое, но ощутимое головокружение. Глотать с каждым разом становилось сложнее. Поясница отзывалась резкой болью, которая разжигала внутри ком злости. Нахмурившись, Дазай отвёл взгляд на пол и попытался встать.       — Уходите, — прогонял посторонних маг, сосредоточившись на ватных ногах.       Он не узнавал их. Перед глазами стоял непроглядный туман, который мешал сконцентрироваться на лицах. Стиснув зубы, Осаму постарался встать, но тут же потерпел поражение, падая коленями на каменную плитку. Резкая боль заставила его тихо прошипеть. Тяжело себя контролировать в таком невменяемом состоянии. Но нужно было дойти до кабинета. Если его увидят сейчас Ацуши и Чуя, он никогда себе этого не простит. Послышались шаги сзади. Парни торопливо подошли к нему.       — Дьявол, я постараюсь его протащить, а ты будь на подхвате, — прозвучал до боли знакомый голос, но маг не хотел в это верить.       Его правую руку кто-то бесцеремонно накинул на себя и потянул Осаму наверх. Рядом ещё один парень осторожно взялся за другую руку. Они медленно развернули альфу в сторону спальни и не спеша повели в её сторону.       — По-моему, я сказал вам исчезнуть, — Дазай за злостью старался скрыть хрипоту в голосе.       — Хозяин, мы вас не бросим.       К горлу накатил кислотный ком. С трудом сглотнув, Осаму выпалил:       — Не смей назвать меня так!       Грубые руки на шее, кусающие до боли зубы, извращенные желания этого человека остались на теле мага. На миг он вернулся в детство, когда с его помощью солдаты удовлетворяли свои желания. Проклиная маленького мальчика за то, что он родился с талантом к магии, они изводили его каждую ночь. И то, что у этих мужчин были жены и дети, не мешало им хватать ребенка за волосы, усаживать на колени. В какой-то момент, Дазай настолько к этому привык, что начал считать своим наказанием. Так проще. Так лучше. Возможно, поэтому он ещё не сошёл с ума.       В нос ударил сладкий аромат, из-за чего глаза предательски слипались. Осаму не вспомнит, в какой определённый момент этот запах стал его успокаивать, а не раздражать. Скорее всего, привязанность к мальчикам сыграла большую роль. Как только тело расслабилось, к горлу подкатил кислотный ком, а желудок свело в судороге.       — Дьявол, меня сейчас стошнит, — под нос прохрипел Дазай.       — Пи… Скорее беги за ведерком каким-нибудь, — пролепетал взволнованный голос слева.       — Б-бегу, — правую руку осторожно опустил парень и скрылся за дверью.       Невыносимая боль заставила мага остановиться и сильнее вжаться. Перед его лицом с грохотом поставили ёмкость. Сглотнув, альфа помахал головой и приложил ладонь к рту. Как же он не хотел этого. Он ненавидел это ощущение. И то, что его видит кто-то в уязвленном виде, морально убивало.       — Не стесняйтесь. Все хорошо, — ласковый голос и нежные поглаживания немного привели в чувства.       — Он очень горячий, — слева парень стал внезапно тише, будто боялся вызвать в маге отрицательную реакцию.       Его безвольную левую ладонь осторожно гладили. Не сдержав порыв, Осаму склонился над ведром. Обычный человек от таких ядов, скорее всего, бы умер. Но из-за иммунитета он отделался лишь лихорадкой и отравлением. Хоть неизвестно, сколько он будет в таком состоянии, заставит себя встать с постели завтра. Как бы Дазай себя не чувствовал, дела у него всегда были важнее.       Тело затрясло сильнее. Он так сильно ненавидел себя в подобные моменты. Обычно за ним присматривал Доппо, но в этот раз его никто не предупредил. Вера в то, что ему помогали простые рабочие, с каждым разом меркла. Как же не хотелось в это верить ему.       — О Всевышний…       — Боги…       Парни вздохнули в один голос. Непохоже на Чую. Сплюнув последний раз, Осаму прикрыл слабо глаза. Глаза сильнее слипались. Кто-то бережно протер ему губы и подставил стакан к ним. Он в безопасности. Он дома. Его никто здесь не хочет отравить. Жадно глотая воду, маг не замечал, как его сознание постепенно угасало. Стараясь держать глаза открытыми, Дазай терпел поражение.       Остальное происходило мимо него. Медленно снимали с него одежду. Затем кожа коснулась тёплой постели, из-за чего Осаму почти сразу уснул.

***

      — Как думаешь, он умер?       — Чуя! Не говори такое.       Шум на фоне заставил Осаму сонно открыть глаза. Парни по бокам ерзали возле него и осматривали, споря. От резкой боли в голове он невольно зашипел, прикасаясь к вискам. Полное осознание ситуации пришло почти сразу, как только он почувствовал, что ощущает постель каждой клеткой тела. Приподнявшись на локти, но посмотрел вниз на одеяло. Не нужно было поднимать его, чтобы понять, что сейчас он полностью обнажен.       — Объясните, — коротко потребовал Дазай.       — Пф, в двух словах не рассказать, — фыркнул Чуя, однако его взгляд оставался обеспокоенным.       — Мы вышли из комнаты на шум, а там вы… Вам было плохо, — рассказал Ацуши, прихныкивая.       — Время? — уточнил маг.       — Раннее утро. Что с вами произошло? — на вопрос Накаджимы альфа не хотел отвечать.       — Своевременная проверка для мага, — отмахнулся Осаму.       — Простите… Укусы тоже входят? — почти шепотом спросил Ацуши.       Осаму посмотрел на себя. Не сказать, что это кому-то бы понравилось. Уродливые шрамы от постоянных порезов и ранений, большие синяки от зубов, искусанные соски. Они видели это. К горлу подкатил кислый ком, который тут же был проглочен. Потихоньку память возвращалась к нему, напоминая события вчерашнего вечера. Дазай привык к насилию. Он заставил себя привыкнуть к нему, чтобы стало легче. Но теперь, сидя перед ними, маг открыл все прошлое. То уродливое, что происходило с ним.       Выпрямившись, Осаму устало потер виски. Всегда альфа не сможет уберегать мальчиков от правды. Когда-нибудь их возьмет любопытство, и они пойдут к Доппо. Если не к самому Дазаю. И лучше, если омеги услышать какую-то часть от него, чем от постороннего для них человека. Вздохнув, маг принял решение рассказать немного для понимания ситуации. Отодвинувшись к стенке, он приложился спиной к подушке и провёл слегка взглядом по бледным парням. Они мало спали. Они заслуживают правды.       — Знаете легенду о появлении первого мага? — начал Дазай.       — Да, — почти одновременно ответили омеги.       — Она не далека от истины. Все началось задолго до нашего времени. Когда люди боролись за право жизни, истребляя драконов, один человек приготовил из его мяса себе обед. И так случилось, что он съел сердце, которое дало ему силу. Оно открыло в нём пути энергии, благодаря которым люди смогли подчинять стихии. Пошли беспорядки на земле. Власть в руках того, кто сильнее. И так получилось, что маги отбирали статусы у некоторых простых людей. Будь-то барон или король. Революция. Массовое истребление магов. И чтобы как-то укротить народ, королевская семья придумала правила. Маги, которые имеют официальное разрешение на использование магией, не имеют права участвовать в политике и получать статус. Ко всему прочему, мы обязуемся предоставлять своё тело во благо общества. На тестирование каких-то лекарств, домашних средств.       — Это не отвечает на вопрос об укусах, — напомнил Чуя, сидя от альфы слева.       — Правила менялись. Люди тоже. И кто-то использует нас в не самых лучших целях.       — Это неправильно, — тихо возразил Ацуши. — Извините.       — Дьявол, это действительно чересчур. Они таким образом всех калечат?       — К сожалению, да. Дети, взрослые. Прав у нас мало, поэтому позволяют себе распускать руки, — пожал плечами Осаму.       — Хо… Дазай, вы не можете отказаться от статуса мага? — жалобно спросил Накаджима, заглядывая альфе в глаза.       И он соврет, если скажет, что не думал об этом раньше. Каждый раз на утро после таких экспериментов он желает лишь того, чтобы все это прекратилось. А для этого нужно или избавиться от титула, или от Достоевского. Но ничего из этого ему сейчас не подходит.       — Пока я не могу. Как только добьюсь закрытия приютов, смогу спокойно оставить разрешение быть придворным магом, — пожал плечами Осаму.       — Вообще не сходится. А зачем раньше ты страдал от этого? — удивился Чуя.       — Раньше мне нечего было терять, — отмахнулся Дазай.       Омеги удивленно переглянулись. Воодушевлённый Накахара хотел что-то высказать несуразное по этому поводу, но Ацуши вовремя шикнул на него. Блаженно прикрыв глаза, Осаму откинул голову назад сильнее и протяжно вздохнул.       — Дазай, я не покину вас ни при каких обстоятельствах. Я всегда буду на вашей стороне, — Накаджима говорил это не первый раз, но сейчас это звучало по-особенному.       — И я клянусь всегда следовать за вами. Неугодные будут лично от меня получать по тыкве, — хмыкнул Чуя, складывая руки на груди.       — О Дьявол, все враги будут трястись от страха от вида такой команды, — слабо улыбнулся Осаму, осмотрев парней. — Спасибо вам.       — Ничего нового мы точно не увидим. Сначала купались в твоей блевотине, потом обосрем этих петухов. Надеюсь, на тебе больше никто следы оставлять не будет, — возмутился Накахара, укладываясь на грудь альфы.       — Грубо, но верно. Я не понимаю, как этот человек смеет делать что-то такое с посторонним. Вы ведь даже не его возлюбленный, — уложился с другого бока Ацуши.       Из-за того, что его туловища мало кто касался так мягко и нежно, Осаму невольно дрожал от ощущения дыхания на коже. Выдохнув, он постарался собраться с мыслями, однако потерпел поражение. Чувство щекотки охватывало каждый шрам на его груди, из-за чего дыхание сбилось.       — Кхм, что ж. Мне нужно собираться в гости к Эдогаве, — нетерпеливо проговорил Дазай.       — Они сами скоро прибудут. Очкарик так переполошился, что вызвал и врачиху, и извращенца, — попытка освободиться потерпела крах после слов Чуи.       — Хах, тогда мне стоит одеться.       — Лежи смирно. Иначе покусаю, — пригрозил Накахара.       — О, ты еще не оставил свои угрозы, — слабо улыбнулся Осаму, стараясь не обращать внимания на прикосновения дыхания с обеих сторон.       — Дазай, что с вами? — удивленно спросил Ацуши, прикладывая ладонь ближе к сердцу.       Мягкая ладонь слегка скользнула по коже. Двоякое ощущение наслаждения и отвращения подкатили к горлу.       — Все хорошо. Просто хотел бы вас попросить, чтобы вы отодвинулись, — смирился с лёгким поражением Дазай.       Мальчики удивленно оторвались от него. Опустив взгляд на бугорок на одеяле, Осаму почувствовал раздражающее чувство ненависти к самому себе. Он не такой. Маг не будет пользоваться положением, чтобы добиться согласие омег.       — Могу холодную воду принести, — предложил Чуя, не отводя взгляд от лица альфы.       — Скоро все пройдет, — опешив, ответил Дазай.       Возможно, вчера он действительно напугал их внезапным появлением в невменяемом состоянии. Раз Накахара решил припрятать шутки и едкие замечания. Омеги незамедлительно сползли с кровати и потихоньку переодевались в повседневную одежду.       Ударив затылок об стену сзади, маг устало прикрыл глаза. Приятное облегчение сладкой дрожью пробежало по телу. Хотелось поблагодарить их, но это так абсурдно выглядело в данный момент. Поэтому он молча дождался их ухода из покоев и поднялся с кровати. Рядом стояла прикроватная тумбочка, в которой обычно хранились бинты на такие случаи. Достав их, он принялся закрывать за слоем ткани укусы, шрамы. С каждым кругом Осаму чувствовал, что мог дышать.       Накинув первую попавшуюся под руку одежду, он вышел из спальни и тут же наткнулся на болтающих парней. Приметив вышедшего мага, они замолчали.       — Х… Дазай, позавтракаем вместе? — смущенно спросил Ацуши, поглядывая на Чую.       — Мы отправили очкарика в магазин. Хоть он упирался, однако я убедил его, — хмыкнул Накахара, отмахиваясь.       — Я вчера как-то вас обидел? — постоянные запинания со стороны Накаджимы вынудили спросить Осаму это.       — Н-нет, ни в коем случае. Вы попросили вас не называть так, — поспешно ответил Накаджима.       Дазай кивнул. Неприятный осадок все же поселился под сердцем, но он проигнорировал его. Пусть парни сами разберутся как к нему обращаться. Не раздумывая ни минуты, он согласился немного перекусить. Аппетита как такового не чувствовалось, однако что-то после сильного отравления стоит поесть.       «Сильное отравление?» — опешил Осаму, приложив ладонь ко лбу.       Мальчики оживленно повернулись в сторону лестницы. Маг зашагал вслед за ними, хмурясь.       — Мальчики мои, вы спали?       — Может быть, — шутливо ответил Ацуши.       — А может и нет. Какая разница? — пожал плечами Чуя.       Следующее время до комнаты отдыха они шли в полном молчании. И за завтраком никто не осмелился нарушать тишину. И что самое удивительное для мага — отсутствие Доппо поблизости. Обычно он первый бежит осматривать друга и ругать за то, что Осаму не жалеет себя.       Как только они прикончили еду в тарелках, поднялись обратно в спальню. Присев на кровать, Дазай сложил подбородок на ладони. Опустившись перед ним, Ацуши обеспокоенно посмотрел ему в глаза. Из-за чего маг только сильнее чувствовал стыд. Обычно на следующий день он не ощущал себя таким отдохнувшим после посещения Крысиной норы. А сегодня он даже не ощущал дискомфорта, когда сидел.       — Как я могу вас отблагодарить? — начал Осаму, стараясь не думать о том, что пришлось омегам пережить этой ночью.       — О, интересный вопрос. Мы вот недавно с Ацуши это обсуждали. И ты принес мне выигрыш, — довольно улыбнулся Чуя, опираясь в стенку напротив них.       — Ох, нам ничего не нужно, Дазай. Главное, что вы чувствуете себя лучше, чем вчера.       — Вот именно. Отдыхай и не думай о пустяках.       — Пустяки, да? — пробубнил себе под нос Осаму, смотря в пол.       Если это можно назвать так, он бы сделал это. Доппо частенько рассказывал другу то, как он проживает ночи после возращения домой. И он точно знал, что они пережили. Только в голове все же остался один вопрос.       «Как они смогли поставить меня так быстро?»       Переведя взгляд с одного бледного лица на другое, возникали у мага не лучшие предположения. Однако знание поможет ему в следующий раз.       — Вы делали что-то особенное? Я действительно чувствую себя отдохнувшим.       — Ну, ничего особенного. Лихорадку сбивали постоянно холодными полотенцами. Ты так мило жаловался, что тебе холодно. Кровопускание сделали, чтобы очистить организм. Поили водой. У очкарика забрали заживляющие мази, — ответил Накахара, протяжно зевая. — Поднимали, чтобы ты мог проблеваться.       Последние слова все же прозвучали с дразнящей ноткой, из-за чего Осаму хлопнул себя по лбу от сильного стыда. Что может быть хуже в жизни альфы, чем это? Вряд ли что-то найдется. Протяжно вздохнув, он слабо улыбнулся и посмотрел на парней с благодарностью. Он мало произносил эти слова вслух, но, если это для них, он готов переступить через себя.       — Спасибо за вашу заботу и внимание.       — Ради вас я готов умереть, — с наиной искренностью ответил Ацуши, улыбаясь.       — Пф, как-нибудь мы я точно возьму с тебя плату, — оторачиваясь, хрипло проговорил Чуя и шмыгнул носом.       Казалось, что Накахара заплакал. Его нос заметно покраснел, а по щеке покатилась маленькая капля. Сжав руки в кулаки, Осаму решительно посмотрел на них.       — Вы разрешите мне вас обнять, как предоставится такой шанс?       Накаджима, не раздумывая, с широкой улыбкой во все зубы кивал. А Чуя лишь хмыкнул, а затем сдержанно кивнул. Этот маленький шаг навстречу. Под грудью поселилось теплое чувство удовлетворения. Поднявшись с кровати, он посмотрел на них и сказал:       — Тогда я пойду ждать гостей.       — Хорошо, — ответили они в один голос.

***

      Как только Осаму вышел, Ацуши протяжно выдохнул и уложился спиной на пол. Ударив голову о ковер, он постарался сбить желание уснуть прям сейчас. В глазах неприятная сухость начинала немного раздражать, однако Накаджима старательно убирал ее морганием. Рядом по стенке скатился Чуя и всхлипнул. От звука Ацуши внезапно подскочил и взволнованно посмотрел на него.       — Ты чего? — он подпол к парню и непроизвольно взял его щеки в ладони.       — Я… Просто… Я ненавидел альф, потому что они… Они — альфы. Я не думал, что… И сами альфы страдают… Его насиловали, как и меня. А он добровольно идет на это… И с такого раннего возраста… Я… Мне так стыдно перед ним. Я не подумал… Я не должен был его так хватать без спроса.       — Чуя… Я уверен, что он не сердится на тебя. Все-таки ты так больше не будешь делать, — постарался его успокоить Накаджима. — Расскажи ему о своих чувствах.       Накахара уложил свои руки на его ладони и слабо кивнул. Легкий поцелуй в лоб взбодрил Чую, заставляя его улыбнуться. Какое-то время они сидели на полу в полном молчании. Каждый полностью поглощен полностью своими мыслями. Через какое-то время Ацуши поднялся с пола и, взяв из тумбочки спицы и пряжу, удобно уселся на кровати. Продолжая вязать свитер, он под нос напевал колыбельную, которую им часто пела нянечка в приюте. Чуя же занялся собой, отчеканивая упражнения.       Время текло быстро. Парни уже отошли от недавних событий. Отвлекающие занятия помогли перенести внимание, однако они невольно таким способом убаюкивали себя. Но никто не решался ложиться спать после случившегося. Если Осаму понадобится моральная или физическая помощь, они в любой момент готовы будут ее оказать. Поэтому омеги всеми силами стряхивали сильное желание отключиться и провалиться в беспробудный сон.       Громкие шаги за дверью привлекли их внимание. Они прошли мимо спальни в сторону кабинета. Чуя поднялся с пола и удивленно посмотрел на дверь, а затем на парня. Указывая большим пальцем на него, он спросил:       — Чего это?       — Гости прибыли, возможно, — лениво ответил Ацуши.       Какое-то время они продолжали беззаботно заниматься своими делами, пока не услышали женские крики. Что-то их заставило выскочить из покоев. Наткнувшись на какого-то испуганного парня в коридоре, Накаджима не сбавил шага. Послышался удивленный голос Чуи сзади, но зацикливаться парень на этом не стал.       Зайдя внутрь, Ацуши посмотрел на присутствующих. Йосано не обратила внимание на лишние шумы, продолжая читать нотации Осаму.       — И вот ради чего ты мучаешь себя? Тебе выдадут титул, с помощью которого ты сможешь завершить эти дела. О Боги, и стоят эти оборванцы из приютов этого?       Жгучее тяжелое облако нависло над Дазаем. Эта ситуация его точно выводила из себя. Ацуши метнулся в сторону стола и закрыл собой вид на альфу. Возможно, со стороны его попытки защитить дорогого ему человека смешны, однако игнорировать состояние Осаму не собирался. В дверном проеме показался недовольный Чуя.       — Это что за ересь? — озвучил он мысли Накаджимы. — Сумасшедшая, тебе голос не жалко свой? А ты чего тут стоишь, рогоносец? Рога-то сейчас отобью.       Сзади Ацуши послышался громкий смех. Аура над альфой смягчилась, из-за чего омега немного расслабился. Разгоряченная графиня с удивлением посмотрела на наглого Чую. А вот Ранпо почему-то расплылся в широкой улыбке, смотря на омег.       — Воу, горячие штучки, — подметил Эдогава.       Накахара с приподнятым носом подошел к столу и оперся на него. С зачарованным видом, улыбаясь, Осаму наблюдал за ними.       — Ты вообще осознаешь свое место? — строго спросила Акико, смотря на него.       — Владений тут твоих нет. Мы даже не в столице. Мое слово будет куда ценнее твоего. Поэтому да, я знаю свое место, — дерзко ответил Накахара, постукивая пальцами по ровной поверхности. — Поэтому потуши свою задницу и внятно выскажи свою претензию.       — Дазай, ты считаешь это нормальным? — удивленно спросила она.       Чуя еще что-то хотел ответить, но почему-то резко замолчал. Возможно, в его словарном запасе остались только примечания, что они тоже когда-то были магами. Ацуши немного отошел в сторону и взволнованно посмотрел на Дазая. Из-за того, что Акико никто не ответил, она оскорбленно покинула кабинет. Парни в кабинете проводили ее взглядом. Ранпо пожал плечами, а затем повернулся лицом к ним.       — Я от малыша многое узнал. И кажется, эта проблема уходит глубже, чем я предполагал. Работорговля коснулась бет. Если мы от этого не избавимся, скоро нас ждет экономический спад. Есть идеи, как это остановить?       — Сначала я посещу дворец. И уже потом начну что-то решать, — отмахнулся Осаму, задумчиво переводя взгляд на потолок.       — Тогда я займу гостевую комнату, — энергично сменил тему Ранпо, разворачиваясь.       Он быстро удалился из кабинета, не оборачиваясь. За дверью послышался его задорный голос. Возможно, альфа обращался к парню, который стоял в коридоре. Ацуши подошел к двери и защелкнул ее. Затем неспешно подошел к столу и взволнованно осмотрел раскиданные исписанные бумаги. Чуя наигранно вздохнул и обратился к Осаму:       — Что делать планируешь?       — Либо раскрыть глаза королю, либо убрать его, — спокойно ответил Дазай.       — Ха, смешно. А почему ты раньше не думал об этом? — нахмурился Накахара.       — Во-первых, я не знал из-за затворничества. Во-вторых, я хочу, чтобы вы беспрепятственно могли развиваться без клейма.       — Идиот, — прошептал Накахара, стыдливо отворачиваясь.       Ацуши улыбнулся, смотря на омегу. Через какое-то время Чуя поднялся со стола и зашагал в сторону выхода. Бросив последний раз неопределенный взгляд на Накаджиму, затем вышел. Их недавний спор внезапно прозвучал в голове омеги.       «Если он предложит нам что-то в благодарность, ты его целуешь» — нетерпеливо проговорил Накахара.       Парню не нравились эти условия, однако в глубине души давно хотел сделать такой шаг. Но сейчас… Смущенно посмотрев на альфу, омега внезапно опустил взгляд, когда наткнулся на глаза Осаму. Он уже смотрел на Ацуши. Сердце стучало так громко. Прикрыв глаза, Накаджима постарался выкинуть из головы мысли о поцелуе, но все безуспешно. Дыхание сбилось.       — Ацуши? — удивленно позвал его Дазай.       Омега невольно вздохнул, когда услышал голос Осаму. Помотав головой, он с натянутой улыбкой повернулся в сторону альфы.       — Я могу сесть вам на колени? — смущенно попросил парень, а затем вздрогнул. — Извините, я не хотел.       — Конечно, можешь. Иди ко мне, мальчик мой.       Накаджима почувствовал, как к щекам и ушам прильнул жар. Прикусив губу, он неуверенно кивнул и подошел к нему поближе. Опешив немного, парень все же присел на предложенные бедра альфы. Так как он не научился контролировать феромоны, скорее всего, сейчас от него снова сладко пахнет.       — Ацуши, ты как себя чувствуешь?       — Х-хорошо, — смущенно ответил омега.       — Ты пьешь стимуляторы? — внезапно спросил Осаму.       — Д-да. А что такое?       — Скорее всего, у тебя скоро начнется течка, — прерывисто ответил альфа, сглатывая.       Накаджима удивленно перевел на него взгляд. Когда-то он спросил у Йосано и Накахары, что из себя представляет этот период. И ничего хорошего от них не услышал. На смену смущению пришел страх. Боязнь перед неизвестным заставила его дрогнуть. На его макушку немного грубовато, но так осторожно, легла ладонь. Потрепав волосы, Осаму аккуратно прижал его к себе другой рукой.       — Все хорошо будет.       — Вы мне поможете? — смущенно спросил Ацуши.       — Что?       — Ну… Секс… — тихо ответил Накаджима, опуская взгляд.       Какое-то время Осаму ничего не отвечал, из-за чего Ацуши хотел взять свои слова назад. Сердце сжалось от вины за необдуманное предложение. Однако кое-что внезапно отвлекло его от нехороших мыслей. Аура над альфой стала такой воздушной и сахарной. Подняв взгляд на него, Накаджима слегка опешил. Дазай, прикусив губу, смущенно смотрел на парня.       — Ты… Действительно разрешишь мне?       — Д-да.       Совсем недавно Чуя настаивал на том, чтобы Ацуши забрал девственность альфы. Изначально он отказывался от этого, однако обстоятельства сыграли в обратную сторону. Как бы там не было, парень боялся провести течку в одиночестве. И раз Осаму не против, они будут вместе в это время. Блаженно прикрыв глаза, он мурлыкнул и прильнул сильнее к телу альфы. Потерев шею носом, он жадно вдохнул запах Дазая. Ладонь с макушки переместилась на щеку парня и слегка погладила его. Щекочущее чувство заставило его слегка вздрогнуть и резко втянуть мускусный аромат.       Рука неуверенно переместилась на подбородок и потянула лицо наверх. Мягкое приятное ощущение коснулось его губ. Удивленно распахнув глаза, Ацуши посмотрел на альфу. Первое ласковое прикосновение. И несмотря на это Накаджима невольно напрягся. Второй рукой Дазай начал поглаживать омегу по спине, подхватив его нижнюю губу своими. Легкое, как перышко, соприкосновение. Омега не знал, как правильно целоваться и доставлять удовольствие партнеру. Однако это его перестало волновать, когда под кожей бегала приятная дрожь. Ладонью он чувствовал, как быстро бьется сердце Осаму.       Не выдержав, альфа принялся более уверенно и жадно целовать парня. В груди заныло из-за мокрого приятного ощущения на губах. Такого Ацуши никогда еще не испывал. Поглаживание по макушке не сравниться с поцелуем. Теперь он понял, почему Чуя так настаивал на этом. Оторвавшись через какое-то время, Дазай посмотрел на парня и сдержанно улыбнулся. Отведя взгляд, Накаджима нервно стал перебирать пальцы. Облизнув губы, он постарался стереть недавнее наслаждение.       — Ацуши, я рад, что вы доверились мне. Я сделаю все возможное, чтобы вы чувствовали себя комфортно.       — Вы уже многое сделали для нас, — смущенно ответил омега.       Почему-то над альфой нависла глубокая печаль, из-за которой сердце парня пропустило болезненный удар. Ловкие длинные пальцы Осаму нежно накрутили на себя удлиненную прядь у лица парня.       — Мне кажется, этого недостаточно. Я в этом плане очень жаден и эгоистичен. Хочу сделать так, чтобы вы нуждались лишь во мне. И чтобы вы обращались за помощью только ко мне.       — Если таково ваше желание, я готов. Я принадлежу полностью вам с того самого дня.       Осаму сконфуженно отвел взгляд и сильно прикусил нижнюю губу. Возможно, сейчас он не готов принять правду, поэтому, поцеловав его напоследок в нос, Ацуши поднялся на ноги и вышел из кабинета без слов. Вернувшись в спальню, он наткнулся на ухмыляющегося Чую, который сидел на кровати, и стыдливо опустил голову. Еще совсем недавно говорил о глупости затеи, а сам сделал все с точностью наоборот.       — П-прости.       — За что? Мне же лучше будет, если он на тебе потренируется. У меня не было в планах учить альфу целоваться. Тем более… Иди сюда, — поманил его пальцем к себе Накахара.       Ацуши, не медля, подошел к нему и взвизгнул, когда его повалили на кровати и придавили сверху. Удивленно посмотрев на довольного Чую, парень почувствовал его намерения своим телом. Смущаясь, он нервно спросил:       — Т-ты чего?       — Не строй из себя глупыша, — облизнулся Накахара. — Ты всегда знал, что у меня изначально появились чувства к тебе и уже потом к Дазаю. Я благосклонно отдал ему твой первый поцелуй, поэтому нагло заберу второй.       После этих слов Чуя дерко прильнул к его губам и жадно сцеловывал, заставляя вспомнить то приятное чувство, которое он испытывал, сидя на коленях альфы. Их поцелуй не был нежным и трепетным, однако Накаджима невольно жаждал продолжения. Мысленно извинившись перед Осаму, он отдал всего себя этим отчаянным соприкосновениям. Над Накахарой нависли благодарность и горечь. Ацуши не особо понимал, почему парень, целующий его, пребывал в печали и не успевал подумать об этом. Его рука скользнула под рубашку парня и нежно пробежалась по ребрам. Накаджима удивленно вздохнул и выгнулся в сторону поглаживаний. Он зависим от них. Он желает только их. Запустив пальцы в рыжие волосы, он нервно потянул за них и продолжал целовать Чую.       Через какое-то время он оторвался от губ Ацуши и широко улыбнулся, сказав:       — Я люблю тебя.       — И я тебя, — хихикнул Накаджима, обнимая парня.       День проходил медленно и скучно, потому что Осаму был занят гостями. И по его лицу было видно, что ему такая компания очень не нравится. Его нервная широкая улыбка говорила о раздражении и скором взрыве. Однако почему-то он не подпускал к себе омег, чтобы они могли успокоить его. Возможно, это из-за неостывшей Йосано, которая до сих пор злилась на друга. И недобро зыркала на Чую. Ко всему прочему, Дазай для полноты картины намекал парням на поцелуй, из-за чего они стыдливо скрывались от любопытных глаз.       Поэтому они просто проводили весь день в покоях, отвлекаясь на обед и ужин. До самого вечера не было слышно нигде Доппо. И к позднему часу омеги даже из покоев слышали возмущенные крики, направленные на Ранпо. Иногда Ацуши переживал за нервы Куникиды. Но предавать Осаму он не хотел, поэтому молчал об этом. Оторвавшись от спиц, он посмотрел на Чую, который, лежа на животе, читал какую-то книгу.       — Что читаешь?       — Любовный дневник, — спокойно ответил Накахара. — Тут все про секс. Хочешь почитать?       — Да, — с улыбкой ответил Накаджима, откладывая спицы.       — Чего?       — Ну, Дазай сказал, что у меня скоро течка начнется. И хочется немного почитать, что мне делать в это время.       — Лечь и наслаждаться, — отчеканил Накахара, уткнувшись в книгу. — Ты все равно соображать не сможешь. А Дазай из кожи вон будет лезть, лишь бы сделать тебе приятно.       Ацуши смущенно опустил взгляд, задумавшись. В альфе он был уверен, поэтому не боялся перед ним предстать в ослабленном виде. Однако взамен он тоже желал сделать ему что-то хорошее и приятное.       Мотнув головой, он перевел мысли в другое русло. Посмотрев на читающего Накахару, он задумался о его губах. За все время Чуя почему-то не возжелал поцеловать Осаму, хотя испытывал к нему теплые чувства. Гадать об этом не стал, поэтому напрямую спросил:       — Почему ты поцеловал меня, а не Дазая?       Накахара перевернулся на спину и откинул книгу на пол. Подтянувшись, он приподнялся на локтях и посмотрел на Ацуши.       — Я пока что боюсь. Он все-таки альфа. Хоть я понимаю, что он мне ничего не сделает, я переживаю, что могу оттолкнуть его.       — Спасибо, что поделился, — удивленно ответил Накаджима, не ожидая услышать такой ответ.       — Да ладно-о тебе. Не все же время мне держать это в себе. Может, я избавлюсь от страхов, если буду озвучивать их.       — Чуя, почему ты считаешь, что оттолкнешь его? — уточнил Накаджима.       — Хм, хороший вопрос. Он… Альфа? От… Я не знаю. Если он будет проявлять инициативу и брать вверх, я испугаюсь.       — А если не будет? — улыбнулся Ацуши, смотря на него.       — М-м… Я не уверен.       — Расскажи ему, что хочешь вести. Не думаю, что Дазай будет против, — взяв спицы, предложил Накаджима.       — Думаешь? — оживленно спросил Накахара, выпрямляясь.       — Дазай будет из кожи вон лезть, лишь бы сделать тебе приятно, — продублировал он слова Чуи.       — О Дьявол, ты наше связующее звено. Надеюсь, когда-нибудь у нас будет секс втроем, — мечтательно проговорил парень, ехидно смотря на смущенного Накаджиму.       — Т-ты…       Не успев что-то возразить, он отвлекся на стук в дверь. Парни переглянулись. И тут же Накахара вскочил с кровати и открыл, выглядывая из прохода. Там оказался тот самый незнакомец, которого они встретили в коридоре днем. Он пискнул от неожиданности и резко отшатнулся. Какое-то время он извинялся перед ними за беспокойство, из-за чего Чуя разозлился.       — К делу.       — Ик… Я хотел поговорить с вами, — испуганно ответил он.       — Заходи, — пропустил незнакомца Накахара. — Ацуши, это По.       Накаджима удивленно кинул и продолжил вязать свитер. Раз Чуя с ним знаком, то беседу в основном будет вести он. По сел на стул и нервно переставлял ноги. Почему-то складывалось ощущение, что он пришел с плохими новостями. Но сильно заострять на этом внимание Ацуши не стал.       — Вы слышали, что король собирается устроить бал?