На грани

За всё время в пути до квартиры никто не произнёс ни слова. Ярослав сидел у окна - напряжённый, натянутый, как стрела - и мутным взглядом смотрел на проносящийся мимо город. Марат не знал, как быть. Попробовать поговорить с ним, прикоснуться или лучше оставить парня в покое, дав ему время самостоятельно прийти в себя? В голове всё мешалось, и не находилось никакого ответа. Мозг словно застопорило на том, что произошло в доме Золотовых. Рассказ Данила о том, что довелось пережить Ярославу в плену, шокировал. Марат и раньше догадывался о том, что Ярослав не так прост, как кажется. Все эти его умения не на пустом месте родились… но то, что вскрылось этим вечером, ужасало своей жестокостью. Как он вообще выжил и не свихнулся там? И те следы пыток на теле Данила... Марата начинало потряхивать лишь от одних воспоминаний о жутких шрамах. Думать о том, что они дело рук Ярослава, было страшно. Да и связь братьев. Надо быть слепым, чтобы не заметить, как они реагируют друг на друга. Для них ничего не осталось в прошлом. Они всё ещё там, слишком глубоко, почти намертво связаны как Доминант и саб. Их ревность была слишком очевидной. Понимали ли только парни свои чувства? Марат на мгновение прикрыл глаза и тихо выдохнул. Всё это царапало изнутри и неприятно скребло. В какой-то момент он всерьёз подумал о том, что они с Ярославом смогут помочь друг другу, что он сам может помочь молодому Доминанту. То, что в последнее время происходило между ними, давало надежду. Но сейчас… Как он мог помочь сейчас, когда открылось столь многое? Разве он мог залечить раны этого мальчика, который весь растерзан изнутри? Горло сдавливало спазмом. Он не сможет заменить ему брата, не сможет стать тем сабом, который мог бы перекрыть его связь с Данилом. Банально физически не сможет выдержать кровавые практики и Приказы. Это угнетало и продолжало неосознанно крутиться в голове. — Приехали, — озвучил водитель Золотовых, остановившись. Марат удивлённо взглянул в окно, замечая знакомый район. И когда успели-то? Ярослав не стал задерживаться ни секундой больше, сразу выбрался из машины. — Если будет нужна помощь, звоните, — произнёс водитель, поглядывая в окно на застывшего неподалеку Ярослава. — И спасибо, что заботитесь о нём. Марат кивнул. — Я позвоню, когда он немного придёт в себя. Передайте его родителям, чтобы не волновались. Попрощавшись с водителем, Марат тоже вышел из машины и подошёл к Ярославу. Парень смотрел на ухоженную прилегающую территорию, засунув руки в карманы толстовки. В нём что-то сильно изменилось за один вечер. Это чувствовалось во всём, оно неуловимо скользило в каждом его движении, в его дыхании, во взгляде. — Как ты? — тихо спросил Марат, остановившись рядом. Перед глазами был красивый дворик со скамейками и журчащими фонтанами, извилистыми тропинками, выложенными белым камнем. Тут всё дышало уютом и покоем, и это так сильно контрастировало со всем, что происходило недавно в доме Золотовых. — Нормально, — бросил Ярослав коротко, не поворачиваясь к нему. Несмотря на то, что они стояли близко, Марату казалось, между ними теперь пропасть гораздо больше той, что была в момент их первой встречи. — Можем поговорить здесь? Марат осмотрел пустую территорию. Вокруг почти никого не было, лишь девушка в спортивном костюме гуляла с собакой неподалеку. — Присядем тогда, — предложил Марат, указав на скамейку, что находилась немного в стороне от основных пешеходных тропинок. Неспешно переместившись в сумеречный уголок под раскидистым деревом, листва с которого уже практически опала, они сели на резную скамейку. Марат видел, как сложно сейчас Ярославу, но не знал, как помочь. Наверное, не существовало слов, которые могли бы облегчить ношу этого парня. — Ты можешь отказаться от Контракта, — внезапно произнёс Ярослав. Марат усмехнулся, посмотрев на ту самую девушку с собакой. Она с кем-то оживлённо болтала по телефону, выглядя такой беззаботной. Ярослав, родившийся с золотой ложкой во рту, должен был быть таким, как она. — Вот так просто? — нервно сглотнув, спросил Марат. — Я сделаю всё, что нужно, чтобы ты выиграл в суде. А потом давай расторгнем Контракт, — продолжил Ярослав. — Могу я узнать причину? Марат знал, чем продиктовано решение парня, но всё равно не мог отделаться от ощущения, что его сейчас бросают, как игрушку, которая надоела, которая не соответствует новым запросам. — Ты всё слышал, — резко произнёс Ярослав. — Слышал, что говорил Даня. — Хочешь сказать, что я был тренировочным материалом? — прямо спросил Марат, нисколько не веря, что это так. Он видел искренность в Ярославе с самой первой встречи. Пусть этот парень и ввязался во всё, чтобы показать брату возможность поднятия уровня, но всё стало меняться очень быстро. Ярослав молчал, смотря себе под ноги. Он словно до сих пор был не здесь, не с ним. — Не надо, ладно? — попросил Марат устало. — Давай просто пойдем домой, выпьем горячего шоколада и ляжем спать. У тебя сегодня был тяжелый день. — Даня был не единственным, — внезапно произнёс Ярослав, игнорируя его слова. Марат замолчал и посмотрел на его напряжённый профиль. — У них было много сабов, — продолжил Ярослав через мгновение. — У каждой группы сабов был один Доминант, который понижал их уровень. Если Доминант не мог понизить уровень саба, саба убивали. В моей группе было тринадцать человек. Двоих убили в самом начале, когда я отказывался подчиняться. Ещё один не выдержал, когда я начал… работать. Марат сглотнул нервный комок, у него всё внутри сжималось от рассказа парня. — Сабы с пониженным уровнем — идеальные куклы-смертники. Им можно отдать Приказ, которому они не смогут воспротивиться, — без эмоций объяснял Ярослав. Он говорил так, словно это его нисколько не трогало, смотря в пустоту перед собой, неестественно, пугающе спокойный. Марат и раньше видел надлом в его душе, но сейчас ему открывался весь масштаб пережитой трагедии. А ведь Ярослав сразу хотел погасить их связь, но Марат втянул его в свои проблемы и продолжал затягивать глубже человека, который и сам едва держался. — Я пытался их спасти, — дрогнувшим голосом произнёс Ярослав и крепко зажмурился, словно хотел выдавить из себя воспоминания плена. Ему было больно. Марат не мог на это спокойно смотреть. Чужая боль передавалась ему, она липла и душила. — Было так страшно, — хрипло прошептал Ярослав, съёживаясь, будто в ожидании удара. — Ты всё сделал правильно, — Марат заставил голос звучать твёрдо. — Не вини себя ни в чём. Не надо. Ты делал всё, что мог. И я уверен, в глубине души твой брат понимает это. — Мы открыли друг в друге слишком много того, что не смогли принять, — продолжил Ярослав говорить мёртвым тоном, от которого по спине пробегал холод. — Понимание, что только я могу удовлетворить все желания, от которых он бегал столько времени, делало Даню уязвимым. Он боялся не боли. Он боялся меня. — Вы выжили, Яр. И вам нужно отпустить друг друга, — произнёс Марат. Он понимал, его слова вряд ли могут что-то изменить. Связь Доминанта и саба порой прочнее канатов. Он сам был в такой болезненной связи с женой, когда невозможно вырваться, невозможно разорвать связь, не переломав себе все кости. Он знал, как это тяжело. — Я не могу его отпустить, — прохрипел Ярослав так отчаянно, что всё внутри переворачивалось. — И не хочу втягивать тебя в это, понимаешь? Они оба замолчали, утопая в вязкой ночной тишине, которая лишила их всего, чего они смогли добиться за последнее время. — Я не хочу, чтобы ты боялся меня, — Ярослав повернулся к нему лицом впервые за всё время их разговора. В его глазах было столько боли и стальной решимости во что бы то ни стало спасти, защитить всех от себя. — Ты не отдал мне сегодня Приказ, — напомнил Марат. Это было тем, за что держался он сам. Тот момент, когда Ярослав так легко и свободно отдал Приказ не только брату, но и его Домине, ужаснул. Марат знал, что рисковал попасть под горячую руку, но всё равно вышел вперёд в попытке остановить братьев, которые причиняли друг другу слишком много боли. — Я был готов это сделать! — Ярослав нервно поднялся на ноги и взлохматил себе волосы. — Я… я не видел тебя, понимаешь? — Понимаю, — кивнул Марат, смотря на взвинченного парня. Он понимал. В тот момент для Ярослава существовал лишь один саб. Казалось, что для Ярослава весь мир сконцентрировался тогда на брате. Это вызывало больше чувств, чем должно было. Марат никогда не испытывал ревности, но познал её в шикарной гостиной Золотовых. — Только ты всё равно вспомнил меня, — давил Марат на факт, который служил пусть и слабым, но утешением. — Ты не отдал мне Приказ. — Это ничего не меняет, — покачал Ярослав головой. — Это меняет всё для меня, — серьёзно произнёс Марат. — Поэтому если ты решил сейчас великодушно избавить меня от себя только из-за того, что я узнал о тебе, то просто выкинь из головы эту глупость. Ничего не изменилось. — Я убивал, — выдохнул Ярослав, смотря на него так пристально, прожигая своим желанием заставить одуматься, признать собственную правоту. Марат постарался как можно тише перевести дыхание. Это пугало. Любого нормального человека, наверное, могло испугать подобное признание. — Понижал уровень, избивая до бессознательного состояния, — продолжил Ярослав. Его голос звучал зло, яростно. Он хоть и говорил тихо, но, казалось, срывался на безмолвный крик. — Это делал я, ты меня слышишь? Не видел тело Дани? Это я сделал! Я! Каждый его шрам — это моя работа, понимаешь? Марат смотрел на ломающегося на его глазах парня, и, несмотря на то, что ему действительно было не по себе от слов Ярослава, хотелось просто обнять его. Но сейчас парень напоминал искрящийся сгусток нервов, прикасаться к которому было опасно для жизни. — Думаешь, сможешь жить с этим? — внезапно закончил Ярослав и обессиленно выдохнул. — А ты? — Марат смотрел на него снизу вверх. Он понимал, что сейчас не может дать слабину. Нельзя жалеть. Нельзя даже сочувствия проявить, иначе Ярослав замкнётся совсем, уйдет в оборону и не подпустит больше никогда. — Сможешь жить дальше, оборвав сейчас всё между нами? Ярослав замолчал. Перестал упорствовать. Хотя выглядел таким несчастным. Он не хотел уходить, не хотел всё обрывать, не хотел отпускать Марата, несмотря на все свои проблемы, несмотря на свою нездоровую связь с братом. Марат увидел в его глазах то, что было важнее всего: он не был для Ярослава средством, он стал важен для него. — Я узнал о тебе больше, чем ожидал, но это не значит, что я изменил своё мнение. Ты всё тот же самоуверенный засранец, которому я почему-то доверился. А я не мог так крупно ошибиться во второй раз в жизни. Поэтому заканчивай разводить тут драму, — Марат поднялся на ноги. — Пойдем домой, Яр. Я уже замёрз сидеть тут, — как можно небрежнее бросил он. Ему хотелось дать понять, что произошедшее не конец света. Да, им обоим сейчас не по себе, но они смогут справиться с этим. Ярослав смотрел на него с мукой на лице. Он словно не мог позволить себе сдаться, не мог перешагнуть через своё решение. Ему было страшно, и наверняка теперь отношения между ними лишь больше усложнятся. Но Марат всё равно протянул руку. — Ты идёшь? Ярослав посмотрел на его руку так, будто и в самом деле находился на краю пропасти. Марат ждал. Он был готов принять любое решение Доминанта, несмотря на сильно колотившееся сердце в груди, но испытал огромное облегчение, когда Ярослав нерешительно протянул ему свою ладонь. — Мне страшно, — приблизившись к нему, произнёс Ярослав. Марат впервые видел его таким неуверенным, и от этого сдерживать жалость внутри было ещё сложнее. — Это нормально, — заверил Марат. — Бояться — нормально. Осмэны тоже люди. И Доминанты тоже люди, Яр. Ты не какое-то высшее существо, у которого нет права на ошибку. Ты человек со своими слабостями, несмотря на то, что у тебя девятый уровень. И ты хороший человек, несмотря на то, что думаешь о себе. Поэтому бояться — нормально. Но нельзя позволять страху управлять своей жизнью. Вот что я понял, когда развёлся. Ярослав смотрел на него в ответ. Он всё ещё оставался неуверенным, но в его глазах появилась надежда, и ради этой надежды Марат готов был наступить и на собственные сомнения. — Пойдем домой. Сделаю тебе чашку горячего шоколада, — улыбнулся Марат, потянув Доминанта к подъезду. — И немного коньяка. — Если только немного, — негромко произнёс Ярослав, сжав крепко его ладонь. Марат усмехнулся, но внутри теплело. Он вдруг подумал о том, что ни разу ещё вот так не держал парня за руку, а это оказалось приятным. Ярослав словно хотел идти за ним, но продолжал сопротивляться самому себе. Он выглядел так, словно перестал заслуживать быть рядом, но его тело реагировало вполне ясно и чётко: парень не ослаблял хватки, держался за его руку, как за спасительную соломинку. Они расцепили руки только перед дверью квартиры. Марат заметил, с какой неохотой Ярослав немного отстранился от него. Парень даже в таком состоянии помнил, что они будут не одни в квартире, и это радовало. Борис, вышедший его встречать, удивлённо замер, когда увидел гостя. Ярослав неловко остановился сразу за порогом. Как зверь, готовый сбежать в любой момент при малейшем недовольстве со стороны. — Привет, — поздоровался Ярослав, не спеша разуваться. — Привет, — озадаченно ответил Борис. — Всё нормально? Наверное, вид у них был тот ещё. Напряжение вечера сказывалось на способности держать лицо, а если добавить к этому то, что вернулись они без верхней одежды, уставшие и перемолотые, волей-неволей забеспокоишься. — Всё в порядке, — ответил Марат. — Ярослав сегодня переночует здесь, — сообщил он сразу, надеясь, что сын не станет задавать вопросов. — Ты не против? — внезапно спросил Ярослав у Бориса. — Это твоя квартира, — небрежно повёл тот плечами. — Всё нормально, — повторил Марат, заметив сканирующий взгляд сына. — Ладно. Я у себя, — не стал Боря углубляться, оставляя вопросы до утра. — Спокойной ночи. — И тебе, — ответил Марат, порадовавшись, что разговор отложился. Из спальни сына доносилась эпичная музыка очередной компьютерной игры, которая стихла сразу за закрывшейся дверью. Ярослав разулся и прошёл следом на кухню. — Мне стоило поехать в гостиницу, — всё ещё выглядя скованным, Ярослав остановился за порогом. — Ему будет некомфортно. — Не преувеличивай, — отмахнулся Марат. — Выпьешь что-нибудь? — Ты обещал мне горячий шоколад, — напомнил Ярослав, сев за стол. — Точно. Марат повесил пиджак на стул и, включив чайник, достал пачки растворимого напитка. Он хотел плеснуть себе немного коньяка, но спиной почувствовал взгляд Ярослава и не стал. Сделав две чашки горячего шоколада, Марат разогрел остатки ужина и выставил всё на стол. Он весь день переживал из-за официального знакомства с родителями Ярослава и не смог нормально поесть. Зато сейчас внезапно проснулся аппетит. Ярослав от ужина отказываться не стал, но лишь вяло поковырял в тарелке, время от времени задумчиво зависая. Марат не настаивал на разговоре, хотя хотелось. Поговорить, прикоснуться. В последние дни Ярослав постоянно его касался, ненавязчиво, легко, без какого-либо умысла, даже, наверное, сам не замечая этого. Он пользовался любой возможностью, хотя и проявлял тактичность, не напирал, не давил, видя, насколько сильно загружен на работе его саб. И Марат готов был постыдно признаться в том факте, что ему это нравилось. Нравилось видеть, как на губах парня расцветала улыбка, стоило им увидеться, как в его глазах загорался огонь желания. Марату нравилось ловить восхищённые, жадные взгляды, поэтому он так серьёзно подошёл к официальному знакомству с его родителями. Купил костюм, который обошёлся ему весьма недёшево, новый галстук, обувь, даже сходил в парикмахерскую. Марат понимал, как глупо его желание выглядеть достойной партией, словно они с Ярославом парочка молодожёнов, но ничего не мог с собой поделать. Только вот кто они друг другу на самом деле? Марат уже не мог сказать, что они просто связанные соул-связью осмэны, которые вместе из-за неудачно складывающихся обстоятельств. Было что-то большее. Марат чувствовал, что начинает привязываться к парню не только как к Доминанту, но и как человеку, с которым комфортно. Только вот хорошо это было или плохо? Правильно ли? Нужно ли? Он боялся того, что снова окажется недостаточно хорош для Доминанта. Марат не мог отмахнуться от слов Данила, их история словно просочилась в него, засела в голове, не желая уходить и поддаваться доводам разума. В самом ли деле Ярославу нравилось всё то, что он делал в плену? Марат бы отмахнулся, назвав всё это бредом, ведь как может нравиться подобная жестокость? Но воспоминания о Марине напоминали — может. Девятый уровень ос-валентности не только давал возможность хорошо читать сабов, он также рождал совсем другие потребности. Сейчас Ярослав, конечно, ведёт себя осторожно, но как долго это будет продолжаться? Данил был прав: Доминанту девятого уровня нужен и саб под стать, который может пройти за ним за грань разумного. Данил смог? А тот бывший соул Ярослава? Марат никогда не думал о бывшем соуле парня. Какого уровня был тот парень? Как погиб? Почему Ярослав так нелестно о нём отзывается? Как у них проходила динамика? Удовлетворял ли он Ярослава? Занимались ли они сексом? Марат заставил себя остановиться. Пора завязывать уже с этими размышлениями. Он с самого начала знал, что стар для Доминанта, недостаточно хорош для игр, с ворохом проблем, нечего было теперь делать из этого открытие. После совместного ужина Марат нашёл Ярославу сменную одежду из своих запасов, но парень не стал переодеваться при нём, ушёл в ванную комнату. Натянутая, напряжённая атмосфера чувствовалась кожей, у них словно отобрали привычную лёгкость, с которой они могли взаимодействовать раньше. И как вернуть её, Марат не знал. У него самого не получалось относиться к Ярославу как прежде, и это всерьёз беспокоило. Что уж говорить о Ярославе, который и вовсе находился в подавленном состоянии. Расправляя постель, Марат думал о том, что если он сейчас ничего не предпримет, если они не обговорят свои сомнения и страхи, то застрянут в этом состоянии навсегда. Поэтому вопрос с размещением решился сам собой. — Надо было тебе что-нибудь из Борькиных вещей дать, — улыбнулся Марат на нелепый вид парня. Одежда была ему великовата и делала Доминанта слишком юным. — Не надо. Эти пахнут тобой. Дашь мне плед какой-нибудь, я переночую в гостиной, — произнёс внезапно Ярослав, явно желая увеличить дистанцию между ними. — Можешь остаться здесь, — предложил Марат. Ярослав посмотрел на него так, будто пытался понять, что скрывалось за простой фразой. Он что-то решал для себя, и Марату приходилось лишь ждать его вердикта. Переломит ли Ярослав свои страхи, сможет ли отпустить своё прошлое, захочет ли? — Мне не нравилось, — неожиданно произнёс Ярослав. — Даня сказал, что мне нравилось издеваться над сабами. Это не так. Ярослав прошёл к кровати и опустился на край, понуро опустив плечи. — Ты ведь этого испугался, да? — поднял он взгляд на него. — Что я захочу проделать всё это с тобой? Марат не собирался отнекиваться. Он помнил, как для Ярослава важны честность и искренность. Тяжело вздохнув, Марат сел с ним рядом. — Я не буду этого отрицать, — тихо признался он. — Я ничего не знаю о твоих желаниях, Яр. С самого начала мы концентрировались только на мне, но у тебя ведь тоже есть потребности, есть свои предпочтения. А то, что тебе могут нравиться кровавые практики, вполне логично для твоего уровня. — Я лишь делал то, что желали они. Чувствовал их потребность и удовлетворял её, доводя боль до критического уровня, — произнёс Ярослав, сцепив руки в замок. Он говорил вроде бы спокойно, но это спокойствие убивало его изнутри. — Так я снижал их уровень. Я не сразу нашёл этот способ, но он помогал сабам сохранить рассудок. Ты бы видел, в каком состоянии были сабы у других Доминантов. Они превращались в растения с низким уровнем, становились просто ходячими трупами. Хаотичная боль сведёт с ума любого саба, как бы они ни старались дрессировать их. — Почему они не брали сразу сабов с низким уровнем? — осторожно спросил Марат, всё ещё не уверенный в том, насколько свободно они могут говорить о плене. — Инстинкт самосохранения у сабов с изначально низким уровнем ос-валентности намного выше. Они выйдут из-под Приказа, если он будет угрожать их жизни. Они не годятся для роли смертников. И если саб высокого уровня, он тоже не пойдет на самоубийство. Но если понизить его уровень, то с ним можно делать, что угодно. Можно нацепить на него бомбу и приказать взорвать полгорода, а он просто скажет: «Да, Хозяин», — пояснил Ярослав. — Но снижать уровень непросто, — продолжил он спустя мгновение. — У них была отработанная схема, которая почти сжигала мозги саба. Я же нашёл другой способ. Мой уровень позволял чувствовать потребность саба и уводить её за край. Но эту потребность они сами не осознавали, понимаешь? Лишь отголоски. Это было их желание, не моё. Я делал всё, что ОНИ хотели, чтобы сохранить им разум. Ярослав снова перевёл дыхание. Каждое предложение давалось ему непросто. — Если тебе тяжело говорить, не нужно себя заставлять, — напомнил Марат. — Нет. Я хочу, чтобы ты понял. Я делал с Даней то, что он сам хотел, но ему проще поверить в мою жестокость, чем в свою. Когда мы проводили сессию, все грани стирались. Мы уже не были братьями, мы были лишь осмэнами. Но проблема оказалась там, где мы её совсем не ждали. Даня был хорошим сабом. В отличие от других, он стремился понять своего Доминанта, он так глубоко уходил в свою сущность, что старался неосознанно укрепить нашу связь, угодить мне, заставить меня открыться в ответ. Это запутывало всё ещё больше. — Вы всё ещё чувствуете эту связь, — озвучил Марат собственные выводы. — Наверное, — устало выдохнул Ярослав, взлохматив себе волосы. Он не отпирался, признавая всю неправильность ситуации. — Из всех сабов, что у меня там были, лишь с Даней не получалось дистанцироваться. Марат хотел задать важный вопрос, но не знал, как можно спросить о таком. Ярослав же, бросив на него взгляд, догадался обо всём. — Хочешь узнать, трахал ли я его? — со смешком спросил он. — Нет. Других — да. Его — нет. Ни разу. Учитывая то, что пришлось пережить братьям, сексуальная связь уже не казалась такой страшной, но Марат почему-то испытал облегчение. — Я всё это рассказал для того, чтобы ты не думал, будто мне хочется резать тебя на части, — продолжил Ярослав. — Если сабу нравится шрамирование, я могу это дать ему, не испытывая отвращения. Если ему нравятся игры с кровью, я могу вырезать узоры на его теле, не чувствуя ничего. Вот в чём заключается особенность моего уровня. Поэтому то, что сказал Даня, неправда. Мне не нравилось то, что я делал, но я мог это делать. Его объяснения позволили вздохнуть свободнее, делая ситуацию яснее и понятнее, открывая её с новой стороны. — Так что же тебе нравится самому? — спросил Марат. Раз у них зашёл разговор о потребностях Доминанта, то Марат хотел бы их знать. — Я не знаю, — Ярослав пожал плечами. Марат чувствовал, что было в плену что-то такое, что Ярославу нравилось. И это что-то наверняка было связано с его бывшим соулом. — Давай в другой раз обсудим это, ладно? А то голова уже раскалывается, — попросил Ярослав. — Хорошо. Давай спать, — не стал Марат настаивать. — Ложись, а я пока в душ схожу. Ярослав благодарно кивнул. Марат взял вещи и отправился в ванную. Их разговор продолжал крутиться в его голове, но уложить всё разом было как-то сложно. Отправившись обратно в спальню, Марат надел лёгкие штаны и футболку. Обычно он спал лишь в трусах, но сегодня не мог себе позволить такой раскованности. Свет в спальне уже был выключен, а Ярослав лежал под одеялом на самом краю. Марат устроился рядом, но на некотором расстоянии от парня. Он так давно уже ни с кем не ночевал в одной кровати, что первое мгновение было как-то неудобно. Марат посмотрел на тумбочку, где лежал ошейник. Хотел надеть его, но не решился. Они лежали тихо, не двигаясь, словно малейшее движение могло быть расценено неправильно. — Марат, — позвал его Ярослав, лежа к нему спиной. — Ты не тренировочный материал для меня. — Знаю, — смотря в потолок, ответил Марат. Он был в этом уверен, видел искренность Доминанта, чувствовал её всем существом. — Ты мне нравишься. Как саб. Как мужчина, — продолжил откровенничать Ярослав, пряча лицо. — Я знаю, ты ко многому сейчас не готов, но ты мне всё равно нравишься. Я хочу, чтобы ты был моим сабом. Не для суда, не для терапии или всякого прочего дерьма. Ты просто знай это, хорошо? Марат посмотрел на скорчившуюся фигуру на краю кровати. Ярослав был сильнее, чем все они думали. Он не просто выжил в плену и спас многих сабов, он сохранил свою душу. — Хорошо, Господин, — улыбнувшись, произнёс Марат. Ярослав прыснул и повернулся к нему, пододвинулся ближе. — Мне надо научить тебя проявлять больше почтения, — произнёс Доминант. Марат почувствовал прикосновение чужой ладони к своей руке. Ярослав нежно погладил его метку, посылая табун мурашек по коже. — Ты только не бойся меня, ладно? — попросил он, поднимая голову и встречаясь с мужчиной взглядом. Марат повернулся набок, оказываясь лицом к лицу с парнем. Взгляд Ярослава был наполнен привычным уже восхищением. От этого невольно теплело в груди. — Хорошо, — произнёс Марат, коснувшись пальцами лица парня. Уставший, измотанный. Но всё равно красивый. Доминант. От него даже в таком шатком состоянии исходила волна спокойной и приятной силы, которая притягивала магнитом. И, казалось, что не нужно ничего больше, главное просто быть рядом с этой силой. — Спи, сегодня у тебя был тяжёлый день. Ярослав кивнул, но руки его не отпустил. Придвинувшись ещё ближе, он устроился у него под боком и тихо выдохнул. Напряжение не уходило из его тела, и Марат продолжал успокаивающе поглаживать парня по спине. Постепенно Ярослав расслабился, держась двумя руками за его левое запястье. Марат не отталкивал, обнимал его всю ночь, отгоняя кошмары, и постепенно уснул сам.