На грани

«Пока безрезультатно. Как что-то станет известно, я тебе сообщу», — пришёл ответ от Михалыча уже на лекции. Ярослав с упрёком смотрел на свой телефон под монотонный бубнёж преподавателя и хихиканье Матвея, который переговаривался с девчонкой рядом. Ярослав уже пожалел, что послушал Марата и пришёл на занятия. Ему казалось, что он тратит время на глупости. Пока он тут штаны просиживает, где-то рядом ходит псих, мечтающий разрушить его отношения. «А Даня что говорит?» — написал он снова. Можно было написать и самому Данилу, но Ярослав пока не решался. Он на многое пока не решался с братом, боясь быть назойливым и надоедливым. После того ночного разговора он позвонил лишь раз. Даня был холоден, говорил только по делу, и Ярослав отстал от него. «Мы РАБОТАЕМ. Не отвлекайся от занятий», — быстро пришёл ответ. Бля. Можно подумать, он так уж часто пишет им. Хотя… может, и часто. Каждые два часа, наверное. Будто от этого есть какой-то толк. Ярославу уже хотелось самому вмешаться. Серьёзно. Прошло уже немало времени, а результатов по-прежнему нет. Тот курьер как сквозь землю провалился, как чёртов призрак. «Ты домой не заскочишь?» — неожиданно спросил Михалыч. «Что-то случилось?». «Ничего. Но родителей бы проведал. А то пропал совсем». Не совсем и пропал. Дома он появился сразу, как только набрался решимости встретиться с матерью после семейного ужина. Разговор с ней выдался непростым. Мать много плакала и заверяла, что любит их обоих, несмотря ни на что. Ярославу всё ещё было стыдно перед ней, но узел, что сжимал сердце, немного ослаб. Она не отвернулась от него, по-прежнему смотрела с теплотой и ласково называла «Ярик». В тот день они о многом успели поговорить, включая ситуацию с Маратом. Она не стала упрекать за желание пожить с сабом и не попросила вернуться домой даже после того, как узнала про посылку. С отцом же отношения стали максимально натянутыми. Ярослав догадывался о причине такого поведения, но всё равно видеть то, как отец держит дистанцию с ним, пытаясь его избегать, было неприятно. «Я заеду сегодня после занятий. Отец дома будет?». «Постараюсь выгнать его с работы», — написал Михалыч странную фразу. «С ним всё в порядке?». «Не знаю. После разговора с Даней он уже несколько дней как разбитый ходит. Поговори с ним, что ли». «Я приеду». Ярослав предполагал такой исход. Может, и не стоило Дане всё рассказывать. К чему эта правда? Она всё равно уже ничего не изменит. А проблем хватает и без этого. Чего стоит только эта встреча с комиссией! Ярославу казалось, что он поседел за эти дни. — Спроси его! — шикнула та девчонка, с которой разговаривал лопоухий. — Да сама и спрашивай. — Ну Моть! — Эй, Золотов, — толкнул его в бок Матвей, отвлекая от размышлений. Ярослав повернулся к пацану, молчаливо спрашивая, что надо. Он заметил заинтересованный взгляд девчонки рядом, но проигнорировал её. Они думают, он не слышит их, что ли? — А чё, охрана теперь всегда будет тут отираться? Они из-за тебя же тут, да? Что-то случилось? — засыпал он сразу вопросами. Говорил тихо, закрываясь учебником, чтобы лектор не заметил. Хотя тому дедку, кажется, вообще по хрен на них. — Вас это не касается, — сухо ответил Ярослав. Он понимал, что охрана наделала шума в институте, но отказаться от неё не мог. Они прошерстили всё здание, обшарили каждый угол, вызывая недоумение среди студентов и преподавателей. Ярославу на них было плевать, но вот Марату и Борису это, наверное, доставляло неудобства. Но Королёвы не жаловались, спокойно принимали эти меры безопасности. — Да я просто так спросил. Думал, у тебя что случилось, — с обидой бросил Матвей. Ярослав не хотел ничего рассказывать, но и обижать пацана на ровном месте тоже было как-то неправильно. — Всё нормально. Просто меры предосторожности, — пояснил он. — Беспокоишься за своего саба, — нахально ухмыльнулся Матвей. Захотелось вмазать ему в довольную рожу. — Говорят, там чуть ли не армия рядом с аудиторией Марата Николаевича. — Заткнись, — поморщился Ярослав. Он не считал, что там настолько много людей. Так-то охрана рассредоточена по всей территории. Матвей рассмеялся. — Ладно-ладно. Слушай, ты на тренировку сегодня придёшь? — пользуясь его сговорчивостью, спросил лопоухий. Ярослав был не против тренировки, о которой ему уже все уши прожужжали, но недавно Борис написал, что сегодня задержится допоздна. И упускать такой хороший момент, чтобы побыть с Маратом наедине, Ярослав был не намерен. — Нет. У меня дела. Матвей настаивать не стал и, взяв с него слово прийти на следующую тренировку, отвалил до конца лекции. Ярослав же снова стал думать о многообещающем вечере. Сегодня появилась возможность расслабиться им обоим. Борис то ли специально, то ли нет дал им эту возможность. «Во сколько ты сегодня закончишь?». Ответ пришёл не так быстро, как хотелось бы. Ярослав успел даже записать в тетрадь несколько формул, что были выведены на доске. «В четыре. А что?» — пиликнул тихо телефон. «Боря сегодня задержится. Мы можем попробовать упражнения, что советовал нам Конев», — невинно написал Ярослав. Он уже несколько дней об этом думал. С тех самых пор, как его заказ приехал. Они собирались воспользоваться посылкой сразу после ужина с комиссией, но всё пошло не по плану. «Хорошо». Короткие ответы саба выводили из себя. Ярославу начало казаться, что Марату всё это не нужно, что он прекрасно справляется без динамики, что их сцены действуют на него не так сильно, как на самого Ярослава. «Будь готов к шести. Я заеду к родителям, а потом сразу к тебе». Очередное «хорошо» заставило усмехнуться. Марат явно не был поклонником длинных переписок. Или просто так же читает нудную лекцию, как это делает дедок у кафедры. Ярослав представил себе, как где-то в другой аудитории Марат рассказывает какие-то исторические факты. Соблазнительный до мурашек в своём костюме. Сосредоточенный, серьёзный. Ярослав прикусил губу и нервно выдохнул. Да уж. На дедка Марат точно не похож. От скуки Ярослав вновь начал листать фотографии с пикника в лесу. Марат тут такой красивый, расслабленный. Его улыбка отзывается теплом в самое сердце. Ярослав помнил, как они дурачились у озера, смеялись, наслаждаясь приятным днём. Было неожиданно легко и хорошо, словно никаких проблем нет. Ярослав украдкой воровал поцелуи и позволял валять себя в песке. Ему нравилось видеть Марата настолько беззаботным и умиротворённым. Когда он сидел с удочкой, подставляя лицо солнечным лучам, наслаждаясь моментом, когда смеялся над очередной дурацкой шуткой, когда позволял кормить себя с руки, пытаясь замаскировать смущение за шуткой. Просматривая фотографии, Ярослав снова погружался в те моменты. Ему очень давно не было так спокойно с кем-то рядом. Тот день отложился в памяти теплом и уютом. Напряжённость, витающая в воздухе, немного ослабла после этой поездки. Марат словно опустил щит и перестал готовиться к вечной обороне, его движения стали более свободными, размеренными. Да и Борис выглядел оживлённей. Несколько дней вообще было настолько по-семейному хорошо, что Ярослав и сам расслабился. Позволял себе просто наслаждаться временем с сабом. У них не было сессий, но организм их и не требовал, давая им время просто насладиться друг другом. Марат уже охотнее раздевался рядом с ним, сам целовал при любой удобной возможности, а Ярослав просто млел, получая от него такое внимание. Но ещё большее удовольствие ему доставляли моменты, когда они валялись в кровати, лаская друг друга. Марат больше не шарахался от его рук, легко шёл на контакт, откровенно наслаждался, когда отсасывали ему и уже без негатива сам делал минет. Неохотно только принимал пальцы у себя в заднице. Ярослав не настаивал, отступал, чувствуя чужое напряжение. Когда прозвенел звонок и лекция закончилась, Ярослав вздохнул с облегчением. Минус одна пара. Ему до жути захотелось отправиться в аудиторию Марата на перемене, но он себе этого не позволил и вместе с Матвеем направился в столовку. Еда тут, конечно, была отстойной, но зато можно было встретиться с Борей. Ярослав уже изучил распорядок дня костлявого. Ближе к обеду Боря обычно зависал за чашкой кофе и булкой, и Ярослав подходил к нему вместе с Матвеем. Так и выходило, что они стали обедать втроём. Матвей с Борей как-то быстро нашли общий язык, несмотря на то, что костлявый был курсом младше. Это радовало. Ярославу хотелось, чтобы у Бори появились друзья в стенах института. Много друзей. Чтобы у него началась та яркая и весёлая студенческая жизнь, какая была у самого Ярослава в Академии, до плена. — Напишешь мне, когда вы освободитесь? — неловко спросил Борис, когда Матвей пошёл стоять в очереди за их обедом. Они остались за столиком вдвоём, и в шуме столовки могли говорить спокойно. — До какого часа вы будете заниматься в кружке юных дарований? — уточнил Ярослав. — Часов до восьми, скорее всего. Но потом я могу погулять, — сразу добавил Борис. — Если только до книжного, — начал Ярослав издалека. Борис вскинул на него озадаченный взгляд. — У меня будет для тебя задание. — Ты теперь постоянно будешь так себя вести? — тихо спросил Борис. Прошла всего пара дней с того момента, как они решили не прятать свои сущности, поэтому пока всем было неловко. — Всё хотел сказать, что тебе необязательно так стараться. Отца нет рядом. — Костлявый, не беси меня, — раздражённо бросил Ярослав. — Наш теперь общий психолог сказала, чтобы мы не прятали свою сущность друг от друга. Мы зря ей столько бабла отваливаем, что ли? Борис замолчал. Он вообще в последнее время был тише обычного, на своей волне, но откликался, стоило дать ему какую-то команду. Он с такой жадностью ловил любые крохи внимания, что Ярослав удивлялся, как он вообще раньше мог не замечать голод этого саба. — Я ведь на тебя не сильно влияю, верно? — уточнил Ярослав. Они об этом уже говорили, конечно, но он всё равно боялся перегнуть палку, боялся навредить, пережать. Боря замотал головой, смотря в стол. — Я странный, да? — Это ты спрашиваешь у человека, который уже больше полугода сидит на антидепрессантах? — хмыкнул Ярослав. — У каждого из нас есть проблемы. Твои не самые выдающиеся, знаешь ли. Подумаешь, резал себя время от времени. Боря шикнул на него и пнул под столом. — Тише ты! — Да всем плевать, о чём мы тут разговариваем, — улыбнулся Ярослав. Его всегда забавляло то, как реагирует Боря на любую огласку. Он становится таким экспрессивным, живым, ярким. Ярослав вдруг подумал, что если бы Боря не прятался в своей скорлупе, то был бы весьма популярным. — Больше с лезвием не играй, а то получишь а-та-та, — пригрозил Ярослав шутливо. Борис поморщился от его шутки, будто воспринял всё всерьёз. Ярослав сразу поспешил исправиться. — Эй. Никакого физического воздействия, помнишь? Я не буду тебя бить, даже если ты сам попросишь. Борис сцепил пальцы в замок. Казалось, он всё ещё не мог поверить в это. Ждал от него какой-то подлянки. Ярослав это понимал, поэтому старался быть максимально терпеливым, хоть это и давалось иногда с трудом. Стоило только начать видеть в нём саба, как желание поставить пацана на место стало преследовать его. Но успокаивало то, что никаких неправильных мыслей Боря в нём не вызывал. Если Марата девяносто процентов времени хотелось связать, отшлёпать и трахать, то Боря вызывал совсем другие эмоции. Покровительственные. Его хотелось оберегать и контролировать. — И не мечтай, что я попрошу, — бросил Боря и покраснел, когда понял, что сказал. — Я не… чёрт, я даже не думаю о чём-то таком… мне… мне девушки нравятся… Ярослав рассмеялся. — Спокойно. Я знаю. Вообще-то всё было не настолько безопасно, как хотелось бы. Ярослав знал, что вероятность того, что Боря может привязаться к нему как к Доминанту, высока даже без физического контакта. — Слушай, — серьёзно начал Ярослав. Стоило поговорить об этом, конечно, в другом месте, а не под шум голодных студентов, жужжащих над ухом, но выбирать не приходилось. Ярославу и самому было как-то неудобно разговаривать с Борей на эту тему. — Тебе не стоит опасаться того, что ты начнёшь привыкать ко мне. Это нормально. Твоё отношение ко мне будет меняться, это неизбежно. Рано или поздно ты начнёшь доверять мне, в стрессовой ситуации будешь думать о том, чтобы обратиться ко мне. Я не хвастаюсь или что-то такое, просто будь готов к такому, окей? — Надеюсь, этого не случится, — неловко бросил Боря, отводя глаза. — Надеюсь, это случится, — возразил Ярослав. — Потому что это правильно. Тебе, как сабу, будет легче, если ты будешь помнить, что рядом есть Доминант, который может… эм… позаботиться о тебе. Я хорош в этом, Борь. — От скромности ты не умрёшь, — фыркнул Боря, но не стал спорить. — Скромность Доминанта не красит, — улыбнулся Ярослав. — Всё это я говорю тебе затем, чтобы ты не пугался, если вдруг станешь думать обо мне чуть чаще обычного. А то начнёшь грузиться, избегать меня. Если что, это просто реакция саба на хорошего Доминанта. Главное не фантазируй обо мне. — Ты, кажется, слишком уж высокого о себе мнения, — скривился Боря. — Я должен был тебе это сказать. Пока у тебя нет Домины, ты можешь запутаться в своих чувствах. Я не хочу так рисковать, не хочу, чтобы Марат потом переживал из-за этого. Тебе нельзя привязываться ко мне, нельзя меня рассматривать как источник удовольствия, нельзя думать обо мне как о Доминанте, который может провести с тобой сессию. Усёк? — Это лишнее. Серьёзно. Ты не в моем вкусе. Можешь не беспокоиться, что я внезапно влюблюсь в тебя, — уверенно заявил Боря. Ярослав хотел бы верить в это. У них с Маратом и так проблем выше крыши, не хватало ещё встать между ним и сыном. — Хорошо. Потому что у нас бы ничего не получилось, — улыбнулся Ярослав. — Ты бы меня не потянул. — Конечно, Ваше высочество, — с усмешкой отозвался Борис. Не понял. Думает, наверное, что перед ним просто хвастаются. Ярослав не стал его переубеждать. Дело было не в уровнях ос-валентности, а в зрелости, которой Борису пока не хватало. Это Марат мог промолчать, где нужно, мог подстроиться, мог довериться, мог проявить смелость и открыться. Боре же нужна ласковая Домина, которая будет с него пылинки сдувать, а не зажимать в собственных рамках. Ярослав не стал углубляться, просто пнул парня под столом в ответ. От этого разговора на душе стало легче. — Так что у тебя было за задание? — вернулся Борис к прежней теме. — Тебе что-то купить в книжном? — Я хочу, чтобы ты сегодня пошёл в тот магазин и познакомился с Алисой, — произнёс Ярослав, ожидая шквал возмущения в ответ. — Нет, — категорично отрезал Борис. То, что он отреагировал так однозначно, без привычного недовольства, насторожило. — Был бы я твоим Доминантом, я бы тебя заставил. — Хорошо, что ты не мой Доминант. Ярослав взглянул на очередь у буфета, которая почти не двигалась. Матвей был увлечён беседой с каким-то пацаном и в их сторону даже не смотрел. Что к лучшему. Задержался бы там ещё подольше. Пауза в разговоре явно действовала на Бориса, он начал ёрзать, чувствуя разочарование Ярослава. Тот специально не закрывался, давал почувствовать себя, выжидал. Он больше не смотрел на Бориса, безразлично скользя взглядом по столовке и замечая несколько любопытных девчонок, которые пялились на него. — Я не смогу, — заговорил Борис. — Я никогда не даю сабу команд, которые он не сможет выполнить, — серьёзно произнёс Ярослав, вернув своё внимание парню. — Это сложно. Я… у меня не получится. — Теперь ты не просто идёшь туда сам по себе, ты идёшь выполнять задание Доминанта, за которое получишь награду. — Зачем это тебе? — Затем, что теперь я забочусь о тебе как Дом. Это очевидно ведь. Это поможет тебе раздвинуть зону комфорта и поверить в себя. Так что ты сделаешь это, Борь. — Меня так злит, что я реагирую на тебя, — простонал Борис, уткнувшись лбом в стол. Ярослав улыбнулся. — Я тебе говорил именно про это. Что тебя тревожит в том, что ты реагируешь на меня? — Не хочу быть беспомощным, — буркнул Боря. Ярослав удержал смешок. Это у них с Маратом семейное. — Ладно, — внезапно поднял Борис голову. — Я попробую. Познакомиться с Алисой. Я уже с десяток раз пытался, мне не привыкать позориться. Что за награда? — Узнаешь, когда сделаешь. Постарайся в этот раз.

***

Еле отсидев нудные занятия, Ярослав отправился к родителям. Встретила его мать. Они немного посидели в беседке, попили чай, поделились последними новостями, а когда прислуга сообщила, что отец приехал с работы, вернулись в дом. Но, войдя в гостиную, застали непривычную картину: отец пил виски из пузатого стакана, даже не переодевшись. Судя по покрасневшим щекам и небрежно растёгнутым верхним пуговицам белой рубашки, стакан был уже не первый. Увидев их с матерью, отец изменился в лице. Его взгляд стал таким пронзительно-тяжёлым, что Ярославу стало не по себе. — Тебе не кажется, что твои вечерние полстакана стали затягиваться? — возмутилась мать, строго посмотрев на супруга. — Сколько это будет продолжаться, а? — Всё нормально, — отмахнулся отец. Кажется, всё было не совсем нормально. Отец даже не смотрел в его сторону. — Оставь нас, — потребовал он у жены. — Мне нужно поговорить с Яром. — Что за секреты от меня? — Надя, — оборвал её отец. — Пожалуйста. Оставь нас. — Всё в порядке, — Ярослав положил ладонь на плечо матери, успокаивая. — Хорошо, — раздражённо ответила она. — Займусь ужином. Когда мать ушла, Ярослав прошёл вперёд и сел на диван рядом с отцом. Он догадывался, о чём пойдёт разговор. — Поиски пока безуспешны, — начал отец. — Нам не удаётся найти гадёныша, что играет с вами. Ярослав кивнул. Он уже знал. — Витя рассказал про Ефремова. Прокурора накажем, — пообещал отец. — Понимаю, что тебе самому сейчас хочется вершить правосудие, но не надо. Ярослав сжал кулаки: — Он должен сидеть в тюрьме. Ярослав чувствовал внутри холодную решимость, которая держала его на плаву. Плевать, что прошло уже много лет. От мысли, что этот ублюдок посмел мучить Марата, он начинал сходить с ума и был уверен: если Ефремов не сядет, то просто сдохнет от его руки. Ярослава и самого пугала эта холодная ярость, которая временами заполняла до краёв. — Он сядет, не вмешивайся только. Ярослав кивнул. Он доверял отцу, Дане, Михалычу. Рано или поздно они найдут курьера и разберутся с прокурором. Повисла тяжёлая тишина. Ярослав знал, о чём хочет поговорить отец, но не знал, что в их ситуации обсуждать, не знал, как это можно исправить. — Данил мне всё рассказал, — произнёс отец, сделав глоток виски. — Ещё в тот день, когда вам посылку прислали. Ярославу самому захотелось выпить. Он снова кивнул, представляя, каким потрясением это всё стало для отца. — Чем больше я узнаю, тем больше недоумеваю, как так получилось, что я столько всего не знаю о собственных сыновьях. В голосе отца сквозили недоумение и боль. — Я не понимаю, как он мог так поступить, — прохрипел отец. Видно было, что признание Дани выбило почву из-под его ног, но Ярослав не знал, как поддержать их обоих. Он прошёл через это. Смирился. Смог понять брата. Но отцу сложнее. Для него не существовало полутонов. — Он сожалеет о том, что сделал, — заступился за брата Ярослав. — Как ты можешь его защищать после всего этого? — отец искренне не понимал. — Если бы не он… — Пап, — оборвал его Ярослав, посмотрев со всей серьёзностью. — Я смог понять и простить его. Сможешь и ты. Ты нужен Дане сейчас, понимаешь? Как бы он ни выглядел невозмутимо, ему страшно. Не отказывайся от него. Отец покачал головой. Ярославу нечего было добавить. Он помнил, как сам находился в таком состоянии, когда от шока не мог соображать нормально, не верил до последнего, ждал, что Даня всё опровергнет, что как-то всё объяснит. — Где мы ошиблись, Яр? — спросил отец. — Как мы могли не заметить, что с ним происходит? Как? Ярослав не знал. У них с Даней до плена были не самые тёплые отношения, о жизни друг друга они часто узнавали от родителей. Он всегда был уверен: у Дани нет никаких проблем, он сильный и идеальный, он может справиться с чем угодно. Он и мысли не мог допустить, что его брат всё это время просто тонул. Но история с Борей показала, насколько это может быть ломающим, как сложно и порой невыносимо расти с меткой саба. — Я виноват перед ним не меньше, — произнёс Ярослав то, что грызло его изнутри. — То, что я с ним делал там… ему хватит, пап. С него достаточно боли, понимаешь? Мы считали его сильным, но Даня очень хрупкий. И ему нужна семья, которая сможет его понять и укрыть. Заверить, что он никогда не станет неправильным из-за того, что родился сабом. Он должен понять, что рядом с нами может быть слабым. Он саб, пап. Мы просто все забыли об этом. Ярослав надеялся на то, что отец со временем сможет всё понять. Они ещё немного посидели на диване, и Ярослав снова попытался всё объяснить, рассказать обо всём без эмоций. Ему хотелось верить, что после их разговора отцу стало немного легче, что он смог понять. Или хотя бы перестанет их избегать. Возвращаясь на квартиру, Ярослав постарался выкинуть вообще все мысли. Сделать это было несложно, стоило только подумать о том, что там его ждёт Марат и полноценная сессия. Мысли о предстоящем экшене возбуждали, разливались внутри сладким предвкушением. По пути Ярослав заехал в маленький магазин для осмэнов, где без труда нашёл небольшой колокольчик на верёвке. Представив, как он будет смотреться на мужчине, Ярослав так завёлся, что это стало проблемой. Поэтому, добравшись до дома, он немного посидел в машине, успокаиваясь, и только потом поднялся в квартиру. Когда саб открыл ему дверь, стало понятно: волновался не он один. Ярослав едва не споткнулся на ровном месте, когда увидел мужчину. Марат выглядел просто до умопомрачения шикарно! Стильная атласная рубашка вместо домашнего свитера и строгие брюки делали его похожим на директора компании. Такой сильный, стройный, соблазнительный до одури. Чертовски красивый. Он даже пах хорошо. Наверняка недавно был в душе. Вон даже волос немного влажный. Оцепенение длилось несколько секунд, в течение которых Ярослав просто не мог отвести взгляда. — Привет, — хрипло выдохнул он. — Привет, — мягко улыбнулся ему Марат, словно понимал его состояние. Он выглядел таким уверенным и обворожительно недоступным. Взрослый мужчина, знающий себе цену. Марат удивительным образом сочетал внешнюю холодную неприступность и уязвимость, ранимость внутри, из-за чего хотелось укрыть его комплиментами с ног до головы. — Потрясающе выглядишь. — Спасибо. Ярослав подумал, что ему тоже нужно было подготовиться, а не заявляться на их сессию в джинсах и футболке, но он был так восхищён Маратом, что некогда было париться из-за своей оплошности. Между ними снова начинало электризоваться притяжение, которое уже невозможно игнорировать. Ярослав потянулся к мужчине с поцелуем. Марат не оттолкнул, сразу расслабился, позволяя утянуть себя в засос прямо в коридоре. Сжал его за бока резко, грубо, будто ему тоже не хватало. Ярослав не хотел, чтобы это заканчивалось, но вынужденно отпустил мужчину. Как только поцелуй завершился, Марат опустился на колени. Сердце мгновенно отозвалось учащённым ритмом на такое приветствие. Входить в игру стало так легко и комфортно, что перехватывало дыхание. — Хороший мальчик, — похвалил Ярослав, погладив мужчину по волосам. Он дал себе пару мгновений привести мысли в порядок, успокоиться от первой встречи. — Ты уже в ошейнике, — подцепив полоску на шее, довольно произнёс Ярослав. Это выглядело охрененно горячо! — Ты не против? — неуверенно спросил Марат, смотря на него снизу вверх. — Нет. Мне нравится, что ты готовился, — погладив его по щеке, Ярослав не мог оторваться от саба. Ему было приятно видеть Марата приодевшимся. В мужчине что-то неуловимо изменилось, появилась особая сексуальность, расслабленность, такая притягательная уверенность, от которой Ярослав просто не мог оторваться. — Поднимайся. И иди за мной. Как бы он ни волновался перед сессией, все тревоги улеглись в мгновение. Игра началась.