Jamais vu

Сегодняшнее утро Юнджин началось с ссоры с мамой. В последнее время этих ссор стало настолько много, что девушка серьёзно подумывала о переезде и самостоятельной жизни. — У тебя что переходный возраст только начался?! — кричала мать, уходящей дочери. — Оставь её, — Ыгён положил руку на плечо жены. — Думаю, ей и так тяжело. — Ыгён, самое тяжёлое мы уже пережили. А это просто её выходки. — Ну поставь себя на её место, Джихё. Она только месяц назад вернулась сюда. Она ещё не успела привыкнуть к смене. Да и найти друзей тоже. — У неё до Америки была куча друзей, ты сам знаешь. — Ты думаешь они все снова стали общаться с Юнджин? А даже и если есть кто-то, то друзьями их ещё рано называть. Не стоит забывать, что она никому ничего не говорила, а просто исчезла. — Ну, думаю, что Казуха рада её возвращению. Они ведь были как сестры. — Я бы на это очень надеялся… — вздохнул мужчина, понимая, что навряд ли все так просто. Из-за ссоры Юнджин даже не посмотрела на время и убежала из дома. До уроков ещё почти целый час, поэтому девушка решила немного прогуляться по знакомым улочкам. В школу идти в такую рань она не собиралась, как и возвращаться домой, так что другого варианта не было. К тому же, она еще ни разу этого не делала. Она вернулась спустя 2 года, но все мысли были заполнены Казухой. — Как же все-таки приятно находиться здесь, — вздохнула Юнджин, проходя по аллее недалеко от школы. Раньше они часто тусовались здесь с Казухой до и после уроков. Она присела на одну из скамеек и закрыла глаза, надевая наушники. Музыка поможет ей успокоиться и не разрыдаться от нахлынувших воспоминаний. Здесь все было родным. Она так по всему скучала. Даже по этому дяде дворнику, который как обычно в это время подметал упавшие листья. Юнджин почувствовала знакомый приятный аромат духов, который пронёсся мимо неё. Она открыла глаза, чтобы убедиться, что перед ней прошла именно Казуха. Она была права. Казуха быстро шла в сторону школы. Юнджин сначала встала, чтобы догнать её, ведь это отличная возможность поговорить с ней наедине, пока нет её подруг. Но потом она решила, что Казуха только проигнорирует её или пошлёт куда подальше. Поэтому она вернулась на свое место и продолжила придаваться воспоминаниям. — Вот надо было ей там сидеть сегодня? Я же специально пешком вышла, — думала про себя Казуха, шагая в сторону школы. За этот месяц она уже успела привыкнуть к тому, что снова видит Юнджин. Видеть и слышать её больно, но Казуха держится. Подумаешь поплакала пару раз. С кем не бывает? Игнорировать Юнджин оказалось сложнее, чем Казуха изначально представляла. И дело даже не в том, что Юнджин вечно пытается завести разговор. Казуха хочет, даже мечтает, высказать все, что накопила за эти два года. Накричать на Юнджин тоже было бы неплохо в представлении девушки. Но она выше этого. Юнджин не считала нужным продолжать общение и рассказывать о переезде, а Казуха не считает нужным тратить свое время и нервы на такого человека. — Ты в порядке? — спросила Сакура. Она пришла первой и ждала девочек. — Ты сегодня совсем рано. — Это наше новое приветствие? — устало посмотрела на неё Казуха. — О чем ты? — Последний месяц вместо привета я слышу «ты в порядке?». — Прости, — Сакура улыбнулась и обняла подругу в знак приветствия. — Я в порядке, — улыбнулась в ответ Казуха. — Но я буду рада, если мы больше не будем поднимать эту тему. — Я же ничего еще не сказала, — удивилась Сакура. — Твои губы молчали, а твои глаза говорили, Ккура, — вздохнула Казуха. — Зуха, ты сегодня рано, — послышался радостный голос Ынче. — Ты же всегда последняя приходишь. — Ну, ты уже как пару недель назад вернулась домой и мне не нужно ждать пока ты соберёшься, — сказала Казуха. — Ещё раз спасибо, — Ынче крепко обняла подругу. — К слову, я не планировала так рано приходить, — коротко сказала Казуха, но не стала вдаваться в подробности. — Здравствуйте, — к ним присоединилась и Чэвон. Она в шутку вежливо поклонилась. — Здравствуйте, — ответили ей подруги таким же поклоном. — Мне тут птичка нашептала, — начала Ынче, пока Чэвон доставала из шкафчика учебники. — Что у нашей госпожи Ким есть особенный поклонник. — Пол школы мои поклонники, Ынче. И каждый считает себя особенным. Ничем не удивила. — Но все ли поклонники симпатичны тебе? — Ынче игриво улыбнулась. — Ни один, — Чэвон сощурила глаза, пытаясь понять чего добивается подруга. — О, Феликс идёт, — Ынче посмотрела за спину Чэвон и та резко обернулась, но никого не было. — Значит, ни один, — закивала Казуха. — Ну раз ты так говоришь, — пожала плечами Сакура, разворачиваясь в сторону класса. — Блин, все не так, — Чэвон пыталась как-то остановить поток мыслей подруг, но безрезультатно. — Да не так все. Просто у меня шея затекла и мне надо было повернуться. — Мы так и поняли, — Ынче положила руки на плечи Чэвон, делая массаж. — Так и поняли… За этот месяц судьба будто снова и снова сводила Чэвон с Феликсом. На уроках их часто ставили в пару, временами они случайно встречались где-то на улице и вместе шли в школу. Чэвон странно было признавать, что она действительно ждала этих встреч. Иногда она даже расстраивалась, когда Феликса не было в школе. Подругам она рассказывала об ужине с отцами и после этого девочки стали замечать странное поведение Чэвон по отношению к Феликсу. И пусть Чэвон не говорила ни о том, что он проводил ее домой, ни о том, как быстро ее сердце билось, подруги не были глупы и сами обо всем догадывались. — Учительница Пак вернулась, — сообщила Чэвон, когда пришла из учительской. — Кружок будет во вторник. — Ну наконец-то, — обрадовалась Казуха. — Я, честно говоря, устала бездельничать. — Бездельничать? — удивилась Сакура. — Твои уроки балета, которые занимают у тебя больше времени, чем школа, ты называешь бездельем? — Ну… — Казуха усмехнулась. — В последнее время я не так загружена, вы знаете. — Вау, — покачала головой Сакура. — В общем… — начала Чэвон, но ее перебили. — Простите, — к ним подошла Юджин. — Юджин? Я тебя не звала, — посмотрела на неё Чэвон, разозленная тем, что ее перебили. — Директор хочет видеть Казуху, — пояснила Юджин. — Попросил меня позвать. — Что ему от меня надо? — Казуха недовольно встала с места. — Он у себя? — Да, — кивнула Юджин, а затем ушла, еще раз извинившись за то, что посмела подойти к ним. — Мне, кажется, она меня убьёт, — прошептала Чэвон, когда Казуха скрылась. — Что это значит? — посмотрела на неё Ынче. — Я могу представить… — сказала Сакура, увидев, что Юнджин тоже вышла из класса после разговора с Юджин. — О нет, — Чэвон запустила руки в волосы. Казуха пыталась найти причину пока шла в кабинет. Не то чтобы она успела что-то сделать за этот месяц, чтобы ее вызывали. Соревнований и олимпиад никаких нет, а значит и не в этом причина. А если бы он хотел что-то от родителей, то связался бы с ними напрямую. — Вызывали? — спросила Казуха, постучав в кабинет. — Заходи, заходи, — директор позвал её ближе. — Ты одна? — А кто ещё… — не успела закончить вопрос девушка, как в кабинет вошла её одноклассница. — Вы хотели меня видеть? — спросила Юнджин, а потом перевела взгляд на Казуху. — Я лучше потом зайду. — Нет, нет. Я вас обеих вызывал по одному делу. Казуха закатила глаза, в то время как Юнджин подошла ближе к столу директора. — Я хочу, чтобы вы отвечали за организацию осеннего бала. — Этим Чэвон занимается, — сказала Казуха, будто осуждая директора за его незнание. — Видимо, она ещё не сообщила тебе, что её не будет две недели в школе. — Я это и без вас знаю. — Уезжает она в понедельник. Поэтому на её место я решил поставить тебя. По её инициативе, к слову. — А я тут причём? — поинтересовалась Юнджин. — Так как Казуха у нас не очень опытная в этих делах и не сможет организовать все в одиночку, как Чэвон, я решил, что ты будешь отличным помощником. Помнится раньше ты хорошо это делала. — А моё мнение спросить вы не хотели? — Казуха скрестила руки на груди. — Считай, это как наказание за твои перепалки с учителями. Какой бы не была ситуация, ты только ученица, а они… — Бла-бла-бла — прожестикулировала Казуха. — Вы бы хотя бы новые слова придумали, а то всегда одно и то же. Свободна? — Иди, — вздохнул директор. — Юнджин, задержись на минутку. Казуха захлопнула дверь и быстрым шагом направилась в класс. Те, кто видел её, чувствовал, что что-то вот-вот случится, пускай и на лице девушки не было никаких изменений. Дверь класса распахнулась и разъяренная, как показалась Чэвон, Казуха направилась к парте. — Прощайте, девочки, — прошептала Чэвон. — Я буду приходить к тебе на могилу, Чэвон, — Ынче похлопала её по плечу. — Ты была хорошим другом, — присоединилась Сакура. Казуха села на свое место, ничего не сказав. Подруги переглянулись. Они общались глазами, споря кто должен завести разговор. Но никто так и не решался этого сделать. Казуха промолчала где-то минуту, а потом посмотрела на Чэвон. — Почему ты не сказала, что уезжаешь уже на следующей неделе? — спросила Казуха. — Я собиралась рассказать, что уезжаю, но Юджин подошла… — А меня зачем на это подписала? — Ты давно жаловалась, что тебе нечем заниматься, — сглотнула Чэвон, надеясь, что не разозлит подругу еще больше. — Да и ты сама говорила, что поможешь мне в этом деле. — Ладно, — Казуха тяжело выдохнула. — Но я правда не знала, что тебя с Юнджин поставят работать. — Я верю, верю, — Казуха быстро оттаяла. — Почему ты так рано уезжаешь? Ты же должна была через месяц. — У папы перенесли встречу на ту дату, поэтому нашу поездку он решил сделать раньше. — Завидую, тебе, Чэвон, — Ынче положила свою руку на руку подруги. — Хочешь с нами? — сразу предложила Чэвон, сжимая руку Ынче. — Нет, я не поэтому говорю. Просто я рада за тебя. За всех вас. Как бы сильно вы не ругались с родителями, с моими им не сравниться, — Ынче опустила голову и надула щеки, чтобы не заплакать. — Пик, — Сакура ткнула пальцем в щеку Ынче. — Не грусти. Зато у тебя есть мы. А у нас есть ты. — Ынче, не смей плакать, — Казуха выставила указательный палец. — Мы сейчас в школе, я не могу расплакаться здесь. — Ладно, — Ынче вытерла скатившуюся слезу. — Кто хочет прогулять урок? — Чэвон посмотрела на подруг. Те сразу обрадовались и одновременно подняли руки. — Блин, училка уже зашла. — Не парьтесь. Как будто первый раз уходим, — посмеялась Казуха, собирая вещи в рюкзак. Подруги последовали её примеру. — Девочки, ничего что урок начинается? — посмотрела на них учительница, а вместе с ней и остальные ученики. — Ничего, — пожала плечами Казуха. — Проведёте его без нас. Пусть в основном в их группе высказывалась Сакура, в спорах с учителями всегда говорила Казуха. Ей никто ничего не посмеет сделать, в отличии от подруг. Поэтому и в этот раз Казуха отвечала за всех. — Это уже совсем нагло, ты так не считаешь? — учительница скрестила руки на груди и подошла вплотную к Казухе. Она думала, что это сможет напугать или как-то приструнить Казуху, но это не дало никакого эффекта. — Возможно. Но мне как-то все равно, — Казуха закинула рюкзак на плечо и обратилась к девочкам. — Вы готовы? — Ты переходишь все границы, Накамура, — учительница дернула девушку за рюкзак, чтобы та обернулась на нее. — С дороги, — посмотрела на нее Казуха. — Все сели на места! Никто никуда не пойдет! — учительница сорвалась на крик. — Боже, ты свалишь уже или нет? — Казуха закатила глаза. — Я позвоню твоим родителям! Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне, да еще и на «ты»? Я тебе подружка какая-то? — Боже упаси иметь таких подруг, — Казуху передернуло, а остальных в классе разразил смех. — Ты сама напросилась. Я звоню, — учительница даже достала телефон из кармана, но Казуха взяла учительницу за подбородок и подняла ее голову на себя. — Звони. Возможно это будет твой последний звонок в качестве учителя. Хотя, нет. 100% твой последний звонок, — усмехнулась девушка и сама отодвинула учительницу с дороги. — К слову, мои родители все равно будут на моей стороне. Пока! — она показала средний палец и ушла. — До свидания, — Сакура поклонилась учительнице, сдерживая смех. — Иди давай, — торопила её смеющаяся в голос Ынче. Чэвон только помахала перед выходом одноклассникам и послала воздушный поцелуй разгневанной учительнице. Остальные не были удивлены такому поведению, но были восхищены насколько бесстрашны их одноклассницы. Да и учительницу английского мало, кто любит. Она слишком старой закалки и поэтому не понимает и не принимает ничего нового. Она единственная во всей школе, кто ни разу не провел урок на компьютерах. Она запрещает пользоваться любой техникой на уроке и ей плевать, если у учеников есть разрешение на их использование в критических ситуациях. И уроки она ведет по старинке. Единственное, что она делает, как другие учителя — распечатывает рабочие листы на принтере. На этом ее продвинутость заканчивается. Да и уроки у нее слишком скучные. И не всегда это связано с отсутствием современности. Учительница будто не умеет этого делать. Юнджин сидела почти с открытым ртом. Она слышала, что Казуха и на такое способна. Она даже была свидетелем её ссор с учителями, но такого она не ожидала. То как Казуха себя вела, как говорила… У Юнджин волосы дыбом встали. Это был совсем другой человек. Это точно не была Казуха, которую помнила Юнджин. Просто кто-то с таким же лицом. В этом Юнджин убедилась не первый раз за этот месяц. Не прошло и пяти минут как дверь класса открылась и на пороге появилась Казуха. Все тут же перевели на нее свой взгляд. На лицах многих скользнула улыбка. Они уже были в предвкушении. Что-то точно должно случиться. — Вернулась на урок? — усмехнулась учительница. — Ну я тебя не пускаю и ставлю прогул. — Я похожа на дуру, чтобы возвращаться сюда ради этого? — Казуха покачала головой и быстро подошла к своей парте. — Позвонила родителям? — Казуха обратилась к Банчану, который сидел недалеко. Тот отрицательно покачал головой. — Ну я так и думала. — Как ты меня достала уже! — крикнула учительница и быстро пошла к задней парте, где Казуха что-то активно искала. Несколько одноклассников достали телефоны и начали снимать, ожидая большой сцены. Казуха проигнорировала слова учительницы и достала из-под парты забытую пачку сигарет. Девушка развернулась, но тут раздалась пощёчина. Казуха сжала челюсть и пачку в кулаке, а затем подняла свой взгляд на учительницу, которая только что её ударила. — Я больше не буду терпеть этого! — Снова крикнула учительница. Раздалась новая пощечина. На этот раз ударила Казуха. От Казухи ожидали всего, но явно не этого. Некоторые даже на полном серьезе стали считать девушку своим кумиром. А некоторые стали переживать за нее. Навряд ли учительница оставит все так. — Ты понимаешь, что сейчас сделала? — спросила Казуха. Учительница, как многие ученики думали, что Казуха заплачет от настолько сильного удара, ну или хотя бы как-то изменит свой обычный равнодушный взгляд, но не тут-то было. На ее лице не были ни слезинки. — Что ж, видимо ничего на тебя уже не подействует. Так. Но и я не сдамся так просто. Если ты такая вся из себя со связями, то подружки у тебя не такие. Взять Ынче. Вылетит отсюда по одному моему слову, — проговорила учительница, приложив руку к горевшей щеке. Удар у Казухи достаточно сильный. — Это ты вылетишь отсюда, дура тупая, — сказала Казуха спокойным голосом. — Да ты что? И кто же меня отсюда выгонит? — Я, — на пороге стояла высокая женщина. Она была одета в кожаную куртку, джинсы и длинные сапоги, а в руках держала мотоциклетный шлем. Женщина положила шлем на парту у двери и быстрыми шагами приближалась к ним. Звук каблуков был достаточно пугающим, как и взгляд незваной гостьи. — Госпожа Накамура? — прошептала учительница, смотря на подходившую все ближе женщину. Успела ли она увидеть, что сейчас случилось или все-таки ей повезло и госпожа Сана ничего не видела? Мать Казухи посмотрела на щеку дочери, а потом развернулась и ударила по щеке учительницу. От сильного удара та чуть ли не потеряла равновесие, но вовремя схватилась за парту, что не позволило ей упасть. — Кто ты такая, чтобы поднимать на неё руку? — сквозь зубы проговорила женщина. Сейчас они с Казухой были похожи как две капли воды. Холодный тон, гнев в глазах, осанка. О внешности и говорить не надо. — Она хотела сбежать с урока и я… — Твоё дело учить предмету. Раз она хотела сбежать, то пускай сбежит. Тебе какая разница? Ты от этого страдаешь? Она и так отличница. Дочь, иди, — она кивнула в сторону двери. Казуха победно улыбнулась, а потом что-то прошептала матери. Та достала зажигалку из кармана и протянула дочери. Многие в который раз позавидовали Казухе. Ее мать в прямом смысле позволяет ей курить и творить все, что та пожелает, в то время как их родители запрещают им абсолютно все, что не связано с учебой. — С учительницей попрощайся перед тем как уйти. Ты же все-таки воспитанная. — Kiss my ass, goodbye! — Казуха почти пропела. Учительница покраснела как рак, смотря как мать девушки одобряюще кивала головой, а остальные ученики сдерживали смех. Казуха удалилась из класса. А учительница наконец смогла продолжить. — Но она и других учеников на это подначивает. Три её подруги тоже ушли с урока. — Пускай уходят. Дети, — Сана обратилась к классу. — Вы тоже идите. Все свободны. Сегодня английского у вас не будет. Все сначала сомневались, но после убедительного кивка женщины, они собрали вещи и поспешили выйти. Юнджин вежливо поклонилась ей и хотела тоже выйти, но женщина остановила её жестом. — Ты уволена. Встретимся с тобой и еще с несколькими людьми позже. Обсудим как ты посмела ударить мою дочь, — сказала Сана. — Но она меня тоже ударила… — учительница почти плакала. — Да. После того, как это сделала ты. Молодец она у меня. Иди отсюда, — проговорила она учительнице и когда та покинула класс, обратила внимание на испуганную Юнджин. Лицо Саны тут же расплылось в нежной и доброй улыбке. — Не бойся. Я в отличии от Зухи очень рада тебя видеть, — она крепко обняла Юнджин. Юнджин была готова разрыдаться. Она думала, что вся семья Накамур будет настроена против неё. Но от Саны исходило такое же тепло и такая же любовь, как было до отъезда. — Не хочешь выпить со мной кофе? — посмотрела на неё женщина. Юнджин несколько раз кивнула. — Тогда пойдём. — Тётя Сана, прости, — спустя какое-то время сказала Юнджин, когда они направлялись в кофейню недалеко от школы. — Ты передумала пить со мной кофе? — женщина заметно расстроилась. — Нет. Прости за то, что поступила так с Зухой. — С этим вы уж сами разберётесь. Я от этого не пострадала. Хотя обидно было какое-то время, признаюсь. Но зная тебя, Юнджин, я уверена что на это были свои причины. А сейчас я рада что ты вернулась, — Сана положила руку на плечо девушки.

***

— Капец, — сказала Ынче, услышав историю с учительницей английского. — Хорошо хоть мама откуда-то взялась. Хотя я и без неё бы справилась. — Ты в порядке? — посмотрела на неё Чэвон. Щека подруги до сих пор была красной. — Я же просила… — вздохнула Казуха, зажигая сигарету. — В порядке я. — Сори, — Чэвон села рядом, затягиваясь своей сигаретой. — Будешь? — Казуха протянула пачку сигарет Сакуре. — Нет, решила же бросить. Уже две недели не курю, — ответила Сакура, гордясь собой. — Молодец. А я в последний месяц совсем раскурилась. — А мне не предлагаете? — Ынче скрестила руки. — Ты, вообще-то, спортсменка у нас. Не порть здоровье этой дрянью, — посмотрела на неё Чэвон. — Да и ты всегда отказываешься. В этот раз согласишься что ли? — Нет, но ради приличия можно было бы спросить… — Вот. Ради приличия я принесла тебе Чупа-чупс, — Казуха достала из рюкзака леденец на палочке. — И бросившей Сакуре тоже. — Спасибо, — Ынче почти запрыгала от радости. — Спасибо, — улыбнулась Сакура. — В последние дни я хочу набить ещё татуировку, — поделилась Казуха спустя время. — Вот почему ты запрещаешь спрашивать в порядке ли ты, а потом сообщаешь такие новости? Ты о тату не говоришь, пока у тебя что-нибудь не случится, — возмутилась Сакура. — Просто все оказалось сложнее, чем я представляла. Я думала я спокойно буду закрывать глаза на Юнджин, но не могу. Так и хочется скандал устроить и разнести её в щепки. — Ну так что тебе мешает? — спросила Ынче. — Я не хочу, чтобы над ней издевались потом. — Ты до сих пор любишь её, Казуха, — сделала заключение Чэвон. — Ты просто выставила эту стену и не хочешь ничего с ней делать. Ты не хочешь разбираться с ней, но и не обращать внимания ты не можешь. Твои чувства к ней так и не прошли. Просто признай это. Признайся самой себе. — Она меня бросила, если ты забыла. — Я её оправдываю что ли? Просто говорю, что ты любишь её. Это вполне логично. Вы были вместе 15 лет. — Я ненавижу её, Чэвон. Она ушла, ничего не сказав. Мы были как сестры, это да. Без обид, но наша с вами дружба ещё не доросла до того уровня, на котором она была у нас с Юнджин. А она поступила со мной так, будто я никто. Будто ничего никогда у нас не было. Не было ни дружбы, ни приятных моментов в жизни, ни поддержки. — Я не сомневаюсь в твоих словах, Казуха. И я в какой-то степени могу тебя понять. Когда моя мама ушла от нас, я чувствовала то же. До сих пор чувствую. — И что бы ты почувствовала, если бы она вдруг вернулась и пыталась наладить с тобой связь? После всего, что случилось. После всего, что ты пережила. Что бы ты чувствовала? — То же самое, что и ты, Зуха, — вздохнула Чэвон. — Вот именно, — сказала Казуха, закуривая вторую сигарету. — Но я бы все равно с ней поговорила. Хотя бы высказала все, что так тревожит мое сердце. А потом закрыла бы эту страницу навсегда, — добавила про себя девушка. Она не стала говорить это вслух, чтобы еще больше не расстраивать Казуху. На некоторое время между девушками повисло молчание. Каждый думал о чем-то своём и мысленно поддерживал остальных. Ведь их жизни слишком сложные для них. И если бы они не подружились, то наверняка кто-то из них был бы уже мертв. — Казуха Накамура, — окликнул чей-то голос. — Мама, — Казуха весело помахала рукой, затушив сигарету ногой. Подруги встали и поклонились. — Ты в порядке? — спросила заботливо женщина, кладя руку на щеку дочери. — В полном. Хотя, я хотела сама с той дурой разобраться, — Казуха обняла мать, но через пару секунд отстранилась, отойдя на несколько шагов. — Что случилось? — посмотрела на неё Сана. — Ты обнимала Юнджин. — Я соскучилась по ней, — пожала плечами женщина. — Она мне тоже как дочь. — Ясно, — недовольно проговорила Казуха, закидывая рюкзак на плечо. — Я сегодня не вернусь домой. — Постой, — Сана попыталась остановить дочь, но не смогла, та быстрыми шагами уходила все дальше. Казуха встретилась глазами с Юнджин, которая стояла недалеко и ждала Сану. Она быстро отвела свой взгляд от Казухи, на случай, если та решит ей что-то сделать. Но Казуха только прошла мимо, будто не видела ее. — Она у меня останется, если вы не против, — обратилась к ней Чэвон. — Конечно, — улыбнулась ей женщина. — Идите, а то и на вас обидится.

***

— Юнджин, прости. Я с утра перегнула палку, — Джихё встретила дочь с объятиями. — Ты тоже прости, мам. Я не хотела так говорить. Просто башка скоро взорвётся, — она крепко обняла её в ответ. — Твой отец раскрыл мне глаза, Юнджин. Я почему-то была уверена, что Зуха будет рада тебе. Но учитывая настроение, с которым ты приходишь домой после школы все это время, и то, что ты ни разу про неё ничего не сказала, а она до сих пор у нас не появилась, значит, что все плохо. Да? — Ну я сама виновата, конечно. Но её холод ранит, мам. Я не была готова к этому, — Юнджин разрыдалась в объятиях матери. — Все хорошо, малышка. Я знаю, что у вас все наладится в конце концов. Просто дай ей время. Рано или поздно она даст тебе рассказать все, а потом будет жалеть, что так с тобой поступала. Поверь мне. — Тётя Сана то же самое мне сегодня сказала. — Вы виделись? — Да. Она приходила в школу. Обещала зайти на днях. — Отлично, — женщина заметно обрадовалась. — Я устала с ней по телефону говорить, не видя лица. Уже забыла как подруга выглядит. — Мам, ты в курсе, что существуют видеозвонки? — Они не удобные для таких, как я. — Ну да, ты же в прошлом веке родилась. Тебе такое не освоить, — Юнджин покачала головой, сдерживая смех.

***

На уроки девушки не вернулись, хотя планировали прогулять только английский. Пройдясь по магазинам, им стало настолько лень возвращаться, что они отказались от этой идеи. Сегодня пятница и им нужно беречь свои силы, поэтому они отправились домой к Чэвон. Они быстро перекусили и занялись своими делами. Чэвон бóльшую часть времени жила одна, так как отец часто был в командировках. Девочки часто оставались у Чэвон, поэтому каждая считала её дом своим. Ынче улеглась на кровать и заснула. Сакура легла рядом, погружаясь в мир видеоигр. Чэвон и Казуха переоделись в более свободную одежду и включили дораму, которую они пересматривали уже в который раз. Казуха положила голову на плечо Чэвон и обняла её руку. Через несколько минут Чэвон почувствовала несколько слезинок, упавших ей на руку и услышала тихие всхлипы Казухи. — Почему ты плачешь? — спросила Чэвон, кладя свою голову на голову подруги. — Он держит свечку над головой, чтобы она его видела, — прошептала Казуха. Чэвон и забыла, что Казуха вечно плачет на этом моменте, сколько бы раз она его уже не видела. Хотя навряд ли это единственная причина. Так прошло несколько часов и девочки приступили к подготовке. Чэвон любезно предоставила девочкам свою одежду, хотя многая одежда была итак их. Одевшись и накрасившись, девушки собрались идти. Так как сегодня пятница, вместо машины Чэвон, они использовали такси. Пятница — любимый день недели. В школу больше не надо, впереди выходные, так что можно расслабиться на славу. По традиции эту пятницу девушки снова проведут в клубе с несколькими своими друзьями. — Вы школьницы? Уходите отсюда, — говорил охранник впереди стоящим девушкам. — Но их вы пропустили, — сказала одна из них, указывая в сторону Казухи и подруг, которые только что прошли охранников. — Идите отсюда уже! — крикнул охранник и им ничего не оставалось как выполнить этот приказ. Казуха была ВИП клиентом этого клуба. Никто не знает как и когда у неё получилось это сделать, но теперь она и подруги имеют все преимущества и возможности. И все закрывают глаза на то, что им совсем недавно исполнилось 18, да и в клуб не пускают школьников сколько бы лет им не было. Радостные подруги прошли внутрь. Музыка ударила в уши. Тела прям просились двигаться в такт, но девушки пока сдерживались. Ещё слишком рано для этого. — Леди, сколько лет, сколько зим? — в их ВИП комнате на втором этаже уже сидел их друг. Он успел организовать нужные напитки и еду. — Бомгю. Целая неделя прошла. Поверить не могу как ты подкачался, — пошутила Казуха, зная что парень немного комплексует из-за своего телосложение, которое не позволяет выглядеть ему больше, чем он есть на деле. Хотя тот большую часть времени проводит в спортзале. — А ты, я смотрю, как обычно, прекрасно выглядишь, — из уст Бомгю это звучало будто оскорбление, что не понравилось Казухе. — О, коктейли уже готовы?! — воскликнула радостно Сакура, тем самым меняя тему разговора. Она прекрасно знала, что сейчас Бомгю и Казуха начнут спорить и это может перерасти в настоящую ссору. Они, конечно, помирятся, но настроение у всех будет испорчено. — Заказал как обычно. Ещё должны еду принести, — сказал парень, садясь на диван. — Банчан придёт? — Должен, — пожала плечами Казуха. — Всегда же приходит. — У него тренировка была до девяти вечера. Так что, я думаю, он домой заскочил, — сказала Ынче, посмотрев на часы. Сейчас было почти 23 вечера. — Ты не говорила, что у тебя мама такая крашиха, — сказал Бомгю, показывая видео, которое ему скинул Банчан. — А ты думал я сама по себе такая? — усмехнулась Казуха. — С неё пример беру. — Как в универе дела? — спросила Чэвон спустя время. Бомгю был старше их на год. — Не знаю. Пока ещё ничего такого не было. Месяц только прошел. Но одно для меня сложно, — сказал парень, опустошив рюмку с алкоголем, — высиживать целую пару. Это вам не просто урок. — Ну зная тебя, это точно не просто, — закивала Чэвон, соглашаясь с парнем. — А у вас че нового? Слышал кое-кто вернулся. Почему-то только спустя месяц до меня дошли новости и не от вас, — он составил такую гримасу, будто был готов разрыдаться из-за обиды, а потом посмотрел на Казуху, сидевшую рядом. — Ты… — Если ты спросишь в порядке ли я, я тебя прибью, — перебила его Казуха, залпом выпив рюмку крепкого алкоголя, который Бомгю заказал для себя. — Понял, — он кивнул, а потом посмотрел на остальных подруг, которые с грустью смотрели на Казуху. — Здрасьте, — в комнату вошел Банчан. — Ты че так долго? — возмутилась Ынче. — Мы без тебя не могли пойти танцевать, а мне это прям необходимо. — Да встретил кое-кого по пути. Это для меня? — он потянулся за стаканом, но Казуха его опередила. — Для меня, — сказала она и сделала несколько глотков. Банчан перевёл взгляд на подруг, задавая немой вопрос. Те лишь покачали головой, мол не стоит ее сейчас трогать. Банчан быстро сообразил, что причиной, скорее всего, является Юнджин. В крайнем случае, ситуация с учительницей английского, хотя расстраиваться из-за этого не в стиле Казухи. Она наверняка уже забыла об этом. — О, моя песня началась. Я побежала, — Ынче вскочила с места и побежала на танцпол. — Подожди меня, — Сакура побежала за ней, почти опрокидывая поднос с фруктами. — Я тоже пойду, — сказал Банчан, допивая свой стакан. — Зуха, ты пойдёшь? — спросила Чэвон. — Пойду. Только сначала… — она опустошила бокал с маргаритой и поднялась с места. — Вы? Бомгю и Чэвон кивнули, вставая со своих мест, и втроём они спустились танцевать. В середине уже танцевали их друзья. Ынче очень любила танцы, и в принципе, была активной, поэтому неудивительно, что вокруг неё собралась толпа. Она танцевала очень даже хорошо, так что многие стеснялись своих не умелых движений. Банчан и Сакура танцевали немного в стороне. Они часто так делали, потому что так им было комфортно. Бомгю присоединился к ним, а Чэвон и Казуха подошли к Ынче. Громкая музыка и активные танцы позволяли выплеснуть всю энергию, что накопилась и освободиться от мыслей. — Кто-то хочет покурить? — спустя 40 минут непрерывных танцев спросила Казуха. — Ты опять куришь? — спросил Бомгю. — Не опять, а снова. Я вообще-то не бросала, если ты забыл. Это делала Сакура, — ответила Казуха. — Ну так? — Пошли, я с тобой побуду, — сказал Бомгю, а остальные отказались. Они вышли через задний выход. Они могли курить и у себя в комнате, но на улице это было делать приятнее. Сейчас было достаточно прохладно, поэтому Бомгю накинул свою кожаную куртку на плечи подруги, которая была в коротком топе на лямках. — Будешь? — спросила девушка, протягивая пачку сигарет. — Буду, — спустя пару секунд раздумий ответил Бомгю. Казуха протянула ему зажигалку, а затем закурила сама. Они молча сидели на ступеньках плечом к плечу. У Казухи было очень много мыслей, а Бомгю очень хотел бы задать множество вопросов, но боялся, что это ещё сильнее расстроит подругу. Да и ссориться с ней он не хотел. — Я не в порядке, Бомгю, — Казуха первой нарушила тишину. — Совсем не в порядке. Бомгю приобнял её и она положила голову на его плечо. — Расскажешь? — Я не могу видеть её, Бомгю. Это слишком тяжело для меня. Еще и одноклассники вечно крутятся вокруг неё. — Завидуешь что ли? — Делать мне больше нечего. Просто она продолжала общаться с ними, когда меня игнорировала. Теперь она вернулась и для неё ничего не изменилось, за исключением того, что я с ней не общаюсь. А я… Ты сам знаешь насчёт меня. — Да уж… — вздохнул Бомгю, покрепче обнимая Казуху. — Я помню времена, когда ты была другой. Но признаться честно, такая бунтарка мне нравится больше, чем тот ангел, которым ты была. — Правда? Ты, наверное, единственный кто так считает. — Потому что остальные дураки. Казуха слегка улыбнулась и они продолжили сидеть в тишине. Докурив свою сигарету, Казуха подняла голову на Бомгю и встретилась с его глазами. Они просидели так около 10 секунд, которые для Бомгю тянулись словно часы. Их лица были в 20 сантиметрах друг от друга. Со стороны могло показаться, что они вот-вот поцелуются. — Так, значит я тебе нравлюсь? — наконец сказала Казуха. — Что?! — Бомгю вскочил с места и отошёл на несколько шагов. — Ты сказал, что такая я тебе нравлюсь больше, — с ухмылкой ответила девушка. — Я имел в виду… Ну… Ты не… — парень не мог подобрать слов от растерянности. — Отдай, — он забрал свою куртку, разозлившись. — Ладно, успокойся. Я же шучу, — Казуха искренне рассмеялась. — Пошли обратно. Друзья были уже наверху. Казуха предложила Бомгю потанцевать еще немного и тот с радостью согласился. Они танцевали еще несколько песен, а затем голодные и с мучавшей их жаждой вернулись в комнату. — Уже? — Казуха посмотрела на спящую Сакуру. — Она же совсем немного выпила. — Танцы вымотали её, — сказала Чэвон, наливая какой-то напиток из бутылки Казухе. — А где Ынче и Банчан? — спросил Бомгю. — Пошли за напитками, а то осталось только пиво, — ответила Чэвон. — А вы как? — В этот раз спокойно, — улыбнулась Казуха. — Я так и не понял что случилось в прошлую пятницу, — начал Бомгю. — Я был слишком пьян, чтобы сообразить что происходит. В один момент все нормально, а потом вы деретесь с кем-то. Потом Банчан появляется и начинает бить каких-то парней… — Да к Ынче стали приставать какие-то парни. Ну мы встали на её защиту, конечно же. Их девушки решили, что мы пристаём к их парням и в прямом смысле напали на нас. Ну а потом эти парни начали что-то там высказывать и Банчану это не понравилось, — сказала Чэвон. Они не так часто влезают в подобные разборки и пытаются уладить все мирно, но прошлая неделя была исключением. В крови было слишком много алкоголя для мирного разговора, да и противоположная сторона не стремилась к этому. Время было уже почти пять утра и друзья засобирались по домам. Сакура до сих пор спала на коленях у Чэвон. Банчан тоже успел вздремнуть, но недолго и сейчас поглощал очередной коктейль. Чэвон и Ынче обсуждали каких-то девушек, которых видели в клубе. Бомгю и Казуха вызывали такси. Такси приехало и, еле-еле разбудив Сакуру, девушки отправились домой. Парни дождались своего такси и тоже уехали по домам. Быстро переодевшись в домашнюю одежду, девушки разошлись по кроватям. Дом у Чэвон был достаточно большим, поэтому там была гостевая спальня. В ней расположились Сакура и Казуха. Они обе были не в состоянии подняться на второй этаж, поэтому улеглись там. А Ынче и Чэвон спали в комнате Чэвон на втором этаже. Первой проснулась Сакура. У неё ужасно болела голова. Она совсем не умеет пить. Хватает пары рюмок или коктейлей, чтобы она отрубилась, в то время как для остальных эта доза будет только разогревом. И обычно она старается не пить сразу, а растягивать все до конца, чтобы тоже веселиться с друзьями, но в этот раз она не рассчитала свои силы. Сакура укрыла упавшим одеялом Казуху и спустилась на кухню. Выпив стакан ледяной воды, Сакура начала готовить обед. На часах было уже три часа дня. — Доброе утро, — через час проснулась и Казуха. Она быстро умылась, чтобы хоть немного прийти в чувства и вышла к Сакуре. — Доброе, — ответила Сакура, не отвлекаясь от готовки. — Как себя чувствуешь? — Уверена, что хуже тебя. Голова разрывается на части. И такое чувство, что меня вырвет. — Ничего нового, — Сакура протянула таблетку и стакан с водой. — Выпей. — Спасибо, — сказала Казуха, выпив спасительную таблетку. — Тебе чем-то помочь? — Разбуди девочек. Обед уже почти готов.

***

Сейчас все смотрели телевизор. Расходиться они пока не хотели, да и были не в состоянии. Если родители увидят их, то им точно несдобровать. Да и Бомгю с Банчаном обещали прийти к вечеру. В дверь кто-то постучался. — Это соседи новые, наверное. Они обещали заглянуть, мне папа говорил, — Чэвон встала с места, но тут же села. Голова все ещё кружилась. — Я открою, — вызвалась Казуха. — Как зовут соседей? — Не знаю. Я их ни разу не видела. Просто скажи, что папы нет и чтобы они потом приходили. Только по-доброму скажи. — Ладно, разберусь. — Может это парни пришли, — предположила Ынче, посмотрев на часы. — Да. Это более вероятно, — согласилась Чэвон. Казуха открыла дверь и замерла.