После грозы

На новый год природа подвела конкретно — небо заволокли низкие душные тучи, а из них сыпалось что-то колючее — среднее между снегом и дождём. Пасмурно и темно, не поймёшь — то ли день, то ли вечер. А сегодня Герка проснулся от щекочущего нос солнечного зайчика — первый январский лучик проник сквозь незадёрнутые шторы и запутался в нитках серебряного дождя на сосновой ветке. Похоже, облака разбежались, и подморозило. Герка повыше натянул сползшее одеяло на обуютившегося у него под боком Вальку. Тот спал так сладко, что жалко было потревожить и обидно уходить. Но вставать надо — пора заглянуть в гараж. Народ отдыхает, а доставка продуктов в сетевые должна работать бесперебойно. До будильника есть ещё несколько минут, и можно уткнуться носом в тёплую макушку и подышать любимым запахом. Вот ни разу при нём Валька не ел карамельки, откуда тогда этот конфетный запах? Герка приподнялся на локте и позволил себе полюбоваться милым сонным лицом. На щеке царапина — Кирюшка заигралась и бросила ледышкой, хотела в снежки, да какой там! Рядом на столе запиликал телефон. Валька тут же подскочил, не разлепляя глаз. — Тихо, тихо! Спи! Это мой, — Герка потянул его обратно к подушке. — Так на работу! — сонно пробормотал Валька. — Праздники же! Отсыпайся. — А ты куда? — Я на пару часов в гараж. Поваляйся пока, а на обед к Савке ждут. Я прям оттуда поеду, а ты мешок для пацанов забери, ладно? — Ага. Ты там это, осторожно, — на автомате пробормотал Валька и снова зарылся в одеяло. Герка чмокнул его в нос, потом ещё раз и сполз с дивана. Ужасно хотелось и в губы, но это могло кончиться так, что он бы точно опоздал, а работа, как известно, не ждёт! Он собрал со стула шмотки и вышел, прикрыв поплотнее дверь. Надо сначала сделать пару упражнений — рука хоть уже почти нормально функционировала, но по ночам слегка немела. Доктор велел по три раза в день разрабатывать, теперь можно даже с гантелями. В бывшей бабушкиной комнате они оборудовали один угол под мини-спортзал. Валька тоже иногда разминался, если было время. Он уже полгода работал на том самом предприятии, где проходил практику. Его пригласили как одного из лучших выпускников и даже дали отсрочку, но идею с дальнейшей учёбой он не забросил — поступил на очно-заочное. Так что теперь вкалывал и тут, и там. С Геркой же вообще смешно получилось. Он уже вышел на полставки на склад, но там было тоскливо. Тянуло повозиться с моторами, подвеской, послушать биение автомобильного сердца. И вот как-то шёл он от остановки и заметил, что у припаркованной на обочине газельки крутится в отчаянии молодой водила. — Чего, братиш, заглох? — Герка не смог пройти мимо. — Да, бля, задолбался уже! Как на нейтралку переключаюсь, глохнет, зараза! А у меня скоропорт. — Ну, дай глянем. Провода смотрел? — Вроде ребята проверяли. Зачищали даже. — Какие такие ребята? А сам? — Герка подтянул зубами рукав — вторая рука ещё была на перевязи после операции. — Так для этого ремонтники есть. Но к ним ездить заманаешься. — Аутсорс, что ли? — Ну да, чисто отсос, — не понял паренёк. — Бабло у шефа отсасывают, а сами косоруких понабрали. — Тут, понимаешь, по-хорошему высоковольтные бы заменить на толстые, с медным сердечником. Свечи поставить нормальные, и есть ещё момент. Ты вот тот шланг подёргай, мне не долезть. Ага, чуешь — болтается. Это вечная беда у газелек — шланг от вакуумника до впускного коллектора при движении часто выпадает. Там резинка неплотная. Надо лентой промотать и на герметик посадить. Тогда и глохнуть не будет. Изолента есть хотя бы? Ща мы времяночку соорудим. — Да ты круто шаришь! — изумился парнишка и полез в кабину. В это время у него зазвонил телефон. — Не ори, Тимоха, я снова заглох! Вот тут умный человек подсказал, чего сделать надо. Авось поможет, и поеду. Да помню я, чего в кузове! Они в три руки укрепили шланг, и на прощание водила попросил: — Слышь, ты дай свой номерок. Если не скумекаю, как сделать, наберу тебе? — Лады. Пиши. Вечером того же дня Герке позвонил владелец компании-грузоперевозчика, оказавшийся дядей того самого паренька, и предложил встретиться переговорить. В результате беседы Герка получил должность начальника ремонтной службы и поручение набрать двух-трёх толковых ребят, так как дальше сливать деньги на починку автопарка в сторонних мастерских тот уже умотался. — Да они только и знают, что запчасти менять, а это ж какие деньги! — Разводят они тебя, Тимофей Ильич, — уверенно констатировал Герка, слопавший не одну собаку на ремонте грузовых. — Наши машинки требуют смекалки и умелых рук, а так вполне могут бегать. Надо только знать, где чего подшаманить. Поначалу он больше руководил тремя мастерами, которых тщательно проэкзаменовал по всем позициям, а как сняли повязку, стал сам понемногу лазить и под капот, и под брюхо. А пока вынужденно рук не марал, сидел в кабинете у Тимофея и поневоле приобщился к основам логистики. — Может, мне тоже учиться пойти? — спросил он как-то за ужином у Вальки. — Если с умом подойти, то мы с Тимохой можем серьёзно укрупниться и расшириться. Склады арендовать, техническую базу усовершенствовать, парк разнообразить. — Отличная мысль! — с энтузиазмом отозвался Валька. — Только учти, если в колледж пойдёшь, это ж снова за партой сидеть, а ты такое не сильно любишь вроде. — А я как ты — заочно. Будем с тобой оба — студенты! — Герка рассмеялся, представив себя с учебниками. — Во дожил, то не мог дождаться, когда это ярмо с себя скину, а тут добровольно лезу. — Зато это ж такие перспективы! Потом, может, и Савва к вам перейдёт. Их с Валькой житьё-бытьё складывалось неплохо. Несмотря на очевидную разницу в прошлом образе жизни, они удачно дополняли друг друга. Валька охотно прибирался, на большее времени не хватало — совмещать учёбу с работой оказалось не так уж просто. Зато Герка взял на себя закупку продуктов и готовку. А что до досуга, то из-за вечной загруженности они чаще всего коротали вечера за сериалами, да и то оба к середине эпизода начинали клевать носом. В выходные один день уходил на хозяйственные дела, а во второй, если не было домашки, могли сходить в гости к Савве, а то и вовсе проваляться до обеда в постели. И после, кстати, тоже. Вот там у них была и вовсе идиллия. Правда, до самого-самого они добрались далеко не сразу. Поначалу обходились подручными, так сказать, средствами, а ещё осваивали премудрости оральных ласк, хотя Герка по первости ужасно стеснялся. Зато Валька неожиданно проявил настойчивость и творческий подход. Он внимательно смотрел видосы и только что не конспектировал. А по прошествии времени с таким напором стал склонять Герку пойти до конца, что тому ничего не оставалось делать, как согласиться. Хотя он так осторожничал, боясь ненароком сделать больно, что первопроходцем пришлось стать Вальке. К обоюдному, надо сказать, удовольствию. Бабушкина двуспальная кровать из чешского гарнитура не выдержала их молодецкого задора и распалась на составные части, так что пришлось её ремонтировать. А соседка Алевтина Петровна как-то поймала Вальку на лестничной площадке и пристала с расспросами: — Ты вот скажи мне, Валентин, что это у вас в квартире происходит. Мужик какой-то всё трётся, вижу. Жилец, что ли? — Товарищ мой, из посёлка, — выпалил заготовленный текст Валька, розовея щеками. — А он никого не водит? Вроде как стонет кто-то по ночам. Может, он там заложников держит? Ты хоть смотришь, что у него в комнате? — Наверное, это ему кошмары снятся, — ещё больше покраснел Валька и потупил взор. — Ну, или от боли после ранения. — Гляди! А то я в полицию позвоню, пусть проверят. Я вот передачу смотрела, там мужчина один девушку в подвале несколько лет держал и насильничал. — Нет у него там никакой девушки! — вспылил Валька от таких идиотских обвинений. — Вот у Верочки такого беспорядка не водилось! Ты же вроде приличный мальчик, а пустил какого-то обормота. Валька с трудом сдержался, чтобы не послать вредную тётку по адресу, но с тех пор они перебрались в его комнату на раскладной диван, подальше от любопытных ушей. Родители на удивление положительно отнеслись к тому, что Герка теперь проживает с их сыном. Даже как-то успокоились, что Валька там не один. Правда, в подробности отношений их, разумеется, не посвящали. А когда наезжали в посёлок, то Герка тоже останавливался у них, больше же некуда идти. Вот и Новый год Валька с Геркой встречали в посёлке. Валька ночевал в мансарде, в своей новой комнате, старую-то давно занимала бабушка. Герке же обычно стелили в гостиной на диване. Они изо всех сил старались ничем не выдать себя, но тут на обратном пути в город Герка не утерпел: — Похоже, Мил Ванна нас раскусила, а Валёк? — С чего ты взял? Она мне ничего не говорила. — У неё глаза-лазеры. Меня так просканировала, что все мысли наверняка считала. Она у вас — мозг! — Да не, она всегда отца слушает. — Смешной ты! Слушать слушает, а всё равно всё по её выходит. Неуж не замечал? Батя-то твой, конечно, хороший мужик, но верховодит в доме Мил Ванна. — А с чего ты решил, что она догадалась? — Да вы когда с Кирюхой во дворе возились, я в кухне помочь остался, она сначала всё про мать расспрашивала и про Савку. А потом зашла сзади, руки мне на плечи положила и говорит: «Ты, Гера, уж не обижай его. И будьте осторожны. Во всех отношениях. Люди могут быть злыми!» А потом в макушку чмокнула. Думаешь, спроста? — Ничего себе! А мне ни слова не сказала. — А зачем? — А отец, думаешь, тоже догадался? — Куда там! — засмеялся Герка. — Он кроме своих «девочек» ничего и никого не замечает. Нам, кстати, в магаз не надо? — Слушай, у тебя рюкзак и сумка и у меня. Мы эту еду до февраля есть будем. А там отец ещё обещал картошки привезти. — Золотые они у тебя! А ты — яблочко от яблоньки, — свободной рукой Герка притянул Вальку к боку, но тот тут же цыкнул: — Тебе мама что сказала? Осторожным быть. Небось, Алевтина там из-за занавесок шпионит. — Это точно, старая чекистка! По возвращении они два дня провалялись дома. Идти никуда не хотелось, да и погодка благоволила к разгильдяйству — по подоконнику стучала капель, а за окном завывал ветер. Можно было залечь под одеяло и выползать только в кухню чтобы навалить в тарелки еды, распиханной родителями по сумкам. Ленивый просмотр давно отложенных фильмов так или иначе заканчивался тем, что Герка всё теснее прижимал Вальку к себе, всё настойчивей шарил руками по его телу, в итоге кино ставили на паузу, а потом и вовсе выключали. Не до него было — в будни далеко не всегда хватало сил на то, чтобы просто поговорить, не то что дать себе волюшку в постели. Но как ни приятно бездельничать, а на работу надо было наведаться, и Герка, глянув на заоконный градусник, убедился, что зима снова вспомнила про холода, и стянул с вешалки шапку. «Не забыть Вальке сказать, чтоб оделся теплее», — думал он, по дороге до автобуса. А ещё в планах было взять в кредит машину, благо теперь есть постоянный доход. И Вальку бы погнать на курсы, только когда ему, бедолаге. Валька слышал, как захлопнулась дверь, и дал себе ещё часок на поваляться. Потом хотел засесть за давно откладываемую домашку, да и курсовую неплохо бы начать. После надо собираться в гости к Савве, отвезти подарки его мальчишкам. Герка обмолвился в своей конторе, что племяши о Лего мечтают, так ему мужики притащили столько уже ненужного от своих подросших детей, что набрался целый мешок. Надо бы в коробку сложить и запаковать понаряднее, чтоб как подарок. А Герка не удержался и купил им ещё по «ватрушке» — с горки кататься. Так что Вальке теперь это добро надо дотащить до Саввы. Тот, к слову, в их с Геркой дела никогда нос не совал. Всегда звал в гости, регулярно звонил и никак не комментировал. Валька уже упаковал подарки, обулся и собирался надевать куртку, когда телефон пиликнул сообщением: «Одевайся теплее, там холодно и скользко. Встречу на остановке. Соскучился. ***» Этими нехитрыми звёздочками они всегда заканчивали переписку. Мало ли, кто увидит. Да и вообще, обоим до сих было так странно, что можно просто написать «люблю!»