Ещё раз

Это был большой шанс в ее карьере, оплата была большой, и она получит известность от работы с такой известной актрисой, не было сомнений, что когда, а не если, дорама выйдет и станет успешной, несколько компаний свяжутся с ней после этого, плюсов в согласии было несколько. Минусы? Упомянутая актриса — ее бывшая. Шухуа выглядит почти так же, как и тогда, когда она уходила, теперь, когда она смогла рассмотреть ее ближе и дольше: та же бледная кожа, те же круглые черные глаза, теперь более холодные, чем раньше, и длинные шелковистые черные волосы. Прежняя челка давно исчезла. Младшая Шухуа, которая постоянно ухмылялась, будучи самодовольной девчонкой, похоже, тоже давно исчезла, ее заменил тот, кто не улыбается и не говорит громко. Это было странно, по крайней мере, для Суджин. Юци, которая была с ней, казалось, уже привыкла к этим переменам, так что это не было вызвано скорбью по матери, а скорее всего, из-за того, что она находилась так далеко от дома. Суджин сказала себе, что не должна позволять своему любопытству брать верх над ней, ведь именно из-за этого любопытства она и начала встречаться с Шухуа, желая узнать о ней больше, подойти ближе, чем следовало, и в итоге поплатилась разбитым сердцем. Что бы ни случилось, что бы ни изменило прежнюю Шухуа, это не ее дело, и она постарается ничего не узнавать, просто сделает свою работу и уйдет. — Эти занятия должны длиться около трёх месяцев — Сказала женщина по имени Джухён, та самая, что была раньше во время похорон, которая не отходила от Шухуа, и теперь она тоже была здесь, пока они говорили о работе. — Шухуа хочет получить точное исполнение своей роли — сказала она, указывая на женщину, которая не принимала участия в разговоре и была больше сосредоточена на чем-то другом. — «Шухуа, которую я помню, никогда не позволяла людям говорить за нее» — хотела сказать Суджин, но смогла только кивнуть на слова старшей женщины, время от времени бросая взгляд на тайваньку, которая больше смотрела вокруг, как бы оценивая её студию, зеркала, скамейки, фотографии на стенах, сделанные предыдущими учениками, которые приходили и уходили в течение многих лет, это не было чем-то фантастическим, но это было уютно для нее, и она вдруг почувствовала себя глупо из-за того, что заботилась о том, что Е Шухуа думает о ее рабочем месте, ее мнение больше не имело значения. — Теперь, когда деловые разговоры закончены — наконец сказала Юци, справившись с абсолютной скукой от того, что ей пришлось стоять на месте и смотреть, как они говорят о работе, китаянка посмотрела на Суджин и улыбнулась, и она не могла не вспомнить школьные годы, это была почти та же улыбка, что и тогда, но сейчас, независимо от того, насколько искренней она выглядела, Суджин могла сказать, что улыбка никогда не достигала ее глаз. — Почему бы нам не наверстать упущенное, Суджин? На секунду она хотела отказаться и заявить, что будет занята, но вспомнила слова Соён, отношения между ними, особенно между ними четырьмя, и так были плохими, почему бы не попытаться хотя бы сохранить вежливость между ней и Юци? Худшее, что могло случиться, — это испортить настроение, затронув тему их схожих пристрастий к баскетболистам. Ах, она и так уже накручивала себя. — Шухуа — Юци обернулась, чтобы позвать младшую, которая просто смотрела на них, явно не интересуясь тем, о чем они говорили. — Давай останемся здесь и наверстаем упущенное с Суджин- — У меня есть работа — сразу же ответила та, когда она начала выходить, бросив на них быстрый взгляд. — Может быть, в другой раз — только и сказала она, не дав другим и шанса, настоять на своем; Суджин наблюдала за тем, как Юци вздыхает, раздраженная этим, но решила ничего не комментировать, так как Джухён и телохранители быстро последовали за Шухуа из студии. — Ну что ж— сказала она, глядя на Суджин с неловкой улыбкой, которая почти рассмешила старшую женщину. — Думаю, нас будет только двое

***

На первый взгляд Сон Юци выглядела точно такой же, школьный клоун с отличными оценками, каким она была в те времена, с легкой улыбкой и всегда находила тему для разговора, так что неловкого молчания с ней никогда не случалось; Однако Суджин знала ее немного лучше. Юци умела хорошо, слишком хорошо, скрывать. — О, здесь раньше был парк, не так ли? — Спросила китаянка, указывая на парковку, мимо которой они шли. Суджин кивнула, коротко объясняя, что в парк ходило не так много людей, и в конце концов он превратился в парковку, старые деревья и стальные заборы спускались вниз вдоль баскетбольной площадки, где Суджин все еще помнила, как младшая Шухуа учила ее играть с взволнованной улыбкой на губах, холодной зимней ночью, но теперь это были лишь воспоминания. Давно забытые. — Что еще изменилось? — Ну, наша школа закрылась. — Не может быть! Суджин кивнула, но все равно было странно проезжать мимо здания, где они обычно проводили весь день, гуляя по коридорам, играя, разговаривая и ссорясь, и не видеть, что оно, как всегда, заполнено учениками. — Может быть, кто-нибудь купит это здание и переделает его под что-то другое — прокомментировала Суджин, поправляя пальто, поскольку становилось все холоднее. — Кстати, как у тебя дела? — У меня? — Да, как твоя жизнь? — Она спросила, зная, что другая избегала говорить о себе и сосредоточилась на Суджин и изменениях в городе — Должно же быть о чем поговорить, правда? Столько времени прошло Юци, казалось, задумалась на некоторое время. — Ну, кроме работы, я стала больше времени проводить с матерью — сказала она, пожимая плечами. Однако Шухуа ненавидела ее, и Юци знала, что тайванька никогда не любила ее мать, не после того, что она сделала, и поэтому каждый раз, когда она приходила навестить женщину, она предпочитала не говорить об этом младшей, чтобы не слышать ее жалоб по этому поводу. — Так что, никого не видишь? — спросила Суджин. — Я этого не говорила — рассмеялась Юци. — Просто пока никаких официальных отношений — Суджин наблюдала, как она непринужденно достала сигарету из кармана пальто, зажала ее между губами и прикурила, к удивлению старшей, но от комментариев по этому поводу воздержалась. Все действительно изменилось. — А ты? — спросила Юци, на секунду отведя сигарету от губ. — Видишь кого-нибудь? — Не совсем… По крайней мере, больше нет — ответила старшая, Юци кивнула, прикусив нижнюю губу, и Суджин поняла, что она хочет спросить что-то еще. — А… Соён с кем-нибудь встречается? — Суджин чуть не рассмеялась от такого вопроса: вроде бы она должна была его предвидеть, но он все равно застал ее врасплох; Она знала. Соён официально ни с кем не встречалась, но при этом знала, что встречается с кем-то, кого ещё не представила. — Это сложно — сказала она, наблюдая за тем, как Юци кивнула. — Ты можешь спросить у нее, когда вы встретитесь, я предполагаю, что Минни также пригласила тебя и Шухуа на следующие выходные. Верно? — Да, она действительно это сделала — Суджин улыбнулась тому, насколько очевидной была Минни, она знала, что как только она пригласила ее и Соён, это означало, что она пригласила и другой дуэт. — Я все еще пытаюсь убедить Шухуа поехать, но она занята работой и… прочими делами — она на секунду замолчала. — Думаю, нам всем нужен отдых, особенно после того, что случилось с дядей… а теперь и с тетей — Суджин положила руку на ее плечо и мягко улыбнулась Юци. Это было лучшее, что она могла сделать, когда у нее не хватало слов, чтобы утешить другую в этой ситуации, за несколько лет действительно многое пришлось пережить. — Эй, как насчет того, чтобы пойти поесть? Есть одно новое место, которое, я уверена, тебе понравится — неожиданно предложила Суджин, надеясь подбодрить другую хорошей и теплой едой, а также убедиться, что сигарета на несколько часов будет держаться подальше от ее губ; Юци, похоже, понравилась эта идея, потому что она кивнула, ярко улыбнувшись, возможно, впервые с момента своего приезда. — Спасибо, Суджин — только и сказала она, когда они направились к тому месту, куда хотела пойти старшая.

***

— Просто сделай это! — сказала Суджин, уже приближая камеру и улыбаясь, в то время как младшая вздыхает, не делая ничего, кроме движения руками. — Поторопись! — Подожди! Я стараюсь — запротестовала Шухуа, но не стала стесняться, даже когда Суджин начала смеяться, это только подтолкнуло ее к тому, чтобы продолжать танцевать как можно глупее, даже если это не соответствовало песне. — Я тебя соблазняю? — спросила она, и Суджин, кивнув, засмеялась еще сильнее. — Почему ты танцуешь так… кругло? — У меня свой стиль, Со Суджин! — заявила Шухуа, продолжая беспорядочно двигать руками, чем вызвала еще больший смех старшей девушки. — Если ты хочешь стать танцовщицей, то должна научиться другим… экзотическим стилям танца — О да, то, что ты делаешь, — это экзотика — сказала Суджин. — Но не волнуйся, когда-нибудь я научу тебя танцевать — Лучше ты! Шухуа стояла перед ней в студии, одетая в черное с ног до головы, и Суджин никогда раньше не думала, что будет скучать по своей уродливой зеленой рубашке или кроксам, которые она всегда носила, а теперь их заменила дорогая марка, которую она носила сейчас; максимум, что она сказала, когда пришла, всего несколько минут назад, было простое и тихое «привет», за которым последовало «доброе утро». — Давай сначала начнем с растяжки — сказала Суджин, и та только кивнула. — Сегодня мы не будем много заниматься, так как ты не так уж хороша в танца — прокомментировала она, надеясь, что ее слова не прозвучат слишком лично, но если это звучало так, то Шухуа никак не отреагировала на это и просто следила за ее движениями; Старшая пришла к выводу, что она просто хочет закончить все как можно быстрее. — У тебя есть татуировки — заметила Шухуа, глядя на затылок Суджин, волосы которой были завязаны в пучок, так что она могла видеть бабочек на коже, прилегающих к слову «blue». Это замечание застало Суджин врасплох, и она на секунду замерла, глядя на младшую через зеркало. — Да, есть — быстро ответила Суджин и снова начала делать движения, за ней последовала Шухуа, которая на несколько секунд замолчала. — Если тебе интересно, то да, мой отец был очень расстроен — добавила она, вспомнив их разговор о татуировках, который, казалось, состоялся целую жизнь назад; Упоминание о господине Со вызвало на губах Шухуа крошечную улыбку, после чего ее лицо вновь стало нейтральным. — У меня тоже есть татуировка — упомянула Шухуа, и Суджин подняла брови, удивленная этим. Она не думала, что другая может сделать себе татуировку, но с другой стороны, прошло столько лет. Что она вообще знает о Шухуа? Она снова посмотрела на нее в зеркало, она была полностью прикрыта, поэтому не могла разглядеть никаких следов татуировки. — Не думала, что ты сделаешь — ответила Суджин, отводя правую ногу назад и наблюдая за тем, как это делает другая. — Ты всегда была немного брезглива к боли — Ну, все меняется Суджин на секунду замолчала, а затем кивнула. — Наверное, да После этого никто из них особо не разговаривал, а если и разговаривали, то только о танце и работе, о том, как младшая может совершенствоваться, и о том, как Суджин время от времени поправляет ее жесты и позы, Шухуа быстро училась, и Суджин знала, что это потому, что она была нездоровой комбинацией перфекционистки и трудоголика, и поэтому, когда она на чем-то зацикливалась, было трудно заставить ее остановиться, пока она не чувствовала себя полностью удовлетворенной, но Суджин считала, что тайванька никогда и ничем не может быть удовлетворена. Но это было не ее дело, напомнила она себе в очередной раз, всё, что ей нужно было сделать, это закончить свою работу на сегодня и продолжать жить дальше, пока не закончатся эти три месяца частных занятий, после чего ей не нужно будет больше зацикливаться на этих воспоминаниях. Она должна сосредоточиться на том, чтобы жить дальше. — Спасибо за урок, Мисс Со, — вежливые слова застали ее врасплох, тем более что за ними последовал поклон, на который Суджин непременно ответила. Видимо, Шухуа хотела, чтобы отношения между ними были как можно более профессиональными, и она была благодарна ей за это. — Увидимся на следующем занятии — До завтра — сказала Суджин, наблюдая, как та направилась к выходу, чтобы забрать свои вещи с одним из своих телохранителей; Суджин быстро схватила свою сумку и быстро переоделась, к счастью, занятия тайваньки были единственными в этот день, так что ей не пришлось беспокоиться о том, что она будет учить своих учеников, держа ее в голове весь день, так что это было большим облегчением. На выходе она увидела Шухуа, теперь уже полностью одетую в верхнюю одежду; Разговаривающую по телефону. — Все в порядке — услышала она слова женщины, которая шла по коридору, свободной рукой расстегивая молнию на пальто. — Мне придется повесить трубку, мы уже уходим — Наступила пауза, и она услышала, как младшая хихикнула. — Я тоже тебя люблю — пробормотала она, немного смущаясь, когда ее щеки стали розовыми, прежде чем завершить разговор. Суджин стояла у двери, когда Шухуа наконец-то ушла, и вздохнула, даже не подозревая, что сдерживала себя. Ей определенно стоит сосредоточиться на том, чтобы жить дальше. Особенно, когда Шухуа уже сделала то же самое