Сын папиной супруги

      Проснулся Хенджин разбитым. Ныло все тело, во рту пересохло, голова просто раскалывалась. И пробелы в памяти. А то, что он помнит… хочется надеяться, что это было частью сна. Он помнит, как они сидели за столом и выпивали. Как он опьянел. Как Джисон начал ныть, что устал и хочет спать. Хенджин пошел в туалет перед тем, как оплатить счет и вызвать такси… дальше туман и только редкие вспышки воспоминаний. Как Феликс нес его на руках… как это вообще возможно? А еще…       Они целовались. На этой самой кровати.       Он даже отчетливо помнил свои мысли: он обиделся, что пришлось впервые целовать Феликса самому, хотелось-то по-другому.       Все это сейчас заставило Хенджина сдавленно простонать в покрывало. Но лежать так всю жизнь невозможно, нужно вставать. Спал он всю ночь поперек кровати, даже не раздевшись. И это лишь подтверждало то нереалистичное воспоминание. Выходить из комнаты чертовски не хотелось, — было стыдно и неловко — но и находится внутри невыносимо. Нужна вода. Много воды.       Прежде чем выйти наружу, он рассмотрел себя в зеркале. Хорош, что сказать: отекший, с синяками под глазами… и припухшими губами, что лишь подтверждало наличие пьяного поцелуя.       Хенджин оттянул ворот футболки, нюхая. Пахнет почему-то каким-то чистящим средством… И на светлых брюках пятна. Помыться, да даже просто умыться он, может, и не в состоянии, но сменить одежду ему все же по силам.       Судя по всему, Феликс уже проснулся. Его голос звучал узнаваемо, когда он спускался вниз по лестнице… Хорошо бы, на пробежку. Хенджин осторожно приоткрыл дверь — в коридоре вроде никого. Их комнаты напротив друг друга, поэтому точно не рассмотреть.       Все так же осторожно Хенджин вышел… и вздрогнул, когда прямо на него из комнаты Феликса вышел Минхо… в знакомой футболке Феликса с котенком в рэперском прикиде. Минхо вытирал голову черным полотенцем — такие тоже только у Феликса.       — О, проснулся! — радостно сказал он. — Доброе утро. Пойдем, напою вас всех антипохмелином. Повезло вам, что у нас с посвящения осталось несколько порций.       Хенджин заторможено кивнул. Ну, целовался Феликс, возможно, и с ним, но спал точно с другим.       На первом этаже Сынмин с Джисоном уже сидели на кухне за барной стойкой. Оба выглядели так же отвратительно, как и Хенджин, и пили воду из стаканов, а Феликс рылся на полках.       — В общем, у меня все есть, — говорил он, даже не посмотрев, кто вошел. — Говядину я, честно говоря, покупал не для этого, но она вот, даже не замороженная. Ростки сои, дайкон, перец чили, лук-порей и репчатый. Вроде все?       — Саке или рисовое вино, — подсказал Минхо.       — Вы нас похмелять хотите или спаивать? — мрачно уточнил Джисон. — Доброе утро, Хенджин…       Феликс резко обернулся. Хенджин так же резко отвернулся — встречаться с ним взглядами не хотелось. Вместо этого он налил себе воды, выпил, потом повторил. Он чувствовал, что Феликс на него смотрит.       Они вдвоем с Минхо начали готовить хэджангук, причем Минхо был за повара, а Феликс — за его помощника. Уже через несколько минут по кухне поплыл потрясающей запах еды, но они втроем временно сбежали с кухни, чтобы хоть немного привести себя в порядок.       — Что вчера было? — тихо спросил Хенджин.       — Не знаю, я проспал все веселье, — вздохнул Джисон. — Но мне тоже интересно, как мое бессознательное тело оказалось на твоем диване… и почему два потрясающих красавчика сейчас готовят нам похмельный супчик.       Сынмин сдавленно хрюкнул от сдерживаемого смеха. Они втроем поднялись в комнату Хенджина: умыться, сменить хотя бы футболки, привести себя в относительный порядок. И Сынмин все это время молчал, хотя по нему можно было догадаться, что он очень хочет рассказать гадость, просто ждет подходящего момента.       — Рассказывай, — вздохнул Хенджин. — Раз я не помню и Джисон не помнит, то это ты позвонил Феликсу.       Надежда была только на то, что ничего страшнее поцелуя произойти просто не успело.       — Мы сидели, выпивали, потом решили уезжать, но сначала ты пошел в туалет, — Сынмин ткнул пальцем в Хенджина, — а мы остались тебя ждать. Тебя что-то не было и не было, поэтому ты, — Сынмин повернулся к Джисону, — просто лег на диван и заявил, чтобы я тебя разбудил, когда Джинни вернется.       Драматичная пауза должна была, наверное, заставить их понервничать, но Хенджину было так фигово физически, а мысли были настолько заняты поцелуем, что он уже не нервничал. Просто смиренно ждал.       — Минут через двадцать я понял, что так долго даже блевать нельзя, и пошел тебя искать. Стучал в дверь, звал тебя, снова стучал. Потом вернулся за столик, попытался растолкать уже тебя, но ты, бля, хорек, тебя разбудить просто нереально. За это время уборщица спалила, что кабинка занята слишком долго, и начала туда тоже стучаться. Потом подошел бармен. И я понял, что скоро тут все спалят, что мы не имели права пить, и у нас будут проблемы. Звонить особо некому — мы все здесь и все пьяные, а моя сестра в отъезде. И я решил позвонить Феликсу.       — Другому несовершеннолетнему? — скептически уточнил Джисон.       — Имей совесть, я выпил столько же, сколько и вы. И тоже с огромным удовольствием вырубился бы на диванчике, пока администрация бара выламывает дверь в туалет.       Хенджин стыдливо прикрыл глаза. Заснул в туалете… но вроде ничем неприличным от него не пахло — есть надежда, что туалет был хотя бы чист.       — Феликс приехал с Минхо. Они выбили дверь, расплатились по счету и за порчу двери, с горем пополам погрузили вас в машину, потом доволокли сюда… ну и все.       — Кстати, — подал голов Джисон, — я проснулся без носков. А когда выкидывал баночку из-под похмелина, увидел их в мусорном ведре… ты мне ничего сказать не хочешь?       — Мы спали на одном диване, — цокнул Сынмин. — Мне воняло, я исправил это.       Хенджин задумчиво посмотрел на босые ноги Джисона, вздохнул и полез в комод за носками — нужно было спасать друга.       — Давайте больше не будем так пить, — протянул Сынмин. — Фигню творили вроде вы, а стыдно мне.       — Зато тебе сегодня весело, — справедливо заметил Джисон. — Но с предложением я полностью согласен. Будем за здоровый образ жизни. Начнем в зал ходить.       — Хорошая попытка, — хмыкнул Сынмин, — но нет. Вести трезвый образ жизни — да. В зал сам ходи… или вон, с Минхо и Феликсом. Они вчера вас на своем горбу сюда приволокли, а с утра всерьез обсуждали совместную пробежку.