Искупление

      Мэйрон проснулся рано утром и сильно удивился, что спал на диване; конечно, мышцы такого рода отдых не одобрили и немного ныли, но терпимо. Император поднялся в свои покои, чтобы принять ванную, а после уже спустился вниз на завтрак. Всё накрыли на улице, погода благоприятствовала такой смене обстановки, да и участники охоты, включая Императора, уже были в подходящей одежде.       — Всем доброе утро. — Вампир сел на своё место, остальные же поклонились и также сели. Мэйрон присмотрел себе мясо и овощи, приготовленные на костре, и быстро собрал небольшую порцию.       — Как спалось на диване? — Эрей решил начать разговор первым.       — Сон был отличный, правда тело от такого не в восторге. — Он посмотрел на друга и брата; те были мрачнее тучи, у них явно вчера что-то произошло.       — Аурон, Хилан, что это вы сегодня сидите мрачнее тучи? Вчера такие милые друг с другом были, а сегодня даже сели по разные стороны стола. — Император положил кусочек мяса в рот и стал жевать, с интересом наблюдая за парой.       — Просто небольшая семейная ссора, Ваше Величество. — Аристократ бросил короткий взгляд на супруга.       — Мне есть о чем волноваться, Хилан? Или это просто твои капризы?       — Вам не о чем волноваться, Ваше Величество. — Принц также бросил короткий взгляд на супруга, а вот Император был сильно удивлён, ведь брат обычно был менее формален, а тут ответил так, словно они чужие люди.       — Значит, мне всё-таки стоит переживать за то, что между вами произошло. Не хотите рассказать? — Император взял кусочек баклажана и продолжил смотреть на пару.       — Мы обсудим это, когда будем во дворце; сейчас это не имеет никакого смысла. — Аристократ постарался быть осторожным и после ответа стал просто завтракать; вопрос стоило бы поднять, когда нет лишних ушей, благо, хоть в этом супруги были солидарны.       — Ладно, поговорим про это во дворце через несколько дней. — Вампир продолжил трапезу.       Остаток завтрака прошёл в непривычной тишине, словно всем не о чем было сказать. После трапезы вампиры стали готовиться к охоте; в основном осталось только взять снаряжение, а также некоторым познакомиться с лошадьми. Мэйрон впервые видел Юмео таким счастливым; хоть насин уже привык к своему статусу и добросовестно выполняет свои обязанности, но радость на его лице редко появлялась.       — Смотри аккуратно с этим конём; он хоть и кажется красивым, однако иногда любит показывать свой нрав. — Император подошёл к наложнику. Тот уже привычно поклонился ему.       — Не стоит так переживать, Ваше Величество; я не первый раз в седле, думаю, мы с ним подружимся. — Вампир потрепал насина по голове и объявил о начале охоты.       Территория была уже определена, а по периметру стояла стража, чтобы никто не потерялся. Да и к вечеру все должны были вернуться, если каждый будет сам по себе. На всякий случай вампирам выдали камни телепортации, чтобы можно было вернуться в поместье. Мэйрон хотел отправиться вместе с другом, хотя бы на полчаса, но тот быстро уехал на коне, и догнать его возможности не было. В итоге вампир отправился на охоту в гордом одиночестве, для начала потренировался на мелких кроликах и только потом решил перейти на более крупную добычу. Однако его взор заметил крупного полосатого хищника, что буквально проскользнул на долю секунды.       — Попался, полосатик, твоя-то шкура мне и нужна. — Император буквально с горящими глазами направился за ним, стараясь уловить тигра. Теперь охота приобрела новые краски, и адреналин буквально хлестал по венам. Вампир минут сорок за ним бегал, но поймать так и не удалось; он словно издевался над ним, играл как с добычей. Он ощущал его рядом, поэтому слез с коня и взял лук, натягивая стрелу на тетиву.       — Давай же, покажись. — Император заметил тигра и сделал первый выстрел, однако не попал; хотел уже натянуть вторую стрелу, но не успел.       Хищник буквально выпрыгнул за его спиной и был готов вцепиться зубами в вампира. Его остановил конь, который на большой скорости затормозил и преградил путь; животное сбило с равновесия всадника и вцепилось в шею, всадник упал на Императора, по инерции протягивая его по земле. Мэйрон не сразу сориентировался, даже не понял, кто был всадником, но для начала призвал Ару и одним движением отрубил голову тигра, отцепляя её от шеи. В тот момент Император не заметил, что вампиры оказались на краю обрыва, и как только голова улетела в сторону, оба вампира сорвались вниз. Примерно минуту они катились по земле, пока относительно плоская поверхность не остановила их нелёгкий путь.       Император кое-как смог сесть и осмотреть пострадавшего; им оказался Юмео, кровь хлестала с шеи, да и явно парень получил несколько переломов, пока они падали; удивительно, что правитель был относительно цел. Мэйрон порезал свою руку и немного напоил своей кровью наложника, прижимая рану. Особого эффекта это не дало; видимо, он давно употреблял кровь донора, раз регенерация такая слабая. Император хотел подняться с земли, однако почти сразу сел обратно; правая щиколотка дала понять, что ходить он как минимум несколько часов не сможет.       — Ваше Величество, вы в порядке? — Насин с трудом открыл глаза и посмотрел на правителя. Его рана хоть и начала затягиваться, но болела сильно.       — Я в порядке, в отличие от тебя. Ещё немного — и тигр мог бы запросто откусить тебе голову. — Император сделал ещё один порез на руке и вновь напоил Юмео. — Конечно, не кровь донора, но тоже поможет тебе хотя бы не умереть.       — Благодарю за Вашу милость. — Наложник выпил всё, что стекло с руки, и попытался подняться, но резкая боль в ребрах не дала этого сделать. — Кажется, у меня сломано несколько рёбер.       — Это мне надо сказать спасибо тебе; если бы не ты, возможно, я бы уже был мёртв… Лежи, не двигайся. — Мэйрон стал искать камни телепортации и понял, что свой он явно потерял во время падения. Руки на автомате потянулись к наложнику, но у того тоже не было камня. — Отлично, мы оба во время падения потеряли единственный путь домой, остаётся только ждать.       — Я заметил и Вас, и тигра; подумал, что может понадобиться помощь, но не думал, что хищник осмелится вот так просто напасть. — Юмео говорил медленно, пытаясь сохранять остатки сил.       — Я давно за ним охочусь, с тех пор как заметил его тут лет восемь назад. — Император ещё раз осмотрел наложника и убедился, что рана перестала кровоточить. — Тебе стоит чаще пить кровь доноров, а то совсем слабенький.       — Простите, я не думал, что в этом была необходимость. Да и во дворце наложников не балуют кровью, ведь активная регенерация нам не к чему. Разве что, если сможешь забеременеть. — Юмео тяжело вздохнул.       — Я понял, пора в гареме проводить изменения. — Мэйрон по особому свистнул, в надежде, что его конь цел и вернётся к усадьбе. Это напугает обитателей, но даст понять, что что-то произошло, раз всадника с ним не было.       — Что это было? — Юноша немного удивился такому звуку.       — Всё хорошо, мой конь вернётся домой; это заставит всех пойти на мои поиски. Есть шанс, что «тени» найдут нас раньше, но рисковать я не хочу. — Император принял правильное решение, ведь буквально через час их нашли; Аурон и Нарон спустились к ним.       Нарон с разрешения Императора взял наложника на руки, а Аурон подхватил друга под руку. Конечно, пришлось телепортироваться, оставив метку на этом месте. Насины были сильно обеспокоены, и в гостиную тут же пригласили лекарей. Император сильно не пострадал и уже частично смог восстановиться, однако до утра будет хромать, а вот Юмео досталось куда больше. Лекарь дал ему лекарства, а также позвал донора, чтобы укрепить организм. Завтра утром ему станет легче, но сложно предсказать, как себя поведёт организм наложника. Да и сообщил, что останется два шрама от клыков; увы, организм не сможет полностью избавиться от них.       — Сынок, ты нас сильно напугал; нельзя же так, я же просил тебя взять хотя бы охрану. Ещё и Юмео пострадал. — Насин сел рядом с императором.       — Вообще-то он меня спас; если бы не он, я бы валялся где-то без головы, съеденный тигром. А так… — Вампир улыбнулся и вспомнил, что таки прибил полосатого. — Зато у меня будет новый прикроватный коврик; главное, чтобы шкуру тигра не испортили, думаю, в будущем Ято понравится. — Все тяжело вздохнули, ведь рисковать своей жизнью ради коврика для мага — это просто верх глупости. — Юмео, не расстраивайся из-за шрама; это будет напоминать мне, что ты спас мою жизнь, к тому же тебя стоит наградить за такой смелый, для насина, поступок.       — Я… Я не знаю, чего бы у Вас попросить. — Наложник немного задумался и действительно не знал, что бы такого можно было попросить.       — Я не прошу ответ прямо сейчас, однако выполню любое твоё желание. — Вампир улыбнулся юноше и получил улыбку в ответ; однако он быстро смог придумать, что бы попросить. Наложник уже долго во дворце, и ему всегда казалось, что вампир одинок и не знает, куда девать свои эмоции.       — Ваше Величество, позвольте мне подарить Вам ребёнка. — Юмео немного смутился от собственной просьбы, а вот остальных сильно удивил.       — Как ты можешь просить у Императора такое, когда он даже в браке не состоит? Ты что, законы не читал? Никому из нас не светит беременность, пока не появится первенец от Младшего Императора. — Лаур больше всех возмущался такой просьбе, ведь сам был не против удержаться во дворце путём рождения ребёнка Правителю.       — Какое необычное желание; могу я узнать причину, почему ты этого хочешь? — Император немного задумался, ведь чисто технически он может его выполнить, но вот возмущений не избежать.       — Мне кажется, что Вы одиноки; Вы такой влюблённый, но словно птица в клетке, не можете выразить эти чувства. Разве ребёнок не даст Вам возможность проявить то, что у Вас на душе? Вы ждёте своего супруга, но вынуждены просто закрыть в себе все чувства. — Юноша немного запинался, но говорил честно, без капли лжи, что сильно удивило Нарона, ведь он бы сразу её ощутил.       — Вот как; я думал, что ты простой вампир, а тут такие таланты, способные анализировать личность. Я не могу выполнить твоё желание в таком виде, в каком ты мне его подал; это будет нечестно по отношению к другим наложникам, а также моему будущему супругу.       — Я понимаю. — Наложник немного поник.       — Но могу дать тебе одну ночь, когда поправишься; пройдёт несколько месяцев, прежде чем лекари выведут противозачаточное средство из тебя. Как только они дадут добро, я подарю тебе одну ночь со мной. Если по итогу ты забеременеешь, я позволю тебе родить; однако если нет, то считай, что ты использовал свою возможность, и я буду считать, что у тебя ко мне нет никаких претензий. До ночи ИКС ты меня не будешь посещать, как и два месяца после, чтобы всё было честно. — Наложник немного улыбнулся.       — Да, сынок, ты крайне хороший переговорщик; Лаур мне и слова не дал вставить, как ты решил эту проблему. Я лично прослежу, чтобы это было только одна ночь; на такие условия я согласен, однако тебе потом говорить со своим супругом, как так получилось.       — Благодарю, Император; обещаю, что если ничего не выйдет, я просто это приму и не стану на Вас обижаться. — Юмео был рад; впервые он готов пойти на такой серьёзный шаг ради кого-то. А вот остальные наложники насупились на юношу; для них он стал врагом номер один.       На следующий день, ближе к обеду, Император полностью вылечил ногу, да и наложник постепенно стал ходить по дому; он был ещё слаб, но вполне мог немного пройтись. Правда, наложники не упустили шанса немного потрепать парня, где-то задеть плечом, где-то подставить подножку и тому подобное. Император пресёк это так быстро, как только заметил такие действия, и перед завтраком четыре насина на кухне встречали остальных, стоя на коленях с руками, поднятыми над головой.       — Какое интересное зрелище. — Миран спустился первым и, заметив насинов, улыбнулся и погладил свой живот. — Ваше Величество, за что они так наказаны, если не секрет?       — Ничего больного, Юмео, пытаться задеть плечом и подставлять подножки; ему и так сейчас тяжело. Видимо, папа был прав: пора подыскать им мужей и распустить весь гарем, а после набрать новых насинов. — Такие слова сильно напугали наложников, но те даже не посмели пискнуть.       — Вот как; я так в детстве Аурона наказывал, когда он был непослушным и вел себя плохо. — Аристократ сел на стул и продолжил гладить живот.       — Ты в порядке? Может, лекаря? — Император посмотрел на вампира и стал немного переживать.       — Просто активно пинается; весь в старшего брата, тот тоже мне покоя не давал, особенно ночью. Видимо, знал, что надо начать привыкать спать днём, а ночью охранять сон Императора. — Насин заметил сына, когда тот вошёл в столовую, и увидел странную картину.       — Доброе утро; за что наказаны наложники? — Аристократ был без настроения, однако ему явно подняли настроение насины. — Хотя предполагаю, за что. — Вскоре юноши стали буквально умолять простить их, ведь руки, как и колени, нещадно саднили, и оставаться в данной позе становилось всё тяжелее. Император сжалился над ними только, когда заметил, что у наложников затряслись руки. К тому времени все обитатели дома уже собрались на обед.       Трапеза прошла относительно спокойно, если не брать в расчёт, что Юмео не особо хотел пить кровь, но при настойчивом взгляде Императора отказать тому не смог. После обеда все разошлись и стали собираться, ведь после травмы Императора не было смысла продолжать охоту, да и он остался более чем довольным своим уловом. Императорская семья вернулась во дворец, и Мэйрон почти сразу приказал брату и другу прийти к нему в покои. Их ссора ему не нравилась, нужно было хотя бы выяснить причину. Три вампира уже были в покоях и пока просто сидели, смотря друг на друга.       — Итак, кто первый мне скажет, что между вами произошло? — Император посмотрел на пару с неким недоумением.       — Я буду подавать прошение о разводе. — Строго заявил аристократ.       — Я буду подавать прошение о твоей стерилизации, раз хочешь развод. — Сказал принц и сложил руки на груди, наблюдая за братом.       — Ничего себе заявочки; я надеюсь, вы оба понимаете, что для таких действий должны быть аргументы, и просто так я не дам на такие манипуляции согласия никому из вас двоих.       — Не хочешь рассказать брату, что твоя «болезнь» — это просто приём противозачаточных? — Аурон посмотрел на супруга.       — Не хочешь напомнить моему брату, что я не буду инкубатором, чтобы тот смог трахнуть этого мага? — Принц немного насупился и почти закричал.       Мэйрон сидел в полном шоке, сначала от того, что Хилан так долго врал, а потом от заявления про инкубатор, ведь немного позабыл про условие короля, так как его не было в основном договоре.       — Давайте по порядку: Хилан, ты пьёшь противозачаточные за спиной супруга, считая, что тот сделал из тебя инкубатор, чтобы я мог трахнуть мага. Я всё правильно понял? — Император посмотрел на этих двоих и получил в руки письмо короля. Вновь, читая его и немного удивляясь.       — Всё правильно; а ещё я забрал вот это с твоего стола лет этак пять или шесть назад. Будешь врать, что это не правда? Аурон всё уши заполнил фразами про ребёнка, когда у Короля родился наследник; я не тупой и могу сложить два плюс два. — Принц сел на место и был зол.       — Ты лазил в моём столе? Хилан, это письмо было написано фиг знает когда; это условие даже не вошло в сам договор. То, что Король сделал такое предложение, не значит, что я на него согласился. — Мэйрон положил письмо на столик.       — Я тебе не верю; ровно так же, как не верю и ему. — Принц указал на супруга.       — Верить? Я буду только рад избавиться от навязанного брака и такого лживого лицемера. Сказал бы ты всё сразу, а не держал меня за дурака, мы бы уже давно были родителями.       — Я своё мнение высказал; я не отпущу тебя; мои чувства к тебе никуда не делись. Если ты готов оставить меня одного, то я так же сделаю тебе больно.       — Хах, я повременю с разводом; Ваше Величество, Ваше слово ещё в силе? — Аурон посмотрел на Императора со всей серьёзностью. Только тогда правитель понял, о чём говорил друг, а ведь он не может отказаться от собственных слов.       — Да, в силе, но я надеюсь, что помнишь дословно условие, при котором я позволю тебе иметь наложника. — Правитель наблюдал за шоком на лице брата; тот явно не ожидал такого подвоха.       — Помню, и готов найти того самого, ровно счётом, как ты готов на всё ради Ято.       — Какой наложник? Я не дам своё согласие; ты не можешь ему разрешить. — Хилан буквально переполняли эмоции; он был уверен, что этого не произойдёт.       — А мне и не надо твоё согласие. Или волю Императора ты ставишь ниже согласия Принца? Брат, ты забылся; позволь я тебе напомню, что после той ночи Аурон выбрал казнь, и жив он только потому, что я в нём нуждаюсь. Не веришь мне? Может, тебе дать договор почитать? Или утроить встречу с феей? А может, сразу с Королём Амората? Нет, слабовато для Императора Хилана; надо сразу всех пригласить, чтобы уж наверняка. Брат, я всё понимаю, но Аурон прав: прежде чем принимать такое решение, надо было просто спросить. Ты только что сам себя закопал на ровном месте и создал проблему. — Мэйрон вызвал слугу и приказал позвать Кая с договором от фей. Секретарь быстро принёс договор и удалился. — Домашнее задание: найти то, что ты так сильно желаешь. Содержание тебе в помощь; он максимально структурирован. — Император отдал договор парню.       — Хорошо. — Принц почти два часа изучал договор; казалось, словно уже наизусть знал его, однако так и не нашёл пункта, что его сын станет супругом наследника магов.       — Ну что? — Вампир посмотрел на Насина.       — Ничего нет. — Принц отдал документ брату и сейчас ощущал себя практически предателем.       — Я всеми силами избавился от этого условия, чтобы тебя не настигла тяжёлая судьба, а сейчас ощущаю, словно ты меня предал. Я думал, твоё замужество хоть немного вправит твои мозги, но не думал, что всё останется как было. Аурону решать, как тебя наказать, и ты дашь согласие на любое его решение, каким бы оно ни было. А тебе стоит остыть и хорошенько подумать; не руби сгоряча. — Император посмотрел на друга; он прекрасно понимал, что тот может пойти по самому радикальному пути.       — Лекарь выведет лекарство из организма Принца. — Аристократ был спокоен; он придумал наказание ещё в ту ночь, когда узнал всё. — А после Принц соберёт вещи и отправится в мой дом, как прилежная невестка рода Антарен. Папе скоро рожать; новость о разводе может причинить вред как ему, так и моему брату, а вот лишние руки в доме не помешают. И да, я помню про супружеский долг; раз в месяц я буду наведываться домой. — Аристократ пресёк возможность Принца самому подать прошение о расторжении брака, ведь пока супружеский долг выполняется, вампир не поднимает на него руку, то и причин для развода нет. А возможность видеть супруга раз в месяц будет самым худшим наказанием для Принца.       Император только согласился на такое, а вот Хилан уже в своих покоях начал просто плакать. До сознания только начало доходить, что он сам себе сделал подставу; столько времени верил тому, что было написано в письме, даже не мог спросить, правда ли это или нет. Через несколько дней Принц покинул дворец; пришлось притворяться и всем говорить, что это его инициатива, что он хочет позаботиться о Миране, но на деле же не хотел этого делать, ведь было грустно оставлять папу одного.