Искупление

Восемь лет спустя после рождения принцессы… Королевство Аморат… Айматео, 16 лет…       Вечером, почти ночью, юный Принц любовался цветком, тем самым, что светился при лунном свете. Он был в небольшом кубе из стекла, словно живой. Принц почти не помнил, кто и когда подарил ему тот прекрасный букет роз, но именно эта роза запала в душу, ведь больше нигде он не встречал столь особенный цветок. В комнате он отдыхал, ведь почти весь день кружил в саду. Словно танцевал и вновь, и вновь заучивал движение за движением. Даже опытные танцоры не смогли бы сказать, что это был за танец, лишь Принц знал его в голове. Правда, не знал, откуда он там появился. В комнату Ято зашел отец и немного улыбнулся сыну.       — Я смотрю, ты все не можешь налюбоваться цветком, даже в свое время уговорил его застеклить, чтобы он навсегда с тобой остался. Ято, откуда ты знаешь танец, который последние две недели не покидает тебя в саду? — Король подошел к насину и сам засмотрелся на розу.       — Не знаю, сон приснился, как невероятно красиво я его танцевал, словно кто-то навеивал мне его. Цветок невероятно красив, правда, ты так и не сказал мне, кто подарил тот букет роз. — Принц посмотрел на отца с неким вопросом на лице. — Не хочешь говорить — как хочешь, лучше скажи, мы будем на параде планет на горе Эймао? Уже весь замок гудит, что феи приглашают королевских особ всех рас, чтобы в столь прекрасный день провести все обряды и забыть про разногласия.       — Конечно, будем, такое происходит раз в тысячу лет. Это благословение увидеть своими глазами парад планет, правда, мне надо с тобой серьезно поговорить прежде, чем мы туда отправимся. — Король сел на небольшой диван и посмотрел на сына. Впервые за шестнадцать лет он поднимет вопрос о его браке. На празднике будет слишком много глаз, не хотелось бы, чтобы истерику Ято увидели все.       — О чем поговорить? Если о моем поведении, то я тебя уверяю, что буду самым примерным Принцем из всех. — Насин повернулся и теперь смотрел в глаза отцу.       — Дело не в этом. — Маг тяжело вздохнул и долго думал, с чего бы начать, но предмет на окне сам подсказал мысль. — Тот букет роз тебе подарил твой будущий муж. — Впервые Король так сильно нервничал, наблюдая, как улыбка медленно сходит с лица собственного сына.       — Будущий кто? Муж? Подожди, что значит муж, я не проходил ни одного обряда, и у меня даже жениха нет. — Ято сильно занервничал, ведь родители ни разу не поднимали вопрос о его будущей свадьбе, что было немного странно, ведь совсем скоро он войдет в подходящий возраст для брака.       — То и значит, муж. Ты ведь у меня мальчик умный и в столь юном возрасте прочитал немало книг, включая и про культуру других рас. — Король медленно расстегнул запонки на левом рукаве рубашки и закатал его до локтя, показывая сыну красную линию на кисти руки. — Скажи мне, ты знаешь, что означает эта линия?       — Знаю. — Принц долго не мог ответить, но прекрасно понимал, что она значит. Его сильно испугал такой ход событий, все хорошее настроение словно испарилось и исчезло. — Это значит, что ты заключил договор, который был заверен феями. — Принц встал со своего места и положил руку на стену в попытке дышать и остановить свои слезы. Сознание медленно говорило, что его брак — это часть договора. — Муж, брак — это часть данного договора? Ты продал меня? — Ято уже с трудом говорил, он отказывался верить, родители всегда дарили ему ласку и любовь, заботились и были рядом. Он ощутил, что его предали, растили как тепличное растение на продажу другому. В груди все сжималось от осознания собственных слов.       — Ято, мне жаль, но твой брак — это часть договора. — Королю было сложно смотреть на своего ребенка в таком состоянии, он всегда улыбался и дарил эту улыбку всем, а сейчас показывал свою боль.       — Это случилось, когда он принес мне розы? — Принц посмотрел на злосчастный цветок, в мгновение ему стало противно даже смотреть на него. Хотелось разбить и навсегда забыть, словно это могло разорвать договор и сделать его свободным.       — Нет, тогда мы просто встречались по своим вопросам, я взял смелость в приглашении написать, что тебе нравятся белые розы. — Мужчина на несколько секунд замолк, пытаясь подобрать слова. — Тебе был год, когда мы заключили договор. — В этот момент насин заплакал, он не смог сдержать слез. Он стал сопротивляться, когда отец его обнял, чтобы хоть немного утешить, но вскоре просто остановился и начал только сильнее плакать. Несколько минут Принц буквально не мог остановиться, он мечтал, что однажды влюбится и будет с трепетом ждать своей свадьбы, а сейчас ему буквально обрезали крылья и словно приказали жить в суровой реальности. Все мечты в один миг разбились в дребезги, словно огромное зеркало, брошенное на пол.       — Только не говори, что брак будет заключен на празднике парада планет. — Совсем тихо выдавил из себя насин, когда смог хоть немного успокоиться.       — Нет, в первое полнолуние после твоего восемнадцатилетия. — Король гладил сына по голове, у самого были глаза на мокром месте от осознания собственной никчемности.       — Кто? — Этот вопрос заставил мужчину буквально ужаснуться, ведь ответ был самым страшным для Принца.       — Император вампиров. — Дрожащим голосом произнес маг и только сильнее прижал сына, которого накрывала новая волна истерики. Он знал, что насин побаивается вампиров больше, чем других рас, литературы, что могла в мгновение ока запугать во дворце, хватало. Ято все не как не мог успокоиться и пришлось звать лекаря, чтобы тот хотя бы дал успокоительного, правда, это была та еще задача — заставить его выпить лекарство.       Принц отходил от новости несколько дней, он словно бездушно лежал на кровати, взгляд был направлен в никуда, ни родители, ни брат с сестрами не могли привести его в чувство. Ято даже думал расстаться с жизнью, но эту мысль он отогнал почти сразу, наверняка это предусмотрено договором и будут серьезные последствия. Он почти всегда улыбался, а теперь улыбка покинула его лицо навсегда, он сам себе пообещал, что больше никому ее больше не подарит.       Спустя три дня насин все же решился продолжить жить дальше и впервые сам пришел к отцу и попросил договор, он был готов найти любую лазейку, чтобы избавиться от этого бремени. Вчитываясь в каждую букву, он понимал, что вариантов у него нет, настолько идеальный документ, словно издевка, ни единого шанса избежать брака, даже после обряда у него нет права прервать собственную жизнь, он словно предугадал, что самоубийство не станет спасением. Принц принес договор обратно и смотрел на родителя, он не хотел его смерти и отдавать королевство в рабство, но разве было справедливо, что он станет безвольным рабом императора, без права распоряжаться своей судьбой.       — Не печалься так сильно, я знаю, что тебе тяжело от такой новости, но поверь мне, Император будет хорошо к тебе относиться, если бы я не был в этом уверен, в жизни бы не согласился на этот договор. — Король с сожалением смотрел на сына.       — Какой смысл оправдываться, если я не могу распоряжаться собственной жизнью? — Ято посмотрел на отца с пониманием, ведь вампиры выполнили все договоренности и даже больше, потратив неимоверное количество ресурсов, чтобы остановить в зародыше войну с оборотнями и попросили только брак с ним, невероятно малая цена в масштабах государства и огромная цена для одного мага.       — Давай я тебе кое-что покажу. — Мужчина достал из тумбы довольно старый сверток бумаги и передал его Принцу. — Прежде чем заключить этот договор, я задал лишь один вопрос, почему именно ты должен стать супругом. Император мне ответил, что это судьба, дарованная Богами свыше. Я не поверил, но тогда он дал мне портрет со словами, что со временем я смогу понять, что он не врет. Тогда ты только родился, и мои маги провели анализ и подтвердили, что этому рисунку не менее тридцати лет. А теперь сорок шесть как минимум. Я не верил, что тебе была Богами дарована такая судьба, но ведь он не соврал, вы словно две капли воды, только ты еще совсем юный в отличие от портрета.       Ято раскрыл свиток и немного ужаснулся, он словно в зеркало смотрел, только если лет на десять станет старше. Он не мог поверить, что Боги так сурово с ним обошлись, что он такого им сделал? Отец пытался его успокоить, но только сильнее заставил его переживать, ведь портрет кричал о том, что там явно не вампир нарисованный. Да и эта счастливая улыбка — он не собирался дарить ее будущему супругу, но невольно это уже сделал на этом пергаменте, и не только, ведь вряд ли это единственный рисунок насина.       — За какие такие грехи Боги так со мной обошлись, почему он видел меня вот таким счастливым, почему я родился с тем же лицом? За что ему дали такую награду, а меня словно провинившегося, кинули на растерзание? — Принц положил пергамент на стол и осторожно сел в кресло, его не покидало чувство, что он лишь игрушка высших сил.       — Ты ошибаешься, Боги его наказали не хуже, чем тебя, если ты так считаешь. Он столько лет во снах видел твою улыбку, но так и не смог увидеть ее в жизни, столько лет ждал твоего появления и терпеливо ждал, когда ты вырастишь, даже сейчас он не может к тебе прикоснуться, еще два года впереди. Он бы давно мог нас завоевать и с детства растить тебя, вкладывая в твою голову, что ты рожден лишь для служения ему, пока кровь твоей семьи омывала бы его руки. Но он пошел по другому пути, он дал тебе свободу и счастливое детство, лишь дважды наблюдая за тобой издалека. Не принимай его как тирана, я смог увидеть его с другой стороны, и поверь, он сделает все, чтобы ты не увидел его темную сторону.       — Какой в этом смысл? Я все равно буду красивой птицей в клетке. Я хотел найти того самого, полюбить и с трепетом в сердце ждать нашей свадьбы, а тут один страх и мечты, что навсегда останутся в глубине души.       — Тебя не переубедить, что ж, время покажет. Возможно, ты однажды сможешь полюбить его.       — Даже не говори про это, тирана невозможно любить, его кровавый клинок никуда не денется.

***

      Через несколько дней королевская семья отправилась на праздник. Родители и младший брат были в восторге от всего, но Ято, словно на казнь, послушно шел за ними. У огромной двери их встретила фея, она так мило беседовала с Королем и Королевой, что насин был готов выть от такой милоты.       — Какой ты у нас красивый вырос, ты, наверное, принц Ято, меня зовут Айя. — Девушка улыбнулась, но немного была смущена равнодушием Принца.       — Значит это вы заверяли договор с вампирами? — Тихо спросил юноша, посмотрев на нее, это было очевидно и читалось в ее глазах.       — Вот оно что. Значит ты уже в курсе, не переживай так сильно, я строго наблюдаю, чтобы ни одно слово не было нарушено, к тому же твой жених со своей семьей уже в главном зале, он будет безумно рад тебя увидеть. — Девушка была рада видеть Принца, ведь он был таким маленьким, когда заверяли договор, а сейчас вырос красивым юношей.       — Звучит ужасно. — Совсем тихо прошептал Принц.       — Вы простите его, я совсем недавно ему сказал, он все еще злится на всех из-за договора. — Король постарался немного смягчить слова сына.       — Ничего страшного, я понимаю, с подростками всегда сложно.       Фея повела всех в огромный зал, где стояло четыре больших стола, для каждой расы по столу. Если бы их продлить, получился бы квадрат, но углы не были соединены. Принц опустил голову и даже не хотел смотреть в зал, он просто занял место возле отца и смотрел на стол. Ровно до момента, пока любопытство не взяло свое. Как назло, вампиры сидели напротив, что буквально позволяло Императору весь вечер рассматривать своего жениха. Правда, первым недоумением было, что несколько вампиров сидели в шоке, когда Ято показал свое лицо. Да и он сразу понял, кто из них Император, ведь теплая улыбка на его лице буквально вызывала отвращение у Принца. Он понимал, что в ней нет ничего страшного или ужасного, но, зная о своей судьбе, это было отвратительно.       — Император Мэйрон, смотрите, не съешьте Принца Ято своим взглядом. — Буквально все посмотрели на правительницу фей, которая сидела с легкой улыбкой, а после бросила краткий взгляд вампира.       — Не переживайте, Правительница, взглядом невозможно съесть, да и как я могу так поступить с будущим супругом? — Вампир немного расслабил лицо, хоть и полностью убрать свою ухмылку не получилось.       — Не хотелось бы, чтобы на меня весь вечер смотрели как на добычу, чувствую себя зверьком в лесу с хищником. — Ято осмотрел всех, а после снова опустил голову. Хватит с него столько внимания.       Патриарх оборотней лишь фыркнул, его сыновей отвергли, а тут такая мелодрама. Правда, Мэйрона немного беспокоил тот факт, что Наследник Патриарха буквально пилил взглядом Кириана. Вскоре все посмотрели вверх, все-таки сидели под открытым небом. Несколько ярких объектов двигались медленно и почти сформировали одну большую точку, но до этого еще было немного далеко, примерно полчаса.       — Я смотрю, я тут не один засматриваюсь на насина, вот только я любуюсь женихом, а вы кем любуетесь, Наследник Патриарха? — Мэйрон посмотрел на оборотня, чем застал его врасплох, а остальные пристально смотрели на парня. Вампиру не нравился этот взгляд, он конечно задумывался о том, чтобы найти брату мужа, но явно не хотел связываться с оборотнями.       — А что, нельзя? Или сегодня у нас запреты на взгляды? — Оборотень сложил руки на груди и сделал немного грозный взгляд. Он и сам не понимал, чем его так привлек насин. Однако не мог игнорировать тот факт, что его зверь внутри буквально кричал «мое».       — Просто интересно, чем вас так привлек мой старший брат? Ай. — Мэйрон получил от насина небольшой удар в плечо, а заодно и намек, что не стоит к нему привлекать внимание. А вот оборотню достался подзатыльник от отца. Правительница с королем немного посмеялись с этой ситуации.       — Я смотрю, у нас тут одни гляделки сегодня. Ой… — Король посмотрел вниз и заметил девочку, которая пару минут назад сидела с наложником Императора. Дети были на празднике, но все даже боялись просто встать, а тут такой смелый и резвый ребенок.       — Адриана, вернись на свое место. — Юмео был немного взволнован, а вот девочка разглядывала Принца. Насин, всего на секунду отвернулся, а дочь уже убежала.       — Такой же как и на картине, но папой я тебя называть не буду. — Ребенок немного улыбнулся и быстро увильнул к папе, правда, на пути ее перехватил отец и усадил на свои колени.       — Адриана, солнце мое, ты сегодня крайне непослушная, что случилось, ты мне расскажешь? — Вампир удерживал девочку и смотрел ей прямо в глаза с такой же улыбкой, как смотрел на Ято.       — Мне было интересно посмотреть на мага, он ведь скоро будет жить с нами. — Девочка говорила это без каких-либо лишних мыслей, и была мала еще, чтобы понимать все нюансы взрослой жизни. А вот она Ято понравилась, такая же любопытная, как и он в детстве. Правда, такой же нежный взгляд вампира на ребенка заставил насина немного задуматься о словах отца про вампира, ведь родительскую любовь нельзя подделать или скрыть, неужели вампир влюблен в Принца?       — Какой любопытный ребенок. — Фея немного улыбнулась и подошла к Императору, поцеловав ладонь девочки, та не поняла, что это было.       — Ада, скажи «спасибо», если фея тебя целует в ладонь, это принесет удачу. — Вампир поцеловал ребенка в макушку.       — Спасибо. — Девочка заулыбалась во все зубы.       Ближе к самому параду планет заиграла довольно приятная музыка, словно сама магия в воздухе ее образовывала, ведь именно в тот момент музыканты ничего не играли. Да и концентрация магии повышалась, и это чувствовали все, даже фея побаивалась, что не сможет сдержать запреты на горе. Сначала никто не понял, только Ада улыбалась, ей нравилась эта мелодия. Вскоре Принц словно пальцами вспоминал движение из танца, что видел во сне, и робко повторял его в саду, но он был не один. Фея также двигала рукой, словно знает каждое движение, но для нее они были свои. Император и Наследник сами не заметили, как встали со своих мест, Мэйрон пошел к Ято и протянул ему руку, приглашая на танец, а вот оборотень пригласил на танец фею.       Четверка словно заколдованная вышла на центр, благо места было много, и можно было не беспокоиться о травмах. Все планеты почти стали в ряд, оставались считанные минуты до того, как это произойдет, и мелодия затихла лишь на секунду, и началась сначала. Они начали танцевать движение за движением, полностью отдаваясь танцу. Считанных секунд хватило, чтобы фея распустила свои прекрасные полупрозрачные крылья, которые переливались всеми цветами в свете парада, что стали неотъемлемой частью представления и сливались с красивыми движениями. Ято лишь подчеркивал их, удлинял и повторял каждое движение магией огня, раз за разом выпуская разные цвета, буквально наполняя жизнью каждый изгиб. Именно тогда король узнал эти движения, которые так старательно сын оттачивал в саду, и магия огня, столь нежная и прекрасная, только подчеркивала их. Секунда, две, три, и вот кровавый клинок вампира и сапфировый клинок оборотня, лезвиями проскользнули друг по другу, создавая искры, словно изгибы тела. Зрелище было завораживающее для зрителей, но жестокое для исполнителей, ведь на припеве все четверо как один пустили слезу. Они словно куклы исполняли произведение и видели жестокую реальность прошлого.

***

Вампир       — Ты не можешь вот так остановиться. Никто из трех рас не станет обращать внимания на какой-то там парад планет.       — Это священный день для всех, никто завтра не пойдет в бой и точка, или ты смеешь перечить императору? Так попробуй, и я снесу твою голову.       — Мы должны выиграть ради расы вампиров, пойми это, иначе нас попросту не будет в этом мире.       — Хватит, разговор окончен, я уже отдал приказ, не наговори себе на казнь.

***

Фея       — Сестренка, я принесла тебе твой укрепляющий отвар, вот выпей, завтра будет сложный бой, мы заберем свое.       — Я не буду это пить, никто в священный день не пойдет в бой, ты хоть понимаешь, что говоришь? Хочешь страдать от Божьей кары?       — О чем ты? Они давно отвернулись от нас, столько фей погибло, будь они с нами, не допустили бы этого.       — Хватит, я не буду это пить, и смей стоять у меня на пути. Никто завтра не пойдет в бой, а будешь и дальше продолжать, священное пламя настигнет тебя.

***

Маги       — Сын мой, завтра мы пойдем в бой, будь готов.       — Отец, прошу, не надо, давай не завтра. Это священный день, для любого мага это честь жить в век парада планет.       — Прекрати паясничать, это вопрос выживания магов. Хочешь до конца жизни быть рабом и обречь свой народ на рабство?       — Если ты завтра прикажешь идти в бой, я лично убью тебя и займу престол. Король насин начнет новую эру магов.

***

Оборотни       — Готовь армию, завтра будет не легче, чем несколько дней назад, осада все еще идет, мы должны напасть с тыла.       — Патриарх, прекратите, завтра священный день, Ваши сыновья отдали жизни, уважайте их память.       — Щенок, смеешь пререкаться со мной? Ты стал моим наследником только потому, что столько десятилетий оставался верен мне.       — Щенок вырос и готов пустить в ход клыки, порвать тебя и стать новым патриархом, новым главой рода оборотней.

***

Гора Эймао       Император вампиров, Правительница фей, старший Принц насин магов, Наследник Патриарха оборотней. Они единственные, кто помнил, единственные, кто пришел в разруху, дабы отдать дань уважения Богам и посмотреть на парад планет. Они не хотели больше убивать, сто лет крови и ненависти — слишком много. Они слились в танце среди руин, в прекрасном танце, наполненном магией, и один за другим убили самых близких, тех, кто мешал остановить реки крови. После движение за движением магия остановила войну, они не смогли вернуть погибших, но смогли восстановить руины среди которых танцевали. Впервые все бои прекратились, и в тот день никто не умер от войны, четыре расы были готовы принять мир и строить новое будущее для своих потомков. Лишь четыре трупа, что лежали у их ног, говорили, что все окончено, больше нет тех, кто заставит их воевать.

***

      Вампир, фея, маг, оборотень — они словно сливались со своими предками, продолжая кружиться и создавать невероятную композицию. Вдовствующий Император тогда заплакал, он помнил, но считал это бреднями прадедушки, но тот был прав, они все забыли, забыли, какой ценой живут в мире и спокойствии.       — Ваше Величество, с вами все в порядке? — Старший брат Императора немного был обеспокоен за его папу.       — Смотри, Кириан, смотри и не отрывай глаз, больше ты нигде не увидишь эту птицу, легенды действительно не врали.       Принц не понимал, о какой птице идет речь, на стоило закончиться куплету и начаться новой части, как четверка заметила двоих, они не понимали, кто они. Они идеально вписывались в представление.       — Папа, папа, а кто эти двое? Я их не видела тут. — Девочка посмотрела на папу, и тот был немного в шоке.       — Ада, ты чего? Танцуют же только твой отец, маг, фея и оборотень. Там больше некого нет.       — Есть, один в белой одежде и такими же белыми волосами, правда, одна прядка волос черная, а второй наоборот, но в черных одеждах, с белой прядкой волос. Первый сопровождает танец феи и мага, а второй — отца и оборотня.       — Солнце, хочешь сказать, что ты видишь Богов жизни и смерти? — Юмео начал нервничать, ведь это было ненормально.       Именно в тот момент выступление закончилось, огненный феникс, перед которым в противостоянии замер вампир и оборотень, и лишь меч феи не давал скрестить кровавый и сапфировый клинки. Картина невероятной красоты, ведь считалось, что фениксы были истреблены несколько тысячелетий назад, а свет, что исходил от всех планет, что в конце встали в одну линию, только усиливал картину. Четверка только тогда отошла от непонятного состояния, по щекам текли слезы, словно их заставили вспомнить прошлое предков. Бог жизни поцеловал руку Ято и попрощался с ним, назвав «светлой душой». А Бог смерти немного надменно попрощался с Мэйроном, назвав «приговоренным к забвению». Вся четверка видела в тот момент Богов и плохо понимала, реальность это или все еще воспоминания.