Драйберген

На дворе оживленного портового города Анконии было солнечное, ясное утро - на небе почти не было облаков, дул легкий бриз, прибрежные птицы тщетно пытались перекричать кипящие жизнью доки. Именно в этих доках, у борта одного из фендийских судов, встретилась группа человек: одни, очевидно, представляли мореплавателей и торговцев прямиком из айнхорстской державы, в то время как вторые - по большей части подзагоревшие, крепко сложенные и вооруженные люди - явно были местными. - Господин Стейнбэк, я полагаю? - С улыбкой поинтересовался, судя по всему, главный, отличавшийся тем, что носил кепи, а затем протянул руку стоявшему напротив него мужчине лет 50-и. - Я от вашего торгового партнера. Он попросил вас сопроводить к месту вашего пребывания. - Всех ли у вас принято сопровождать вооруженным конвоем? - Поинтересовался фендиец, пожимая руку местному и осматривая его товарищей. - В любом случае,про договоренность мне известно, идемте. - Перед тем, как двинуться вслед за сопровождающими, человек оперативно выудил из внутреннего кармана пиджака какие-то документы, сверяясь с ними, после чего кивая самому себе. - Смотрю, вы не то, чтобы много знаете о нашей великой Республике Терра-Анкона, не так ли? - С усмешкой поинтересовался солдат. - Признаюсь честно, нет… - Хмыкнул фендиец, осматриваясь кругом. - Мне, конечно, известно, что государство переживает не лучшие времена и с общественной безопасностью в некоторых регионах дела обстоят не лучшим образом… - “В некоторых регионах”? “Не лучшим образом”? - Анконец усмехнулся. - Это либо вы углы сглаживаете, либо дали вам устаревшую информацию. Устаревшую лет эдак на пятнадцать, если не двадцать. Ну что же, на правах вашего “гида” вполне могу и посвятить в обстановку, если вы желаете. - Получив молчаливое согласие торговца, он показательно прокашлялся. - Если говорить абсолютно серьезно, ситуация в стране отвратительная, если не хуже. Де-юре - у нас демократия, свобода и все тому подобное. “Федерация, в которой сильные субьекты поддерживают и развивают слабых” - на бумаге подобная доктрина. На деле же, из всех этих восьми субьектов, вы можете себя чувствовать в относительном комфорте только в трех местах - Фероццио, Пиарелли - то есть, то самое место, где мы с вами находимся, и еще Хафияхе. - Фероццио и Пиарелли - это самые крупные города, насколько мне известно. А Хафияхе - самый густонаселенный район. - Подметил Стейнбек. - Все правильно, в нем еще пара важнейших поселений. Итак, продолжая тему: в городах относительно хорошо работает полицейская служба, и под этим я имею в виду то, что ИНОГДА они выполняют свою функцию и поддерживают порядок. Границы между бедными и богатыми районами охраняются, то есть в своем отеле вам будет нечего беспокоиться. Да и бедным тут полегче, потому что платят все же чуть больше, чем вне крупных городов. А вот за ними… Ну, если у вас есть деньги на охрану, думаю, беспокоиться вам все равно не надо - до пункта назначения вы будете сопровождены, да и там за вами присмотрят. Однако для простого обывателя жизнь там - вот сейчас ни на секунду не преувеличиваю - сущий ад. Рассчитывайте на 14-часовой рабочий день, минимальные зарплаты, и хибару, в которой ваша семья в человек эдак пять-шесть жить и будет. Семьи, естественно, огромные, потому что денег на медикаменты хватает не всем. Одним словом - время там застыло в 3000-х. - Заключил анконец с мрачным смешком. - Управление территорией на зейстратский манер, я погляжу? - Подметил торговец, качая головой. - При всей своей прагматичности, эффективно. - Ну почему же сразу на зейстратский манер, правительство вполне охотно обьяснит вам, что права у наших граждан есть, и никакие они не рабы, как в Зейстратских колониях. Минимальная заработная плата установлена, да и меньшинства тут не притесняются, все равны. И если с первым еще можно очень, очень сильно спорить, то вот со вторым нет - тут действительно все равны. Равны либо в эксплуатации местного населения, либо как раз в работе на первых. Да и исторически как-то сложилось, что у нас действительно принимают всех - ну, или почти всех - на фоне Кадиллии, которая особенно в последнее время стала все яснее и яснее показывать свою, кхм, толерантность. - Развел местный руками. - И все же, мне немного любопытно, как до этого дошла хваленая всеми, кому не лень, демократия на кадиллийский манер? Права ведь в подобных государствах - это самое важное, если я не ошибаюсь. - Поинтересовался Стейнбек после того, как его собеседник закончил описывать обстановку в стране. - О-о-о, ну, думаю, это вы по адресу. Рассказ долгий, но интересный - заодно займет весь оставшийся путь. - Не без гордости в голосе ответил охранник. - У меня мать очень интересовалась этим вопросом - благо, в семье деньги были, чтобы она его могла должным образом изучить. Так вот, слушайте. - Начнем мы совсем издалека, с момента первых королевств и империй Айнхорста. Многое ли вам известно об истории Южного Айнхорста до того, как туда вторглась Светозарная Империя, а, мистер Стейнбек? - Нет, не думаю… - Покачал головой фендиец, почесывая подбородок. - Само собой. Большому Боссу Юга, а именно Альтес-Талу, это невыгодно. Но вернемся к теме. На Юге, а точнее, Юго-Востоке Айнхорста с давних времен сформировалась абсолютно уникальная культура - потому что по большей части от остальной цивилизации была ограждена огромным озером, которое и океаном можно не стыдясь назвать, в самом сердце континента - ну, его название вы как айнхорстец должны знать, Харцмюттер - и горами к Северу, Дьориджоннских. По Западу протекают огромные реки, и только в паре-тройке мест их можно успешно пересечь на своих двоих. Вот там и сформировалось целое множество всяких примитивных королевств и народностей, но нас интересуют только две: ближе к северу, на берегах рек одними из первых сформировали мощные и стабильные государства вернийцы. Гордые кочевники и воители, путешествовавшие далеко за пределы своих родных краев с момента зарождения - так у нас их любят освещать в истории. Ну… А я и не вижу смысла спорить. Наши дальние предки действительно путешествовали и заимствовали все лучшее у далеких государств вроде Миттельбардии и Авельона. Затем возвращались с этими знаниями обратно домой - и так медленно, но верно построили царства по собственному образцу. Простирались они от центра региона до самых Дьориджоннских гор, как раз благодаря которым вернийцев и не покорила Миттельбардия. Но я снова ушел от темы, интересует нас всего одно царство - Королевство Риацце, взявшее под свой контроль добрую половину Восточного Побережья Харцмюттера, а затем и ударившегося в экспансию на дальний Юг, прямиком во всякого рода пустыни. По тем меркам идея крайне спорная, но вообще-то благодаря ней для нашего народа еще не все потеряно. Ну и вот, когда Риацце добирались до побережья моря через пустыни и степи, боем или просто исследованием, примерно там же они наткнулись на другую народность - вот на нее на данном моменте и соскочим. - Вы ведь наслышаны о ракхасах? У вас их по-всякому называют… Но северяне, в особенности арунлирские, точно лестно кличут “кровопийцами” и “упырями”. - Вполне наслышан о том, как их общины занимают целые районы и практикуют свои традиции в кобейрских странах. На них мне особенно сильно жаловались знакомые из Кадиллии. - Ответил фендиец не без доли презрения в голосе. Анконец, выслушав собеседника, рассмеялся. - Ну, примерно этого я и ожидал. Странные кошачьи глаза, позволяющие видеть в темноте, и волосы у большинства к совершеннолетию приобретают серые цвета, да еще и клыки - ну прямо идеальный пример ужасов Хтони. Я уже не говорю про то, что это единственная разумная раса нелюдей в Айнхорсте, да еще и так плотно повязанная с кровью… И все же, именно они создали одну из самых первых цивилизаций на юге континента. Конечно, у них были эти странные ритуалы и практики, связанные с магией крови, да и рабовладельческая система у них была пожалуй одна из самых жестоких. Но опять, по итогу именно они построили города, организовывали армии, дальше всех двинулись по магической мысли в Айнхорсте. В конце концов, добраться до них Миттельбардия ну никак не могла. Ну вот, ракхасы и создали Королевство Лайар - оно занимало обширные пустыни и степи, да и по сути своей являлось региональной силой не менее грозной, чем Риацце. Поначалу, когда вернийцы и ракхасы столкнулись, в воздухе витало напряжение, было слишком много недопониманий - в конце концов, Риацце толком никогда не имели дело с магией, да и все же серьезный культурный барьер был… Но когда с Запада пришли маршировать еще тогда авельонцы, которые в будущем станут сначала Светозарной Империей, а затем и всеми любимым Орденом, о вражде как-то позабыли - уж очень новоявленная империя хотела себе земли и тех, и других. Создали альянс, который и заложил фундамент дружбы народов - Дуумвират.       В нем вернийцы и ракхасы решили уладить все территориальные споры, ну и обязывались помогать друг другу в военных походах. Начался культурный и технологический обмен, благодаря альянсу же два королевства умело поделили Южный Айнхорст на свои сферы влияния. Серьезные беды у них начались именно к открытию Кобейра и началу колониальной гонки. Конечно, у обоих королевств был выход к морю, так и в новую часть света попасть они могли, но все их враги на севере и западе в этом плане имели больше приемущества: и просто ближе к краям были, и уже как-то больше опыта в морском деле имелось. После нескольких экспедиций и операций по вытягиванию информации о колониальных планах других великих наций, тогдашние короли Риацце и Лайара положили свой глаз на Юго-Восточный остров, который впоследствии будет наименован ими же Анконией. На бумаге все было идеально - огромные территории и куча ресурсов… На деле же - хоть и есть награда, ради нее пришлось пободаться с авельонцами, развить инфраструктуру в джунглях и степях, да еще и с плотно обосновавшимися туземцами разобраться. В итоге сторонами был составлен Йохьелский Договор, в котором, по сути, Анкония делилась надвое: Запад уходил Лайаре, Восток, соответственно, Риацце. На этом порешили и начали агрессивную экспансию на острове в 2880-х. По берегам были установлены форты и аванпосты, которые у нас сейчас выставляются напоказ, да и используются в том числе, уничтожалось коренное население безо всякой пощады - Риацце просто не видели смысла в переговорах с примитивами, а Лайара в них настоящую угрозу их успеху видели. Проблемой стало возрастающее влияние все тех же авельонцев на западном побережье острова - они там решили основать несколько поселений, как раз неподалеку от зарождающейся Кадиллии, ну и явно этим хотели перекрыть все амбиции Дуумвирата.       Последние, естественно, твердо были вознамерены получить свое место под Кобейрским солнцем, особенно обозленными были ракхасы, считавшие весь Запад исключительно их территориями. Поэтому, когда оба государства утвердились на острове и собрали достаточно сил - без замедлений создали дипломатический прецедент на своих границах с Авельоном и тем самым развязали Четырнадцатилетнюю Войну в 3011-м. И-и-и… О-о-ох, какая же это была спорная война. - Приостановил свой рассказ местный, посмеявшись и отмахнувшись рукой. - Конфликт аж на два театра, один из которых еще был наполовину дикими и никем не обоснованными степями да джунглями, заполненными аборигенами и хтонью выжал из каждой из участниц все соки. В самом Айнхорсте же была настоящая мясорубка армий трех может быть и не самых больших, но все равно грозных королевств. Вернийцы в очередной раз показали превосходство своей кавалерии, ракхасы - боевых магов, а авельонцы, которые собаку сьели на технологиях - артиллерии. Ну, при всей мощи последних и их уже огромной на тот момент империи, два звезды Юга все же стали пробиваться в их основные территории на континенте, пока в Кобейре им приходилось держать оборону любыми возможными средствами - союзы и тысяча обещаний коренному населению, партизанские тактики, перечислять можно до упаду. Что в итоге? Пиррова победа - да, Авельонцы были обязаны признать полное владычество королевств Юга над островом и сдать все поселения, находившиеся там… Но нужно ли мне обьяснять, что четырнадцать лет напряженной войны сотворило со всеми государствами? Сотни тысяч погибших, экономика в руинах, а на руках еще и колонии с буйствующими на границах аборигенами. Поэтому, думаю, этот конфликт можно смело назвать одной из причин, похоронившей не то, что надежду на светлый Южный Айнхорст, но еще и на адекватную Авельонскую Монархию. Пока у них зарождался имперский дрейитизм, у нас - вернийцев - и у наших союзников-ракхасов были свои проблемы.       В Лайарском королевстве на трон взашел ну совсем никудышный король Кьянуй Пятый, полностью подконтрольный верхушке аристократии, да и это-то при реалиях возрастающих в стране революционных настроений - рабы и крестьяне желали послаблений в жестокой иерархии и системы. Вернийцы же страдали от глубокого экономического кризиса: усугубили ситуацию всякого рода засухи и иные катаклизмы, прямо в этот момент и отравившие центральные владения Риацце. Власть королевского трона на тот момента ослабла ужасно, и все феодальные владения, дабы выжить, принялись творить самоуправство: в летописях говорится о рейдах армий герцогов на владения своих же подчиненных, голодных бунтах, и прочем, прочем, прочем. Одним словом - черная страница истории Южного Айнхорста, которая и окончательно завалила всех в могилу. Продолжался весь этот беспредел до 3060-х, когда северяки наконец-то обратили свое внимание на Юг не как на потенциальную площадку для экспансии, а как на что-то действительно серьезное - у нас ведь именно в это время обороты набирала всеми горячо любимая Светозарная Империя с их дрейтистами. И конечно же, по случайному сложению обстоятельств на территории Дуумвирата возросло количество дрейтистских проповедников. Так и не оправившиеся от своих бед королевства и противопоставить восходящему гиганту ничего не могли толком: а потому беспомощно наблюдали за тем, как их народы с их древними культурами поглощаются беспощадной военной машиной перерожденного Авельона… - С драматичным выражением лица рассказывал человек. - ...И когда имперские дрейтисты обьявили войну Дуумвирату, никто уже не удивился. Более того, нашелся один человек, который твердо был намерен спасти и ракхасов, и вернийцев хоть в каком-то виде - и человеком этим был Генерал-Губернатор Паоло Джанноти, лидер Риаццийской Анконии.       Вступив в свою должность в 3045-м, Паоло изначально имел большую автономию из-за ситуации на родине, хотя, естественно, и нельзя было сказать, что ситуация на острове была намного лучше, чем в метрополии. И все же, когда все стало клониться к войне, он подготовил крайне амбициозный и рискованный план по вывозу самых амбициозных политиков и лидеров королевства из Айнхорста в Кобейр и укреплению своих владений, чтобы, с его же слов, “ни один пироманиакальный фанатик не подплыл к нашей земле ближе, чем на милю”. Самые Риаццийские граждане, что чуяли неладное, тоже все доступными им средствами старались перебраться в Новый Свет. Последним шагом стала попытка согласования совместного отделения от своих метрополий и формирования конфедерации с Лайарской частью острова, но те отказали, и даже наоборот, пригрозили в случае независимости государства Джанноти разобраться с повстанцами и протянуть руку помощи своим союзникам. Что оставалось Паоло? Естественно, втихую готовиться к трудной обороне как с моря, так и с земли. Запрашивать волонтеров у новообразованной Кадиллии, заключать теневые сделки с другими государствами, в общем вымалить помощь у кого попало, ведь собственных сил было довольно немного. И вот, когда началась война, Восточная Анкония обьявила о своей независимости и создании республики с целью “Спасения всех народов Южного Айнхорста от дрейтистской угрозы”. Дуумвират, у которого и так было множество проблем с основным фронтом, лишь отдал приказ Западной Анконии сокрушить повстанцев и послал незначительную помощь: нетрудно представить, чем это обернулось. Молодая республика во главе с Джанноти, которого многие зауважали за ответственный подход к правлению колонии медленно умирающего королевства, был еще и довольно талантливым стратегом: заручившись поддержкой коренных племен и привлекая волонтеров под лозунгами создания свободной республики, он сокрушил ракхаские колониальные корпуса за какие-то три года.       В 3067-м была провозглашена Республика Анкония, территории ракхасов были полностью интегрированы в государство, ну разве что только самый плотно обжитый регион ракхасов - Хафияхе - получил частичную автономию, однако новое правительство чутко следило за ним. Метрополиям же оставалось опустить руки и признать свое поражением по всем фронтам:так Альтес-Тал подчинил Дуумвират, а следом за ним последовали и остальные мелкие королевства Юга. Обьяснять, какой гуманитарный кризис вызвало массовое бегство вернийцев и ракхасов, мне, наверное, не надо? Правда, Айнхорстцы его по большей части избежали - ну потому что оба народа понимали, что с ними случится, если они попытаются рвануть к арунлирским государствам. А именно - их разорвут на части. Однако у некоторых просто не было выбора. А вот все остальные предпочитали смелый новый мир - а именно Кобейр. Кто-то скептически относился к идеям Джанноти и уплывал в Кадиллию, кто-то отправлялся вслед за новой ведущей фигурой этих двух наций, а некоторые вообще пытали удачу в Фендийской Мозее. Ну и тут снова всплывает уже известная нам проблема: если вернийцы брали на себя роль дипломатов на Дуумвирате и в общем-то немало обменивались культурно с остальными государствами Айнхорста, тем самым и интегрируясь в них без особого труда, то королевство Лайар по своей сути было полу-изоляционистским, порядки их сильно отличались от большинства других народностей. Поэтому при миграции они предпочитали жить общинами, от своих пугающих для арунлирского населения традиций не отказывались, ну и заодно занимали в основном всякие должности, связанные с магией, копанием информации и управлением людскими ресурсами. Ну, и это все вкупе создало в глазах общественности такой типичный образ ракхаса: живущий в общине таких же больных выродков хтони недочеловек, пьющий кровь и занимающийся самоистязанием по религиозным причинам и живущий по каким-то нечеловечески прагматичным стандартам, где ты рвешься к власти как можешь, а как дорываешься - начинаешь тиранить подчиненных для наилучшего результата. А у них самих, между прочим, культурный шок, они так веками жили до того, как дрейтисты, чтоб их бог их же всех побрал, их силой не выперли. Вот так вот. Что же до нас, ну, опять же, вернийцев - я врать не буду, на нас тоже порой свысока смотрят. За пределами Анконии мы тоже предпочитаем держаться общинами, хоть и более, если можно так выразиться, прозрачными и цивилизованными. Тоже у нас есть откровенно идиотские на первый взгляд традиции - ну возьмем, например, один из национальных праздников, Чьянвеззу. На нем мы якобы отдаем дань богу Воды, что даровал нашим предкам плодородные реки и озера… Ну и топим куриц в воде, якобы в качестве подношения ему. Ну и все же, такого полномасштабного притеснения, как ракхасы, вернийцы, пожалуй, нигде не встречали - поэтому нас можно найти, наверное, в любой части света и в любой отрасли труда. А, вот еще - бывших Риацийских кавалеристов, что сумели пережить или избежать мясорубки со Светозарной Империей, и наших мореплавателей ну очень быстро расхватали Фендийцы и Кадиллийцы. Вторые благодаря именно благодаря нашим ребятам и выйдут к Ютландским Островам, к слову! - не без гордости отметил анконец. - Но я отвлекся. Вернемся к нашей молодой Анконской Республике и ее бедам. А бед, между прочим, было немало - аборигены, помогавшие в войне, требовали территориальных уступок и гарантий, бегущих с исторической родины уже селить было негде, а проекты по расширению из-за диких, неосвоенных территорий, шли медленно. Это еще не исключая вероятности того, что Светозарные вполне себе могли готовить дрейтистский переворот в молодой республике, чтобы вернуть ее под свой контроль: уж потери Кадиллии им было достаточно. Понимая, что никакая свобода и многопартийность в столь экстремальных условиях работать не будет, Паоло де-факто создал авторитарный режим, сделав себя пожизненным президентом. Однако сделал он это не для того, чтобы стать новым царьком, а навести порядок в стране: под его контролем слабоватая по меркам того времени колониальная армия была реформирована в силу, перед которой у местной хтони и аборигенов не было и шанса, чиновников и управленцев он зажал в ежовые рукавицы, вычищая любую коррупцию системой доносов и строжайших наказаний, а жандармерия стала выискивать и уничтожать любого, кто подозревался в пособничестве и сочувствию имперскому дрейтистскому культу. У нас даже до такого абсурда доходило, что в храмы умеренного дрейтистского толка, которые у вернийцев за годы тесного контакта с авельонцами стали довольно популярны, заглядывали офицеры и вели со священнослужителями беседы о том, что имперским дрейтизмом является, а что - нет. Коренное население и особо опасное зверье признавалось Анконией “угрозой развитию народов Южного Айнхорста”, и лично Джанноти формировались смешанные отряды из лучших ракхаских боевых магов и вернийских кавалеристов по истреблению островных угроз. Начался фактически беспощадный геноцид, который нам припоминают до сих пор, но результаты он принес - центральные территории острова полностью стали свободны для освоения колонистам, коренные народы дрожат и боятся, а хтонь хоть и обитает, но проблем от нее раза в четыре, если не в пять, чем было ранее. Что бы ни говорили наши современные политики, Джанноти не зря в свое время называли “Великим Защитником Народов Юга”: за какие-то тридцать лет Анкония благодаря его трудам превратилась из изнуренной войнами и некомпетентностью своих метрополий колонии в государство с крепким фундаментом. Уже в глубокой старости, в 80 лет, понимая, что навряд-ли закончит работу по стабилизации Анконии, он решил назначить своим наследником одного из своих приближенных - Джованни Гьероццо, ему же передав в руки проект по постепенной либерализации страны. Умер “Великий Защитник Народов Юга” через два года, в 97-м, буквально через несколько месяцев после тридцаталетия республики. Дед мой как-то вспоминал, как его хоронили: на улицах то и дело попадались рыдающие люди и самодельные процессии граждан, отпевавшие душу почившего, а на самой официальной церемонии в Фероццо давка была страшная, ее в газетах следующие несколько недель обсуждали. - То есть, в отличие от ваших собратьев к Востоку, вы вообще начали свой путь с автократии? Занятно. - Отметил фендиец. - Хорошо. А что же с Гьероццо? Ему удалось? - У Гьероццо были амбициозные проекты, но никакой поддержки. А с того света Паоло не призовешь, и имя его уже для кабинета министров, дальше своей выгоды не видевших, не значит так много: в отличие от Джанноти, новый “пожизненный президент” держать под контролем всю эту свору не сумел, а потому и осуществить толком ничего не успел: поправил пять лет, а потом его сместили. Ну как сместили - он осмотрел всех своих противников, и понял, что лучше уступит место радикальным автократам под лидерством ракхаса Яхве Маннере, чем кому-то из плутократов. Вот Яхве и перехватил инициативу. Он решил, что Паоло хотел устроить что-то на манер вот этого первого министра Кадиллии - Фордей его звали, кажется? - и стал пропагандировать идею освобождения исторической родины от гнета, с его же слов, “клики духовенства”.       На дрейтистов наложили еще больше ограничений - хотя поначалу до чисток, как в той же Кадиллии, не доходило - пошли дикие вложения в военный сектор, в конституции закреплялся всеобщий призыв во время войны, ну и военному делу начинали учить с малых лет. Пока военный комплекс рос, а остальное все застыло во времени, нужен был внешний враг. А так как внешний враг уже закончил со своей экспансией и террором на Юге, нужно было создать видимость, что он пытается сделать нечто уже на твоей земле. Пока Маннере пытался наладить связи с националистическими движениями в Светозарной Империи, пропаганда кричала о том, что кругом дрейтистские агенты, желающие покончить со свободой Южных Народов. Вместе с тем военно-морской флот начинал проводить подозрительные маневры на границах с колониями Светозарных… В общем, если бы не совершествование полиции, армии и образования - хоть и с сомнительными конечными целями - Яхве не правил бы те 11 лет, за которые он все это сделал. В 3113 Маннере умер - однако были сильные подозрения, что его кто-то отравил - и началась внутрипартийная грызня. Об изначальных целях Джанноти и Гьероццо уже никто и не помнил: сформировалось фракция Яхвеистов, желавших дальше продолжать борьбу с призрачной дрейтистской угрозой, и “Свободная Коалиция”, которая по сути и близко свободной не была - собрались все эти алчные министры и управленцы, и решили построить “настоящую кадиллийскую демократию”. Пару лет баланс держали какими-то кандидатами, которые предпочтения не отдавали ни той стороне, ни другой - ну а потом развязали гражданскую войну, шедшую шесть лет и уже окончательно стеревшую все надежды на сильную Анконию.       И вот, наконец-то в 3121 “Свободная Коалиция” поборола Яхвеистов и обьявила торжество республиканства. А на деле кабинет этих министров и присягнувших им на верность генералам поделили между собой остров и стали накачивать крупные города деньгами и рабочей силой, в то время как остальное использовалось как ресурсный придаток. Еще и память Паоло очернили, выставив его во всяких учебниках истории кровавым тираном, тьфу. - Разочарованно заключил сопровождающий. - Ну что же, теперь у вас по крайней мере процветает торговля, да и альтернатива в лице Яхвеистов звучит хуже… - Хмыкнул Стейнбек, осматриваясь кругом. - Процветает, но какой ценой? А, и вот вам последний исторический факт: вы когда-нибудь слышали про Кобейрский Концерн? - поинтересовался анконец. - Конечно, приходилось даже с ними работать. - О да. Одна из крупнейших добывающих организаций Кобейра и Нового Света, у которой даже своя частная армия имеется. Так вот - одним из отцов-основателей этой компании является Жонас Делорро, один из тогдашних адмиралов Анконии. И кто бы мог подумать - процентов 50 морских и приморских нефтедобывающих комплексов у нас под контролем Концерна. Это я уж не говорю про то, что ходят слухи, и вполне себе небезосновательные, что они до власти дорвались… - Тем временем, общающиеся дошли до участка с трехэтажным зданием, огражденного высоким каменным забором. - Ну да ладно. В любом случае, мы на месте. Дальше, думаю, вы разберетесь сами. Приятного пребывания в Пиарелли, мистер Стейнбек - завтра еще увидимся, мне вас до места сделки сопровождать. - Коснувшись кепи, анконец вместе со своими сослуживцами ушел восвояси. Проводив охранников взглядом, торговец смахнул капли пота со лба. - Ужас. Этому человеку лучше в историки, а не в гвардейцы идти. Будто бы вернулся в университет, когда мне на один вопрос отвечают лекцией. - Буркнул Стейнбек под нос и побрел по делам.