Сто способов убить серцееда / 干掉万人迷的一百种方法 / A Hundred Ways To Kill A Heartthrob.

— Шэнь Цзюэ, я наконец-то впервые победил. Голос Мужун Сю немного дрожал, а уголки его глаз покраснели ещё сильнее. Он крепко держал мальчика в своих объятиях, как будто считал его единственной добычей. Он был всего лишь марионеточным императором, и именно Шэнь Цзюэ заставил его впервые победить регента. Мужун Сю не знал, как счастлив был в глубине души. Он вспомнил лицо регента на утренней аудиенции, и ему не терпелось громко рассмеяться. Шэнь Цзюэ обняли, и он слегка нахмурился. Для него, будь то Мужун Сю или регент, они были просто людьми в зеркале. Могло ли это быть необходимым? На самом деле он не хотел сближаться с ними. — Это здорово, ваше величество, – Тихо сказал Шэнь Цзюэ, пытаясь бесшумно высвободиться из рук противника, но Мужун Сю, казалось, был слишком счастлив, не только крепко держа Шэнь Цзюэ, но и дважды яростно поглаживая Шэнь Цзюэ по голове. Шэнь Цзюэ: «...» Шэнь Цзюэ пришлось позволить Мужун Сю удержать его, но через некоторое время он не увидел, как Мужун Сю отпускал его, поэтому не смог удержаться и повысил голос: — Ваше величество? Мужун Сю изначально был рад обнять Шэнь Цзюэ, но после того, как он обнял его, он обнаружил, что человека в его объятиях было так приятно держать, и он не мог не чувствовать себя в оцепенении. Мужун Сю всегда ненавидел, когда к нему прикасались другие. После встречи с регентом он возненавидел это ещё больше, но он не ожидал, что Шэнь Цзюэ будет так удобно держать на руках. Тело Мужун Сю было холодным, но у Шэнь Цзюэ было тёплым, как маленькая печка. В такой зимний день было так удобно держать его, как будто он держал в руках плиту, или плиту, которая была мягкой и не обжигала его. Мужун Сю был ошеломлён внезапным криком Шэнь Цзюэ и быстро отпустил его руку, на его лице промелькнуло смущённое выражение. Шэнь Цзюэ, естественно, не пропустил выражения лица Мужун Сю. Посмотрев на него некоторое время, он рассмеялся: — Ваше величество устали после утреннего суда. Давайте сначала выпьем по глотку горячего чая. Раб только что заварил чай. Это любимый чай Вашего величества с дымчатой водой. Мужун Сю всё ещё был смущён своими действиями только что, поэтому он не особо прислушивался к словам Шэнь Цзюэ, просто кивнул. Увидев, что он стоит неподвижно, Шэнь Цзюэ поднял брови и просто протянул руку, чтобы обнять Мужун Сю. Он проверял Мужун Сю. Шэнь Цзюэ делал всё, чтобы заставить Мужун Сю влюбиться в него. Он был самосовершенствующимся и всегда был терпелив. Он терпеливо ждал, когда Мужун Сю поддастся искушению. Хотя Мужун Сю был человеком с тонким сердцем, как только он двигал своим сердцем, он становился упрямым человеком. Пока Мужун Сю начинал двигать своим сердцем, всё было легко сделать. Шэнь Цзюэ намеренно держал Мужун Сю за руку, пытаясь проверить разум Мужун Сю. — Ваше величество так счастливы, что отказываются уходить. Тогда раб отведёт Ваше Величество пить чай. – Сказал Шэнь Цзюэ с улыбкой, а затем повёл Мужун Сю вперёд. Мужун Сю опустил глаза и посмотрел на Шэнь Цзюэ, держащего его за руку. Рука Шэнь Цзюэ некрасива, на ней всё ещё много повреждений, но они очень тёплые. Его холодные руки, казалось, тоже были испачканы этим теплом. Шэнь Цзюэ почувствовал немного большее облегчение, когда увидел, что у Мужун Сю не было возможности упрекнуть его, и он даже не вырвался на свободу. Пока Мужун Сю испытывает искушение, он может закрыть сетку, но прежде чем закрыть сетку, он должен дать сопернику сильную дозу. Недостаточно поддаться искушению. Шэнь Цзюэ хотел, чтобы Мужун Сю любил всем своим сердцем.

***

После того, как Мужун Сю закончил пить чай, он рассказал Шэнь Цзюэ, что произошло этим утром. Ши Цзяньань лично отчитал регента за преступления совершённое преступление и даже достал доказательства. Лицо регента сразу же почернело, на нём появилось выражение нетерпения полоснуть Ши Цзяньаня ножом. Чиновники, которые ранее лишились своих льгот, немедленно встали и согласились с Ши Цзяньанем. Увидев это, Мужун Сю немедленно воспользовался возможностью, чтобы отругать регента. Он не только сместил официальную позицию Ю Цунсюаня перед регентом, он отправился прямо в императорскую тюрьму и попросил регента пойти домой и подумать об этом за закрытыми дверями, а затем написать признание. Регент не мог спорить за сотню ртов, и его снова не поддержал Ши Цзяньань. Это было восстание, он мог только признать это. Видя, что его вот-вот бросят в императорскую тюрьму, Ю Цунсюань опустился на колени и в панике пополз к регенту умолять. Когда регент увидел это, он пнул Ю Цунсюаня ногой: — Убирайся отсюда. Ю Цунсюаня избили ногами, его вырвало, было много крови. Он думал, что его бросят в императорскую тюрьму. Он не знал, сможет ли он выйти живым. Он всегда был послушен регенту, и он всё ещё позволял другой стороне издеваться над ним в постели. Откуда он мог знать, что этот враг был таким нежным, и он не мог не ненавидеть его немного. Он равнодушно крикнул: — Мой господин, вы не обращались так с Вэй Чэнем в постели в самом начале. Вы сказали, что Вэй Чэнь был лучшим человеком, которого вы знали. Вы когда-нибудь видели, и вы также сказали, что от лица и тела Вэй Чэня никогда не устанете, даже если вы будете смотреть на это всю жизнь. Регент не ожидал, что Ю Цунсюань, действительно зарежешь их двоих в главном зале. Он был потрясён и разгневан, и сразу же захотел сделать шаг вперёд и убить Ю Цунсюаня, но Ши Цзяньань уже разозлился и поспешно защитил Ю Цунсюаня. Перед ним: — Мой господин, несмотря ни на что, мастер Ю ещё не осуждён, ты не можешь этого сделать. Ю Цунсюань вытер кровь с уголка рта и посмотрел на регента с некоторой ненавистью в глазах: — Регент действительно человек слабой привязанности и богатству. Я знал, что теперь Вэй Чэнь не должен верить словам принца. Сегодняшний день Вэй Чэня – это завтрашний день принца. Верит принц в это или нет? Лицо регента снова стало уродливым. Мужун Сю, который сидел высоко на драконьем стуле, увидел этот фарс и не смог удержаться от мягкой улыбки: — Я не ожидал, что увижу такой фарс, Ни Синьянь, я думал, ты просто подружился с А-Цин, но я не ожидал, что вы двое будете такими хорошими друзьями. Когда регент услышал это, он посмотрел на Мужун Сю. Когда он посмотрел на насмешливое выражение лица Мужун Сю, он почувствовал боль в своём сердце, и он даже не мог ничего сказать. Это он был слеп, он на самом деле считал Ю Цунсюаня, дублёром Мужун Сю, и всё ещё был этим горд. Теперь кажется, что Ю Цунсюаня, даже нельзя сравнивать с Мужун Сю, но он просто позволил Мужун Сю наблюдать за фарсом. Регент хотел сохранить лицо, он не хотел терять его перед Мужун Сю, поэтому после того, как Мужун Сю высмеял его, он не мог не чувствовать себя немного обескураженным, и у него даже не хватило ума разозлиться. Мужун Сю одержал большую победу в суде, поэтому была сцена объятий Шэнь Цзюэ после выхода на корт. После того, как Шэнь Цзюэ услышал слова Мужун Сю, он не смог сдержать улыбку на своём лице: — Это действительно здорово. – Он посмотрел на Мужун Сю и мягко сказал, — Но Ваше величество пока не будьте слишком довольны. Регент больше всего полагается на военную мощь. Следующим шагом Вашего Величества должно быть уничтожение военной мощи регента. Мужун Сю стал серьёзным, когда услышал слова Шэнь Цзюэ. — Но почти все солдаты регента следовали за ним от рождения до смерти. Как они могут распасться? Глаза Шэнь Цзюэ слегка переместились, и через некоторое время он наклонился к уху Мужун Сю и прошептал. Мужун Сю был захвачен врасплох, и ухо, к которому приближался Шэнь Цзюэ, онемело, как будто это больше не было его ухом. Первоначально Лян Жун вошёл, чтобы передать заметки, но неожиданно увидел, как Шэнь Цзюэ наклонился к уху Мужун Сю и что-то прошептал, выражение его лица немедленно изменилось, и он поспешно отступил. После выхода выражение его лица стало интригующим. Он всегда чувствовал, что Мужун Сю слишком доверяет Шэнь Цзюэ, а у Шэнь Цзюэ, казалось, вообще не было никаких сильных сторон, но Мужун Сю просто нравился Шэнь Цзюэ, и он почти ел и спал с Шэнь Цзюэ. Неожиданно у них сложились такие отношения. Лян Жун не смог удержаться от усмешки, и в его сердце немедленно созрел план. Шэнь Цзюэ, парень-лиса, если он посмел соблазнить императора, то он был мёртв.