Ты и дня не проживёшь!

В него впихнули пару флаконов с лечебными зельями — костерост, кроветворное, заживляющее, успокоительное и обезболивающее, не самого лучшего качества. Прямо на стуле протащили по темному коридору к железной двери. Пока авроры переругивались, получилось вспомнить свое имя. Он — Рабастан Лестрейндж. У него есть старший брат и прекрасная невестка, он — чистокровный маг в двадцать восьмом поколении и Пожиратель смерти, ему двадцать четыре года. Среди Пожирателей у него есть друзья. И он ничего не скажет тем, кто его похитил! Несколько раз накинув «петрификус тоталус», с него оперативно сняли все путы — и веревки, и наручники, — и грубо впихнули внутрь комнаты за железной дверью. Там было темно. Подволакивая под себя ногу, он отполз подальше от того угла, что был слева от входа. Тот почему-то показался ему подозрительным и пленник, доверившись интуиции, решил держаться от него подальше. Но тут, из этого самого угла, раздался голос.

***

— Привет. Молчание. — Почему ты не отвечаешь? — Потому что ты не Пожиратель и не влиятельный нейтрал, чтобы быть здесь. А значит, ты поддерживаешь их. — пришел ответ от черноволосого парня, который занимал теперь соседний угол с матрасом. — Их? — Тех, кто меня схватил. Я выпил зелье, чтобы ничего им не сказать, и временно забыл все, что было важно. — Я здесь, потому что я имею особый талант. — пояснил Крис, чувствуя в голосе невольного собеседника жгучее любопытство, которое тот явно не хотел показать. — И Дамблдор узнал о моем таланте — присваивать силы других людей. Не только магические, хотя в первую очередь, конечно, их. Жизненные силы, моральные, силу воли, рефлексы, умения… Иногда даже память, если жертва — не оклюмент. Мрачный парень только зыркнул на Криса исподлобья. В темноте было сложно различить эмоции на его лице, но Крис давно уже привык к скудному освещению и точно видел настороженность и враждебность в его красивых, ровных и правильных чертах. Через несколько секунд тишины второй пленник все же соизволил ответить: — Вам меня не сломать! Я ничего не скажу! Парень пробубнил это как мантру, как будто ничего другого от него Крису и ожидать не стоило. Как на подобное высказывание реагировать, пленник не знал, несмотря на недавно полученный опыт — оба предыдущих сокамерника из Пожирателей смерти выкидывали нечто подобное, будто это написано у них на подкорке. Пауза казалась гнетущей, вязкой и, чтобы нарушить ее, Крис торопливо выдохнул: — Как тебя зовут? Дурацкий вопрос, совершенно ни к месту. В темноте неярко блеснули глаза, которые второй пленник, наверняка, закатил. Парень не ответил. Чего Крис вообще ожидал? — Грюм сказал Старику, что поймал Лестрейнджа. — задумчиво пробормотал он, пытаясь рассмотреть неподвижного соседа. Тот сидел, замерев, не двигая ни пальцами, ни даже краем губ или глаз. — Ты — Лестрейндж? Тишина. — Хорошо, я буду звать тебя Лестрейнжем, раз ты не хочешь назваться. Меня зовут Крис Дирквен, но здесь меня все чаще называют просто Дирком. Дирком Крессвелом. На этом имени Лестрейндж, как его решил называть Крис, вздрогнул, но посмотрел в его сторону с еще большей ненавистью. Он очевидно ничего не видел в темноте. — Так меня окрестили ученые из ставки директора, они же добыли мне документы о сдаче СОВов и ТРИТОНов. Потом ко мне начали приводить Пожирателей смерти. Как я понял, они — Орден Феникса, приносят ко мне отработанный материал, Псов, которые больше не нужны, чтобы я забрал их силы. Потом мне промоют мозги и заставят сражаться на их стороне. У меня нет выбора, с этой аномалией на свободе меня попросту заключат в Отдел тайн, и там ученые не будут столь тактичны и деликатны. — вдохновенно вещал Крис своему невольному слушателю. — Или меня просто убъют люди Министерства, для безопасности. Идей Дамблдора я не поддерживаю, по моему мнению да же Пожиратели смерти, прости за повтор, достойны лучшей смерти, чем от Полного истощения. На этих словах Лестрейндж поежился и неслышно потер плечи руками. Он ничего не говорил, но ине прерывал сокамерника, что решил развести беседу о своей тяжелой жизни. По нему было видно, что в гробу он видел и самого Криса, и весь его бесполезный треп, но слушал — и ладно. — Первым ко мне привелипарня лет двадцати. Он еще жив, я старался меньше подходить к нему, держался подальше, но сейчас он так истощен, что лежит все время без сознания. Брюнет с зелеными глазами. Острые черты лица, кучерявые волосы до плеч, может, ты знаешь его. Лестрейндж снова поежился, видимо считая, что в этой темноте этого искреннего жеста никто не увидит. — Дэниэль. Дэн Уилкис. — хрипло повторил он. После чего продолжил: — Они с его беременной женой пропали из своего дома. Несчастную мы выменяли на Тэда Тонкса и Дедалуса Дингла. Дэн умер раньше, чем вернулся домой, а его жена покончила с собой после выкидыша, когда у ее дочки случлась клиничиская смерть. Эмилина Уилкис, в девичестве Фарли, родила малышку мертвой, ее только позже удалось спасти. И Эми, отдав нам воспоминания о пытках, воткнула себе между ребер нож для разделки ингридиентов, когда осознала, что в один миг овдовела и лишилась ребенка! — почти сорвался на крик парень. В его голосе слышалась четко направленная ненависть, еще свежая, и только что осознанная заново. Крис подождал. Ничего подобного он не ожидал, когда повторял свою историю. Тем более не ожидал от сиятельного аристократа пдобных эмоций, но он здраво рассудил, что чистокровки — тоже люди, и тоже могут сочувствовать и сопереживать. Менее ужасными это их поступки не делает. — Этот мужчина… Дэниэль, — поправился Крис, — он жив. Он лежит в углу, я видел его вчера, когда приносили ужин и комната освещалась лампой. — Я сам видел его труп! — рыкнул Лестрейндж в бешенстве. Его глаза раздраженнно прожигал темноту, пытаясь нащупать собеседника, чтобы прожигать дыру уже в нем. — Его принесли для обмена, он выглядел ужасно! Я видел воспоминания Эми, как его били, пытали, а он молчал!!! Крис только пожал плечам, но в темноте парень этого не видел. Несколько минут они просидели в тишине и Дирквен заметил, что дышит его собеседник рвано, неровно. Наверное, пробили легкое, задумчиво подумал он, в очередной раз услышав легкую хрипотцу во вздохах. — Потом притащили подростка. — продолжил свою исповедь как ни в чем не бывало Крис. — Он красив, но это красота ледяной статуи. Острые черты лица, холодные голубые глаза, аккуратные блондинистые волосы до плеч, я даже подумал на миг, что им удалось захватить Малфоя. Он разговаривал со мной. В основном кричал гадости и клялся ничего не рассказать. — с на меком хмыкнул Дирквен. Парень из другого угла выразительно закатил глаза, но было видно, что слушает он внимательно. И вот-вот готов снова обвинить во лжи. — Об этом я слышал имя. Эван Розье. — Эван Розье погиб в рейде. — мрачно фыркнул парень. — И я снова сам был свидетелем, как сначала какой-то аврор разрезал его напоплам Секо, а потом ему прямо под ноги попала шальная Бомбарда. — на этот раз он возражал хоть и хрипло, но спокойно. Спокойно и меланхолично. — Он лежит в противоположном от тебя углу. — торопливо возразил Крис. — Я не знаю, жив он или нет, но уже вчера был без сознания, а утром — еле дышал. Секунда тишины. Лестрейндж в своем углу покусывает губы, а потом решается, и задает вопрос: — Почему мы все лежим по разным углам? Крис затянул паузу, быстро продумывая варианты. Пожиратели же все — со Слизерина, да? Значит, привыкли торговаться. И можно выторговать себе что-то сейчас, когда он прямо просит ему рассказать… — Я объясню, но взамен — ты представишься. — закинул удочку Крис. — Хорошо. — после недолгой паузы согласился его собеседник. — Меня зовут Рабастан и я действительно Лейстрейндж. Мое второе имя — Иналео, а инициалы звучат как R.I.L. Ты доволен? — Более чем. — хмыкнул в ответ Крис. Рил… забавно. — Я сам двигаюсь подальше от других пленников, специально, потому что чем ближе я к ним, тем быстрее жертвы теряют энергию. А использовать людей в качестве батареек, даже таких как вы, Пожирателей, мне претит. Лейстрейндж посидел спокойно еще несколько секунд, а затем встал, и, пошатываясь, похромал по стеночке к другому углу. Ковыляющая походка, подволакивание одной ступни, рваный выдох сквозь зубы, когда все же наступил… Это выглядело так… драматично, что Крис едва не расплакался. Рабастан упрямо шел проверить Дэна. — Дышит! — совсем тихо выдыхнул Рабастан себе под нос. После чего торопливо, спотыкаясь, побрел к Эвану. Крис только следил за его неловкой фигурой взглядом. — Как сделать так, чтобы они перестали терять силы, Крессвел?! — почти прокричал Лейстрейндж, резко оборачиваясь от Эвана. Было понятно, что и Розье тоже выжил. Дирквен позволил себе выдохнуть. Он не подходил к ним почти сутки, не позволял себе проверять, живы ли они, а сейчас был просто счастлив, что так и не стал убийцей. До сих пор. Пока что. — Дать мне другой источник энергии. — скучающим голосом выдал Крис. — Для этого нужен близкий тактильный контакт. Чем больше площадь контакта, тем больше энергии теряет жертва, и тем еньше — окружающие. Только вот… — Понятно. — решительно перебил его Лестрейндж и двинулся к нему, запнувшись возле двери. — Возьми меня за руку. — потребовал он, ложась рядом. — Ты безумен! Ты не протянешь и часа!