Лилиан = ревность ?

Дилюк в ленивом интересе ощупывал и рассматривал ткани, ленты, стразы и кучу всего подобного. Из-за спины раздавались голоса время от времени спорящих друг с другом, он благоразумно в это не лез. Это уже третье ателье из которого они, вполне не в далёком будущем, выйдут с пустыми руками. Он уставился на мелкие камни имитирующие бриллианты(?), солнечные лучи падали на них и создавали множество белых, ярких точек, как будто россыпь звёзд. – Нет, в этой ткани и фасоне ты просто запаришься. – сказал Кэйа, задумчиво трогая отрез ткани, глубокого красного цвета. – Но оно так красиво струиться, – выдохнула она, понимая правдивость слов Кэйи. – Прям волна из крови. Дилюк услышал как мальчишка лет пятнадцати, подмастерье портного, чуть не врезался в манекен с какими-то лоскутами на нём. Он глубоко и печально вздохнул. – Скорее благородного вина, – пожурил Кэйа, кидая неодобрительный взгляд в сторону мальца, Лилиан виновато поджала губы, – Да и не подойдёт тебе этот цвет, он рассчитан на более взрослых людей. – прикладывая отрезок к плечу девушки, сказал он, задумчиво смотря на это. Лили на этих словах придерживая ткань на плече и груди взглянула в зеркало и фыркнула, ей действительно такой цвет не шёл. Он искажал её черты лица, старил, глаза и цвет волос как будто потускнели. Да и не то чтобы она хотела именно эту расцветку и ткань, но из предоставленного выбора этот вариант казался самым лучшим. – Но это единственное, что мне понравилось. – устало сказала она, ощущая как мышцы ног пульсируют, и как будто забились. Да и жаркая погода её вымотала, она чувствовала себя липкой и вонючей. Так что к физической усталости прибавилось отвращение и стыд от того, что она пачкала чистые ткани. Дилюк не то чтобы устал, но жара вымотала и его, да и просто скука его добивала. Он конечно различал ткани, разный пошив и строчки, но ему всегда это казалась чем-то муторным и глупым. Какая разница что ты на себя напялишь, самое главное что было целым и чистым, и не мешало тебе двигаться. Шёлк, хлопок, лён не важно он всегда рассматривал ткань не по виду, а по удобности. Так что шёлк он не очень любил, чересчур гладкий, блестящий, и чаще всего ярких, кричащих оттенков или узоров. Хотя Кэйе он шёл, смотреть на него в шёлковой одежде было ещё более приятно, он смотрелся в нём красиво и самое главное он умел его носить. Кэйа же от этого похода по ателье и бутиков светился похлеще сумерского солнца, а жару будто бы не замечал, вполне возможно активно используя Глаз Бога. Он как будто питался энергией во время таких походов, смотрел, трогал, смеялся и скупал кучу всего. Время от времени полностью сменяя гардероб. После такого он выглядел так, будто не таскался по магазинам совершая двухнедельную физическую тренировку, а был на каком-то лечебном горячем источнике. Конечно денег он оставлял в магазинах куча, но Кэйе об материальном задумываться было не зачем, всё же на его счёт каждый месяц приходили крупные суммы, который открыл ещё отец, счёт Дилюк не перекрывал. Ему даже на миг такой мысли не приходило, оставить Кэйю хоть без какой-либо поддержки. Хотя этот счёт Кэйа использовал редко, да и если честно финансовая грамотность у него была лучше чем у Дилюка, вся эта кутерьма с цифрами давалась, не то чтобы сложно, но нудно, скучно и не интересно. Да и отец во время обучения видения бизнеса в этом вопросе делал упор на Кэйю, когда Дилюк от и до знал все процессы варения, подготовки сырья и переправки товара. Отец всегда воспитывал их на равных, так что и винодельня должна была, точнее её работа, разделена между ними, и отец всегда перераспределял дела связанные со стратегией, планами предоставлял Кэйе, как вообщем и бумаги. Дилюк же строил рабочих, смотрел, контролировал и сам мог принять участие в сборке винограда, изготовлении и разливании вина. То что касалось переговоров, то отец с самого начала понял, что им лучше работать вместе, пока Кэйа вёл их дипломатическими способами, умел держать улыбающейся лицо даже при самых отвратительных ситуациях, обтекал конфликты и пытался найти компромисс, то Дилюк напирал, агрессивно обкладывал противников вопросами и цеплялся к каждому слову, забирал себе всю инициативу, готовый при случаи поговорить на кулаках. Это создавало эффективный, беспроигрышный тандем. В то время такая делегация обязанностей казалась лёгкой и крепкой. Но получилось то что получилось. – Тут ты права, ассортимент скудный. – задумчиво высказался Кэйа, не видя как малец чуть ли не задохнулся от возмущения. Дилюк наконец оглянулся, оторвав взгляд от россыпи страз. Взглянул на уставшую Лили, после чего скользнул им по Кэйе, и наконец решил сделать перерыв. – Думаю уже пришло время обеда, – громко начал Дилюк, – Сделаем перерыв, я недалеко от сюда видел неплохую чайную. Лили бросила радостный и благодарный взгляд на него, Кэйа же задумчиво окинул взглядом сначало отрезок ткани, а после и их, в конце остановившись на бедном мальчишке, который успел забиться в самый угол комнаты. Хмыкнул и сказал: – Ты прав, нужно сделать перерыв. Дилюк, вместе с сестрой, облегчённо выдохнули.

***

– Давайте ещё раз пройдёмся по нашей истории. – сказал Кэйа в чашку с чаем. Дилюк от этих слов дёрнулся, чуть не уронив вилку, Лили застыла и уставилась пустым взглядом, где в глубине скрывался ужас, на братца. – Семья Кёнига родом из Монда, но в каком-то поколении они перебрались в Фонтейн. У них есть ряд предприятий в виде ювелирных магазинов, но по большей части эта лишь маскировка для незаконного оборота товаров. – медленно начал Дилюк, поглядывая на Кэйю. – Габриэль славиться тем что смог заполучить к себе в супруги полукровную красавицу из Сумеру, ранее неизвестная Изольда, по слухам занималась танцами. – продолжила Лили понимая, что всё что они рассказывают Кэйа знает и так, вполне успешно заучившего весь отправленный текст. – Луиза, довольно болезненная девочка, дочь старшего брата Габриэля, погибшего вместе с супругой в случае нападения их соперников. – Семья Кёнига довольно скрытная, не любящая излишнего внимания, предпочитающая вести дела через сторонних людей. – начал Кэйа, – Но у главы семейства есть одна маленькая слабость, древние книги и артефакты, фанатик помешанный на истории. – закончил он, выразительно посмотрев на Дилюка. Дилюк неловко ткнул в свой кебаб с овощами вилкой. Лилиан опустила взгляд в своё блюдо, тоже кебаб только назывался и выглядел он по другому. Они оба предпочли молчать и не нервировать Кэйю, всё же он в этой ситуации наиболее пострадавший, хотя не то чтобы он сильно сопротивлялся платью. На Дилюка, при всём желании платье не наденешь, может за его плотной одеждой не видно, но у Дилюка довольно сильно развита мускулатура и плечи просто огромные. Да и по телосложению он прямоугольный, так что выбор Изольды произошёл быстро и безболезненно. Не смотря на то что Кэйа не упустил свою возможность взять контроль хотя бы в выборе нарядов. Кэйю с женщиной спутать, в его обычной одежде, было сложновато, высокий, с сильным плечевым поясом, острыми скулами. Но в отличии от Дилюка он был выстроен более гибко, с тонкой талией и запястьями, длиннющими ногами и мягкими губами с большими глазами. Всё это делало его замечательной жертвой для переодевания в женщину. Особенно для прекрасной Изольды. Таких "семей" и личностей в их организации было много, в какой-то момент, где-то появлялся человек не любивший контактировать с людьми и лишь при "случаях" появлялся где-то. Они создавались их организацией на основе реальных людей, семей, но тех кого уже не было в живых. Брали уже мертвых или смертельно больных, которым оставалось не долго и вовремя подсуетившись приобретали в свои руки "мёртвые души", которые потом использовались для операций, чаще всего для шпионажа. – После этого нам нужно зайти в ювелирный. – доедая свой омлет сказал Кэйа. Лилиан лишь печально ткнула вилкой в кусок мяса. Крем глаза видя как Дилюк печально забулькал шербетом.

***

Лили рассматривала украшение тонкой филиграни с обсидианом. Серебро с чернением завораживающие завивалось в усики, словно молодые ростки винограда, сквозь них виднелись перья или листики. Каждая деталь её завораживала, а яркие чёрные камни влекли своей тьмой. Дилюк и Кэйа же молча рассматривали обручальные кольца. До момента как они не зашли в ювелирный, никто об этом не думал, это просто маячило где-то у них над головами незаметной, но тяжёлой мыслью, медленно сверляшей затылок. Но стоило им увидеть ряд колец, так сразу вспомнили об этом. Кэйа в этом моменте заледенел, лицо стало невыразительным и равнодушным, он весь стал напоминать ледяную статую. В отличии от Дилюка, который сменил сотню оттенков красного, после чего побледнел, а в конце весь напрягся и стал оглядывать окружение, прям как во время засад и битв. Лишь Лилиан ушла куда-то в сторону, стараясь затеряться среди сверкающих витрин и золота. – Можете показать нам те кольца. – попросил Дилюк девушке с фиолетовыми глазами. Которая мило улыбнувшись предоставила кольца. Осмотрев их, он лишь сильнее убедился в своём выборе. Два лаконичных кольца, напоминали причудливо застывшие водоросли или листья, в одном из которых листья обволакивал маленький камень темного, матового цвета, слегка отдающим зелёным. Дилюк не очень понял, что за металл использовался при изготовлении но склонялся к платине. Детализированные, красивые, необычные, но неброские кольца, как раз то что могло понравиться им обоим. Повернув голову он готов был поговорить с Кэйей и посмотреть его варианты. Но повернувшись он поймал чужой взгляд, задумчивый почти рассеянный, как будто синее море заволок белый, точно молочный, туман. По сути своей опасный, но придающий что-то мистическо прекрасное. В котором обитают морские драконы, русалки и сирены, нарвалы и призраки пиратов. Возможно в этом взгляде, в этом тумане, запели сирены которые в отличии от своих морских сестер русалок, захотели околдовать, лишить разума очередного глупого человека, утащить к себе на дно новую игрушку. Возможно именно из-за этого, он молча взял правую руку, не левую до брачную, аккуратно надевая колечко, удивительно, идеально подошедшее Кэйе по размеру. Всё произошло как в сопливом романе, где героям всегда всё идёт, все украшения и одежда с манекенов и вешалок идеально подходит им, не смотря ни на что. Он как-то ошалело смотрит на узкую ладонь Кэйи, столь сильно отеняющаяся на его перчатках, на красной коже. Будь он без них, их ладони представляли собой удивительных контраст, не только из-за различий в пигментации кожи, но и то сколь узкая и маленькая ладонь Кэйи в его, она почти утопала. То что ладони Дилюка это сборище шрамов, разрезанный холст заляпанный алым, а у Кэйи гладкость и бархат, аккуратно подстриженные ногти и запах кремов и снега. Контраст которого не было раньше, в десять, в пятнадцать, в семнадцать, показал их разлуку, разные дороги и решения. Удивительно, но это не отталкивало, не наполняло сожалением, лишь завораживало. А необычное кольцо лишь сильнее задевало что-то внутри, переворачивало, заставляло желать видеть похожее на своей руке. Как доказательство. – Вы долго ещё будете так стоять? – тихо, боясь помешать, спросила Лили прерывая какое-то откровение, открывшее что-то внутри. – Нет, мы уже всё решили. – сказал Кэйа, поворачиваясь к ней, делая вид, что ничего не произошло. Но руку не забрал, позволяя ей лежать в чужой ладони. – Я уже приметил нужный комплект украшений. Лилиан же смущённо отводила взгляд от них, но всё равно пыталась вести себя нормально. Лишь усмехнувшись видя как Дилюк в срочном порядке попросил сконфуженную девушку упаковать кольца, которая алела щеками и шеей, её руки слегка подрагивали. Кэйа быстро попросил показать жемчужный комплект, и убедившись в своём выборе он уставился на неё, она тоже быстро указала на свой выбор. Дилюк быстро оплатил покупки и они всё так же молча, стараясь смотреть куда угодно, но не на друг друга, вышли.

***

Кэйа аккуратно поправляет перья на плече, ощущая как лазурная ткань натягивается на бёдрах. Длинные съёмные рукава, выглядевшие как крылья птицы. Он осматривает себя в зеркале, чьи размеры ему позволяют рассмотреть себя во весь рост. Ему нравится то что он видит, тяжёлая но струящиеся ткань, красиво облегала его, подчёркивая всё что нужно, отвлекая от некоторых недостатков в образе, например отвлекая от кадыка. Или плоской груди, хотя характерная ложбинка для этого была, всё же косметика творит чудеса. Найти подходящее ателье им стоило кучу сил и нервов, но они справились и выбрали себе подходящие ткани и фасоны костюмов, да и портной оказался неразговорчивым и скрытным, ни разу не заикнулся о том что платье шьют для мужчины, просто молча кивал и время от времени спрашивал о мелочах. Так к тому же справился за рекордные четыре дня. Конечно и ценник вышел космический, от этого Лилиан чуть чувств не лишилась, но Дилюк вовремя смог её встряхнуть и привести в порядок. Прямо сейчас на нём красовалось, точнее на его глазах, куча обводки карандашами разных цветов, тушь и тени, на губах был простой блеск. Конечно был лёгкий контуринг который на самом деле сильно менял лицо, не до той степени, что хорошо знакомый человек его не признает, а до того, что при случае столкновения с человеком с того же аукциона, его вряд-ли узнают, хотя знакомым он ему всё равно покажется. Макияж был натуральным, чтобы не отвлекать внимание от наряда. На ногах были туфли с ремешком на голени и нескромном каблуке. Что делало ноги ещё более длинными, Кэйа долго раздумывал надеть ли ему чулки или избавиться от волос, которых и так было не много, из-за огромного разреза. Он всё же решил избавиться от излишней волосатости. А всё это завершалось тонкой нитью жемчуга на шее и в ушах. Серьги забавно и завораживающие танцевали, удлиняли и так длинную шею, а колье привлекало внимание к острым разлётам ключиц и нарисованной впадинке между грудями. В лиф конечно было забито не мало поролона, но оно того стоило, особенно когда Кэйа вооружился кисточками и румянами. Пьяные споры с Розарией и Эолой не прошли даром, если часа два назад перед зеркалом был симпатичный мужчина, то сейчас в нём отражалась обворожительная дама. Кто же знал что пьяные проигрыши в Призыв Семерых и позор с попытками влезть в одежду Лизы ему пригодятся. Странные однако идеи на пьяную голову приходят, особенно когда учишься ходить на шпильках, как оказалось размер ноги у него и Розы один и тот же, в тот момент было не понятно кому следовало комплексовать больше и они решили запить совместное горе очередной бутылочкой вина. Кэйа хихикнул от воспоминаний и одновременно пытался подобрать правильную интонацию, чтобы голос звучал достаточно высоко и мягко, его баритон неплохо сломался до сопрано. Хотя было трудно, придётся потренироваться в следующие три дня до аукциона. Ещё раз вильнув бедрами он улыбнулся, а после поморщился, во всём этом платье было пару недостатков которые ему доставляли неудобства, это тяжесть платья и юбка, её длина, разрез и узость заставило его испытывать некоторые трудности, и если длинна вызывала скорее опасения того что с ней трудно будет сбегать при случае экстренной ситуации, рукава его не волновали, их было легко снять, то два оставшихся факта заставили его приобрести новый предмет гардероба, чтобы не портить весь вид и маскировку. Недоумение и ужас Кэйи ,при покупки ужимающих стрингов(он подозревал что о таких вещах вряд-ли знал хоть кто-то кроме портных и садистов), нельзя было описать ни как, настолько это было эмоционально и психически давяще. По крайней мере они красиво выглядели и смотрелись на нём прекрасно, хотя кто их там увидит? Не станут же ему юбку задирать. Оглядев себя спереди, он снова решил крутануться, мягко виляя бедрами, и в момент когда он повернулся в бок он заметил Дилюка. Который разглядывал его и выглядел помято, ошалело, почти не узнавая. – Кэйа? – неуверенно спросил он, как будто сильно сомневаясь. Он лихорадочно его осматривал, понимая что перед ним Кэйа, родной и давно изученный вдоль и поперек, но от понимания этого факта ему лучше не становилось, картинка перед ним и мыслями не сходилась, создавая какофонию и беспорядок. Словно навороченный механизм из Фонтейна сломался и начал дымить. – Да, вы что-то хотели Господин? – специально дразня сказал Кэйя тренировочным голосом, от чего Дилюк сделал шаг назад и даже оглянулся, пытаясь найти ещё одного человека. Явно не веря такому актёрскому мастерству. Поняв что в комнате никого нет, он вошёл и начал медленно приближаться к Кэйе, в этот раз он его осматривал медленнее, задумчиво, ища отличия и сходства. В какой-то момент он начал не приближаться к нему, а обходить кругом, осматривая его. С каждым мигом находя всё больше родных и любимых черт. – Ого. – в конце выдохнул он, единственное что вообще пришло ему в голову. – Ты явно впечатлён. – довольно сказал Кэйа, уже своим голосом. И на этот раз сам раскинул руки и плавно, словно танцуя, начал вилять бедрами, переступая ногами, крутиться, позволяя ещё раз себя рассмотреть. – Ещё бы. – просто выдохнул он. Дилюк и вправду был под впечатлением, в первые несколько минут он не узнавал Кэйю, реально считая что перед ним женщина, довольно симпатичная надо сказать. С тонкой талией, широкими бедрами, хоть и маленькой но аккуратной грудью. Лишь глаза с звёздами помогли ему понять кто перед ним и родной кобальт волос. – Как тебе удалось? – выдохнул он, вдруг чувствуя себя слишком взбудоражено. – Косметика и ловкие руки, немного таланта и вуаля. – рассмеялся Кэйа, щуря глаза. Видя потяжелевший взгляд и голод в нём. По открытой спине пробежали мурашки. – Ясно. – промычал Дилюк, цепляясь взглядом за вырез на юбке. Тонкая щиколотка, с явно проступающей косточкой за которую легко укусить. Острая коленка, гладкая, нежная кожа, крепкое, но мягкое бедро. Сквозь ткань можно было увидеть тазобедренные кости. Если немного отодвинуть ткань в бок то можно с лёгкостью разглядеть пах. С русалочьими линиями, гладким лобком и аккуратным членом. Дилюк резко вздохнул, поймав себя на этой мысли. Сжал зубы и перевёл взгляд выше, по талии плотно завёрнутой в ткань, по не привычными выпуклостями в районе груди, по ложбинке, острым ключицам с ямочкой по середине, по шее которую очерчивает воротник, острому подбородку, блестящим губам которые можно искусать и ловить отчаянные, жалобные звуки, ровному носу и наконец встречаясь с яркими глазами, непривычно накрашенными и ещё более выразительными. Синие пряди были собраны в высокий пучок. Кэйа смотрел на него с интересом, словно за диким но неопасным зверем, ожидая его дальнейших действий. Получая их в резком движении, и тем что его прижимают к чужому телу, целуя, съедая, размазывая несчастный блеск. Это выглядело странно, Кэйа и так был выше Дилюка, хоть и не намного, но на каблуках он сильно возвышался над ним словно дерево, но он умудрился перехватить его так, что с лёгкостью целовал без препятствий. Он почувствовал как его толкают куда-то спиной, Кэйе не оставалось ничего другого кроме как податься чужим желаниям. Его прижали к стене, задрали узкую часть юбки как можно выше, после чего раздвинули бедра, тянули на себя заставляя терять опору и цепляться за Дилюка. Который целовал его, проводил языком по языку, вылизывал мышцы рта и белизну зубов. Ноги подгинались, норовили слететь с обуви и получить как минимум растяжение. Кэйа лишь сильнее сжимал чужую рубашку, почти вися на нём. – Нельзя, я замужняя женщина и мой муж скоро вернётся. – сказал Кэйа в момент когда они разорвали поцелуй. Теряясь в тембре и интонации в голосе. Дилюк застыл смотрел дикими и ошалелыми глазами, застыл и окаменел. Бедра Кэйи подрагивали, норовили сдвинуться, но не получалось из-за жёсткой хватки горячих рук. Кэйа уже решил что сказанное было лишним, сбило весь настрой. Как Дилюк лишь сильнее навалился и прижал его. – Меня это не волнует. – низко проурчал он. – Если вас так это волновало, то стоило думать раньше а не соблазнять меня. Кэйа задохнулся, шокировано уставился на него, почти в тот же миг вскрикнув, от того как горячие пальцы провели между ног, по чёрному кружеву. Он увидел миг удивления, а после и любопытство. Дилюк сжал чужое бедро лишь сильнее, сминая кожу оставляя на ней синяки. В это же время он прижался носом к вкусно пахнущей шее, глубоко вдыхая, и лишь плотнее прижимаясь бедрами к Кэйе, который хныкал, всё больше перенося свой вес на него. В какой-то момент он просто подхватил его на рука, заставляя оплести себя ногами. Кэйа лишь выдохнул в момент когда его кинули на кровать. – Не надо меня было соблазнять, раз вас так волнует тема верности, и ваш муж. – неожиданно продолжил он, повторяясь, клыкасто улыбаясь и нависая над ним. Кэйа всё ещё шокировано хватал воздух ртом. Бедра пробила дрожь возбуждения, между ног свело лишь сильнее. – Я вас не соблазняла! – беспомощно воскликнул он, слабо отбиваясь от горячих рук и губ, чтобы взвизгнуть на то, что Дилюк полностью ляжет на него, всем весом. Кэйа привык к физическим нагрузкам и вполне мог поднять свой вес, хоть и с большим трудом, но Дилюк весил намного больше него и скинуть его просто бы не получилось. Так что он ощущал себя словно под огромной глыбой, горячей и постоянно двигающейся. – Неужели? – горячо выдохнули в ухо, после чего прикусывая. Дилюк пытался просунуть ногу между чужих бёдер сквозь сопротивление. Руками ведя по бокам, просовывая руки под Кэйю, оглаживая спину, сильно проминая мышцы, выгибая гибкое и желанное тело к себе. – А по вашему наряду и не скажешь. Кэйа на эту насмешку лишь всхлипнул, теряясь в ощущениях, его словили в горячей, душной, полной возбуждения и желания ловушке. Нежное кружево больно давило и натирало самое чувствительное. Мысли разбегались, продолжать игру в измену и принуждение становилось трудно. – Вы предстали перед до мной в таком открытом наряде, – грудным голосом посмеялся Дилюк, наконец проникая между ног, которые крепко, почти до боли, сжали его ногу. – А перед этим столько времени, специально, доводили меня до белого коленя, пытались обратить на себя моё внимание. – почти рычал он в шею, которую освободил от атласного воротника и жемчужной нити, кидая их на комод рядом с кроватью. – Вы не правильно меня поняли. – дрожа прохрипел Кэйа, на то что чужая рука провела по мошонке, перекатила яички а большой палец прошёлся по кружеву. – Да? – сильнее давя на поясницу Кэйи, сказал он, цепляя застёжку на спине тяня её вниз. Стройное тело дёрнулось, руки до этого лежащие на простыни взметнулись к чужим, хватая за локти и слабо пытались их оттолкнуть. Из горла Кэйи вырвался хриплый вздох, который обжёг щеку и ухо, послал дорожку мурашек вдоль спины. – Я не верю вашим словам, прекрасная Изольда – стягивая с него платье, подразнился Дилюк, хрипло выдыхая, втягивая и кусая кожу. Проводя языком по месту с румянами, слизывая вкус. – Вам же скучно с вашим мужем, с которым вы приносили клятвы перед алтарём и клялись Архонтам в вечной любви и верности друг другу. – цинично улыбнулся он, поднимая голову и встречаясь взглядом с заплаканым Кэйей, издеваясь. – Не..А!.. – не смог продолжить Кэйа, оказываясь на четвереньках. Всё ещё в платье и белье, взбудораженный и возбу́ждённый, выставленный на показ. – Не смейте говорить о том чего не знаете! – пытаясь как можно убедительнее, недовольно воскликнуть он, подавляя позорные всхлипы и дрожь. – О, не скрывайте, вам наскучила семейная жизнь и вы решили разбавить в ней краски вместе со мной. – дёргая ткань вниз, ворковал он, видя чужую дрожь и то как покраснел чужой затылок. – И вы выбрали для этого меня, по другому бы вы не вели себя столь отчаянно при каждой нашей встрече. – намекая на их спектакли в таверне, ехидно тянул он. Прямо как платье, которое он наконец откинул, открывая себе будоражащий вид, он не смог не сжать чужою ягодицу, оттягивая и после опуская на неё смачный шлепок. – Что вы себе позволяете?! – простонал Кэйа, с каждой секундой теряясь и фальшивя в своей игре. – Я никогда о таком помыслить не могла, это вы погрузились в свои грешные, похабные грёзы и фантазии! – под конец он дёрнулся, почти завыл. Дилюк резко подцепил нить трусиков и потянул на себя, вдавливая в эрогированый член кружево. – Прекратите! – И не подумаю. – выдохнул он в холку, оттягивая нитку белья в сторону открывая себе вид на узкую, аккуратную дырочку и освобождая член Кэйи. – Смотрите, ваше тело ведёт себя честнее вас. До чего испорченная дама мне попалась. Распутная и насквозь лживая. Кэйа сжался на этих словах, рванул вперёд к изголовью, пытаясь выбраться. Хотя это было сделано для того чтобы вильнуть бёдрами и задницей. Его хватают, тянут назад, вжимаясь пахом. – Даже если бы и хотела нарушить свою свадебную клятву, я выбрала другого мужчину. – зло выдохнул он, фальшивя в конце от того как его прогинают, – Выбрала кого-то красивее и влиятельнее, нашла бы кого-то получше. – прошипел он. По комнате разноситься звук шлепка и крик. – Распутная девка! – прогроммыхал Дилюк, разадоренный этими словами и чувствами. Он снова опустил ладонь на ягодицу, а потом ещё раз. Слушая крики и стоны, видя как на нежной коже проступают отпечатки его ладоней, а бёдра начинают дрожать. Глаза застилают слёзы, за размазанный блеск цепляться ткань постельного белья и пряди волос, которые держались в пучке лишь на чьих-то молитвах. Щёки омывает солёная, грязная влага. Макияж поплыл и стёрся окончательно. С каждым ударом зад горел всё больше, шлепки становились лишь болезненнее. А член пульсировал и тёк, вены на нём вздулись, головка налилась, даже не алым, а пурпуром. – Отпустите меня! – сквозь плачь кинул Кэйа, продолжая игру. – Не нужно было меня доводить! – прозвучало в ответ, следующий удар был сильнее всех и заставил Кэйю кончить. Он дрожал, неверующе распахнул глаза, хватал воздух ртом. Кэйа весь дрожал, выдавливая из себя всхлипы и стоны, почти стеная. Он лежал, пытаясь прийти в себя, тело было словно оголённый нерв, его всё ещё пробивала дрожь, особенно мышцы паха и бёдра. Руки как будто свело, не хотели отпускать простыню. Лёгкие тоже как будто захватила дрожь, выровнять дыхание ни как не получалось. Кэйа шокировано взвизгнул, чувствуя как на его вход полилось что-то холодное и жидкое, приятный и знакомый запах разнёсся по комнате, щекоча обоняние. Это было кокосовое масло, которое Кэйа использовал для увлажнение кожи, прихватив его в Сумеру из-за его сухого климата. И прямо сейчас оно льётся ему между ягодиц, для определённой, далеко не благородной цели. – И вправду распутная девка полная греха. – усмехнулся Дилюк, ставя флакон рядом, – От столь неблагонравных действий изойтись. – Вам ли о благонравии говорить, разве не вы сейчас, насильно, берёте чужую жену? – ехидно, но устало выдохнул Кэйа. Утыкаясь измазанным лицом в подушку. На которой красовались пятна от косметики и слёз, слюны. – Насильно? – не видя его, Кэйа мог сказать что Дилюк поднял бровь и скривил губы в злой усмешке. В него вошёл первый палец. – Вы сами этого хотели, сами на это нарывались. Изольда вы всем своим видом показываете что у вас недотрах, что ваш муж не справляется с удовлетворением вашего "аппетита", и больше всего видно как вы хотите быть натянуты на крепкий член. Чтобы вас имели до звёзд перед глазами, грубо, по животному, как расспаследнюю блудницу. – растягивая его, говорил Дилюк, сгибая уже два пальца, разводя и расслабляя мышцы. – Прекратите это. – в вое прошептал Кэйа, слишком чувствительный для этого. – Я преподнесла клятву супружеской верности, и ни разу, даже мысли не допускала её нарушать. – особенно крупно вздрагивая на движении пальцев внутри, тяжело дыша, почти выплюнул слова Кэйа. – Единственный кто и подвержен блуду это вы, возжелавшее чужое, никогда не принадлежащее вам. – Ни когда не принадлежащее мне?! – в злорадстве прозвучал вопрос, – Тогда что же происходит сейчас? – Кэйа всхлипнул когда из него вышли пальца, как в его дырочку полили масло. В комнате наполненной лишь хриплыми стенаниями, прозвучала снимаемая бляшка ремня, и то как растягивается молния. – Не акт присваивания? – ехидный смех заставил вздрогнуть, и наполнил желанием воспротивиться. – В такой позе я могу и мужа представить, даже если и тело в вашем распоряжении, то мой разум и душа принадлежат другому, законному супругу, Господин Дилюк. – в момент смёл он чужое спокойствие и самодовольство. В его волосы на затылке зарылись пальцы, миг массируя кожу, чтобы сжать пряди и потянув их, заставить его прогнуть поясницу и направить его тело. В него вошли сразу, быстро, не давая привыкнуть, из горла вырвался крик. Дилюк двигался не щадя, жёстко, как и говорил ранее, по животному. – Доигралась пташка. – лишь выдохнул он, после чего быстро задвигал бедрами. Кэйа одной рукой вцепился в чужое запястье, в руку что держали его за волосы. Ноги скользили по простыне, сдвигая его, натирая коленки. Горло болело и драло от криков, всхлипов и стонов. Член обильно тёк, живот сводило, по щекам снова текли слёзы. Он не щадил, догоняя своё удовольствие. Он его не просто трахал, драл. Как расспаследнюю распутную девку, как суку. Дилюк наблюдал за изящной спиной которая изгибалась в красивой дуге, как большие бёдра дрожали и разежались в стороны, как между ягодиц пропадал его член, он видел как колечко мышц краснело, становилось бордовым, смазка выливалась от каждого толчка, создавая ещё больший беспорядок. Кэйа уже выл на одной ноте, и Дилюк слушал и наслаждался этим, как и дикой дрожью чужого тела, Кэйа снова кончил, и бился от сверхстимуляции, сходя с ума. В какой-то момент Кэйа особенно сильно оцарапал его запястье обмяк и повис, тихо скуля на каждом толчке. Через время он снова начал двигаться, особенно его бёдра которые явно пытались соскользнуть с члена. Но это лишь сильнее раздаривало Дилюка, из-за чего он провёл рукой с талии на бедро, сильнее начиная раскачивать тело Кэйи. Стенания становились всё тише, за их место приходили хриплые всхлипы. В непонятный момент он снова начал проходиться ладонью по заднице Кэйи, оставляя шлепки и удары по бёдрами, даже щипая время от времени. И конечно же сминая и лапая, оставляя чёткие опечатки своих ладоней, которые краснели, обретали чёткий контур, а после и темнели, отпечатываясь на коже. Дилюк ощущал что совсем скоро кончит, из-за чего притянул Кэйю к груди за волосы. Который тяжело дышал, повизгивал, усмешка сама растянулась по губам. Она стала лишь шире при виде темных разводов на щеках. Он не смог воспротивиться желанию укусить его за щеку, вырывая удивлённый вздох и затуманенный взгляд. После которого Кэйа стал орать и кричать ругательства, широко открыв рот начал лихорадочно набирать воздуха. Дилюк все двигался, держа Кэйю в клетке из своих рук и наблюдал за тем как он сходит с ума, в момент с его запястья стекает рука Кэйи, он видит как его глаза закатываются, а весь он напрягаться и сжимается в момент доводя Дилюка до оргазма. Дилюк застыл, уткнулся лицом в впадинку между плечом и шеей, ощущая скулой и виском серёжки. Кэйа тоже застыл, лихорадочно что-то стеная. В какой-то момент он начал чувствовать третье по счёту возбуждение, но при этом оно проявлялось где-то внутри, член же был вялым и выдоиным до невозможия. В определенный миг его накрыл ещё один оргазм, только очень странный, простреливающий позвоночник и наполняющий живот горячей и большой волной которая закручивалась в жуткую спираль. Ему показалось что он потерял слух и зрение, будто его душа покинула границы тела. Мысли тоже пропали оставив пустоту и зияющую дыру, которая не могла хоть что-то воспринять. – Ты как? – взволновано спросил голос сбоку, который он еле воспринимал. – Кэйа? – его слегка встряхнули. – Мы...мы д-должны повторить это. – смог выдать его тяжёлый язык, вполне понятно передав отсутствующие мысли. Кэйа точно не слезет с Дилюка пока не почувствует это что-то ещё хоть раз. Только попозже, когда мысли не будут напоминать кисель.