Где-то в этом проклятом "между"

- Я не могу! - сказал Бродяга за спиной колдующего над панелью Брута. - Что ты не можешь? - Не могу вас понять. Я договорился с Икаром - и предал его. Дважды, можно сказать. Потом агрофермеры. Теперь ты. Почему вы так легко мне доверяете? Вы ничему не учитесь? Бродяга не мог спокойно ждать, ничего не делать. Он принялся яростно расхаживать по крыше. - Как вы можете быть такими наивными? - спросил Бродяга. - В чём твоя проблема? - не отвлекаясь пробормотал Брут. - Вы все - моя проблема! - Жил бы спокойно, так, как тебе нравится. Бегал бы с волками, спал под кустом. Зачем тебе мы? Бродяга аж подпрыгнул. Подбежал к браслетнику, закричал на него. - Ваше существование мне жизни не даёт!!! - Почему, например? - Брут повернулся к нему на вращающемся стуле и спокойно посмотрел снизу вверх. Бродяга подумал. Нужен был веский довод. - Вы убили Барда. - С чего ты так решил? - спросил Брут. Бродяга разъярился. - Ты смеешь отрицать очевидное!? - Учить идиотов - только портить, - сказал Брут, и прежде, чем волк расшумелся снова, добавил. - Идём, покажу. Над ними бледно мерцал Купол. Люди внизу радостно маршировали на работу. Волки затеяли уборку на площади. Сюда, на крышу Башни Архонта, гипноизлучение не добивало. Брут активировал свой гаджет и перебросил на большой монитор видеофайл. Он сам его смонтировал, разбираясь в подробностях происшествия. Приложил к отчёту для Архонта. Брут гордился своим вниманием к деталям, быстрой и чёткой работой. С разных ракурсов и камер Бродяга увидел всё, что творилось на Площади. Смешались в кучу волки и псы, золотые и медные браслетники. Лупят друг друга, чем ни попадя. Возводятся стихийные баррикады. Камера выхватывает крупным планом фигуры Барда и Тесея. - Надо спуститься к людям, Тесей, - говорит Бард. - Ещё не время. В разбушевавшуюся толпу пикируют трое крылатых. Тонкая стальная броня облегает их тела, как вторая кожа, крылья мощные, хищные, заострённые. Вожак летунов касается пальцами виска, сталь расходится, открывая лицо. Это Брут. Команда быстрого реагирования идёт сквозь толпу, как нож сквозь теплое масло. Летун справа бросается в группу дерущихся и разбрасывает их силовой волной. Второй открывает чемоданчик, разворачивает переносную панель и начинает что-то быстро печатать. Брут подаёт сигнал парящим над площадью. Бард сбегает на трибуну. - Жители подкупольного города! - начинает Бард. Бродяга слушает, затаив дыхание. - … Молила нас земля о примирении, - рассказывает Бард. Камера выхватывает в толпе Бродягу. “Что за отвратительная рожа”, - думает Персей. Бродяга на экране замирает, обернувшись вполоборота, опускает кулаки. Подаёт знак ближним притормозить атаку. - Войны в нашем мире не кончаются, пока мы не приходим к пониманию, - говорит Бард. Он переводит взгляд с Бродяги на Брута, и камера перемещается. Брут замирает на полужесте, останавливается, слушая Барда. Брут и Бродяга на крыше тоже слушают. Бродяга, давя подступающий к горлу ком, сжимает плечо Брута. - Подайте друг другу руки, - говорит Бард и начинает спускаться с трибуны. В толпе уже никто не дерётся. Вошь поднимает упавшего Забияку. Медный браслетник поддерживает золотого. - Не ходи, - шепчет Бродяга. Камера снова показывает вожака Волков. Он стоит рядом с Музой и Икаром. Сестра берёт Персея за руку. Бродяга смотрит на свою ладонь,вспоминая, как Муза в последний раз сжала её там, на Площади. Икар улыбается и хлопает Бродягу по плечу. Бродяга на крыше чувствует, как каждое слово Барда отзывается в его сердце. Он больше не может сдерживать ком в горле. - Я старался, - шепчет он. - Я почти исправился… - Смотри, - говорит Брут. Камера перемещается с площади на улицу. По ней идут Мурзик, Оскал и Лысый. - Мурзик, тварь, - рычит Бродяга. - Я же велел тебе остаться в лагере. Он еще не понимает. Не верит, даже когда видит, как Мурзик, встав на резной вазон, поднимает над головами толпы руку с пистолетом. Брут отворачивается. Он видел то, что произойдёт дальше, десятки раз. Брут смотрит на Персея, оценивает реакцию. Встаёт и утешающе говорит: - Ну-ну… Бродяга отворачивается, отходит к основанию шпиля. Ещё не хватало, чтобы браслетник смотрел, как он плачет. Панель управления начинает пищать и мигать индикаторами. Брут, прижимая ладонь к груди, садится. - Началось.