Ненужный, но любимый

      — Хей, Джисони-и?       Омега недоверчиво, с надеждой, поднял голову, испытав странное дежавю, пытаясь сквозь слёзы и капли дождя рассмотреть лисью улыбку и всегда тёплый взгляд единственного человека, который когда-то относился к нему с добротой. И только он называл его так... Джисон уже много лет не слышал это ласковое обращение.       — Чонин-хён?       — Это и правда ты! Как же вырос!       Джисона резко подняли со ступенек и крепко прижали к себе, омега уткнулся носом в чужую куртку, стараясь не разрыдаться ещё громче.       — Боже, я так рад, что ты здесь и в порядке! Мы с Феликсом очень скучали.       — Привет, не то чтобы я особо что-то помнил, но ты определённо рушил мои куличики в песочнице, — Хан только сейчас обратил внимание на подростка рядом с Чонином.       — Но ты и сам не подарок! — автоматически принялся защищаться омега. — Ты бросался в меня песком!       — Разве не вы оба просто его ели? — засмеялся Чонин       — Хей, Джисони, ну пожалуйста, не плачь, я что-нибудь придумаю, обещаю, ты… Мы обязательно встретимся ещё!       Маленький мальчик расплакался и покрепче прижался к Чонину — их молодому соседу по квартире, с которым раньше папа Джисона дружил. Их даже из роддома выписали одновременно. Чонин часто ходил в синяках, из его комнаты постоянно доносились громкие крики и звуки драки, омега жил с каким-то абьюзером и с маленьким Феликсом, который всего боялся. Сосед очень любил своего сына и терпел ради него мужа и их асоциальный нищий район. Джисон (умный мальчик) замечал все синяки на омеге, которые тот безуспешно пытался скрывать от проницательных глаз.       Чонин всегда был очень добр к Джисону и заботился о нём с самого рождения: кормил, гулял с ним вместе со своим маленьким сыном (пока Джису куда-то пропадал или приводил любовников), отводил в садик, покупал конфетки, дарил одежду Феликса. Хотя сам ходил вечно в обносках. Ругался с Джису по поводу отношения того к ребёнку. Делал всё, что не делал дурацкий папа, занятый своими гулянками. Казалось, сосед никогда не делал различий между ним и своим сыном Ликси, который быстро стал почти братом. Джисон знал, что, если бы не муж-мудак того, жил бы Сони тоже со своими соседями.       — Ну же, малыш, не плачь, у меня сердце кровью обливается, — но и сам заплакал Чонин, ему вторил ничего не понимающий Феликс, у которого забирали друга. Они стояли втроём на лестничной площадке и не сдерживали слезы. Глупый всеми забытый торт, который купил Чонин на день рождения Джисону, остался лежать на лестничной площадке. Джису сказал, что устал от сына и отправляет его к дедушкам подальше отсюда, чтобы устроить свою личную жизнь.       — Закончили этот цирк? — фыркнул тот и выдернул Джисона из чужих объятий. — Ты не на край света уезжаешь, и вообще, Чонин, у тебя есть свой ребёнок вот им и занимайся, — и за шиворот потащил Джисона на улицу.       — Постой! — отчаянно крикнул Чонин. — Оставь мне Джисона! Я его усыновлю!       — Что? Какого?       — У тебя нет на него времени, но у меня… Пусть живёт с нами!       — Найдёшь третью работу, чтобы всех содержать? Или твои мечты стать айдолом и выбраться отсюда ещё живы?       — Нет больше никакой мечты, — грустно сказал Чонин, — не переживай, я найду деньги.       — Нет, — хмыкнул Джису, подумав, злобно посмотрел на соседа, — поживёт с моими родителями немного, я их едва уговорил, хватит драматизировать. Лучше мужем своим займись, удели время, а то говорят, он по всем омежкам нашего района пробежался, бедный, ни кем не побрезговал, пока ты нянчил своего и чужого ребёнка.       Чонин побледнел.       — Что ты?..       — Пока, — хмыкнул тот и потащил сопротивляющегося Джисона в машину.       Когда его сдали обратно Джису, омега очень надеялся снова увидеть Чонина, успевшего подарить ему столько тепла, запомнившегося на всю жизнь, но, к сожалению, в соседней комнате теперь жил озлобленный вечно пьяный муж Чонина. Когда Джисон отважился спросил Джису, где можно найти бывшего соседа, тот зло буркнул, что понятия не имеет, ведь Чонин буквально несколько месяцев назад забрал Феликса и сбежал. Муж Чонина бухал, кричал и, как подслушал Джисон, постоянно жаловался Джису на сбежавшего Чонина.       — Что случилось? Почему ты сидишь здесь, один? Где?..       Чонин, спустя долгие несколько минут, показавшиеся мгновением, наконец смог выпустить Джисона из своих объятий, с тревогой осматривая.       — Всё нормально, друга жду, — пробормотал Джисон, не решившись сказать правду, ведь он уже взрослый. Да и это явно не проблемы Чонина, который, похоже, смог вырваться из этого убогого места. Старший омега выглядел совсем не таким, как запомнил его Джисон, улыбался, и никаких вечных синяков на его лице не было.       — Может быть, ты бы мог пойти с нами? — тихо пробормотал Феликс. — Мы покажем наш новый дом, тебе там понравится.       — Конечно! Пойдём с нами Джисон, я… Нет, мы с Ликси очень по тебе скучали. Мне так жаль, что я не смог в прошлый раз ничего сделать…       — Я понимаю, Чонин-хён, — перебил его Джисон, он сам старательно отгонял мысли, что мог бы остаться с тёплым и ласковым омегой, но прекрасно понимал насколько это было невозможно. — С дедушками было нормально, ты зря волновался!       Чонин недоверчиво посмотрел и хотел что-то сказать, но Феликс его перебил, торопливо выпалив:       — Мы тебя искали! Постоянно! Особенно спустя время, когда папа нашёл ещё одну работу. И даже этого тупого гондона, моего отца, едва уговорили! Выплаты за опеку пообещали! Но Джису отказался назвать адрес! Сказал, что не хочет тебя видеть! Как он мог такое сказать? — всхлипнул Феликс и обнял Джисона. Омега в очередной раз почувствовал, казалось бы давно утихшую, боль.       — Джисон, пожалуйста, пойдём с нами, ты можешь подождать друга у нас. Здесь холодно, — мягко произнес Чонин.       Джисону неудобно было соглашаться, а тем более начинать с этого их общение, ведь опять его выручают и подбирают, но, после неловкой паузы, когда разглядывали его, а он их, всё же решился.       — Да, я могу подождать с вами своего друга.       — Мы хотели забрать кое-какие вещи пока… В общем, подожди с Ликси на улице, я сейчас вернусь, и пойдём домой скорее греться и пить чай! — улыбнулся ему Чонин с облегчением.       — Ещё чего! Ты забыл, чем это тогда закончилось?! Я с тобой!.. — громко возмутился Феликс и, воинственно настроенный, схватил папу за руку. — Он больше к тебе не прикоснётся!       — Ликси, его нет дома! Со мной всё…       — В прошлый раз ты говорил то же самое!       — Ладно, мы быстро.       Джисону было неудобно оставаться и он, неловко пожав плечами, дёрнулся за ними, не собираясь выпускать этих людей из своей жизни, пока есть возможность.       В комнате у бывшего соседа и правда никого не оказалось. Конечно, прошло несколько лет, но Джисон совсем не узнавал ту бедную, но всегда уютную комнату. Мусор, бардак и неприятный запах.       — Он же вроде нашёл себе кого-то, — под нос пробормотал Чонин, пытаясь отыскать нужные вещи.       — Вот только давай без этого, — раздражённо забормотал Феликс, — если ты опять начнёшь его жалеть…       — Нет, конечно нет, Ликси. Я жалею, что раньше не ушёл, просто, ну…       — Зато теперь мы можем позвать к себе Джисона, — солнечно улыбнулся Феликс, не слушая оправдания. Чонин только вздохнул, но весело на них посмотрел.       Даже если квартира и была совсем крошечной, Джисон почувствовал себя так хорошо и уютно, что почти снова разревелся. У него никогда такого не было и не будет.       Омега отчаянно посмотрел на свой телефон, где сообщение всё ещё светилось непрочитанным, и вздохнул. Возможно, Чанбин на разборках и заберёт его попозже. Он на всякий случай продублировал новый адрес — тот же их убогий район, но чуть ближе к центру. Идея посидеть в тепле и понаслаждаться ностальгией теперь казалась глупой, ведь им всем было неловко, да и странно, ведь Джисон больше не малыш, которого можно обогреть. Он сам должен заниматься своими проблемами. Да и Чонин похоже только смог нормально организовать свою жизнь. Зачем он здесь? Предаваться ненужным, но таким приятным, воспоминаниям? Снова почувствовать это тепло из детства? Казалось, бывший сосед и его сын совсем не парились переживаниями зачем притащили никому ненужного Джисона в свою новую квартиру и жизнь. Оба улыбались, готовили ужин и параллельно интересовались делами Джисона. Но он не мог выдавить из себя хоть что-то, сильнее зажимался и, вздохнув, Чонин предложил ему сходить в душ и выдал чистую одежду. Когда Джисон переодевался, Чонин странно косился на болезненную худобу и на синяки, которые было отчётливо видно. Омега смело посмотрел в ответ и тот, смутившись, наконец-то отвернулся.       Его накормили вкусным ужином в тишине: оба омеги его разглядывали — Чонин внимательно, а Феликс смущённо, но боялись напугать ещё больше и молчали.       — Нет, нет, нет! Ты — несовершеннолетний омега! Куда ты собрался с этим бандитом? — заворчал Чонин, увидев Чанбина на пороге квартиры, тот было видно прибежал сразу с разборок весь грязный и в крови.       Пока Джисон подбирал ответ, чтобы не оскорблять, горько усмехаясь, ведь он самостоятельный с малых лет и никогда не отчитывался, да и вообще это не дело какого-то там излишне доброго хёна, Чонин втянул ошарашенного, а потому не особо сопротивляющегося такому повороту событий, Чанбина внутрь квартиры.       — Кошмар какой! Где ты подрался? Ну-ка быстро в душ, — и с неожиданно силой бывший сосед запихнул всё ещё растерянного друга Джисона в душ, тот успел вручить только помятый торт в руки Феликса.       Чанбин смотрел настороженно, но не особо зло, и попивал свой чай. Его синяки обработали, кровь остановили и налепили смешных детских пластырей на нос. Джисон весь подобрался и нервничал. Феликс на них заинтересованно поглядывал. Как будто что-то прикидывал. А Чонин смотрел хитро прищурившись.       — Где Джису?       Омега снова хотел огрызнуться, но почему-то не смог перед этим обеспокоенным взглядом: на него опять смотрели с заботой и желанием помочь, как когда-то в детстве, а не чтобы накричать.       Поэтому он вздохнул и выложил правду.       — Разве так бывает? — растерянно пробормотал Чонин. — Я думал, Джису забрал тебя обратно, потому что одумался и…       Чанбин закашлялся в свой чай.       — Откуда ты такой наивный? Ты не из нашего района?       — Ох, из вашего, мы соседями с Джисоном были, но такого не ожидал, — пробормотал омега и резко прижал к себе тоже расстроенного Феликса.       — Я же тоже случайный, но папа бы никогда, — прижался тот крепче к Чонину.       — Мне не привыкать, — пожал плечами Джисон, — давно понял, что не особо нужен. Не очень-то и хотелось навязываться. Пусть наслаждается своей новой жизнью, я сам виноват — бесил дедушку, вот он и не хочет меня обратно.       — Тебе некуда пойти? — внезапно с каким-то озарением произнёс Чонин.       — Что? Нет, конечно, есть, — неубедительно забормотал Джисон, — к Чанбину, например, — спешно закончил он под три недоверчивых взгляда.       — У тебя безопасно? — чёрт бы побрал эту проницательность Чонина.       — Нет, — ухмыльнулся Джисону предатель-друг.       — Я самостоятельный, сам решу проблемы!       — Я не могу выгнать подростка на улицу! — как-то счастливо забормотал Чонин.       — Нет, я не заслуживаю, разве тебе мало Феликса? Тут и спать негде, и…       — Джисон! Ты не слушал Феликса? Мы тебя искали! Пожалуйста, давай просто попробуем!       — Но…       — Оставайся здесь, в безопасности, Джисон, — строго сказал ему Чанбин.       — Я… Может быть на пару дней! Пока не найду выход! — торопливо пробормотал он.       Но, судя по радостным и облегчённым улыбкам всех сидящих за столом, наивно было верить в то, что ему дадут уйти, с каким-то странным волнением и счастьем, растекающимся внутри его тела, осознал Джисон.