Часть 22: Sansa VII
18 февраля 2024 г., 09:00
Конец октября, 298 год от З.Э.
Когда сир Борос Блаунт выводил Сансу из твердыни Мейгора, она делала всё возможное, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Звон колоколов на закате прошлой ночью предвещал беду — король мёртв, Санса знала это, и она окружена Ланнистерами и их людьми. Когда сир Борос, с лысой головой и невыразительным взглядом, пришёл за ней, Сансе захотелось спрятаться, как Мериссе, или заплакать, как Джейни. Сансе удалось покинуть комнату с высоко поднятой головой только благодаря тому, что она придерживалась правил вежливости. Доспехи леди — это вежливость, однажды сказала септа Мордейн, а сейчас Санса как никогда нуждалась в доспехах, чтобы противостоять негодяям, убившим Халлена, и Квента, и… и… нет, она не стала бы думать об этом, они бы не посмели. Поэтому заставила себя улыбнуться, похвалила уродливого рыцаря за великолепный наряд и пожелала доброго утра стражникам Ланнистеров, стоящими возле её двери. Кто из них убил Квента, нанеся удар, от которого его кишки разлетелись, как ленты? Кто из них зарезал Халлена, который всегда хотел заботиться только о своих лошадях? Сир Борос привёл её в палаты совета и громко постучал. Что они собирались с ней сделать? Санса напряглась, прислушиваясь к тихим голосам внутри. — …глупая девчонка, и вся мокрая от любви к Джоффри. Позвольте мне говорить с ней, — холодно требовала королева. Как Санса могла когда-либо доверять ей, любить её, верить, что она добрая? Голоса затихли, и сир Мендон Мур объявил их. Палаты были богато украшены, что само по себе чудесно, но Сансе это зрелище не доставило радости. Королева Серсея сидела в конце длинного стола в чёрной мантии с рубинами, похожими на капли крови. Лорд Бейлиш, Великий мейстер Пицель и лорд Варис сидели вокруг неё. Бейлиш пугал холодными глазами, Пицель вызывал отвращение защитой Горы, а лорд Варис… Санса не знала, что и думать о лорде Варисе. Ей хотелось вернуться в простые залы Винтерфелла, к людям, которых она знала и любила. Серсея улыбнулась, увидев её, и в животе у Сансы заурчало от беспокойства. — Санса, моё милое дитя, — нежно проворковала она, — я знаю, ты спрашивала обо мне. Мне жаль, что я не смогла послать за тобой раньше. Дела были очень неспокойными, и у меня не хватало времени. Надеюсь, мои люди хорошо заботились о тебе? У Сансы пересохли губы. Она должна быть вежливой, не должна сказать ничего, что могло бы угрожать отцу или Арье. — Все были очень милыми и приятными, ваше величество, большое спасибо за то, что спросили, — вежливо сказала Санса. — Только, ну, никто не хочет с нами разговаривать или рассказывать, что случилось, или где моя сестра… — С нами? — Серсея казалась озадаченной, и Санса прикусила язык, пока не почувствовала медный привкус крови. Кажется, она всё-таки сказала лишнее. — Мы поместили к ней дочь стюарда и горничную, — пояснил сир Борос, прежде чем Санса успела придумать, что ответить. — Мы не знали, что ещё с ними делать. Королева нахмурилась. — В следующий раз ты спросишь, — потребовала она резким голосом. — Только боги знают, какими россказнями они забили голову Сансе. — Они ничего не сказали, ваше величество, — искренне сказала Санса, борясь с желанием расплакаться. — Они на… на-напуганы, они хо-хорошие девочки, я учу их рукоделию. Королева Серсея по очереди посмотрела на каждого из советников. — Невесте принца не пристало обучать рукоделию низкородных девиц. Что нам делать с этими её подружками, мои лорды? Не лорд Бейлиш, кто угодно, только не он, молилась Санса, но бесполезно. У неё мурашки побежали по коже, когда королева доверила их заботам Бейлиша и приказала как можно скорее убрать их прочь из покоев Сансы. Об Арье не сказано ни слова — сбежала ли она? Или они убили её? Королева пригласила Сансу сесть рядом с ней. Когда Санса села, она поймала на себе неприятный, сальный взгляд. Бейлиш смотрел так, словно она была обнажённой, с хитрой улыбкой на лице. Санса вздрогнула и попыталась успокоиться, рассматривая его тунику из тонкого зелёного бархата, расшитого золотыми пересмешниками. Пересмешники. Дерзкий голос лорда Бейлиша эхом отдавался в голове. «Ради любви, которую я испытываю к Кейтилин, я сию же минуту отправлюсь к Яносу Слинту и позабочусь о том, чтобы городская стража была твоей». Санса не могла думать, она не могла дышать. Она смутно осознавала, что по щекам текут слёзы. — Милая? — сказала королева сладким, как мёд, голосом. — Ты в порядке? Нет, что угодно, но Санса не в порядке, отец и Арья мертвы, и вот она сидит с человеком, который предал их, и королевой, которая приказала убить всех Старков. Кто-то тяжело дышал, хватая ртом воздух. Мир закружился, и она покачнулась на месте. — Пицель, — приказала королева, и через несколько мгновений перед носом Сансы появился флакон с самой дурнопахнущей жидкостью, которую она когда-либо нюхала. Она должна быть храброй, как Арья, сильной, как мама. Санса заставила себя сделать долгий, медленный вдох, затем выдохнула. — Ты пугаешь нас, дитя, — проворковала королева Серсея с озабоченным выражением на прекрасном лице. — Что же тебя так расстроило? — Я… я… — Санса запиналась, отчаянно пытаясь придумать, что сказать. Глупая девчонка, взмокшая от любви к Джоффри. — Я боюсь, что ты ненавидишь меня, что… что Джоффри ненавидит меня, — выдавила Санса, пытаясь казаться такой же влюблённой, какой чувствовала себя в Винтерфелле. Лицо королевы смягчилось, и она успокаивающе накрыла ладонью запястье Сансы. — Милое дитя, почему ты так подумала? — Потому что… потому что я была заперта в комнате на несколько дней, — ответила она. Королева покачала головой, само воплощение материнской скорби. — Это для твоей же безопасности, милая. Мы нашли тебя совсем одну в богороще, без охраны. Почему ты была там, моя дорогая? — Я… пряталась там, ваше величество, — запинаясь, произнесла Санса. — А потом заснула, и проспала весь день, пока сир Арис не нашёл меня. — Она должна заставить их думать, что она глупая и доверчивая. Губы королевы на мгновение сжались, а у Сансы перехватило дыхание. — Пряталась от чего, дорогое дитя? — с лёгким нажимом уточнила Серсея. — От… от… от моего отца, ваша светлость, он сказал, что хочет отослать меня подальше от Джоффри. — Санса потёрла глаза, как будто вновь собиралась заплакать. — Пожалуйста, не позволяй ему, я люблю Джоффри. — Королева улыбнулась — Санса прошла испытание. — Я знаю, милая, и Джоффри нежно любит тебя. — Санса заставила себя ахнуть от восторга, но тут королева покачала головой. — Боюсь, у нас плохие новости о твоём лорде-отце. Ты должна быть храброй, дитя. За этим последовали головокружительная история от королевы и её советников, когда они рассказали о предполагаемой измене Эддарда Старка. Их глаза следили за каждым движением, их уши слышали каждый вздох недоверия. Голосами нежными, как яд, они вздыхали о её крови предательницы, о неспособности выйти замуж за Джоффри. Мизинец защищал её, утверждая, что она похожа на свою мать, но он не был другом. Они все чего-то хотели от неё и играли с ней, как котята с кузнечиком. Теперь Сансе не приходилось притворяться испуганной. Наконец Серсея Ланнистер перешла к делу. Они хотели, чтобы её родственники оставались верными. Так же верны, как ты была королю? подумала Санса. Она задавалась вопросом, что бы сделала королева, посмей она сказать такое. Вырвала ей язык, как король Эйрис — сиру Илину Пейну? Эта мысль заставила задрожать. Королева прикоснулась к Сансе обеими руками, нежно поглаживая ладонь, как бы успокаивая. — Дитя, ты знаешь буквы? Санса нервно кивнула. Она умела читать и писать лучше любого из своих братьев, так сказал мейстер Лювин. Она каждый раз правильно произносила слова и не размазывала чернила. Королева попросила — по правде говоря, приказала — Сансу написать своей семье, рассказать им об измене лорда Эддарда и попросить их приехать и присягнуть на верность. Ей не нужно беспокоиться о словах, они сами подскажут ей, что написать. И если бы её семья подчинилась, что ж, она доказала бы, что в ней нет крови предателя, и вышла бы замуж за Джоффри, когда расцветёт. Они принесли ей перо и пергамент и начали диктовать письмо матери, леди Кейтилин Старк. Санса написала несколько предложений, затем остановилась, уставившись на страницу. Ей нужно отправить сообщение, истинное сообщение, а не эту ложь. Но как? — Санса, голубка моя, что-то не так? — спросила королева мягким и терпеливым голосом. — У меня кружится голова, и я теряю сознание, ваше величество, можно мне что-нибудь поесть? — попросила Санса. Королева сделала паузу, как будто взвешивая, нянчиться с Сансой или, напротив, припугнуть. — Конечно, моя милая, у тебя ведь такой шок, — сказала королева, целуя её в лоб. Они молча ждали угощения. К тому времени, как Санса съела немного жареного цыплёнка и зелени, у неё появилась идея. Королева склонилась над плечом Сансы, диктуя буквы. Она говорила медленно, давая Сансе время записать точные слова. Санса подчинилась, молясь, чтобы скрытые послания ускользнули от внимания Серсеи, но не матери или Робба. Сомнительно, что лорд Хостер Талли или леди Лиза Аррен поймут их, поскольку они не знали Сансу, но она всё равно вложила сообщение в каждое из их писем. Наконец она закончила. Руки свело судорогой и перепачкало чернилами, а живот скрутило в узел. Королева просмотрела каждое письмо, затем велела запечатать их воском и лютоволком её отца. Затем королева поблагодарила и отправила обратно в комнату. Когда сир Мендон Мур закрыл за ними дверь, Санса напрягла слух. — Такая же послушная, как я вам и говорила, хотя, возможно, даже глупее чем ожидалось, — засмеялась Серсея. — В половине слов ошибки. Пусть ваши люди ищут вторую — они нужны нам обе.
