Арлекин умирает тихо

Кто хорошо ест, тот хорошо работает.

— Сука! — сует палец в рот мужчина, останавливая кровь из свежего пореза. — Господи, Арс, дай сюда, — отнимает нож Матвиенко, расправляясь с огурцами за друга. Попов садится на стул, напротив столешницы, на которой Сережа доделывает салат. Тот нарезает овощи слишком легко и быстро, чем дико раздражает. Грациозная сука. — Такой ловкий я смотрю, чего ж в шефы не заделаешься? — плюется ядом Арс, но по-доброму, естественно. Зевает и подпирает рукой голову. — Пошел бы, да меня выпрут. В первый же день, я как услышу фразу: «Приходите на работу к семи утра», быстрее усну. Нахуй расписание, жизнь одна, я ее сплю. — Улыбается мужчина, сваливая остатки овощного нечто с доски в миску ножом. — Ты мне лучше скажи, в чем проблема заказать, ты ж в отеле черт подери, нахер тут готовить. — Это успокаивает вообще-то, и я люблю готовить. — Да я вижу, прям релакс. Пластыри есть у тебя? — Есть, конечно, но дома, спасибо, дружок. — Ну все, умрешь от потери крови — я станцую на твоей могиле. И вообще, ты собирался пить. — Да как-то повода нет. — Чего? — разворачивается на пятках Сережа, облокачиваясь на раковину. — Арс, это точно ты? А как же классический воскресный отдых перед рабочей неделей? — Да я думал со сценарием буду ебаться, так Антон помог. Ты не представляешь, как сильно оказался важен свежий взгляд, а то собственный замыливается пиздец, я такую чушь пишу к вечеру. — Это тот, которого вы с Варей взяли? Ты мне так ничего и не рассказал тогда особо. Че норм? Сработались? — Слушай, да вполне… Просто, обычно, если я кого и беру в подмастерья, то быстро разочаровываюсь, и, получается, двойную работу делаю, а тут половина проблем слетела. Мужчина забирает у друга тарелку с салатом, достает стейки из холодильника и накрывает на стол. — Это радует, ты со своим графиком в том году знатно загибался, че по планам теперь? — Ну, — накалывает кусок мяса на вилку Арс, — со сценарием Антон как раз сейчас и сидит, мы его по очереди пилим, а то вместе первые парчу часов все весело-классно, а потом у обоих мозг плавится. И чушь пишется в двойном объеме. — Шутка про утопленника-Буратино уже звучала? — Блять, столько раз, сколько за всю жизнь не слышал. Мы вчера у Антона сидели, так он после каждого проеба шутил, что утопится. — Сам? Он че Буратино будет играть? — Упаси Господь. Нет, ну я в его актерских способностях, конечно, не сомневаюсь, но просто он… типо… Буратино у нас, — пытается объяснить мужчина, хмурясь тупости собственного повествования. — Допустим, — поднимает бровь Сережа. — Погоди, ты сказал, сидели у него, ты чтоли… к нему ездил? — Чего? — удивляется Арс. — А, я не сказал? Он… Дверь резко открывается, на порог забегает Антон, тряся в воздухе кучей бумажек, с слишком радостным видом. На нем розовая огромная толстовка, домашние штаны и волосы слегка растрепаны, вид дико напоминает зефирину. Из общей картины выбиваются только слишком сильные синяки под глазами. — Арс, это победа! Четырнадцать часов не прошли бесследно! — парень кидает на стол бумаги, садясь третьим. — Ой, здрасьте, — тянет руку незнакомцу Антон. Шатен еще более скептично смотрит на Арса, на что тот делает неопределенный жест рукой типа: да можно, знакомьтесь, а я потом все объясню. Парни представляются друг другу и разобравшись, кто есть кто, Антон продолжает: — Короче, официально все, поставленное тобой тз соблюдено, но шутку про то, что если Буратино надоест жить, то он засверлится, я все же убрал. — А про то, что его родословная с корнями ушла в землю? — смеется Арс, отправляя в рот ложку салата. — Ее конечно оставил, такой самородок из мира юмора грех убирать, — улыбается мужчине парень. — В общем, вышло сто пятьдесят вордовских страниц, три акта и девять действий, как мы и планировали. Антон с гордостью и светящимся лицом отдает мужчине сценарий и переключается на нового знакомого. Они переговаривается о примитивных вещах с Матвиенко, пока Арс читает сие произведение. Но спросить, как Антон тут очутился, Сережа так и не решается. — Это профто фупер, — заключает Арс, пережевывая мясо, мельком пробегаясь по страницам, замечает кучу новых пометок. Антон смотрит на еду непроизвольно сглатывая. Сложив два плюс два в голове, Попов быстро догоняет, что тот так-то не спал всю ночь, и ел скорее всего в середине минувшего дня. — Боже, Антон, чего сидишь молчишь? Давай я тебе положу, — встает из-за стола мужчина и подходит к шкафу с посудой. — Да не надо ты чего, я не хочу вас объедать. — Объедает он, как же, — встревает Сережа, — давай ешь, ты мне друга от рабочей комы спас. Тем более, он та-а-ак любит готовить. — Да я правда не… — начинает Антон, но киты в животе резко дают о себе знать, пока Арс ставит перед ним мясо. Антона знатно флешбечит в события трехдневной давности, когда он уговаривал Арсения пойти поесть, и без зазрения совести принимает угощение. Трио управляется с завтраком, параллельно разговаривая о погоде и работе. Сегодня, ко всеобщему удивлению, солнечно, лучи пробиваются сквозь жалюзи и приятно освещают номер. — Спасибо за завтрак, — первый вскакивает из-за стола Антон, хватая собственную тарелку дабы помыть, но его перехватывает рука Арса. — С ума сошел? Поставь, я все уберу, иди лучше проспись, Антон. Если мы с тобой по очереди с синяками будем ходить, работая по ночам, то так дело не пойдет. А вечером зайду, отформатируем, и Варе кину, спасибо. Шаст еще раз благодарит за утренний бранч, прощается с Сережей и уходит спать в номер, в котором сытый вырубается моментально. — Зайдешь к нему? Интересные у вас отношения, и давно ты знаешь его адрес? — обращается к Арсу мужчина, с упоением наблюдая, как тот моет посуду в ручную, тут то его родной посудомойки нет. — А, я тебе так и не сказал? — оборачивается к другу Попов, морщась от соприкосновения фэри и своего пореза. — О чем? — Он живет в соседнем номере, — с ухмылкой заканчивает мужчина. Сережа присвистывает, округляя глаза. — Тогда все понятно, ваши отношения еще теснее, чем я думал, получается. И как это вышло вообще? Ты его сюда подселил или… и как он вообще к вам попал? — Да собственно Буратино благодаря нему и получился. — Вопросов становится всё больше и больше. — Так, вопросы пожалуйста в википедию, а мне надо работать, так что, гости дорогие, чай дохлебываем — уебываем, — подталкивает друга к выходу Арс. — Ладно-ладно, не лезу, вечно ты все утаиваешь, — дуется мужчина, одевая ботинки. — Вот и нет, просто история слишком тупая, я тебе обязательно расскажу. — Ловлю на слове, — тычет пальцем Арсению в грудь Сережа. — Обещай, что в выхи встретимся, все расскажешь. — Обещаю, — щурится Попов, закрывая за другом дверь.

⋆꙳•͙❅*͙‧͙ ‧͙*͙❆ ˚₊⋆

— Кра-со-та! Мне все очень нравится, готов к бою? — звонко спрашивает Варя на другом конце трубки. — Всегда готов, а что психологическая сторона в этот раз тебя устроила? — На удивление, вполне, у тебя слегка сменился слог. Да и все гармонично выглядит, можем уже потихоньку актеров подбирать. — Не у меня, — на автомате бросает Арс, поздно спохватившись. — Чего? — Да я про слог… Антон прям смиряющим фактором оказался: и переборщить не дает, и в тему все вкидывает. — А я говорила, что сработаемся! У вас все нормально? — Да отлично. Он ща дрыхнет, я попозже к нему зайду, сценарий из сырого превратим в готовый и можно работать. — Супер, тогда я скажу Вике, чтобы раздавала указания, сценик тоже ей кину, и Диме скажу, чтобы объявлял кастинг. Список ролей и требования кинешь? — Да, пять сек. Мужчина вешает трубку, разбирается с заданием Вари и ковыляет в душ приводить себя в порядок. Вообще, он прекрасно выглядит, но дурацкая привычка переодеваться минимум два раза в день осталась со студенчества. Так не чувствуешь себя грязным и не приедаешься сам себе. Арсу на глаза попадается футболка с многозначительной надписью «go vegan eat pussy», и он усмехается сам себе. Напяливает ее и спортивки. Желание готовить никуда не уходило. Он был в магазине вчера, так что сварганить что-то по быстрому можно. Блины он сейчас не осилит, но вот оладьи — вполне. Мужчина ловко смешивает ингредиенты, отправляет первую партию на сковородку. На музыку настроения сегодня нет, поэтому он включает Друзей на планшете, в сотый раз начиная с первого сезона. Солнце уже село, день, хоть и пошел на возрастание, но до того, чтобы ему быть длиннее ночи еще очень долго. Арс не был метеозависимым человеком, но разве солнце может не радовать? А уж холодный розовый закат, так точно. Он подвисает у окна, любуясь редким явлением зимнего солнца, пусть, и уже садящегося. Оладьи на сковородке видимо обижаются на переключение внимания с них, и начинают сильно шкварчать, напоминая о себе. Мужчина подрывается, ловко переворачивая проказников одним движением сковородки. Те даже не подгорают. Уплетая парочку со сметаной и кофе, он складывает остальные в контейнер и берет с собой, выходя из номера. Они договорились встретиться с Антоном в районе шести, так что сверяясь с часами на руке Арс открывает соседний номер, окунаясь в темноту. Как так получилось, что они с Шастом обменялись ключ-картами, он сам не понял. Просто это вроде как удобно, они оба живут одни, и раз ходят другу к другу чтобы поработать, то второй комплект держать при себе ни к чему. Антон спит на кровати звездочкой, тихонько посапывая. Волосы смешно свалились на нос, постоянно поднимаясь от дыхания. Он уснул в том же, в чем приходил утром, значит спит часов семь. Мужчина решает не будить парня. Ставит оладьи на столешницу. В комнате не то чтобы сильно темно — солнце село, но на улице включили фонари, свет от одного из которых четко падает в зону кухни. За кроватью, на которой мирно покоится парень включен ноут, почему-то не ушедший в отличие от хозяина в спячку. Ворд на нем становится еще одним источником света. Арс не стал бы трогать без спроса, но раз тут все уже на месте, то почему бы и не начать. Тем более, на свою беду он взял сюда только планшет, а ноут оставил Сереге для безспалевности перед мамой. Спустя пару часов, пятьдесят процентов работы позади. Мужчина гордится собой, облокачивается на спинку кресла и потягивается, скрещивая руки за головой. Вдруг слышит копошение позади. — Арсений? — сквозь дрему бормочет Антон, приподнимаясь на кровати. — Прости, что без спроса, не хотел тебя будить, а ноут включен был. — Блин, извини, я не стал будильник заводить, думал проснусь, ты че один редачил? — Ой, да брось, ты за ночь в разы больше сделал, тут половина осталось всего. Антон зевает и ловко спрыгивает с кровати, хлопая себя по щекам. Выпивает стакан воды и совсем просыпается. Подтаскивает второй стул к мужчине и они продолжают работу уже вместе. — Твою мать, ну какой тупизм, — смеется в голос Арсений. — Не тупизм, а гениальность! — Буратино должны были утопить в пруду по доносу Алисы и Базилио, что уже шикарная предпосылка для шутки, но то, что сыщики теперь могут гордиться собой потому что «посадили дерево» это разнос. — Ну, а я о чем. Сказки для детей и взрослых — лучшая тема. Я, знаешь, когда Шрека пересматриваю в разном возрасте, то кучу новых деталей подмечаю, в детстве и половины не понимал. — Это да, но как же все-таки круто разрабатывать эти шутки с тем, кто их понимает и схватывает. Представь, как у меня одного голова кругом ехала все это вывозить без сторонней оценки. — Верю, теперь, мы два шизика. А если двоим кажется, то это уже не шиза, а факт. Арс улыбается на сие заключение, заканчивая с оформлением и редактурой текста, наконец нажимает заветное «отправить», кидая готовый вариант Варе на почту. @varik_kotsher мгновенно отвечает, что они молодцы, и она не сомневалась в них. — Спасибо тебе, я один тыщу лет провозился бы. Вернее нет, справился бы также быстро за пару ночей, но в конечном итоге вернулся бы к Мини-пигам и улетел бы тар-тарары. — Выдыхает с расслабленной улыбкой, обращаясь к Антону Арс. — Да ладно, это моя работа же теперь, даже не верится. — Если у тебя такая тяга к офлайн работе, то почему ушел с телека, да и вообще, проекты же явно были? — Да были, — вздыхает Антон, — только вот ни сил, ни желания не было. Знаешь, мне мама говорила всегда, что самая лучшая работа, это та, на которой ты получаешь силы, а не отдаешь. Моя работа в тот момент была — дарить эмоции. Вроде не так сложно, только вот их надо откуда-то брать, а когда в жизни у тебя по всем фронтам пиздец, а твоя задача отдавать яркое настроение, которое подчистую становится актерской игрой, то это уже наказание. Арс молчит пару секунд, переваривая сказанное. После очередной шутки про дерево такие контрасты даются сложно. Слова находят в нем самом дикий отклик, и он было открывает рот, чтобы сказать нечто подобное, но Антон опережает. — Ты так сочувственно на меня давай не смотри, все же круто, я закопался тогда сам, а сейчас полон сил, — улыбается Шаст до морщинок у глаз. — Хозяин своей жизни только ты, все верно, и это достойно уважения, что в нужный момент ты смог сказать нет, осознав необходимость паузы. Антон было хочет что-то сказать, как у них одновременно дзынькают телефоны. «Пигмалион-работаем господа» [18 января, 21:47]: @varya_kotsher: Друзья мои любимые, в Новый год с новыми силами. Дружно благодарим Арсения и Антона за то, что они не то, что уложились в дедлайн, они его разнесли и справились за пару дней. Так что жду от вас максимальной отдачи. Завтра в 13:00 у нас кастинг на пять гг-шек, остальные будут на наделе — я дам знать когда. А все, кто должен завтра появится, и так об этом знают, но я заботливо напомню в личку. — Отключи уведы, — говорит Арс, переворачивая телефон экраном вниз. — Зачем? — Если хочешь наблюдать, как твой телефон превращается в вибратор от бесконечного спама, то незачем, — усмехается мужчина. — А че они строчат там? — О-о-о, это будет твой первый период веселья в этой вакханалии. У нас есть три всадника апокалипсиса, Маша — первый, ща она начнет задавать кучу вопросов по костюмам, гриму, срокам, посеет всеобщий мандраж. Потом подключится Рина со своими танцами, и начнется полный разнос. Их рекорд полтора ка сообщений за ночь. — Ох уж этот удивительный внутренний мир театра. — В мире животных скорее. Парни обсуждают общую сложившуюся картину, смотрят пару вырезок из фильма шестьдесят второго года и листают фотки актерских образов. Арс рассказывает Антону, как будет проходить кастинг и на что обращать внимание. Время подползло к одиннадцати. — О, они близки к рекорду, пятьсот сообщений за час, это сильно. — Жесть, я ведь из любопытства прочту. — Я первое время тоже так делал, к пятому спектаклю ты совсем уже… — начинает Арсений, но запинается, вспомнив, что Антон, вроде как, тут не надолго. — Короче похуй будет. — Значит буду наслаждаться новизной, — пялится в экран парень, обращая внимание на палец мужчины замечает проез. — Ты порезался? — М? Антон указывает на руку, перехватывая ладонь своей. — А, да ничего страшного, это плата за салат. — Ща пластырь найду. — У тебя есть пластыри? Ого, ты реально существуешь? — Не льсти моей предусмотрительности, Оля мне их всегда по карманам распихивает, я тоже не шибко аккуратный человек. Незнакомое имя режет по ушам. Его девушка видать? Зачем он тогда уехал все-таки? Тысяча и один вопрос уже забредают в голову к Арсу. Но Антон прерывает его мысленный поток, схватив того за руку аккуратно заклеивает указательный палец. — Она тогда на втором курсе увидела, что у меня синяки. Пиздился вроде с кем-то, а она одолжила мазь. Так и подружились, не знаю чтобы сейчас делал без нее. Арс непроизвольно выдыхает, сам не понимая, откуда взявшемуся облегчению и благодарит за помощь. Мужчина хлопает себя по коленкам и встает из-за стола. — Ну ладненько, мы вроде управились, все должно быть завтра хорошо, я пойду. — Постой, — останавливает того Антон. — М? — А еще работы нет? — В смысле? Всё, головушкой тронулся? — прикладывает руку ко лбу того Арс. — Да не, — отмахивается Антон, — просто у меня режим то подсбился, я лягу часа через два, а ща дел особо нет. Мужчина поднимает брови, пытаясь распознать шутку, но осознав, что тот говорит вполне серьезно, отвечает: — Ну, вроде как… нет работы больше. Ты четырнадцать часов просидел и со мной еще два за сегодня, отдыхай давай, ты чего. — Да я год уже отдыхаю, не устал, — в миг становится серьезным Шаст, но поймав на чужом лице промелькнувшее переживание, смиряет пыл. — Просто скучно будет, ленту заебет листать. А если щас лягу, то либо не усну, либо если усну, то проснусь в пять утра и буду куковать. — Проснуться надо к десяти, чтобы мы на халявный завтрак успели. Ой, кстати о нем, — кивает на контейнер мужчина. — Я совсем забыл. — Это что? — Оладьи. — Вопрос остается открытым. — Мне… было скучно. — И ты решил сделать оладьи от скуки? — Нет, готовка нужна для удовольствия! Я просто не съем много один, а теста достаточно получилось. И вообще, не хочешь — заберу. — Стоять! — перехватывает руку мужчины парень, отнимая контейнер. — Спасибо, хочу, просто не ожидал, мне готовка не так близка. Последний раз в блины одну чайную ложку сахара положил. — Чего? — начинает смеяться Арс. — Да ты гуру готовки, меня уделаешь еще. — Ой всё, дай-ка я проферю нафколько фы, — начинает говорить Антон, параллельно отправляя оладушек в рот. Но тут же затыкается, опуская плечи, потому что желание спорить разбилось, как только он распробовал угощение. — И чего? — Вкусно блин, — рявкает Антон. — Удивительное открытие. — Дразнится Арс. — Ладно, иди, тебе есть чем заняться, судя по всему, — грустнеет Шаст, возвращаясь к столу. — Вообще-то, — начинает мужчина, подкрадываясь к парню, — мне тоже спать не скоро. Я тщательно избегаю снов, они выматывают, а утром встаешь вялый, будто день уже прожит, так что я бы тоже время скоротал. А если ложишься поздно, то мозг силы экономит и на всякую хуйню их не тратит. Антон удивленно смотрит на того, переживая очередной кругляшок, не отказывая себе в желании прикрыть глаза от удовольствия. — И что ты предлагаешь? — Друзей смотришь? — Прикалываешься? Обожаю, раз сто пересматривал. — Ну вот, как вариант посмотреть в сто первый, правда с третьей серии, а то первые две я пока готовил пересмотрел. И они действительно смотрят Друзей. У обоих в этот момент отключаются мозги вообще — весь день что-то придумывать очень тяжкая задача. Несмотря на это, каждая шутка на экране сопровождается комментарием то от Антона, то от Арса. Когда смотришь что-то один, и происходит момент, где твое лицо плющит от желания поделиться эмоциями, а рядом никого нет, то становится грустно. Парочка действительно наслаждается процессом, а не убивает время. Арс не замечает, как под шумок тырит свои же оладушки, которые вообще-то принес Антону, но тот не сопротивляется. Начинаются титры шестой серии, а время подползло к половине второго. Зевая, Арс забирает у Антона контейнер и собирается уходить. Шаст встает проводить его. — Ну, такие способы побороть скуку мне определенно нравятся, спасибо, — открывает дверь мужчине парень. — Тебе спасибо за компанию. Давай дрыхни, чтобы завтра в десять был, как огурец. Я не хочу один дегустировать местную стряпню, вдруг отрава, первый будешь пробовать. — Ой, да ладно, я вообще-то уже один это проходил, когда ты убежал после удара лбом, и вообще, ты меня так не любишь, что отравить хочешь? — вздыхает, показушно прикладывая руку к груди парень. — Конечно нет, ты мне уже очень дорог, — подмигивает Арс, цокая языком. И выходит за дверь, с щелчком открывая свой номер. — Доброй ночи, Антон, — все еще улыбается тот, так и оставив парня в ступоре, в проеме собственного номера.

Покуда есть на свете дураки,

Обманом жить нам, стало быть, с руки.