Subtle dream

Silent and gray indifferent dawn The void has swallowed the universe outside Shadows creep longing for the fall The room is my cell The tunnel with missing light Under Delusion — Awaken

…Джулиан осознал, что находится в определённом духовном кризисе, не сразу. Это не произошло случайно ранним утром, когда он проснулся на очередную смену, или внезапно за ланчем, где напротив него лукаво улыбался Гарак, чьи мысли невозможно было расшифровать по нечитаемому взгляду и любезному лицу. Но в какой-то момент Башир понял, что вот эти навязчивые мысли, и эта усталость, и эта обнимающая его по ночам тоска — это он и есть. Кризис. Возможно, виной его состоянию было очередное неудачное свидание — миленькая баджорка Ремар призналась ему, что ей просто хотелось посидеть «У Кварка» с офицером Звёздного флота. Может, причина крылась в том, что никто на станции не относился к нему серьёзно, или, вероятно, проблема заключалась в том, что Гарак совершенно точно не считал его другом, но, как бы то ни было, Джулиан в какое-то мгновение пришёл к выводу, что находится в тупике. Без всякого сомнения, он был человеком науки и стремился прочь от религиозных воззрений и беспричинной веры во что-то необъяснимое, пусть и уважал чужие предпочтения, однако ощутив скребущую пустоту на сердце, он решился посетить храм. Баджорцы часто приходили туда и как будто бы примирялись с собой или обретали истину. Джулиану хотелось отыскать хотя бы каплю душевного спокойствия и, может быть, какое-то указание, что помогло бы в дальнейшем избавиться от угнетающих размышлений и осознания собственной ненужности. Оказавшись в пространстве, пропитанном ароматами благовоний, там, где царил полумрак и горели настоящие, а не голографические свечи, Джулиан в первый момент подумал, что напрасно выбрал этот путь. Однако рядом с ним тут же возник ранжен. — Вижу, вы пришли за советом, — узнал он, и Джулиан опечалился, что его затруднения так легко прочесть по лицу. — Пророки подскажут, — и указал на Сферу. Это само по себе было удивительно — баджорцы ревностно оберегали Сферы, и не так просто было получить позволение подойти и соприкоснуться с ними. Но в этот раз — как бы научное сознание Джулиана ни отрицало подобное — ситуация выглядела так, будто бы сама судьба вмешалась, чтобы он наконец перестал блуждать в потёмках. Он не мог не послушаться. Он действительно сделал шаг вперёд. *** Позже, покидая храм, Джулиан чувствовал досаду. Туманные видения, что пронеслись перед ним, голоса, повторяющие: «Мы — для Баджора», «Ты — кто нужен», «Ты — кто дарит жизнь», нисколько ему не помогли. Напротив, он ощутил, как внутри зарождается уверенность — здесь, на DS9, его вклад велик, его навыки и умения, его знания действительно необходимы, но он сам… Он вполне мог бы быть медицинской голограммой, и только. Чужой всем и каждому, лишний, скрывающий тайну, которая в одно мгновение может вычеркнуть его из рядов офицеров Звёздного флота. Он зря решил обратиться к Пророкам. Они ничем не помогли. *** В ту ночь Джулиану приснился странный сон, больше похожий на сумрачное видение, тесно сплетённое с воспоминаниями. Он смотрел будто бы со стороны и видел реплимат, привычных обитателей станции, что проходили мимо и будто бы даже сквозь него. Он даже пожелал проснуться, но внезапно понял, что смотрит на самого себя. Неловкий, кажущийся ужасающе одиноким, он сидел за столиком, погружённый в собственные мысли. Он походил на незагоревшуюся свечу, настолько пустым был его устремлённый вглубь себя взгляд. Но внезапно всё изменилось. Джулиан видел со стороны, как сзади подошёл Гарак, как его ладони скользнули по плечам в мимолётном касании. И не нужно было прислушиваться, он прекрасно помнил, что именно тогда Гарак сказал. Это… это была их первая встреча, их знакомство. Глядя со стороны, Джулиан никак не мог понять, зачем перед ним возникла эта тень прошлого. — Удивительно, как далеко мы ушли с того разговора, верно? — раздался знакомый голос. Джулиан повернулся и увидел Гарака. Совершенно точно другого Гарака, не того, что сейчас любезничал с другим Баширом. — Признаться, в тот момент я не предполагал, что на самом деле будет значить это знакомство. — А что оно значит для вас? — Джулиан не сдержался, и Гарак рядом с ним вздрогнул, как будто только что его заметил. Казалось, он хочет ответить, но отчего-то медлит. И конечно, именно в этот момент сну нужно было прерваться. Всё смешалось, и Джулиан сел на кровати, пережидая мучительный приступ головной боли. Неужели вся эта мутная грёза — лишь порождение Сферы. Тень Сферы?.. Или, может, он просто слишком впечатлительный и одновременно чересчур отчаявшийся?.. Джулиан провёл руками по лицу, но так и не сумел освободиться от ощущения, будто флёр видений как паутина опутал его. *** Когда Джулиан вошёл в медотсек, он уже твёрдо решил, что впредь будет придерживаться исключительно научной точки зрения на происходящее вокруг и с ним самим в частности. Оттого, воспользовавшись моментом, когда никому не требовалась его помощь, он провёл несколько тестов и убедился — уровень нейропептидов действительно слишком высок. Такой показатель ясно давал понять, что у него могут быть галлюцинации. Этот странный сон, ощущавшийся так не похоже на обычные, наверняка порождён нестабильным состоянием биохимии мозга. Джулиан не нашёл в базе данных Звёздного флота конкретных рекомендаций, которые помогли бы справиться со сложившейся ситуацией — в конце концов Сферы пророков были малоизучены и ещё меньше было медицинских данных о тех, кто с ними соприкасался. Оттого Башир принял решение подождать, пока его организм самостоятельно не разберётся с проблемой. Он должен был успокоиться сразу, как пришёл к этому выводу, но на самом деле вскоре осознал, что чувствует себя ещё более несчастным и одиноким, чем прежде. Может быть, стоило задуматься о коррекции настроения с помощью вполне определённых препаратов?.. Чтобы отвлечься, он принялся приводить в порядок записи о пациентах, а когда закончил с первой партией, как раз настало время ланча. В реплимате он, конечно, столкнулся с Гараком. Так уж получилось само собой — они привыкли перекусывать почти в одно и то же время. И Джулиан никогда всерьёз не позволял себе думать, что кардассианец мог сдвинуть время собственного обеда для того, чтобы пересекаться с ним чаще. Такая мысль подходила бы кому-то юному и наивному, а Джулиан, пусть и пытался играть эту роль, всё же прекрасно понимал, каково истинное положение вещей. Впрочем, всякая встреча с Гараком приносила ему приятные мгновения, так что он не собирался отказываться от них только потому, что сознавал — кардассианец не выделяет его среди прочих обитателей станции, они просто по счастливой случайности оба любят читать. Они привычно заняли один столик на двоих, и Джулиан уже хотел напомнить, какую новеллу они обсуждали последней, когда Гарак, чуть сощурившись, отметил: — Вы выглядите усталым, мой дорогой доктор. Неужели плохо спите?.. Казалось бы, этот вопрос был совершенно обычным. И Дакс иногда интересовалась, спит ли он достаточно, и майор Кира порой отмечала, что он выглядит уставшим. Всё это было в порядке вещей. Сосуществуя на одной затерянной в космосе станции, они понемногу приглядывали друг за другом, даже не будучи особенно близки. Но Джулиан всё же немного вздрогнул. Отчего вдруг эта тема возникла прямо сейчас? Если бы он действительно казался невыспавшимся, разве медсестра Джабара не отметила бы это первой? Она обычно брала на себя роль заботливого друга и требовала, чтобы он не забывал об отдыхе. Она — но не Гарак. — Гарак, а бывает, что вас тревожат сны? — ответил Башир вопросом на вопрос. Кардассианец внимательно посмотрел на него, прежде чем вновь перевёл взгляд на собственную тарелку. Подцепив на вилку салат, он спокойно заметил: — Нисколько. Обычно я их просто не вижу. Джулиан кивнул и добавил, стараясь опередить возможный интерес: — Что ж, в каком-то смысле я вам завидую. Между ними опустилось молчание. Каждый уделил внимание выбранным блюдам. Впрочем, Джулиан почти не чувствовал вкуса. Вероятно, это тоже было лишь побочным эффектом от биохимического дисбаланса. — Как я успел заметить, в земной литературе нередко поднимается тема сновидений, — Гарак чуть улыбнулся, промокнув губы салфеткой. — Неужели и вы разделяете заблуждения своих предков, считаете, что во сне можно постичь какую-то истину или увидеть будущее?.. Джулиан поспешил отшутиться и сменить тему. Он не хотел бы, чтобы Гарак узнал о посещении баджорского храма, о Сфере, о том, что Башир попытался говорить с пророками, точно совсем отчаявшийся баджорец. Он не собирался также делиться подробностями сна. Быть может, если бы на станции было хоть одно существо, с которым Джулиан мог бы обсудить своё состояние, с которым он осмелился бы говорить откровенно, не пряча никаких тайн, ему стало бы легче. Но пока что он мог только делать вид, что его мысли поверхностны, а печали проходят так быстро, что не стоят внимания. В который раз прячась за маской немного простоватого и улыбчивого парня, совсем недавно закончившего Академию, Джулиан ощутил только тяжесть на сердце. Но разве можно было так просто перестать играть эту роль?..