Месяц до Рождества

— Отвечай мне, Гермиона. — шипит женщина прямо возле уха Грейнджер, сжимая её шею. Девушка открывает рот и сразу же его закрывает. Сильно сжимает пальцами раковину, да так, что костяшки стали белыми. Почему так сложно функционировать рядом с этой женщиной. Казалось, что Друэлла была огромной, она будто заполнила все пространство собой. Женщина проникала в Гермиону, отравляя её изнутри. Каждое её слово врезалось куда-то в ребра Гермионе, ломая кости. Грейнджер хочет убрать руку женщины, но тело не слушается. — Будь хорошей девочкой, Гермиона. — промурлыкала сладким тоном Друэлла, щекоча своим дыханием шею девушки. — Что вам надо? — выдавливает из себя Гермиона, глядя на женщину через зеркало. — Хочу понять, что моя дочь нашла в такой дурнушке, как ты. Так приятно было поиграть с этой девочкой. Друэлла теперь понимала свою дочь и желание той обладать Гермионой. Она чувствовала опьяняющее превосходство над ней. Остановиться уже было невозможно. — Может, если я сделаю то, что делала с тобой Белла, то пойму, как думаешь? Ухмыльнувшись, она наклоняется ближе, но тут дверь резко открывается. Грейнджер замечает сзади белокурую голову Нарциссы, что стоит позади Сириуса. На пороге стояла Беллатрикс, взгляд которой был направлен на Гермиону, что смотрит на нее заплаканными глазами. Блэк громко дышит, сжимая кулаки. Она тяжело шагает в сторону матери. Миссис Блэк только хочет что-то сказать, как её затыкает звонкая пощечина. Щека гудит. Казалось, что она не верит в происходящее. Белла смотрит на мать испепеляющим взглядом, когда та с ошарашенным видом поворачивает голову к ней. Подносит к горящей щеке холодную ладонь, отступая от Гермионы. — Проваливай из моего дома. — холодным тоном говорит Беллатрикс. — Что? — опешила женщина. — Беллатрикс, жалкая девчонка значит для тебя больше, чем родная мать? — она подвигается ближе к дочери, касаясь ладонью щеки. Гладит, мягко глядя на женщину. — Ты же меня всегда слушалась, Белла. — приторно-сладким тоном шепчет Друэлла. — Моя лучшая дочь. Беллатрикс выходит из ступора, дергаясь в сторону. — Проваливай из моего дома, я сказала! — крикнула Блэк, показывая на дверь. — Еще одно слово, и я больше не ручаюсь за себя, мама. Друэлла открывает и закрывает рот, глядя на дочь. Ее лицо перекосилось от гнева, но она быстро взяла себя в руки. Вздернув подбородок, она проходит мимо Беллы: — Ты пожалеешь об этом, Беллатрикс. — шипит Миссис Блэк, выходя из ванной комнаты. — Adieu. — J'espère que nous ne nous reverrons plus. — с улыбкой говорит Сириус, отсалютовав своей тете. Нарцисса хвостом идет за матерью, чтобы проводить. Как только силуэт Друэллы пропадет из виду, Белла подлетает к Гермионе. Подносит ладони к мокрым щекам, заставляя посмотреть на себя. — Все хорошо, Грейнджер, — лепечет Блэк, осматривая девушку со всех сторон. — Все закончилось, она больше не притронется к тебе. Прости меня, милая… — Белла… — Я обещаю, этого больше никогда не повторится. — Белла! — топает ногой. — Прости, я пойму, если ты захочешь уйти от меня. — куда-то в сторону говорит Блэк, смотря, как Сириус разворачивается и уходит. — Беллатрикс! — хватает за руку женщину, чтобы обратить на себя внимание. — Со мной все в порядке, правда. У тебя сумасшедшая семейка, но я никуда от тебя не уйду. — хихикает Грейнджер. Женщина с теплотой смотрит на нее, вытирая ее слезы большим пальцем. Целует в макушку, прижимая к себе. *** Про Друэллу Блэк никто больше не заговорил в тот вечер. — И что ты предлагаешь? — вяло спрашивает Беллатрикс, лежа на диване вверх тормашками. Сириус лениво кидает себе в рот виноградинки, играя с Гермионой в шахматы. Стоит упомянуть, что тот выигрывал, раздражая этим шатенку. — Белла, моя идея все еще в силе. — Нарцисса наливает себе третью чашку зеленого чая. — Сложновато будет найти домики прямо сейчас, но если хорошенько уговорить, то уже завтра вечером мы будем в горах Приэльбрусья. Сириус сразу оживляется. — Белла, соглашайся. — он подходит к ней, ложась на диван в той же позе, что и она. — Вы будете с Гермионой в одном домике. Одни. — тише добавляет он, но Гермиона все равно давится чаем, когда слышит это. Беллатрикс ухмыляется, глядя куда-то в сторону. Гермиона может только предположить, о чем думает эта непредсказуемая женщина. — Не горю желанием лететь семнадцать часов, — зевает Блэк. — Предлагаю выпить за меня тост, пожелать всего самого наилучшего и лечь спать. — Блэк садится, закидывая ногу на ногу. — Так тоже можно, кузина! — хлопнув Блэк по плечу, он спрыгивает с дивана, подходит к столу, чтобы взять бокал. — За тебя, любимая Беллатрикс, оставайся всегда такой же занозой в заднице Нарциссы. — сказав это, он залпом выпивает все содержимое. Гермиона может поклясться, что видела, как у Миссис Малфой дергается глаз. Она делает глоток своего зеленого чая, прикрывая глаза. Щипает переносицу, но все-таки поднимает свой бокал с шампанским. — Беллатрикс, моя любимая сестра, ты прекрасно знаешь, что моя любовь к тебе безгранична, ты — моя кровь, моя душа и сердце. — Нарцисса улыбается сестре, продолжая, но уже угрюмее. — Я знаю, как тебе было плохо, когда умерла Меда, но ты поддерживала меня весь тот ужасный период. Ты кормила меня силой, когда я неделями голодала, ты поднимала меня каждое утро на пробежку, когда я не хотела вставать с кровати. Только ты каждый день говорила, что все будет хорошо. Белла, пока ты рядом — я жива, если тебя нет, то и меня быть не может. Закончив свою речь, Нарцисса заключила сестру в объятья, шепча что-то на ухо, что разобрать Сириусу с Гермионой было сложно. Грейнджер со слезами счастья смотрела на Блэк. С каждым разом Беллатрикс открывалась для Гермионы с новой стороны, что только радовало последнюю. Так приятно было наблюдать за тем, как Блэк не стесняется своих эмоций, а выражает их искренно. Они с Сириусом переглянулись. — Кто такая Меда? — не отрывая взгляда от сестер, тихо спрашивает Гермиона. Сириус серьезно качает головой. — Сестра Беллы и Цисси. Она умерла в автокатастрофе. — так же тихо шепчет ей на ухо мужчина, добавляя. — Думаю, что Белла тебе расскажет. Гермиона не помнит, что произошло дальше, но каким-то образом она оказалась на лестнице, сидя. Беллатрикс появилась из ниоткуда, держава в руках бокал вина. Ухмыльнувшись, она подходит ближе. — Я проводила Сириуса с Цисси. — поясняет она, рассматривая девушку. — Ну ты и налакалась, Грейнджер. Ноги хоть держат? — хихикает Блэк, помогая той встать, ставя бокал на небольшой столик. Грейнджер затуманенным взглядом смотрит на нее, глупо улыбаясь. Полностью повиснув на Беллатрикс, она тихо дышит ей в шею, опаляя горячим дыханием. Женщина дергается, играя желваками. — Грейнджер, если ты продолжишь, — предупреждает Блэк, поднимаясь с ней по лестнице. — Я не могу отвечать за последствия. — Белла… — хныкает девушка, прижимаясь ближе. — Беллатрикс… Женщина шумно вдыхает, ведя пьяную девушку в спальню. Как только дверь захлопывается, Гермиону прижимают к стенке, впиваясь страстным поцелуем в губы. Гермиона мычит, прижимая Блэк за шею ближе к себе. — Как же я долго ждала этого момента. — шепчет Блэк, отрываясь от губ, но только для того, чтобы спуститься к шее. — Весь вечер только этого и хотела. Моя любимая матушка, как всегда, все испортила, но думаю, что подарок в виде тебя все мигом исправит, как думаешь, звездочка? Её руки жадно исследуют тело девушки, сжимая грудь через шелк. Это зеленое платье, что она хотела стянуть с того самого момента, когда увидела. Она выбивает первый стон из Грейнджер, когда всасывает кожу на шее, оставляя после себя багровый засос. Ухмыляется, поднимаясь к уху. — Такая хорошая девочка, — обжигает шепотом, заставляя девушку покраснеть. — Моя. Гермиона еле дышит, когда Блэк спускается руками ниже, очерчивая округлые бедра. По-собственнически сжимает, и Гермиона уверена, что останутся синяки. Да и плевать. Она уже и не помнит, как оказалась на кровати, прижимаясь спиной к женщине. Беллатрикс раздвигает ей ноги одной рукой, когда вторую держит у шеи Гермионы, слегка сжимая. Тяжело дыхание на ухо никак не помогает сосредоточиться. — Что ты делаешь, Белла? — сонно спрашивает Гермиона, поворачивая голову к ней. Блэк лишь издает короткий смешок. — Давай, малышка, поработай пальчиками сама. — нежно целует Гермиону в шею, ведя её руку к промежности. — Ну же. — Ч-что? Как… Гермиона замялась. Беллатрикс хочет, чтобы она доставила себе удовольствие у нее на глазах? В такой открытой позе? Да она с ума сошла. Она зажмуривает глаза, мотая головой. Даже такого количества алкоголя не хватит для этого. — Мне тебе помочь? — шипит брюнетка, кладя руку Гермионы в свою. — Я думала, что ты послушная. — обиженным тоном говорит Беллатрикс. Медленно вводит один палец девушки на фалангу, кусая за мочку уха. Продолжает целовать в шею, пока Гермиона ерзает и хныкает. Сжимает шею сильнее, чувствуя бешеное сердцебиение ладонью, и это, черт подери, самое лучшее, что она чувствовала. Время шло неумолимо долго, а Беллатрикс не надоедало мучить девушку. Гермионе казалось, что еще чуть-чуть и она окончательно сойдет с ума, если Блэк не предпримет что-то. — Белла, пожалуйста, — стонет девушка, пытаясь двигать пальцами, но Блэк не дает. — Мне мало… Смешок Беллатрикс бьется о ребра Грейнджер, оставаясь где-то внутри. — Ты же не хотела слушаться. — издевается, искренне наслаждаясь положением шатенки. — Ты такая мокрая, даже на мои пальцы капает. — проталкивает еще один палец Блэк, но все еще на одну фалангу. Слишком мало для Гермионы. Гермиона опускает голову, пытаясь спрятаться в своих волосах. Никогда еще она так сильно не хотела кончить. Все ее силы были на пределе, а Беллатрикс никак не хотела этому помочь. Наоборот, ей даже хотелось дольше помучать её. — Подними голову и скажи, что ты хочешь. — ноготь Беллатрикс упирается прямо в щеку Грейнджер, царапая. — Сейчас же. Гермиона стоит на самом краю, а Беллатрикс толкает все ближе и ближе к обрыву. Потому что Гермиона позволяет ей это делать, потому что ей нравится это. Она с этим ничего не может поделать. Два собственных пальца не сдвинутся, пока она не сделает то, что просит приказывает Блэк. Она сдается, полностью отдает свое тело этой женщине. Плевать на последствия. — Пожалуйста, Белла, мне очень нужны твои пальцы. — надрывно шепчет Гермиона, раздвигая ноги шире. — Мне нужна ты. Не проходит и секунды, как Блэк вытаскивает пальцы Гермионы, быстро заменяя их своими. Они легко проскальзывают внутрь, а женщина задает потрясающий темп, выбивая из Гермионы громкие стоны. Наклоняется, чтобы жарко прошептать на ухо: — Ты моя, слышишь? — сжимает шею со всей силы, слыша, как стоны превращаются в хрипы. — Только моя, черт подери. На шее точно останутся следы от длинных пальцев. Беллатрикс об этом позаботилась. Гермиона может поспорить, что Блэк доставит удовольствие смотреть на них позже. Гермиона пытается дышать глубже, пульс учащается, когда она чувствует, что близко. Думает о том, что потеряет сознание, если Блэк продолжит так сжимать шею. — Бе-е-ела. — выдавливает из себя девушка, поднимая руку к пальцам на шее. — Черт, ты течешь, тебе так нравится это? — смеется Блэк. — Нравится по-жестче, Грейнджер? О, я могла догадаться. — Белла, я скоро… Хватка на шее становится слабее, когда женщина чувствует, что стенки внутри начали отчаянно сжиматься. Беллатрикс кусает плечо девушки, оставляя там багровый след. Улыбается, когда Гермиона дергается от боли. — Запомни этот момент, малышка, потому что никто не заставит тебя течь так, как я. — победно улыбается Блэк, делая последние движения пальцами, чтобы услышать продолжительный стон. — Беллатрикс! — Гермиона зажмуривает глаза до звездочек, сжимая пальцы женщины внутри, пока они продолжали двигаться. — Хорошая девочка. — целует в щеку Беллатрикс и отодвигает от себя девушку. — Славно справилась. Кидает взгляд на лежащую в предобморочном состоянии Гермиону, которая не может привести дыхание в норму. — Уже устала, Грейнджер? — хитро улыбается Блэк, подзывая пальцем к себе. — Вовсе нет. — отзывается Гермиона, продвигаясь к женщине, когда та раздвигает ноги в стороны, показывая вид, от которого Гермиона чуть не потеряла сознание. Беллатрикс хихикает, замечая реакцию девушки. — Ну? — не успевает что-то добавить, потому что Гермиона уже оказалась между её ногами, хватая бедра. — Оу, потише, Грейнджер. Гермиона словно не слышит её. Она делает движение языком, пробуя на вкус. Беллатрикс шумно выдыхает, что придает уверенности ей. Уже смелее, шатенка вырисовывает незамысловатые узоры языком, заставляя Беллатрикс Блэк сдерживать стоны. — Черт, как у тебя хорошо получается. — шепчет в никуда Блэк. — Почему я раньше не использовала твой надоедливый рот таким образом? Больше пользы было бы. Гермиона впивается ногтями в бедра женщины, заставляя последнюю зашипеть, схватив Грейнджер за волосы. — Не забывайся. — угроза. Гермиона стонет, когда Блэк прижимает её ближе, не давая отстраниться. Будто Гермиона и хочет. Продолжает движения языком, входя во вкус. Сколько бы Беллатрикс не насмехалась над ней, она теперь знала, что женщина хочет её не меньше. Она буквально истекала соком, пока Гермиона находилась внизу. — Гермиона, еще чуть-чуть. — она закрывает глаза и хмурится, наматывая волосы Грейнджер на кулак. — Да, вот так, умничка. Буквально нескольких движений хватает, чтобы Блэк выгнулась дугой, словно кошка, протяжно застонав. Она все еще крепко прижимала девушку к себе, пока та лениво водила языком. Когда Гермиона отстраняется, она видит действительно порочную картину. Беллатрикс лежала с разведенными ногами, отчаянно ловя воздух полными губами и сжимая простыни руками. — Было неплохо, Грейнджер. — с этими словами она прикрывает глаза.