Тихий омут

      В раннее утро субботы Ирэн, сонная и немного растрёпанная, сидела в машине Джаспера. Оба они отправлялись в Сиэтл, впереди было почти четыре часа пути до приличного карнавального магазина. Первые полчаса девушка изо всех сил старалась быть активной — что-то рассказывала, задавала вопросы, пыталась завести разговор, но постепенно сонливость взяла верх, и она тихо задремала. Подъехав к эксцентричному магазину, Джаспер мягко провёл рукой по лицу девушки. Ирэн сонно вздрогнула от прохлады его пальцев, пошевелилась и медленно открыла глаза, жмурясь с просони. — Мы приехали, — негромко сказал он, наклоняясь, чтобы расстегнуть её ремень безопасности. Ирэн потянулась, слегка улыбнулась и посмотрела в окно. — Тебе повезло, что в Сиэтле облачно, — заметила она, заметно оживившись. — Элис предупреждала, что к вечеру выглянет солнце, — спокойно ответил Джаспер. — Надеюсь, мы успеем, — взволнованно прошептала Уайт. Джаспер выбрался из машины и галантно открыл перед ней дверь, протянув руку. Девушка благодарно вложила свою ладонь в его ладонь, выбралась наружу и поправила красный шарф. Её взгляд тут же устремился к яркому фасаду магазина, ещё с витрин он пестро притягивал внимание. Заинтересованная, Ирэн быстрым шагом направилась к входу, невольно потянув за собой Джаспера. Тот даже слегка удивился такой резкой перемене в поведении только что сонной девушки. Внутри бутика Ирэн буквально загорелась — она с восхищением оглядывала помещение, чёрно-белый пол в шахматном порядке, ярко-красные стены, повсюду развешанные костюмы, а на нижних полках аккуратно выставленные туфли. Глаза её сразу зацепились за белые кожаные сапоги на толстом каблуке, но в мыслях девушка быстро отметила, что для образа, который она рисовала себе в голове, этим сапогам не нашлось места. Джаспер тем временем сразу опустился на яркий синий диванчик — словно уже уставший. Он с лёгким недовольством скользнул взглядом по душноватому магазину, тот показался ему слишком тесным и захламлённым. За прилавком сидела рыжеволосая девушка, лениво жующая жвачку. Она выглядела скучающей и равнодушной, но стоило парочке войти, как её глаза оживились. Ей особенно приглянулся нереально красивый парень. Впрочем, мрачный и холодный взгляд Джаспера быстро отбил у неё всякий интерес. Младшая Уайт же, не замечая этих коротких переглядок, с восторгом перебегала от одного костюма к другому. Но чем дольше она смотрела, тем сильнее приходило разочарование, один наряд казался слишком праздничным, другой — чересчур длинным, третий, напротив, коротким. Сейчас в магазине явно преобладала тематика двадцатых годов — платья-флэпперы. Ирэн мельком подумала, что, возможно, в ближайшей школе скоро устраивают вечеринку с дресс-кодом в этом стиле. Разочарованная, она провела в магазине почти два часа, но так и не нашла ничего подходящего, помимо флэпперов, были лишь несколько бальных платьев и одно в стиле готической лолиты. Всё это никак не вписывалось в её задуманный образ. Единственной удачей оказались белые туфельки. Они выглядели очень достойно, невысокий изогнутый каблук, слегка закруглённый носок, винтажный жемчужный оттенок с лёгким перламутровым блеском. Материал напоминал атлас с едва заметным узором, придававшим обуви изысканности. Спереди туфли были украшены аккуратными лентами-завязками, что делало их особенно очаровательными. Очарованная находкой, Ирэн взяла туфли с полки и, сияя, почти подскочила к сидящему на диване, неподвижному и молчаливому, словно робот, Джасперу. – Смотри, какие хорошенькие, – парень окинул туфли внимательным взглядом и одобрительно кивнул, будто уже представлял их на ногах своей спутницы. – А наряд так и не нашла себе? – спросил он, заметив, как та с грустью покачала головой. – А ты? Ты идёшь со мной, помнишь? Ты ведь тоже должен себе подобрать костюм, – он как-то по-человечески вздохнул, поднимаясь с дивана, словно этот поход отнимал у него больше сил, чем ожидалось. – Значит, сегодня только туфли… – взяв обувь из рук Ирэн, он направился к прилавку, за которым скучающе сидела рыжая продавщица. Девушка поспешила за ним, засеменила рядом, торопливо доставая из сумки свой маленький красный кошелёк на замочке. Джаспер аккуратно положил туфли на прилавок и натянуто улыбнулся, словно пытался быть вежливым, но чувствовал себя не на своём месте. – Мы бы хотели их приобрести. Какова их цена? – спокойно произнёс он. Продавщица лениво наклонила голову, громко чпокнула жвачкой и протянула: – Пятьдесят долларов. – Сколько?! – невольно вскрикнула Ирэн и тут же смущённо прикрыла рот ладонью. Щёки её вспыхнули, а глаза заблестели от неловкости. Джаспер не удержался и искренне улыбнулся её реакции. Достав из кармана свой дорогой кожаный кошелёк, он лёгким движением вынул яркую банковскую карту. Младшая Уайт, вся порозовев от смущения и упрямства, поспешно принялась открывать свой кошелёк, лихорадочно отсчитывая купюры. Ей ужасно хотелось оплатить покупку самой, но пока она перебирала деньги, Джаспер уже протянул карту продавщице. Через мгновение туфли оказались в руках у растерянной и всё ещё краснеющей Ирэн. Она так и застыла, прижимая к себе кошелёк и сверху – новые белые туфельки. Расплатившись, Джаспер легко обнял девушку за плечи и повёл её прочь из душного магазина, словно желая поскорее избавить её от неловкой сцены. – Я должна была их купить, – пробурчала Ирэн, уткнувшись головой ему в плечо. Её голос прозвучал почти обиженно, но в нём сквозила лёгкая нежность. – Не волнуйся, они не стоили дорого, – спокойно парировал он и коротко поцеловал её в макушку. – Да, для тебя… – Хейл тихо засмеялся грудным смехом, от которого по спине девушки пробежала теплая дрожь. Ирэн сначала посмотрела на него недовольно, губы её поджались, но спустя пару секунд уголки рта всё же дрогнули, и она улыбнулась. Пара снова села в машину. Девушка откинулась на спинку сиденья и устало выдохнула, будто весь день незаметно высосал из неё силы. – Жаль, что я так и не нашла костюмы для нас. Этот магазин был самый отличный вариант из всех, – тихо произнесла она, глядя в окно.

– Давай завтра я отвезу тебя к Элис. Она быстро сошьёт нам костюмы, – с лёгкой уверенностью сказал Джаспер. – Нет, я не хочу её нагружать, – решительно промолвила Ирэн, качнув головой. Он закатил глаза и чуть улыбнулся уголком губ: – Зная свою сестру, для неё это в радость. Не удивлюсь, если она уже что-то планирует для тебя. Ирэн недоверчиво скосила на него взгляд, не совсем веря его словам. – В любом случае, тебе нужно поесть. Давай я отвезу тебя в ближайшее кафе, – он уже собирался завести машину, как вдруг девушка резко замерла, будто что-то вспомнила. Её лицо изменилось, и она испуганно посмотрела на Джаспера. – Нет, нет! Мы должны ехать домой, – выпалила она. – Что? Почему? – нахмурился он, слегка удивившись. – Я совсем забыла сказать… Моя мама устроила ужин на троих. Она хочет, ну… типа, узнать тебя поближе, – пугающим шёпотом произнесла Ирэн, прикусив губу. Джаспер на пару секунд замер, затем откинулся назад и закрыл глаза, словно собирался с силами. – Мне так жаль, у меня совсем вылетело из головы, – торопливо добавила она, чувствуя вину. Он кивнул, открыл глаза и натянуто улыбнулся: – Всё хорошо. Значит, сейчас едем к тебе. Ты точно не голодна? – Теперь точно нет, – пробормотала она, нервно сжав руки. – Я слишком волнуюсь из-за предстоящего ужина.

***

      За столом воцарилась неловкая тишина. Младшая Уайт неуклюже запихивала в рот кусочек вишнёвого пирога, который мать заранее заказала в ресторане. На столе красовались и другие блюда, доставленные оттуда же, — разнообразные закуски и горячее, аккуратно расставленные в пластиковых контейнерах, словно для вида. Люси готовить не любила, кулинария никогда не была её сильной стороной, да и времени на это у женщины хронически не хватало. Ирэн, стараясь не встречаться взглядом ни с кем за столом, упорно впихивала в себя пирог, чувствуя, как сладкая вишнёвая начинка липнет к нёбу. В это время её мать, сидевшая напротив, буквально прожигала парня глазами — того самого, что расположился рядом с её дочерью. Взгляд женщины был внимательным, цепким и даже немного настороженным, будто она пыталась рассмотреть в нём что-то скрытое, то, чего остальные пока не замечали. – И чего ты не ешь? Тебе не нравится еда? Или, может, у вас дома принято питаться чем-то особенным? – спросила Люси резким, даже немного колким голосом. Ирэн замерла с набитым ртом, растерянно переводя взгляд то на Джаспера, то на мать, словно не зная, как правильно реагировать. – Нет, ваша еда очень хороша, – спокойно сказал парень, черпая вилкой из тарелки и отправляя кусочек в рот. Девушка неуместно хихикнула, пытаясь разрядить обстановку, но, встретив строгий взгляд Хейла, поспешно начала жевать быстрее. – Я её заказала, – честно призналась женщина, делая глоток вина и чуть покачивая бокалом, словно проверяя его на прочность. – Так давно вы вместе? – продолжила она, стараясь задать вопрос с показной непринуждённостью, но голос всё равно выдавал скрытое напряжение. Младшая Уайт уже хотела ответить, даже приоткрыла рот, но по какой-то причине не нашла слов, нахмурившись, потянулась к стакану с пуншем, делая вид, что слишком занята, чтобы вступать в диалог. Тем временем Джаспер, незаметно для Люси, начал перекладывать часть еды из своей тарелки в тарелку Ирэн. – С осени, – не теряясь, сказал он, и его голос прозвучал уверенно, – это была симпатия с первого взгляда. Ирэн энергично кивнула, подтверждая слова парня, и только тогда мать слегка оттаяла. Люси сначала с недоверием всмотрелась в обоих, прищурив глаза, но, заметив этот кивок дочери, всё же чуть расслабила осанку и перестала хмурить брови. – Итак, Джаспер, вы приехали к нам в этом году. Как вам город? Надолго ли вы здесь? – женщина, поставив бокал на стол, сосредоточила всё своё внимание на нём. Ей было важно понять, насколько парень серьёзен. Она не хотела бы видеть слёзы дочери, если он вдруг неожиданно исчезнет из её жизни. Джаспер, сохраняя прямую осанку, взял свободную руку младшей Уайт. Его взгляд слегка изменился, если до этого он терпел расспросы женщины только ради девушки, то теперь в его глазах мелькнуло раздражение. Люси всё больше начинала действовать ему на нервы. – Город неплохой. Мне и моей семье здесь нравится, здесь тихо, да и воздух свежий, мэм, – холодно парировал он. Младшая Уайт нахмурилась и под столом незаметно пнула его ногой, пытаясь хоть как-то урезонить, но удар вышел неудачным. Боль отозвалась в её собственной ступне, и Ирэн едва сдержала гримасу, крепко прикусив губу, чтобы не выдать себя. – Эм… а я новые туфли купила, – робко улыбнувшись, объявила Ирэн, желая разрядить обстановку. Мать тут же перевела взгляд на дочь. Её лицо слегка смягчилось, и она кивнула с одобрением. Джаспер тоже позволил себе немного успокоиться, хотя холод в его взгляде ещё не до конца исчез. – Красивые? А как же костюм? – поинтересовалась женщина, уже улыбаясь чуть теплее, чем раньше. – А я завтра иду к Элис, сестре Джаспера. Она обожает шить одежду, и собирается снять с меня мерки, – бодро сказала Ирэн. Люси кивнула, снова бросив боковой взгляд на парня. Но Джаспер уже был полностью сосредоточен на младшей Уайт, он внимательно слушал её, чуть улыбается и даже подливал ей пунш, словно заботясь о каждом её движении. Женщина не знала, как на всё это реагировать. Ей всё ещё казалось странным, что дочь скрывала от неё отношения несколько месяцев и только на этой неделе решилась рассказать. Почему молчала? Почему прятала? Эти вопросы терзали её, но вслух Люси их не озвучила. Она понимала, если начнёт давить, то только оттолкнёт Ирэн. Люси не желала становиться врагом для младшей Уайт. Поэтому она решила закрыть глаза на то, что Джаспер казался ей слишком странным, почти чужим. Женщина лишь мысленно надеялась, что он не принесёт боли её девочке и не станет причиной её слёз и истерик. Так и прошёл вечер. Когда Люси убирала со стола, она украдкой взглянула в окно. За стеклом, в прохладном свете уличного фонаря, её дочь и Джаспер стояли рядом у его машины. Они о чём-то оживлённо переговаривались, и в их позах, в улыбках было столько юной доверчивости, что сердце матери болезненно сжалось от тревоги и нежности одновременно.

***

      Ирэн Уайт немного неловко переминалась с ноги на ногу, смущённо стоя перед Элис. Та, напротив, выглядела вдохновлённой и энергичной — она уже успела обвязать Ирэн мерной лентой, сосредоточенно записывая параметры на аккуратный листочек. Пока Элис делала пометки, взгляд девушки невольно скользнул по комнате. Здесь, как и, вероятно, во всём доме Калленов, было просторное окно почти во всю стену, за которым виднелись величественные кроны деревьев. Комната казалась светлой и уютной, хотя ощущение всё равно оставалось слегка непривычным. В центре располагалась большая кровать. Ирэн поймала себя на мысли, что это странно — ведь, насколько она знала, вампиры не спят. Лёгкая смущённая улыбка тронула её губы, и она поспешила отвести взгляд, будто боясь, что хозяйка комнаты заметит её любопытство. Чуть дальше стоял длинный светлый стол, на котором беспорядочно лежали эскизы платьев и других нарядов. Бумаги были исписаны тонкими изящными линиями — рисунки дышали фантазией и талантом. Рядом с ним высились два манекена, один женский, другой мужской. Всё это вместе создавалo впечатление настоящей мастерской, а не просто спальни. – Я уже прекрасно представляю, какие наряды будут на вас, – мягко произнесла Элис, её голос звучал почти певуче, а на губах заиграла воодушевлённая улыбка. – Правда? Я думаю, это будет слишком… не перебор ли? – смущённо спросила Ирэн, слегка поправив выбившуюся прядь волос. Но Элис в ответ лишь энергично покачала головой, её глаза засияли озорным блеском. – Нет, совсем нет! Это отличная идея, поверь мне. Я всё вижу наперёд, – уверенно произнесла Каллен, и её голос прозвучал так тепло, что Ирэн поневоле расслабилась. – Всё равно мне немного неловко, – тихо призналась девушка, – ведь ты делаешь костюмы специально для нас… – Не волнуйся, – легко отмахнулась Элис, улыбаясь своей лёгкой и возбуждённой улыбкой. – Я обожаю создавать что-то новое, так что, поверь, я сама получаю удовольствие. – А вы тоже пойдёте на вечеринку? – нерешительно спросила Ирэн, желая поддержать разговор. – Скорее всего, только я и Натан, – после небольшой паузы ответила Элис. – Эммет всё ещё пытается уговорить Розали, но она в последнее время ходит мрачнее тучи. Ирэн кивнула, прислушиваясь к её словам, но не нашла, что сказать в ответ. Наступила короткая пауза. В комнате они оставались только вдвоём, тихо, почти уютно. Где-то на кухне Эсме хлопотала, готовя обед специально для Ирэн, а остальные ребята давно налетели в гостиную, шумно обсуждая что-то между собой. – Я могу заплатить за наряды, если хочешь… – неуверенно предложила Ирэн, чуть прикусив губу. Элис хихикнула на её слова, качнув головой так, что её короткие волосы едва коснулись хрупких плеч. – Да брось! Я в лотерее больше выиграю, чем возьму денег от тебя. Ничего не нужно, – с лёгкой иронией отмахнулась она. Младшая Уайт смутилась, щеки её тронули лёгкие розовые пятна, и она опустила взгляд, не зная, что ответить. Когда все мерки были сняты, девушки направились вниз. У лестницы Элис хотела было задержать Ирэн за руку, чтобы сказать что-то ещё, но та уже торопливо спустилась, услышав доносящиеся голоса. Снизу раздался знакомый тембр Розали — её голос был звонким, но сейчас в нём звучало раздражение, почти злость. – Зачем ты её сюда приволок? Ты что, не понимаешь?! – прозвучал агрессивный выпад, в котором слышалось не просто недовольство, а ярость, едва сдерживаемая в словах. Ирэн замерла на полпути вниз. Её лицо изменилось, безмятежное выражение исчезло, уступив место тревоге и лёгкому страху. Она сжала перила, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. Элис, уловив эту перемену, резво прошла мимо, словно намеренно загородив Ирэн от возможного столкновения, и направилась туда, где слышались голоса, чтобы не дать спору разгореться сильнее. – Ребята, обед уже приготовлен? – звонким голосом произнесла Элис, стараясь разбавить напряжённую атмосферу. Младшая Уайт, дрогнувшая от недавнего крика, медленно спустилась по лестнице и сразу же подошла к Джасперу, словно ища защиты и надеясь спрятаться от чужой злобы за его спиной. Эдвард, уловив её растерянность и слова сестры, коротко кивнул в сторону кухни, где Эсме хлопотала над плитой, одновременно умудряясь листать книгу рецептов. Из кухни доносился запах свежих трав и чего-то тёплого, домашнего, что резко контрастировало с холодной напряжённостью в зале. Розали же, едва заметив смертную, не сдержалась и глухо зарычала. Для Ирэн эта сцена показалась пугающе странной, девушка выглядела так, словно оказалась в клетке и металась из стороны в сторону, сдерживая рвущийся наружу поток эмоций. Её буквально трясло, в глазах отражалось отвращение, а тело было напряжено до предела. Казалось, ещё миг – и она взорвётся. И действительно, в следующее мгновение Розали резко выскочила наружу, бросив последний взгляд, полный ядовитого презрения, прямо на Джаспера. В её глазах не было ни тени спокойствия, только непримиримая злость. Эммет сразу же рванул за ней, обеспокоенно окликая, но Элис мгновенно остановила его, подняв руку и твёрдо сказав, что нужно дать Розали время остыть. Джаспер же, казалось, вовсе не обратил внимания на реакцию сестры. Он молча приобнял Ирэн, чуть прижимая её к себе и утыкаясь подбородком в её волосы. Его спокойствие и надёжность резко контрастировали с тем, что только что произошло, и девушка почувствовала, как напряжение внутри неё слегка отступает. Проведя целый день в доме Калленов, Ирэн старалась не отходить далеко ни от Джаспера, ни от Элис. Ей было тяжело находиться в этой обстановке, ведь она ощущала на себе напряжённые взгляды и боялась, что кто-то снова сорвётся и выльет на неё недовольство. Тяжесть от явной неприязни давила, заставляя чувствовать себя чужой в их мире. Когда наконец пришло время уходить, Ирэн с лёгкой улыбкой на губах вышла из дома под руку с Джаспером, который предложил её подвезти. В этот момент девушка почувствовала себя чуть увереннее — его присутствие придавало сил. Они прошли мимо лестницы, на которой сидела Розали. Ирэн невольно обернулась и задержала взгляд. Красивая и элегантная Каллен сидела неподвижно, словно статуя, и смотрела прямо на неё. Но в этот раз в её глазах не было злобы или ненависти — лишь усталость и жалость, тихая, почти незаметная. Ирэн тогда не смогла понять этот взгляд, но внутри у неё шевельнулось странное чувство — словно в груди на миг стало холоднее. Уже сидя в машине, она снова и снова прокручивала в памяти тот миг. Что значил этот взгляд? Жалость вместо ненависти? Почему? Мысли тянули её вниз, оставляя тягостное ощущение. Но всё это рассеялось в одно мгновение, когда перед прощанием Джаспер наклонился и легко коснулся её губ своими. Его поцелуй смыл с души все тревоги, вытеснив тяжёлые воспоминания и оставив только тепло.

***

      Уже вечером Ирэн сидела перед телевизором, лениво откусывая медовые вафли. На небольшом экране мелькали яркие картинки, но девушка смотрела на них без особого интереса — её взгляд был расфокусирован, словно она видела не изображения, а что-то далеко за пределами экрана. Запихнув в рот последний кусочек сладости, Ирэн услышала внезапный звонок домашнего телефона. Сначала она не сразу отреагировала — звук был почти непривычным, слишком резким для уютного вечера. Задумчиво щёлкнув пультом и выключив телевизор, она медленно поднялась наверх и взяла в руки трубку всё того же старого, слегка потёртого телефона, верного свидетеля многих разговоров. В трубке разлилось молчание. Никто не спешил заговорить. Ирэн нахмурила брови, мельком проверила, не сбросился ли вызов, но экранчик показывал, что линия всё ещё активна. Девушка растерянно прикусила внутреннюю сторону щеки, ощущая, как по спине пробежал лёгкий холодок. — Алло? Кто это? — громко произнесла Уайт. Связь в этот день и правда была плохой, поэтому она нарочно сказала чуть громче, чтобы собеседник, кто бы он ни был, наверняка услышал её. — О боже… Ирэн… Я… О боже… — послышались прерывистые всхлипывания, голос дрожал, словно вот-вот сорвётся. Ирэн резко распахнула глаза, тело пронзил ледяной шок, а сердце забилось так сильно, что казалось — оно вот-вот вырвется из груди. По голосу она безошибочно узнала: это была Лорэн. Но… такого не могло быть. Лорэн ведь мертва. — О боже… Ты была права… Мне не стоило туда идти… Мне так страшно… Я… я бежала… Боже… — дрожащий голос звучал всё отчаяннее. Испугавшись, младшая Уайт резко бросила трубку. В глазах у неё потемнело, и она бессильно присела на пол. В висках от напряжения проступила острая боль. Слова Лорэн показались ей до боли знакомыми, словно уже когда-то сказанными… но понять их смысла она не могла. Ирэн чувствовала себя сумасшедшей — ведь никто в здравом уме не поверит, что можно получить звонок от мёртвых. Сердце сжалось, дыхание сбилось, и в голове стояла одна мысль, этого просто не может быть. Вдруг раздался новый звонок — тот же самый настойчивый, резкий, как удар молнии, разрезающий тишину дома. Ирэн медленно поднялась с пола, её колени дрожали. Боязливо уставившись на телефон, девушка никак не решалась подойти ближе. Казалось, сам аппарат давил на неё своим присутствием. Наконец, собрав остатки смелости, она протянула руку. Пальцы подрагивали, движения были такими медленными, будто время вокруг замедлилось. Наконец, Ирэн коснулась трубки и, с замирающим сердцем, подняла его. — Алло?.. — её голосок прозвучал напуганно и неуверенно. — Ну ты чего трубку бросила? — раздался возмущённый возглас. — Джессика?.. — удивлённо спросила младшая Уайт, чувствуя, как дрожь постепенно покидает её тело. — Ну да! А ты чего трубку бросила? Я звала-звала тебя, а ты молчала. Со связью что-то не так? — продолжала галдеть юная девушка, её голос был звонким и настойчивым. — Да… наверное, да. Извини, правда, со связью что-то не так, — поспешно нашлась с ответом Ирэн, машинально кивая в пустоту, словно собеседница могла это увидеть. — Я чего звонила… Я же сегодня платье из ателье забрала! Мне его подшили… — с заметным воодушевлением продолжила Джессика, будто совсем не замечая, в каком состоянии находилась Ирэн. Весь разговор с подругой проходил словно сквозь туман. Девушка отвечала невпопад, её мысли витали далеко от слов Джессики. Та возмущённо продолжала болтать, настаивая на ответах, но вскоре всё же сдалась и, раздражённо вздохнув, прекратила разговор. Ирэн медленно направилась в свою комнату и опустилась на пол. Скрестив руки на коленях, она крепко зажмурила глаза, словно надеялась вызвать ту самую боль, которая недавно так резко пронзила её виски. Ей хотелось снова что-нибудь услышать, уловить хотя бы намёк, понять, что же это было — звонок из небытия или игра воображения. Но сколько бы она ни пыталась, ничего больше не пришло. Ответы ускользали, оставляя только гнетущую пустоту и тяжёлое чувство безумия, которое медленно начинало овладевать ею.