Hic et nunc

Для Павитра Хоби был настоящим шылом в одном месте. Именно благодаря Брауну и его желанию справедливости в мире, они попадали в разные передряги, и как-то выбирались из них обсалютно целыми. И Павитр считал это ничем иным, как настоящим волшебством. И всё благодаря Хоби, прикрывающему спину Павитра, за что тот, конечно, ему благодарен. Это было в духе Паука-Панка, но Прабхакар вряд-ли привыкнет к таким его выходкам, и готов был поклястся, что несколько его волос поседели. Влюбится в него было тоже чем-то сумасшедшим, чем то ненормальным. Как однажды сказала Гвен: "Хоби всегда появляется в нужный момент". И она была обсалютно права. Это была одна из самых любимых черт в Хоби для Павитра, но это заставляло конкретно так понервничать. Но с другой стороны, Хоби не был бы Хоби без своих приколов. *** В штабе, как обычно, происходил настоящий кипиш. Никто не стоял на месте с раннего утра. На кухне штаб-квартиры было опять же тихо. Все, кто могли, быстро позавтракали и разошлись кто куда. Солнечный свет проникал сквозь небольшую щель между белых штор, отзеркаливаясь на матовом полу. Необычно, но Павитр, который любил поспать в выходные от школы дни, уже сидел за круглым столом у окна, сонно помешивая чайной ложкой сахар в кофе, которого в штабе хватить могло хоть на всю жизнь. Прабхакар бы не отказался от чашечки масалы, а не какого то дешового крепкого напитка, но инидиец, который на кухне штаба почти никогда не появляется, не смог найти ни одной упаковки хоть какого либо чая, что странно. Неужели все здесь пьют только кофе? В штабе Павитру не нравилось находится от слова совсем. Нет, здесь круто, много людей-пауков, что Павитру всегда нравилось, но индиеца не сильно тянуло к общению с ними, что странно. Упаковка от печенья, остатки которого Павитр съел за обе щеки, полетела в мусорное ведро, попав точно в цель. Сидеть здесь, с одной стороны, было не зачем, но в том то и дело, что Павитру обсалютно нечего было делать. Все его гнали, мол, иди посиди, Мигель тебе потом задание даст, и Прабхакар сидел, ждал, морщась от каждого глотка кофе. С сахаром он всё же переборщил. И очень даже. Густая гуща, которую уже нельзя было назвать кофе, была вылита в раковину, а кружка вымыта и убрана обратно на место. И индиец уже собирался выйти из кухни, развернулся к выходу, и не успел он что-то сделать, как в дверях уже стояла знакомая высокая фигура в своей любимой позе. Скрещеные руки на груди, и бедро, прижатое к стене, голова склонена набок. Павитр уже за киллометр может угадать фигуру Хоби Брауна. –Неужели тебе так сильно не нравится кофе? –Спрашивает Браун, подходя к Павитру, наклоняясь над ним и легко чмокая в приоткрытые губы. –Доброе утро. –Доброе. –С улыбкой отвечает Павитр, вздыхая и глядя на пустующий стол. –Здесь на кухне мышь повесилась. –Хоби хрипло рассмеялся от комментария парня, садясь рядом с ним на жёсткий стул, и без доли стыда закидывая ноги на стол. –Ты здесь никогда ничего не найдёшь. Привыкай. –Отвечает Хоби, пожав плечами, взмахнув рукой. Привыкать Прабхакару будет сложно, он это знает. Но что ещё он точно знает, что здесь на кухне не найдёшь ничего кроме горького кофе и... ну, вообщем-то это всё. Но зато здесь найдёшь Хоби, который будет получше этой кухни, и вообще всего штаба в целом. Посмотрев на Брауна в очередной раз, индиец заметил задумчивый взгляд, а после как чужие уголки губ поднимаются в весёлой ухмылке, а взгляд переходит на Павитра... Обсалютно ясно, что Браун снова что-то задумал, вопрос в том, что же. –Нет. –Что "нет"? –Я знаю этот твой взгляд, так что сразу говорю, нет. Не буду я участвовать в твоих приключениях. Что бы ты там не придумал. –Прабхакар хмурится, прищюрив глаза, пристально глядя на всё ещё глупо улыбающегося панка. –В этот раз будет прикольно, клянусь. –Так значит ты что-то всё таки придумал? –Глупо было спрашивать это у самого Хобарта Брауна, у него всегда было что-то на уме. Всегда. Запомните это. В прошлый раз Хоби захотел нарисовать что-то болончиками с краской, и выбрав место и взяв с собой, конечно, Прабхакара, отправился туда. Закончилось всё, естественно, побегом от полиции. За ними как бы почти и не гнались, просто спугнули, не Хоби, а Павитра, который как раз таки и утошил Брауна оттуда. И сейчас Браун опять ввязывает его в какое-то дело, которое как всегда добром не кончится. Лучше уж всё таки сидеть и пить горькое кофе без сахара, чем хвостиком переться за панком по морозному Лондону. Хоби тихо хмыкнул, ухмыляясь чуть мягче. Он смотрит на Павитра, долго долго, своим самым мягким взглядом который только может сделать, сложив руки в мольбе. Это не похоже на Хоби, но чёрт. Павитр не может ему отказать. Хоби радостно улыбается, когда слышит тяжёлый вздох Павитра, что уже служит как положительный ответ. –Я ничего такого в этот раз не придумал. –Вернувшись обратно в исходное положение, говорит Браун. Павитр непонимающе вскинул бровь, склонив голову набок. Хоби беззаботно улыбнулся, видя, что заинтриговал парня. –Мы вернёмся и дорисуем то графити. –Что? –Прабхакар переспросил, покачав головой, нервно улыбнувшись. –Стоп, тоесть ты хочешь вернуться туда? А вдруг там полиция? –Полиция? Да ладно, Пав. Они один раз предупредят, а после забьют на всё. –Закатывая глаза, отвечает панк, на что получает раздраженный вздох. Он опять попался на крючок Брауна, ну и ладно. Пора бы уже привыкнуть. И Павитру кажется, что он совсем скоро привыкнет, если ежедневно будет проводить так время с Брауном. *** Павитр не был фанатом графити. Совсем. Интерес к этому делу никогда не появлялся, и даже после того, когда он увидел как рисует Майлз или тот же Хоби, интереса не прибавилось. Но Браун был готов сделать всё, чтобы индиец впитал в себя весь кайф рисования. Но пока что у Брауна плохо получалось. Очень плохо. В Лондоне уже выпал снег. Не удивительно, но очень красиво. Солнце скрылось за серыми облаками, не желая появлятся на зло горожанам, и делясь с городом своей прохладой. Павитр сразу же почувствовал озноб, когда вышел через портал, оказавшись в вселенной Брауна. Он обнял себя руками, словно прячась от ветра, съежившись. В Мумбаттене будет потеплее, и Прабхакар в который раз ругал себя за свой ответ. Сколько Павитр себя помнит, он никогда не мог сказать "нет". То ли это пошло от воспитания, то ли просто ниоткуда взявшаяся привычка. И Прабхакару не нравилась эта привычка. Это делало его более уязвимым в несупергеройской жизни. –Холодно, да? Там будет теплее. –Раздался голос Хоби за спиной, положив необычно тёплую для такой погоды ладонь на дрожащее плечо Павитра, кивая в сторону здания, которое отсюда выглядело таким крошечным. Обычная заброшенная станция, выглядела на лет 10-15 точно. Даже отсюда было видно, насколько там всё зарасло кустами, листья которых уже засохли и опали, прячась в сугробах нетронутого снега. Павитр слабо кивнул, посмотрев в сторону Брауна, который неотрывно продолжал глядеть на то здание, по привычке скрестив на груди руки. Павитр уже привык видеть такого задумчивого Брауна, который сразу же, как только видел взгляд Прабхакара, глядел на него в ответ и тепло улыбался, мягко взъерошивая волосы индиеца. В этот раз он обошёлся одной лишь улыбкой. –Иди туда, а я быстро за красками сгоняю. –Махнув рукой, Хоби ловко ухватился паутиной за соседнее здание, мгновенно преодолевая расстояние между многоэтажками, скрываясь где-то внизу среди шума машин и голосов прохожих. Павитр несколько секунд ещё постоял на одном месте, словно ожидая появление британца, но не почувствовав никакого знака его присутвия, вздохнул и тоже воспользовавшись паутиной, спустился со здания. С прошлого появления здесь, Павитр не заметил, чтобы что-то изменилось. Хотя что может изменится здесь, на заброшенном здании. Только если прибавление развалин и мусора. Индиец никогда не ходил по заброшкам, и не привык к такому пустующему пространству. Холодный воздух здесь казался чуточку теплее, или брюнету просто так казалось. Ожидая Хоби, который странно долго, почти двадцать минут не появлялся, Прабхакар бродил по зданию, прижимая замерзшие руки ко рту, пытаясь согреть их собственным дыханием, создавая облако пара в воздухе. И всё же стоило сидеть в штабе, а не соглашатся идти сюда. Здесь холодно, пусто и сново холодно. Павитр никогда ещё не чувствовал такого холода, только если долго проводил время на улице во время патруля. Поправив рукава своего белого пуховика, он пнул камень под ногами, который с эхом покатился по земле и стукнулся о стену. Руки Павитра уж было отвалились от холода, и спрятав их в карманы, почувствовал лёгкий запах чего-то знакомого. Уж больно знакомого. Кофе. Инстинктивно, Прабхакар быстро повернулся на запах, увидев Брауна с бумажным стаканчиком в руках, от которого и пахло, причём приятно. –Хей, не смотри на меня так. –С смешком говорит панк, следя за убийственным взглядом Прабхакара, прячущего руки в карманах с румяными от мороза щеками и носом. Это выглядела уж больно мило. Павитр сам по себе милый парень, хоть он сам этого и не подозревает. Хоби за это и любит его. Любит за его терпение и доброту. –Я чуть конечности себе не отморозил, Браун! –Воскликнул Павитр, взмахнув руками, уперев их в бока. Хоби улыбнулся шире. Нельзя отрицать насколько поведение Прабхакара милое. Эта мысль крутилась в голове Брауна долго, не желая покидать его разум, и Хоби сделал шаг к Павитру, обхватив его замерзшую руку своей, передавая стаканчик кофе. –Вот. Тебе купил. Знал ведь что ты замёрзнешь. –Взгляд Павитра смягчился. Обхватив руками тёплый стаканчик с кофе, прикрыв глаза от извинящегося поцелуя в лоб, Павитр заметно смягчился в поведении. Браун, посадив Прабхакара, как дитя малое, на один из разрушенных столбов, схватил сумку с красками и подошёл к стене с недорисованным графити, с ещё непонятным изображением. Браун не рисовал как истиный профессионал, но он рисовал от души. И пускай у него это получалось не очень хорошо, ему нравилось, и Павитру в том числе. Прабхакара пристально наблюдал за рисованием Брауна, видя, как из непонятных узоров создавалась более менее понятная картина. Опуская взгляд на стаканчик кофе, судя по всему, американо, он сделал слабый глоток. Горло тут же согрелось от тёплой жидкости, совсем не горького, как в штабе. Это кофе было совсем другим. Тёплым, и вовсе не таким неприятным, каким представлял себе индиец. И что-то ему подсказывало, что кофе скоро станет неотъемлемой частью его утра, дня, вечера и даже ночи. И всё благодаря Брауну.