Hic et nunc

–Пав, давай сбежим? –Однажды спросил Браун, положив голову на колени индиеца, сидя на кровати в комнате Прабхакара. Павитр, играющий со своим йо-йо, замер. С этих слов и начался бесконечный поток мыслей Павитра. Мол, имел ли Хоби именно это в виду. Шутка это была или не шутка. Посмотрев на Хоби, нельзя понять, шутит он или нет. Да, Браун имел привычку говорить всё, что первое придёт ему в голову, но в этот раз он превзошёл самого себя. И после наступления ночи, Павитр не спал, а думал. Думал над словами Брауна. Сбежать? Куда? Как? Они, чёрт возьми, супергерои. Оставить город на произвол судьбы не входило в планы брюнета. И кажется, ответ очевиден. Но даже после убеждения себя в своих же словах, Павитр не смог уснуть этой ночью. *** –Что ты имел в виду тогда? –Сидя на диване, после окончания титров просмотренного ими фильма, Павитр решился спросить. Это была их очередная посиделка за скучной кинокартиной, когда Браун в очередной раз тихо бурчал о неправдаподобности сюжета, вместе с этим как-то приплетая туда политику. Но Павитру было не до фильма. Хоби скрестил ноги и сидел на полу, укрытым белым шерстяным ковром, а услышав слова Прабхакара, повернул голову в его сторону. Он молчал. Это ожидаемо. Павитр нахмурился, сам не понимая почему, но чувствуя себя очень раздраженным. Когда мысли не давали ему покоя и он не получал ответ, это злило. Но такое бывало редко с Павитром. Очень редко. И Прабхакар почувствовал себя глупо, злясь из за каких-то двух слов, которые, наверное, были сказаны просто так, не подумав. Хоби никогда не отвечал на вопросы точным ответом. Он говорил запутанно, иногда специально, на зло другим, а иногда, потому что не знал, как выразить собственные мысли. Он не силён в словах, отнюдь нет. Но вот в действиях. Это уже совсем другой вопрос. Индиец быстро посмотрел на Хоби, а после снова отвёл взгляд на экран. Павитр бы сбежал. Сбежал вместе с ним куда угодно. Но ответственность висела на плечах у них обоих, не давая шанса двигаться вперёд. Но они есть друг у друга. Это самое главное в первую очередь. Может быть, когда нибудь у них появится шанс сбежать, и они воспользуются им, не упустив своей единственной возможности. Но не сейчас. Сейчас это невозможно, и никогда возможным не будет, но Прабхакар надеялся, а вот Хоби... насчёт Хоби Павитр не знал. Не в стиле Брауна надеяться на чудо. Хоть этого не было видно, Прабхакар знал, что Хоби тоже прекрасно знает, что у них ничего не выйдет. Их жизнь уже прописана. Павитр издал тихий смешок от всей ситуации. Прабхакар был потрясающим. Всё в нём, а улыбка – это вишенка на торте. –Я думаю, ты прекрасно понимаешь, что я имел ввиду. –Тихо бормочет Хоби, словно пытаясь не перебивать тишину –Я знаю, но всё же... –Павитр прикусил губу, думая как бы сказать это проще, но в голове пусто. –Ты же знаешь, что мы не можем убежать. Никак. –Знаю. –Не задумываясь подтверждает панк. Прабхакар хмурится. –Ну, тогда зачем ты это сказал? –Не удержавшись, снова спросил Павитр. Ему нужно было знать. Раз уж они заговорили об этом, то нужно договорить до конца, иначе Прабхакар просто не успокоится. И Хоби знал, что Павитр засыпет его кучей вопросов по этому поводу, и не остановится, пока точно не удостовериться в ответе Брауна. Но сегодня, казалось, всё было не так. Прабхакару было просто любопытно, почему Хоби заговорил об этом. Ему хватит одного ответа. Любого. Главное ответа. От гнетущих мыслей его отвлекло движение со стороны Брауна. Тот, покинув своё удобное и излюбленное место, встал, подходя к индиецу, становясь напротив него. С такого ракурса Хоби казался ещё выше. И это настораживало. Мягкая рука коснулась подбородка Павитра, проводя по нему большим пальцем, наклоняя голову слегка вбок. И Павитр мгновенно расстаял. Казалось, весь воздух покинул его лёгкие, заставляя замереть, пытаясь вспомнить, как дышать. Раздражение как рукой сняло. Брюнет прижался к переместившейся на щёку руке Брауна, неотрывно глядя в тёмные глаза напротив. Ох эти глаза. В них так и хочется потеряться, навсегда. Хоби задумчиво промычал, не отрывая руки от лица Павитра, и наклонился, оставляя поцелуй на лбу мальчишки, притягивая его к себе с дивана в тёплые объятия. Это было, честно говоря, ожидаемо. Индиец по привычке прижался к груди Хоби лбом, прикрыв глаза от его лёгких поглаживаний по затылку, молча погружаясь в объятия. –Честно, я сам не знаю. –В голосе Брауна чувствовалась улыбка, и Прабхакар не мог не улыбнуться в ответ. Боже. Чему удивлятся? Половина ответов Хоби всегда были такими. "Я сам не знаю". Это звучало так странно и так глупо, и это нравилось Павитру. –Не знаешь? –Прабхакар тихо рассмеялся, подняв голову, глядя на Хоби. –Ага. Я просто подумал, как было бы круто сбежать куда подальше. –Браун опустил взгляд на Павитра, слегка ухмыляясь. –Знаешь, не в моём стиле мечтать. Я предпочитаю думать о том, что возможно. Но с одной стороны... –Мечтать не вредно. –Закончил предложение вместо Хоби Павитр, пожав плечами. Хоби усмехнулся, щёлкнув Павитра по носу. –Именно. –И снова тишина. И это уже была не та напряжённая, кричашая о невысказанных словах тишина, а спокойная, приятная. Они сказали всё, что нужно, всё что могли сказать, и теперь были довольны, в тепле друг друга, каждый мечтающий о своём. Но в глубине души Хоби надеялся, что они когда нибудь убегут туда, на край света, где будут толко они в двоём, и больше ничто их не потревожит. Никогда.