Герой Неслучившегося

10.

             1E смотрела на своего Мастера, немного обеспокоенная из-за влияния алкоголя на трезвость его мышления, и занимала большую часть доступных вычислительных мощностей размышлениями.              Каулесу было восемнадцать, однако по комплекции он недалеко ушёл от юнитов модели S. Он был немного, немного меньше, чем на полдюйма, выше шасси модели S, но в остальном конституцией практически повторял «Сканеры». В выдыхаемом юношей воздухе было около сорока сотых миллиграмм спирта на литр, что соответствовало лёгкому опьянению, и это было в определённой мере опасно. Не для здоровья человека, ибо в том отрезке времени, что юноша отмерил сам себе, вступив в эту Войну как Мастер, а для трезвости рассудка и правильности принятых решений.              Действия Слуги вызывали в ней определённую неприязнь к самой себе, однако необходимость становления для Мастера важнее чем что-либо, заставившее его принять участие в этой Войне, позволяла ей игнорировать свой покрытый песком и испещрённый трещинами моральный компас. На самом деле, ей давно не нужны были никакие причины, чтобы игнорировать нечто столь эфемерное, как «мораль», но она не была носительницей Логического Вируса, чтобы лишаться каких бы то ни было чувств, кроме, может быть, желания заразить каждого на Земле, и нечто столь же простое, как «необходимость» позволяла испытывать к себе меньшую неприязнь.              Слова, прозвучавшие в её разуме, заставили 1E мысленно усмехнуться. На некоторое время улыбка, которую убийца демонстрировала на своём лице, изменилась, наполнившись грустью о былых деяниях и свершениях, которые даже и нельзя сказать, что остались в прошлом. Её Легенда начнётся лишь через десять миллениумов, в далёком будущем, которое может и не наступить.              Её грустная улыбка должна была остаться с ней, в воспоминаниях об этом ужине под растущей Луной, и поэтому 1E вернула на уста лёгкую улыбку, должную показывать отрешённую и задумчивую негу, ведь в любой момент человек мог проснуться, скинув с себя лёгкую, навеянную правильным массажем и обстановкой дрёму и увидеть это неправильное для этой ситуации выражение её лица.              Она не должна задумываться о том, что очень скоро эта Война закончиться, а значит и Слуги, призванные для битвы за Грааль, исчезнут, как и не должен задумываться об этом Каулес. Он не должен думать о том, что у пары Мастера и Слуги было одно Желание к Граалю, и не должен был считать её той, кто она есть — Убийцей, ставшей страшной байкой для наземников.              Да и… может быть, если Грааль исполнит её желание, где-то там, далеко в будущем, случиться парадокс и этих чёртовых тысячи трёхсот шестидесяти семи лет попросту не станет? Или не станет её самой, первого «Палача»?              — Нет. — она качнула головой из стороны в сторону, позволив себе вместе с этим движением произнести одними губами одно слово. Берсерк ощутила, как от этого простого, не требующегося для создания образа, действия, пришедшего из глубины её разума, ей стало ещё немного легче примириться с собой и действиями, без которых её Желание потеряет всякий шанс на исполнение. И тем не менее, она всё ещё не могла ответить себе на вопрос, не дрогнет ли её рука в тот миг, когда вопрос одного Желания на двоих станет и вправду критическим.              Впрочем, хоть 1E и избегала предлога «если» в своих мыслях, это не спасало её от осознания того, насколько в действительности низки её шансы. Один к двенадцати, не более. И тем не менее: для 1E это было значительно выше одного к тринадцати.              Раздался тихий шорох, и Берсерк повернула голову к открывшейся двери, будто бы прибытие горничной-гомункула стало для неё неожиданность. Парящий над столом Под, плавно опустив на стол ломтик бекона, также повернулся к прислуге, нарушившей эту уединённую идиллию.              Она посмотрела на неё с лёгкой злобой и осуждением во взгляде, заставив замереть неподвижной статуей, а после перевела взгляд на Пода, чуть подалась вперёд и позволила манипуляторам закрепить на своём затылке повязку.              Это было плохой привычкой, — «Плохой!» — с усмешкой повторила Берсерк сама для себя, но 1E не могла отказать Каулесу в чём-то на самом деле настолько мелочном.              В очередном движении убийца занесла руку чуть выше и отставленный немного назад и коснувшийся её губ указательный палец должен был чётче обозначить её позицию. Берсерк резко мотнула головой в сторону горничной-гомункула, и отдала приказ Поду подлететь к прислуге.              — Пожалуйста, сообщите цель вашего визита как можно тише. — горничная-гомункул услышала тихий голос, будто бы произнёсший это человек стоял как минимум в полусотне метров от неё, но близость фамильяра одного из Слуг говорила о том, что всё не могло быть так просто.              — Господин Дарник немедленно собирает всех Слуг и Мастеров. — склонившись, произнесла горничная-гомункул, едва выдавливая из лёгких воздух.              1E кивнула и Под произнёс вместо неё:              — Мы прибудем через несколько минут. — вновь донеслось до горничной-гомункула, и она, ещё глубже поклонившись, замерла. Это не очень понравилось 1E, но она не стала ничего предпринимать, лишь приказав Поду опуститься немного ниже. Так, чтобы основные манипуляторы с сегментами толщиной с руку девушки и тремя длинными пальцами на концах, оказались прямо перед её смотрящими в землю глазами. Она вздрогнула, на мгновение потеряв над собой контроль, и Берсерк поняла, что горничная-гомункул будет пытаться изображать пустую дорожку столько, сколько будет нужно.              — Мастер… — зашептала андроид юноше прямо на ухо. — Мастер… — она повторяла это раз в несколько секунд, внося в этот цикл небольшую долю случайности, а Каулес сонно и непонимающе крутился под её пальцами. — Мастер, Мастер Лансера вызывает всех Слуг и Мастеров.              Юноша зевнул, потягиваясь, и, опираясь на мягкие руки 1E, медленно поднялся. И вот, кажется, его наконец настигло Осознание!              «Каулес — сон: -1 — 0» мысленно прокомментировала андроид.              Её Мастер огляделся вокруг, ещё не до конца осознав явь, но уже бодрствуя, а возбуждённый каким-то явным происшествием разум мало помогал.              Может быть, 1E и немного перестаралась.              И вот, остервенелый взгляд юноши наткнулся на лицо Берсерка, и улыбка убийцы плавно перетекла в виноватую усмешку, когда уголки её губ искривились.              — В-всё в поря-адке, 1E! — Каулес не мог не заметить это, и на его лице проступил, казалось бы, забытый где-то далеко румянец.              — Ах, вы были так милы, Мастер. — произнесла Слуга, легко поднимаясь на ноги и перемещая своё кресло на место. — Но, дела редко когда думают о важности момента, чтобы появиться. — её пухлые, ярко-красные губы растянулись в дугу, и она направила взгляд на горничную-гомункула.              До восхода оставалось семьдесят девять минут.              

***

             Берсерк шагнула вперёд, открывая массивные врата, отошла в сторону, позволяя Каулесу пройти вперёд и зашла следом, аккуратно закрыв за собой створки двери.              Просторный зал, освещаемый огромной лампой под сводчатым потолком и множеством ламп в изысканных кованных канделябрах на колоннах. Колонны шли вдоль всего вытянутого зала, с тяжёлыми, низко подхваченными шторами, создававшими густые тени у стен. В конце зала располагалось возвышение, на котором, на шесть ступеней выше уровня пола, в просторной нише в дальней от входа стене зала, был установлен роскошный трон, обитый лазурным бархатом и окованный золотом.              Влад III, призванный в Великой Войне Святого Грааля в качестве Лансера Чёрных, в своём чёрным, словно самая тёмная ночь, королевском наряде, величественно восседал на этом троне. Лицо Лансера было бледным, почти прозрачным, белым словно у мертвеца. Черты его лица постоянно выражали раздражённость. Волосы Слуги были белее чистого снега и ровными, словно шёлковое полотно. А его тонкие поджатые губы обрамляла аккуратная бородка. Но самой запоминающейся деталью в образе господаря Валахии были глаза — такие же тёмные, как и его наряд, прищуренные и уставшие. Глаза Влада III излучали ошеломляющее присутствие.              Когда Каулес вошёл в тронный зал, тяжёлый взгляд Влада III ненадолго оказался обращён в его сторону. Юноша почувствовал дрожь, с которой был неспособен бороться, и страх. Страх даже не грядущей смерти или скорой расправы, а страх своей безнадёжной слабости перед давно мёртвым правителем. И так случалось каждый раз, когда даже случайный взгляд Лансера Чёрных обращался на него, маг чувствовал себя придавленным к земле словно гранитной скалой.              Форведж Иггдмилления сделал шаг вперёд, в надежде, что Владу III быстро наскучит наблюдать за ним, ну или же для его взора найдётся более достойная цель, чем второсортный маг. И так и случилось. Сперва на его плечо что-то опустилось: лёгкое и мягкое, словно пушинка, — а потом Лансер поднял взгляд выше, и эта гранитная гора скала свалилась с его плеч, позволив вздохнуть полной грудью.              «Спасибо.» мысленно передал маг благодарность Слуге. Юноше даже не нужно было видеть тонкие пальцы, лёгшие ему на плечо, он знал: только 1E могла поддержать его сейчас. Тепло, даруемое Слугой, проникло в его душу ещё глубже, словно Берсерк ободряюще сжала не его плечо, а защемлённое страхом сердце.              Пара из Мастера и его Слуги прошла вперёд, и все, кроме Лансера, быстро потеряли интерес к Каулесу или 1E. Андроид окинула взглядом прибывших Слуг и Мастеров и поняла, что не хватает только Астольфо, хотя его Мастер, Селеник Айскол Иггдмилления, стояла здесь и зло сверкала глазами, постукивая своим шамберьером по бедру.              — Берсерк. — полуприкрыв глаза, Лансер кивнул. Медленно и величественно, будто требуя от всех вокруг склониться вслед за его подбородком. — Ты хорошо справилась с первой миссией. — жёсткий, властный голос Влада III звучал благосклонно, а его улыбка стала располагающей. — Твои навыки и возможности будут необходимы этой ночью ещё раз. — произнёс он, и Каулес почувствовал, как ставшая неожиданно крепкой хватка на его плече расслабляется.              Каулес огляделся вокруг, опасливо глядя на каждого из присутствующих.              — Мастер, Вам не следует беспокоиться. — приблизившись к его уху настолько, что юноша стал ощущать на своей коже её тёплое дыхание, прошептала 1E. — Это просто значит, что появился повод закончить начатое, и начать заново наше чаепитие. — и столь же тихо засмеялась, вызывая на щеках Каулеса розовые пятна.              Форведж Иггдмилления перевёл взгляд на 1E, и её красиво лицо оказалось всего в паре сантиметров от его левого глаза. Берсерк подалась немного вперёд, и, чуть приподнявшись на носках, положила свой острый подбородок на плечо юноши.              — Не будьте таким серьёзным, Мастер. Сейчас это совсем не нужно. — андроид надула губы и сложила их трубочкой, выдавив поток горячего воздуха прямо в ухо юноши. Форведж Иггдмилления вздрогнул, и только сильная рука 1E не позволила ему сойти с места.              — Берсерк… — его тихий шёпот был полон мольбы. — Пожалуйста…              Внезапно, массивные врата широко распахнулись, будто от сильного порыва ветра, и внутрь, широко улыбаясь и насвистывая весёлый мотив, вошёл Райдер, неся на плече… тело. Обнажённое бессознательное тело гомункула.              — Я тут, это… — взгляды присутствующих в зале Мастеров и Слуги сошлись на бесцеремонно ворвавшемся внутрь Астольфо, заставив его сбиться с шага и начать оправдываться. — Нашёл его в коридоре, совсем недалеко отсюда, и решил принести! Не посмотришь его, Авицеброн, а то он что-то совсем плох? — и улыбнулся, словно невинное дитя.              Кастер резко обернулся, и полы его тёмно-синего плаща взметнулись вверх, размывая фигуру и движения мага, а безликая маска на его голове не позволяла разглядеть лицо, но колебания маски, неотрывно следящей за движениями тела на плече Райдера, не позволяли усомниться в его заинтересованности.              Авицеброн махнул рукой, и голографический экран, на котором недавно было сосредоточено всё внимание Кастера, подлетел к нему. Плоский голографический экран, на который, словно с летящего вдоль шоссе беспилотника, выводилось высококачественное изображение, просто существовал, и 1E не могла обнаружить источник, а качество изображения не позволяло различить пиксели даже при помощи оптики шасси андроида YoRHa и оптики Пода.              — Где ты нашёл его, Райдер? — голос Кастера Чёрных был заинтересованным, и, когда Астольфо, набрав в лёгкие воздух и приготовившись вещать, снова взмахнул рукой. И тело гомункула взлетело вверх, заставив Райдера слабо взвизгнуть.              — Предупреждать надо! — негодующе произнёс Астольфо и, уже не столь важничая, ответил: — Валялся в подвале, в паре метров от лестницы. Я хотел его отнести в лабораторию, но потом вспомнил, что всё равно ты должен будешь быть здесь, Авицеброн, а мне нужно было спешить.              — Благодарю. — Кастер кивнул, и всё его внимание на несколько секунд оказалось сосредоточено на парящем перед ним теле. Редкое и тяжёлое дыхание гомункула стало выравниваться, и Слуга снова махнул рукой, опуская тело гомункула на пол, явно оценив состояние гомункула как удовлетворительное. Он не показал движениями никаких эмоций, однако его мастер, Роше, внезапно обрёл одухотворённое лицо и принялся записывать что-то в выуженном из-за пояса блокноте. А после вновь повернулся к парящему за его плечом экрану.              Прошло несколько секунд, и Астольфо, с лицом идущего на эшафот, прошагал к злой и раздражённой Айскол, встав за её плечом. И заметно вздрогнул, когда женщина щёлкнула своим хлыстом в воздухе. И её лицо, скрытое от Астольфо, перекосилось от предвкушающей ухмылки.              Внезапно, на магическом экране, управляемом Авицеброном, между мелькающей разметкой, проскочил пикап, в кузове которого сидела блондинка. Её голова заметно дёрнулась вверх, а после пикап исчез из области видимости. Большего заметить не позволял угол обзора магической камеры, однако резкое движение Влада III, напрягшегося и занявшего собранную позу, говорило о том, что эта блондинка — важная фигура. Прошла всего четверть секунды, и нечто, несущее магическую камеру, развернулось, заложив крутой вираж, а спустя ещё несколько секунд магическая камера догнала пикап.              Блондинка, чьи длинные, заплетенные косу, волосы, покоились на её плече, смотрела прямо в магическую камеру. Её сосредоточенный взгляд был спокоен, и, когда Кастер заставил своего «дрона» отклониться сначала немного влево, а после — вправо, голубые глаза Руллер неустанно следовали за источником изображения.              — Это она, Руллер этой Войны. — произнёс Кастер.              Не прошло и мгновения, как лицо Лансера перечертила злая кривая ухмылка. Его тёмные глаза блеснул, и и он громогласно произнёс, театрально подняв руку к своему лицу:              — Один из Слуг, который должен будет пасть, сейчас предстал перед нами. — и сжал ладонь насколько сильно, что через его почти прозрачную кожу стали видны напряжённые мышцы. — Мы уже убили одного из Слуг Красных: их Сэйбер пал, не сумев оказать какого бы то ни было сопротивления нам. Также, как и их Сэйбер — падёт каждый Слуга Красных, вы знаете это все не менее ясно, чем я. — пробирающий взгляд Лансера прошёлся по каждому из Слуг и Мастеров, находящихся в тронном зале и внимающим его словам, лишь Дарник за его плечом словно оставался незамеченным для собственного Слуги. — Что ж. — Влад III сделал короткую паузу, а его бледное, как у мертвеца, но необычайно живое лицо, показало предвкушение. — Не только Слуги Чёрных являются нашими врагами. Перед нами, всеми нами: фракцией Красных и фракцией Чёрных, перед каждым из тринадцати оставшихся Слуг — в этой Великой Войне всегда будет стоять ещё одна цель: Слуга класса Руллер, призванная Граалем ради контроля над боями и битвами. — рука с собранной в кулак ладонью выстрелила в сторону магического экрана. — Руллер ступила на нашу территорию, и сейчас, когда фракция Красных ещё лишь приходит в себя после тяжёлой потери — она либо станет частью нашей Фракции, либо умрёт! — голос Влада III наполнился победной усмешкой, такой, что говорила: никто не может сомневаться в истине. — Дарник! — Слуга резко обернулся к своему Мастеру, стоящему у него за плечом, и кинул: — Изложи план.              Престон Иггдмилления коротко поклонился и вышел вперёд, оказавшись перед троном. На плечах мужчины висел свободный белый плащ, расшитый золотом, полностью скрывая его фигуру и плавные оточенные движения. Необычно молодое и привлекательное для человека, прожившего чуть менее ста лет, лицо было предельно серьёзным, а непослушные, серые волосы с лёгким оттенком синего опадали за спиной, частично собранные в хвост, и отдельными локонами нависали над его лицом.              — Члены Клана Иггдмилления. Я искренне рад первой ступени, пройденной нашими усилиями на пути к Граалю. — полы плаща Дарника зашевелились, когда его рука поднялась на уровень груди. — Райдер. — рука указала на женственного юношу, и Астольфо, словно бы только этого и ждал, глупо заулыбавшись с зажмуренными, словно под светом софитов, глазами; и выпятил грудь колесом. — Арчер. — Хирон легко поклонился. — Берсерк. — 1E вытянулась, громко ударив каблуками друг о друга и секундой спустя опустила левую ладонь на грудь.              «Glory to mankind» — пела её душа, но уста не открывались; и Дарник, этот маг, стоящий во граве Клана Иггдмилления, словно только и ждал восхваления человечества.              «Возможно, так?» это была мысль, которую 1E решила воплотить в реальности: её рука взметнулась вверх, от сердца к Солнцу, и, кажется, Дарник был удовлетворён этим. «Это ненормально.»              — Вы были теми, кто сражался с Сэйбером Красных, показав эффективное взаимодействие, и план предстоящего боя заключается в вашем участии. Каулес, — взгляд Дарника упал на веснушчатого юношу. — Берсерк может использовать летающий Небесный Фантазм для этого и последующих боёв. Арчер и Райдер будут отказывать поддержку твоей Слуге.              — А остальные опять отдыхать будут? — потерянно воспротивился несправедливости Астольфо. И, тут же вжал голову в плечи, позабыв о напускной гордости, услышав громкий щелчок шамберьера.              — Нет. — жёстко ответил Престон Иггдмилления. — Это не так. Нет сомнений в том, что фракция Красных уже знает о том, что Руллер уже близка к Трифасу. Мы не можем не ответить на вторжение, и эти псы из Башни могут решить, что это будет удачным моментом для очередного нападения. Это, — он ухмыльнулся. — и будет задачей для остальных Слуг: охрана Крепости и уничтожение любого, кто осмелиться вторгнуться на нашу территорию. Конечно, — ухмылка Дарника искривилась, наполнившись высокомерием. — это будет необходимо только если Мастера Красных окажутся настолько безрассудными, чтобы отправлять на растерзание ещё и своего Райдера. А теперь: Берсерк, Арчер, Райдер — вам немедленно следует направится на перехват Руллер.              — Мастер? — прошептала 1E, когда Дарник отшагнул назад, а Слуги и Мастера слегка отдалились друг от друга в этом огромном тронном зале. — Мне нужно, чтобы вы отменили свой запрет на использование Полётного Модуля. — андроид медленно шла на выход из зала, и, легко полуобняв юношу, вела его рядом с собой.              Он вздрогнул, когда 1E, лизнула мочку его уха и подалась ближе к лицу юноши, показывая хитрую улыбку. И он не нашёл выхода лучше, чем улыбнуться в ответ. Форведж Иггдмилления был благодарен Слуге за то, что она не дала ему зарыться в своих мыслях, всё же времени было действительно мало.              — Да… точно. — маг набрал в лёгкие воздух, и уверенно, насколько мог, ощущая на себе давление тела 1E, произнёс, лишь слегка запнувшись: — Берсерк, я разрешаю тебе использовать маунт тогда, когда ты посчитаешь нужным. В том числе… сейчас. — Каулес обернулся, посмотрев на Дарника, скрывшегося за плечом безмятежно восседающего на троне Лансера.              Глава Клана Иггдмилления встретил взгляд юноши спокойно, и кивнул. Внезапно, мощный голос Лансера прошёлся по залу, поторапливая Слуг.              — Ах, Мастер. — 1E вновь прильнула устами к уху юноши. — Грядущий бой вынуждает меня забрать с собой Пода, и в этом случае я могу лишь молить Вас о том, чтобы Вы воспользовались Командным Заклинанием, стоит только проявиться опасности. Обещайте, прошу Вас.              — К-Как же я… я могу поступить иначе, 1E?!              — Я рада, что вы осознаёте необходимость этого, Мастер. — прошептала андроид, на мгновение прильнув к его щеке, и направилась прочь из зала, оставив за собой налившегося алым Каулеса и горящий, словно пощечина, поцелуй.              До восхода оставалось тридцать пять минут.              

***

             Чёрная точка спикировала вниз, заставив гиппогрифа покачнуться в воздухе. Раскрылись воздушные тормоза, и всего в дюжине метров над крышей резко затормозила, изменив конфигурацию.              — Круто! — вскрикнул Астольфо, проморгавшись. Его руки с зажатыми в них поводьями взметнулись вверх, и он немедленно направил гиппогрифа вниз. — Это тот самый «полётный Модуль»? Я уже хочу погоняться!              1E усмехнулась достаточно громко, чтобы Астольфо и Хирон, сидящие на гиппогрифе, могли её услышать.              — Полётный Модуль может покрыть два километра за секунду… или семь тысяч километров за час. — произнесла Берсерк, на секунду замерев перед тем, как поставить вторую ногу на подножку. — Сможет ли твой гиппогриф быть настолько быстрым, Астольфо?              С щелчками задвигались механизмы, позволяя шасси андроида провалиться немного вглубь, закрывая 1E толстыми листами брони. На место встали крылья и двигатели, раскрывшиеся, словно цветок, лишь чтобы андроид мог залезть внутрь. Выпрямились поджавшиеся ноги, мощные руки-манипуляторы встали на место следом, над плечевыми суставами из-за спины опустились пушки, а под правой рукой зафиксировалось огромное лезвие. В конце, Под опустился к коннектору, а сверху его накрыла бронированная крышка.              — Уо-а?.. может быть? — Астольфо не был уверен в своих словах. — Я могу бить с силой A-ранга, если разгонюсь, и, к тому же, я однажды летал на Луну! — гордо заявил женственно выглядящий юноша.              Раздался тихий гул раскручивающихся турбин, ноги Модуля подогнулись и резко разогнулись, подбрасывая 1E в воздух. Она поднялась над крышей, зависнув в десяти метрах перед мордой гиппогрифа. Магическое животное, словно разумное, вгляделось в нагромождение металла, керамики и пластика, и фыркнуло, горделиво отвернув орлиную голову и ударив копытом по воздуху.              — Прошу, осторожнее. — негромко произнёс Хирон, вынужденный крепко вцепиться в Астольфо из-за резких движений гиппогрифа.              — Да-да, без проблем. — ответил Райдер, поводьями направляя гиппогрифа. — Ты крепко держишься, Хи? — и, получив утвердительный ответ, Райдер кинул: — Догоняй! — стремительно устремившись к цели.              Не решаясь перейти из мобильной конфигурации в скоростную, 1E потратила ещё две секунды на то, чтобы полностью проверить Полётный Модуль. Воплощённый Граалем — он был странным. Однако Берсерк не нашла препятствий для перехода в скоростную конфигурацию и, наклонив юнит вперёд, активировала переход.              Её ложе повернулось, заняв почти горизонтальное положение, в сторону разошлись крылья и двигатели, на место встали стабилизаторы, обхватив крайние, ревущие двигатели сверху и снизу. На крайних пилонах защёлкнулись пусковые установки, пушки, и прижавшиеся к ним руки, вновь смотрели строго вперёд, а огромное лезвие — строго назад.              Это было почти мгновенно, и 1E уже даже скорее по привычке обошла защиту, не выключая форсаж 1-го и 4-го двигателей во время перехода. И ярким болидом устремилась за Астольфо, мгновенно активируя форсаж.              Это экономило около четверти секунды для 229-го с подвешенными на пилоны пусковыми, и 1E во время миссий редко взлетала, не используя этой хитрости. Грааль воплотил для неё менее привычный 241-й Полётный Модуль — более поздний, и, насколько 1E знала, до конца 14-й Машинной Войны, он существовал и использовался исключительно в малозаметной конфигурации. Впрочем, в отсутствии современных ей средств обнаружения, это и вправду не имело смысла, тогда как увеличенные огневая мощь и манёвренные характеристики — имели.              Помимо прочего, Полётный Модуль, воплощённый Граалем, имел ещё одно неоспоримое преимущество, потребляя в качестве топлива исключительно ману.              — Я дала тебе фору в две секунды, и твоему гиппогрифу её не хватило, не так ли? — голос 1E раздался из внешних динамиков Полётного Модуля, споро нагнавшего магическое животное, несущее двух Слуг всё ближе к восходящему Солнцу.              — Э? — Астольфо обернулся, будто бы не веря, что, даже с сотней дополнительных килограмм Берсерк и вправду смогла обогнать его, одного из Двенадцати Паладинов Карла Великого и Райдера Чёрных!              1E накренилась в сторону Астольфо и одновременно с этим отклонила рули высоты вверх, описав вокруг гиппогрифа широкую спираль.              — Я даже не на полной тяге. — с явственной усмешкой раздалось из внешних динамиков Полётного Модуля. И 1E, выключившая форсаж незадолго до сближения с парой Слуг на гиппогрифе, вырвалась вперёд, оставляя за собой четыре ярких пламенных хвоста. Она оторвалась на километр к мигу, когда её скорость приблизилась к теоретическому максимуму на этой высоте, и, сбросив тягу к нулю и задрав нос, резко затормозила, пропустив мимо себя гиппогрифа, чтобы ещё несколькими секундами спустя вновь поравняться с Астольфо.              — Ничего-ничего. — важно пролепетал женственно выглядящий юноша. — Когда никто не будет сидеть на крупе моего гиппогрифа, мы ещё погоняемся, только без форы от меня! — он отпустил поводья и прижался к пушистой шее своего маунта, будто бы и не требующего, чтобы его направляли. гиппогриф радостно закричал, извиваясь под ласками своего хозяина.              — Райдер, пожалуйста, будь немного осторожнее. — заметил Арчер, вынужденный разомкнуть руки и ухватиться за луку.              — Да-да, конечно. — Райдер выпрямился, немного недовольно вскинув подбородок. — Да и, серьёзно… — со скепсисом Астольфо посмотрел вниз. — Я же говорю: чуть что — поймаю!              1E открыто усмехнулась, покачав крыльями и «моргнув» навигационными огнями.              

***

             Им понадобилось пролететь ещё несколько минут, чтобы наткнуться на нужную трассу и одинокий пикап с блондинкой, сидящей в кузове.              Райдер, только разглядев пикап, немедленно спикировал вниз, унося с собой Арчера. Они хотели повторить схему, хорошо показавшую себя в бою с Сэйбер Красных, а для этого Арчер должен был оставаться невидим для Руллер до того момента, когда всё будет решено. Впрочем, сам план всё ещё не был определён.              И 1E, активировав маскировку и поднявшись на высоту, на которой небо почернело, а горизонт округлился, не могла и подумать, что кто-то, настолько близкий к человеку, сможет её заметить. Не было иной причины тому, что Руллер вышла из машины и вытащила обыкновенный чемодан, отправив водителя дальше по трассе. Как и её облачению в доспех и острому взгляду, перемещающемуся между ней и парящим на небольшой высоте Райдером.              «Что ж, может быть, в этом бою мне не понадобиться помощь Арчера?»              Руллер была человеком даже больше, чем её Мастер и любой из Мастеров и магов, и способность, дарованная ей Граалем, ещё никогда не показывала, как убить человека настолько явственно.              — «Мастер.» — Берсерк связалась с Каулесом. Требовалось сообщить о своём намерении Арчеру и Райдеру, и иного способа сделать это быстро попросту не было. — «Мне нужно, чтобы Райдер не вступал в бой в случае отказа Руллер. Пожалуйста, сообщите об этом госпоже Селеник.»              — «Райдер подтвердил, что будет только поддерживать.» — спустя минуту получила ответ андроид.              Руллер была опаснее, чем временно союзный Сэйбер, опаснее Лансера Чёрных и, возможно, опаснее Кастера. Это было странное, иррациональное и ничем не обоснованное предположение, которому Берсерк, тем не менее, была склонна верить. И сейчас, когда эта Слуга, призванная Граалем для контроля над Великой Войной, ещё не знает о возможностях 1E, кроме голых цифр характеристик, — Руллер была наиболее уязвимой.              Райдер медленно снижался по нисходящей спирали с Руллер в центре, а Руллер всё также переводила напряжённый взгляд с 1E на Астольфо.              гиппогриф мягко коснулся асфальта, и юноша выпрыгнул из седла плавным движением, тут же замотав руками в отрицании. Оружие Руллер — кусок ткани, обёрнутая вокруг копья — было направлено к земле, а её позу, в целом, можно было истолковать как расслабленную, и для андроида исход этой встречи казался благоприятным.              Крепость Милления была местом, расположенным в самом центре Трифаса, и в глубине которой был спрятан Грааль — нет места лучше, чтобы следить за проведением боёв, даже если Руллер намерена контролировать каждый бой. С её силой — она и вправду могла бы разнять двух Слуг, сцепившихся насмерть посреди оживлённой улицы днём. Вот только… 1E всё никак не могла понять, каким способом Руллер могла бы повлиять на какую бы то ни было из фракций, состоящих из семи Слуг каждая? Семь против одного — всяко проигрышная ситуация.              Сам смысл существования Слуги класса Руллер ускользал от 1E при имевшихся в неё вводных.              И… это было нелогично, ведь Астольфо, явно получив быстрый и безапелляционный отказ, развернулся и, вскочив на гиппогрифа, устремился прочь.              Что ж…              1E выждала оговоренную минуту и так и не получила сообщения от Астольфо. Это означало грядущее сражения, и Берсерк чувствовала себя столь же паршиво, как перед Голиафом.              Впрочем, помниться, она сравнивала с Голиафом и Сэйбер Красных? Андроид усмехнулась и перевела Полётный Модуль в скоростной режим. С двигателями, работавшими на минимуме, андроид направила нос вниз, так, что, без корректировок, она врежется в землю в полусотне метров позади Руллер, и вывела двигатели на максимум, включив форсаж.              Через девять секунд она переключила двигатели в безвоздушный режим.              Через семнадцать секунд заработали механизмы, раскрывая отсек с её шасси и выдвигая его немного вниз.              Через восемнадцать секунд выключились двигатели. Андроид вывела Чёрный Ящик на запредельный режим работы, наполняя конденсаторы, и готовясь к сшибке.              Через Девятнадцать секунд разомкнулись крепления, и Берсерк со всей силой оттолкнулась от юнита, оставив Полётный Модуль позади, а Под активировал A060, ещё через секунду переведя Полётный Модуль в мобильный режим.              1E вытянула одну руку вперёд и вызвала свой короткий тип-4O. Ей нужен было разряд достаточной силы, чтобы Руллер не успела отреагировать на следующий удар, и андроид могла его сообщить, даже используя короткий тип-4O — стандартный меч подразделений YoRHa предпоследнего этапа 14-й Машинной Войны.              И… Контакт! 1E слышала, как мелкие трещины расползаются по частям силового каркаса её шасси, слышала, как из-под ног Руллер вырывается асфальт, слышала, как вздрогнула Руллер и слышала оглушающий взрыв, когда её тип-4O соприкоснулся с древком копья, обёрнутым в бело-золотое знамя. Она отпустила меч, когда распахнутые лазурные очи Руллер были в десятке сантиметров от её глаз, и исчезла, обратившись в рассыпающийся на частицы силуэт, посчитав, что в этой точке пространства её нет.              О, как же она была благодарна, что редкие Слуги, облачённые в доспехи, имеют шлем!              Этот крик. Тонкий и звучный. Он был приятен ей также, как хруст разбитого черепа, раздавшийся следом.              Берсерк совершила заранее просчитанный скачок, и копьё тип-4C, появившийся в её руках с лезвием, не достигающим блондинистых волос ошеломлённой слуги лишь дюйм, вонзилось в голову Руллер с приятным влажным хрустом. Она заменяла специализированный чип-сопроцессор опытом его использования, и при данных вводных Берсерк действительно гордилась совершённым манёвром.              Руллер была Слугой. Возможно — более человечной, чем иные Слуги, но это не значило, что на неё распространяется индульгенция рода человеческого. А это значит, что, как и любого Слугу на её пути, 1E убьёт и её.              Берсерк всей своей массой навалилась на тип-4С, помогая себе ускорителями копья погружаться всё глубже в тело Слуги.              Ответные движения Руллер были медленными. Её руки взметнулись вверх, проворачивая в воздухе длинное копьё-штандарт над головой, и 1E, наступив на древко, позволила себя немного протащить и соскользнула, падая вниз и увлекая за собой втрое более лёгкое тело, насаженное на копьё до самой глотки.              Она использовала это вращательное движение, чтобы превратить мозг, от которого явно и так мало что осталось, в ещё большее месиво, и повредить изнутри позвоночник. Стоило её ногам коснуться разломанной, словно после взрыва крупнокалиберной фугасной бомбы, дороги, Берсерк сделала шаг вперёд, насаживая тело Руллер ещё глубже на тип-4C.              И только когда сердце Слуги перестало биться, а её руки лишились остатков сил, 1E позволила себе выдохнуть.              «Это было почти убийство с одного удара, не так ли?» берсерк улыбнулась своим мыслям. Держа в руке копьё с насаженным на него по самый желудок телом, Берсерк придалась приятным воспоминаниям о былом.              Когда вещества, выделяемые её микросхемами в бою, были приятны: каждая схватка наполняла её возвышенными чувствами, а каждая встреченная машина была проста и понятна, о, и дезертиры! Некоторые из них сходили с ума действительно причудливо, и — вот уж о ком нельзя было сказать, что 1E хоть сколько-то их понимала. Но — шасси типа «E» и обширный опыт позволили 1E не проиграть ни разу.              Позволив себе несколько секунд меланхоличных мыслей, пока её Чёрный Ящик возвращался к нормальном режиму работы, 1E обратила внимание на труп на своём копье. Подержать над источником тепла пару часов — и можно было бы попробовать, какова же на вкус почти человеческая плоть. А может, попробовать её кровь? Иронизируя, 1E наблюдала за трупом.              Трупом ли?..              Неужели последние мгновения жизни Героического Духа ещё не прошли? Тела поверженных Слуг должны распадаться на ману, бесследно исчезая из этого мира, однако ни тело, ни снаряжение Руллер не показывали признаков распада.              Это было странно, и 1E, оглядевшись и не заметив до горизонта ни фамильяров Кастера, ни Астольфо или Хирона, решила снять тело и распотрошить. По крайней мере — отделённые от сердца и мозга части тела Слуг должны были непременно распасться на ману.              Она упёрлась каблуком в покрытую свежей кровью блондинистую шевелюру и потянула на себя, легко вынимая своё оружие наружу. Спроектированное так, чтобы не застревать в металлических внутренностях Машин — оно легко прорезало себе путь наружу через плоть и кости.              Андроид отозвала тип-4C и вызвала длинный тип-4O. Она коротко замахнулась, приготовившись рубить между челюстями — это будет явно проще, чем пробивать своеобразный горжет из толстых пластин, соединённых цепями. И опустила клинок вниз, на мгновение промедлив.              Не на голову Руллер, а на встречу золотому шесту с восьмиконечной звездой на конце.              Это было мгновение промедления, но вражеский Слуга протащил прижатый конец своего оружия по земле и в прыжке ударил шипом прямо в лицо 1E.              Берсерк подалась назад, из её рук исчез длинный тип-4O, а сама она заскользила назад, будто на коньках.              — Райдер Чёрных, приятно познакомиться. — Слуга, столь внезапно появившийся перед ней, замер на месте с вытянутым вперёд шестом. — Я Лансер Красных, и мой Мастер дал мне приказ убить тебя.              До восхода оставалось четырнадцать минут.