Волчья заря

Они отправились в путь спустя два дня. И в целом всё было неплохо, кроме того факта, что теперь Агусту и Тэхёну нужно изображать влюблённых. И если первого это выводило из себя, то второй откровенно веселился, хотя понимал, что ему такое положение вещей на самом деле нравится. Но предпочёл бы сдохнуть, чем признаться в этом хоть одной живой душе. Дэглан, казалось, действительно смирился с неизбежным присутствием Тэхёна, тогда как Торин, надеявшийся, что заветный трофей в лице юноши достанется одной из его дочерей, не скрывал своей неприязни.       До Глеанрэда было довольно близко, всего пара дней пути. И, не обременённый необходимостью постоянно ждать угрозы, так как земли, по которым передвигался отряд, принадлежали союзникам, Агуст сосредоточился на созерцании. Он чувствовал спокойную мощь земель, гор, скал, рек и озёр. И не мог не поддаться их убаюкивающей силе. Цветущий вереск, раскинувшись по полям, мимо которых они проезжали, радовал глаза и наполнял душу грустной ностальгией.       Когда Агуст был совсем маленьким, они с Эрин, Аластаром и Киллианом играли в догонялки среди вот такого же вереска. Отец поддавался, и Агусту казалось, что он самый быстрый на свете. Киллиан, старше него всего на три года, уже тогда был вдумчивым и умным ребёнком, так что абсолютно точно зная, что отец поддаётся, ничего не говорил и поступал так же. Эрин обычно сидела недалеко от них на расстеленном пледе и громко смеялась, когда Агуст в очередной раз ловко - теперь для него очевидно, что нет - уворачивался от рук отца и брата. Это одно из первых и последних воспоминаний, связанных с его матерью. И он так давно не вспоминал о ней, что теперь, в свете последних узнанных им фактов, воспоминания больно резали изнутри, давая полностью ощутить горечь утраты. А ведь Агуст думал, что справился с этим.       Юноша тихо рвано выдыхает, быстро моргая и злясь на себя за проявленную слабость. Машет головой и шлёт лошадь в галоп, далеко опережая своих путников. И только спустя время, ощущая лишь ветер в волосах и могучего зверя под собой, ему удаётся вернуться к равновесию.       Джун, считающий, что не имеет права спускать с него глаз, собирается последовать за юношей, но его останавливают. Мадс. За что получает взгляд, способным убивать. Но моряку плевать. Он все силится представить, что должен чувствовать Агуст, ведь его жизнь кардинально изменилась за последние месяцы. Сколько бы ни пытался, не может. Моряк знает, что если Агуст захочет поговорить, то придёт сам. То, что он ускакал подальше от них, говорит само за себя. Именно поэтому мужчина останавливает Джуна. А затем с интересом переводит взгляд на Тэхёна. Тот хмуро наблюдает за стремительно удаляющимся юношей. Мадс видит, как он натягивает поводья и напрягается, очевидно собираясь сжать бока коня, но резко расслабляется и отпускает поводья, позволяя коню идти неспешным ходом наравне с Чонгуком и Дэгланом, ехавшими рядом. Мадс усмехается. Что бы ни заставило эрикейца передумать и не последовать за Агустом, это правильное решение.       - Как много людей в Глеанреде? - спрашивает Чонгук Дэглана.       - Моих пять сотен. Сколько О’Доннеллов я не знаю, но надеюсь, что достаточно, - отвечает, видит нахмуренный взгляд лорда и спешит объяснить. - Мужчины клана, те, кто остался в живых, были вынуждены скрываться, потому что любого из них незамедлительно убили бы. И поразмыслив они решили затаиться до более благоприятного момента. Никто не знал, когда он наступит, но были готовы ждать. Эрикейцы в принципе упрямые, - Чонгук ухмыляется, посмотрев на Тэхёна, - но люди этого клана побьют любые рекорды. Когда не стало отца, я хотел помочь им, предоставить убежище, но столкнулся с проблемой. - Дэглан усмехается и смотрит на лорда. - Я не смог найти ни одного.       - Тогда как же они узнают, что Агуст здесь? - интересуется тот, не совсем понимая систему передачи информации в этих краях.       - О, - отвечает вместо Дэглана Тэхён, - поверь, господин, они узнали об этом ещё до того, как мы пристали к берегу. - Встречает вопрошающий взгляд друга. - Я ведь рассказывал тебе, что здесь ничего не от кого не утаить.       - Тогда почему Бойл не выследил оставшихся членов клана?       - Потому что этот самоуверенный кусок дерьма решил, что сломил их дух, - мрачно отвечает Дэглан. - Поэтому решил не тратить на них время.        За разговорами они не замечают, как добираются до широкой и бурной реки, у моста через которую их и ждёт Агуст. Юноша выглядит спокойным.       - Река Эрн, - громко произносит он, обращаясь к Чонгуку. - Одна из самых быстрых и широких рек Эрикеи, - добавляет, улыбнувшись Эмрису. - По такой кораблики не попускаешь.        Мальчик широко улыбается в ответ.       - Пусть основная часть пройдёт первой, - предлагает Дэглан лорду, - мы пойдём следом.       Чонгук кивает, соглашаясь, и отдаёт приказ. Мост не слишком широк, одновременно на нём могут поместиться только три всадника. Переправа обещает занять довольно много времени, поэтому Эмрис, Агуст и Аделаида, спешившись, отправляются изучать местность и заодно размять ноги. Тэхён, Хосок, Стефан и Берг устраиваются недалеко от моста и тихо переговариваются, лёжа на траве. Чонгук и Дэглан наблюдают за переправой. В какой-то момент, Агуст, увидев Мадса одного, тихо подходит к нему.       - Почему? - задаёт вопрос, садясь рядом с ним на траву.       - Почему что? - сдвинув брови к переносице уточняет мужчина. Агуст улыбается.       - Почему ты солгал Дэглану о том, что был свидетелем? Ведь ты служишь ему долгие годы и совсем не похож на человека, нарушающего своё слово.       Мадс отвечает далеко не сразу, сорвав травинку и засунув её в рот. Жуёт, хмыкнув какой-то известной лишь ему мысли. Смотрит на юношу и только потом отвечает:       - Это сложно объяснить. Для кого-то клятва ничего не значит. Для кого-то значит всё. То же самое с семьёй. - Он отворачивается, поняв, что чувствует смущение. Не привык открываться. - Я уважаю Дэглана и верен ему. Он хороший человек, - снова смотрит на юношу, - но я не могу позволить ему запереть тебя в оковы политически выгодного брака сразу же после того, как ты сбросишь те, что тащатся за тобой из прошлого. - Он вдруг улыбается. Тепло. Мягко. - Ты будешь прекрасным королём.       - Я не хочу быть королём. Я хочу быть частью своего народа, - серьёзно говорит Агуст. Мадс щёлкает его по носу.       - Вот именно поэтому ты и будешь прекрасным королём. - Резко вскидывает правую руку и, обхватив его за шею, притягивает к себе, принимаясь левой ерошить рыжие волосы. - Только не забывай, как я пинками заставлял тебя шевелить задницей в плаваниях, - смеясь добавляет, пока Агуст безуспешно отбивается.       Их возню прерывает громкий грохот, ржание лошадей и крики людей. Оба подскакивают и бегут в сторону моста почти сразу увидев, что послужило причиной такого шума. Мост рухнул. Большая часть людей успела переправиться. На этом берегу остались Дэглан, Торин, Чонгук, Тэхён, Аделаида, Агуст, Эмрис, Джин, Мадс, Берг и Хосок. Джун совсем недавно перешёл на другой берег, как и отряд, сопровождающий короля. Когда мост рухнул, в воде оказалось трое воинов и их лошади. Люди успешно выбрались на берег, с лошадьми не ясно. Течением несёт их вперёд и либо они выберутся на берег самостоятельно, либо утонут. Чонгук хмуро наблюдает за древесиной, которую уносит поток.       - Господин, - зовёт его эрикеец, аккуратно спустившийся к основанию деревянного моста. Чонгук подходит, как и большинство остальных. - Место слома слишком ровное, - указывает мужчина на одну из сломавшихся балок деревянной конструкции.       - Если мост вывели из строя специально, то как, во имя всего святого, он так долго держался? - недоумённо спрашивает Джин ни к кому конкретно не обращаясь.       - Есть поблизости ещё мост? - задаёт вопрос Чонгук. Дэглан качает головой.       - Есть переправа, но чтоб до неё добраться, нам понадобится весь день, - говорит Мадс и ловит обречённый взгляд короля.       - Что? - Чонгук замечает эти взгляды.       - Переправа принадлежит скверному типу, - отвечает Дэглан. - Фокьериец. Ауд. Раньше они доставляли много хлопот местным жителям, но теперь он остался один и успокоился.       - Они? - нахмурившись, переспрашивает Тэхён.       - Да, - повернувшись к нему всем телом отвечает Дэглан. - Он и его брат. Свартгейрр.       При этих словах Тэхён смотрит на Чонгука и улыбаясь качает головой.       - Быть того не может, - бормочет тот.       - О чём ты?       - Свартгейрр мой зять, - отвечает вместо него Чонгук. - Моя дочь вышла за него замуж прошлым летом. Проблем с Аудом возникнуть не должно, - усмехаясь, добавляет.       Той части отряда, которая перебралась на противоположный берег, приказывают продолжать путь в Глеанред. Те же, кто остаётся на этом берегу, направляются вдоль реки, намереваясь добраться до переправы к вечеру и, если не сразу же, то со следующим рассветом перебраться через бурлящий поток воды.              

***

             Группа из одиннадцати человек появляется недалеко от ворот большой крепости незадолго до заката. Они едут в молчании, чувствуя напряжение, потому что, несмотря на уверения лорда, каждый, в том числе и он сам, не могут быть уверены, что всё пройдёт гладко. Чонгук может быть уверен в отношении своего зятя, но не в отношении его брата. В любом случае у них нет большого выбора. Лорд едет во главе их небольшого отряда для того, чтобы Ауд мог его узнать. И хоть виделись они лишь однажды, он запомнил лицо фокьериейца и теперь надеется на то, что и Ауд его запомнил.       - Кто идёт? - кричит со стены один из дозорных. Чонгук переглядывается с Тэхёном и отделяется от их отряда.       - Передайте Ауду, что у его ворот стоит Чонгук лорд Адвалура, - громко и спокойно отвечает он.       Дозорные переглядываются и даже с такого расстояния лорд видит выражения их лиц. Воины тихо переговариваются и один из них удаляется со стены.       - Я всё ещё думаю, что это плохая идея, господин, - подъехав к лорду, тихо говорит эрикеец.       - Всё будет в порядке, Тэхён. Просто будь начеку, - так же тихо отвечает Чонгук.       Они ждут недолго. Слышится возня на стене, а потом перед ними появляется Ауд. Огромный черноволосый детина. Его лицо широкое и плоское, нос сломан, кажется, не один раз, на руках блестит множество браслетов, так же, как блестит и кольчуга. Воин оглядывает прибывших путников и останавливает взгляд на Чонгуке.       - Неужто сам Чонгук лорд Адвалура, меч и щит Атхейна, оказался у моих ворот? - Он широко улыбается. - Каким ветром тебя сюда занесло, скажи на милость?       - Нам нужно переправиться через Эрн, - нацепив на лицо добродушную улыбку, отвечает лорд. - И твоя переправа ближе всех остальных.       Ауд смотрит какое-то время на лорда, затем кричит: «Открыть ворота!», не сводя с него глаз. У ворот тут же слышится шум. Кто-то глухо охает и в следующий момент створки тяжёлых ворот начинают медленно открываться, скрипя ржавыми петлями. Ауд скрывается со стены и, спустившись, выходит, чтобы лично встретить гостей. Чонгук переглядывается со своими людьми, первым въезжает в ворота. Они спешиваются, передавая коней слугам. Ауд шагает навстречу лорду, широко раскинув руки, приветствуя его, как старого знакомого.       - Господин Чонгук, рад видеть, - слишком дружелюбно произносит он. - Как там мой брат и его красавица жена? Надеюсь, в добром здравии.       - Да, - немного нахмурившись, отвечает тот. - Свартгейрр и Катсвит в полном порядке. Обживают Восточный Атхейн.       - Чудесно. А это... - не договаривает Ауд, посмотрев лорду за спину.       - Это мои друзья. Тэхёна ты знаешь.       Эрикеец сдержанно кивает. Ауд задерживается глазами на Агусте, ответившем ему недружелюбным взглядом, затем смотрит на Аделаиду, опустившую голову. Ей неуютно под его пристальным взглядом. Он напоминает Хакона и его воинов. Нехороший человек.       - Так ты позволишь перейти реку в твоих владениях? - спрашивает Чонгук, хмурясь, ведь не находит глазами Мадса.       - Конечно. Что за вопрос? - хохотнув, отвечает Ауд. - Но не думаешь же ты, что я отпущу вас, как следует не накормив и не дав приют на ночь. - Смотрит на небо. - Будет дождь. И не такой, к которому вы привыкли в Доминионе.       Чонгук вглядывается в глаза мужчины и нутро подсказывает ему не доверять этому человеку. Он и не собирается, но Ауд прав, еда и кров им нужны. Да и лошадям не мешало бы отдохнуть. Фокьериец отходит в сторону, указывая лорду и его людям направление, в котором тем следует двигаться. Сообщать о том, что среди них король и наследник Тир Коннайлла, они не собираются. Пусть Ауд и ведёт спокойный образ жизни на данный момент, но он остаётся воином, жадным до наживы. Давать ему лишние козыри ни к чему.       Тэхён передвигается ближе к Агусту, Аделаиде и Эмрису, пока они идут в замок. Оглядывается по сторонам, примечая мелочи. Как, например, то, что пусть крепость и большая людей у Ауда недостаёт и северные ворота, находившиеся с противоположной стороны от тех, в которые вошли они, не охраняются. Более того, даже с такого расстояния эрикеец видит насколько они запущены. Большая часть строений во дворе имеют расшатанный вид и всё говорит о том, что фокьериец не сильно обеспокоен их состоянием.       - Держитесь рядом со мной, - тихо говорит он. - Особенно ты, - продолжает, косясь на Агуста. - И не смей закатывать глаза, от тебя всегда одни проблемы, - усмехнувшись, добавляет. - А ты, - мужчина смотрит на ребёнка, - вообще не двигайся без моего разрешения. Понял?       Мальчик кивает, крепче сжимая его руку.       Они заходят в просторный, но тёмный зал первого этажа. Огонь в очаге едва теплится, но один из слуг уже успел натаскать приличное количество дров и принимается разжигать очаг. Люди снуют туда-сюда, расставляя блюда с мясом, сыром, овсяными лепёшками и рыбой. Стол достаточно большой, чтобы вместить людей в два раза больше, чем сейчас находится в помещении.       - Где Мадс? - тихо спрашивает Чонгук Агуста, ведь всё ещё не видит его.       - Я не знаю, - отвечает юноша.       - Прошу, садитесь и отужинайте со мной! - подчёркнуто дружелюбно заявляет Ауд.       Люди переглядываются, читая в глазах друг друга настороженность, но садятся за стол. Трапеза проходит под тихий разговор Чонгука и Ауда. Иногда говорит Джин, заполняя паузы, возникающие в ходе беседы мужчин. Остальные ужинают молча, аккуратно оценивая обстановку. И вроде бы на первый взгляд всё довольно невинно. Но Тэхён замечает нескольких воинов, расставленных у выходов. Агуст видит нескольких мужчин, быстро передвигающихся по коридору, расположенному позади зала. Дэглан наблюдает за хозяином крепости и хоть тот не подаёт виду, но король всё равно видит, что он нервничает.       - Так мой брат удачно обживается в Восточном Атхейне? - снова возвращается к этой теме Ауд.       - Да. Насколько я знаю, по договору с Эдвином и Риган, ему выделили солидные владения.       Ауд кивает. В этот момент Эмрис, которому наскучило сидеть без дела и хочется подвигаться после целого дня пути, забыв о наставлениях Тэхёна, встаёт со скамьи и пока никто не обращает на него внимания направляется к одной из собак, лежавшей у очага. Фокьериец прослеживает за ним взглядом.       - Вот же хитрый лис, Свартгейрр, - хмыкнув, говорит он.       - Почему ты к нему не присоединился? - интересуется Чонгук. Ауд думает прежде чем ответить.       - У нас с ним всегда были разные взгляды на... то, как нужно вести дела, - наконец отвечает.       - Разные взгляды? - любопытствует отец Джин. Мужчина переводит на него взгляд.       - Да. Свартгейрр хотел найти место, где он и его люди могли бы осесть и вести спокойную жизнь, разводя скот и возделывая землю. Он ходил в набеги лишь потому, что это было необходимой мерой выживания. Жаль, - задумавшись, продолжает, - ведь он прекрасный воин.       - Что правда, то правда, - произносит Чонгук. - Ну а что же ты? Я смотрю, вы здесь неплохо живёте и без набегов.       Ауд смотрит тяжёлым взглядом на лорда и тот полностью осознаёт свою ошибку лишь в момент, когда фокьериец резко встаёт со своего места в то же время кивает одному из своих людей, который в момент хватает играющего с собакой ребёнка, приставив к его горлу нож. Тэхён, вскочивший со своего места, замирает с наполовину вытащенным из ножен мечом.       - Тронешь его и пожалеешь, что родился на свет, - тихо, но с угрозой говорит он воину, державшему вырывающегося мальчика.       - Он никого не тронет, если вы будете смирными, - улыбнувшись, говорит Ауд. Затем смотрит на Чонгука. - Сдайте оружие. И ведите себя тихо.       - С какой стати? - интересуется лорд.       - С такой, господин, - с насмешкой отвечает мужчина, - что пока мой брат спокойно живёт в Восточном Атхейне, мне приходится думать, как выживать здесь. Я предпочитаю стоять на стороне победителя.       Сказав это, он кивает своим людям, которых заметно прибавляется. Двое двигаются к Агусту и когда хватают под руки, он, вопреки ожиданиям своих попутчиков, не оказывает сопротивления, неотрывно глядя на Эмриса. Его разоружают, как и остальных, покидав всё их оружие в одну кучу. Ауд заводит руки за спину и начинает расхаживать по залу с важным видом.       - Я знал, что вы здесь. - Он смотрит на Тэхёна. - Знал, с какой целью приплыли. - Сморит на Берга. - И знал, кто едет с вами. - Смотрит на Дэглана. Переводит взгляд на Чонгука. - Сказать откуда или сам догадаешься? - спрашивает лорда. Тот лишь молча смотрит в ответ. - Ну ладно, так и быть, сам скажу, - с излишним восторгом произносит, разве что в ладоши не хлопает. - Бойл. - Смотрит на пленников. - О, вижу, вам знакомо это имя. - Останавливается напротив Чонгука. - Сопляк побудет у меня. Как и наследный лорд. - После этих слов воины, державшие Агуста, ведут его к Эмрису. Тэхён провожает их тяжёлым взглядом. - Как гарант вашего хорошего поведения. А остальные, - он смотрит на Аделаиду, - кроме, пожалуй, неё, посидят в клетке.       - Она идёт с нами, - глядя прямо в глаза Ауду, спокойно возражает Чонгук.       - Да что ты, в самом деле? - усмехнувшись, спрашивает фокьериец. - А если нет?       - А если нет, она проклянёт тебя и всех твоих людей. Вы будете выплёвывать свои внутренности и гадить прогнившими кишками, - влезает Агуст. - Ни один из вас больше не одержит побед даже в самой лёгкой битве и все вы канете в забвение. И никто не вспомнит о вас, - заканчивает он, улыбнувшись чуть безумной улыбкой. Ауд смотрит на него, нахмурившись. - О, а ты не знал, что с нами едет одна из самых могущественных ведьм Фарсии? - спрашивает с издёвкой. - Ублюдок Бойл оказался не слишком осведомлённым? - насмехаясь, продолжает.       - Ты лжёшь, - не слишком уверенно возражает Ауд. И пока он отвлекается на Агуста, Тэхён, видевший со своего места Аделаиду лучше, чем Чонгук, пытается незаметно дать ей знак, чтобы она подыграла.       - Слышал о Хаконе? - подняв брови, интересуется юноша. - Знаешь, как проиграл тот, кому пророчили завоевание Доминиона? - Кивает в сторону графини. - Он не знал кто она и взял её с собой.       Ауд, наконец, смотрит на графиню, которая к этому моменту достаточно справляется с страхом и принимается надменное выражение лица, борясь с тошнотой, которую чувствует. Мужчина делает шаг в её сторону, но меняет решение и останавливается.       - Это всё чушь! - говорит он своим людям, но видит, что часть из них испытывает сомнения. - Да ты просто шлюха, - рявкает, резко дёрнувшись в её сторону.       И то ли от страха, то ли по ещё какой-то непонятной ей причине, Аделаида начинает произносить молитву, выученную на латыни, которую, конечно, никто кроме Джина не распознаёт. Она меняет интонацию и ударения на ходу. И вкладывает в эти слова весь страх, ненависть и боль, которые так долго держала в себе. Ей выпал шанс помочь тем, кто заботился о ней и она не собирается подводить их. Когда она замолкает, все кроме священника, знавшего слова, и Агуста, который ничерта не понял, но рад тому, что девушка подхватила его ложь, стоят с широко раскрытыми глазами и не моргая смотрят на графиню. Она тяжело дышит от силы испытанных эмоций и смущения, скрытого под маской надменности, а в конце улыбается так, как делал это Агуст в моменты сильной злости, надеясь на то, что у неё получилось.       - Что ты сделала? - спрашивает Ауд и когда она не отвечает, продолжая улыбаться, он шагает к ней. - Что ты сделала?! - выплёвывает ей в лицо вопрос, но она лишь выше поднимает голову, с силой сжав кулаки. Ауд смотрит на неё какое-то время. - Уведите их! - рявкает своим людям, отведя взгляд. - А этих, - добавляет, кивнув в сторону Агуста и Эмриса, - заприте в комнате. И чтобы ни одна мышь не проскочила мимо стражи!       Закончив, он разворачивается и покидает зал, выйдя на улицу.       Агуст ловит испуганный взгляд Аделаиды и улыбается уголком губ. Аделаида, к своему удивлению, чувствует, как и её губы растягивает глупая улыбка. Юношу и ребёнка ведут в одну сторону, в боковой коридор. Чонгука и остальных в другую, вниз по лестнице. В последний момент Агуст оглядывается и смотрит на эрикейца, который всё ещё упирается, не желая спускаться в тёмное, сырое помещение, до момента в который они встречаются взглядами.              

***

             - Дьявольское отродье! - ругает Тэхён железные прутья клетки, в которой они проторчали почти сутки.       - Ты со вчерашнего вечера орёшь на кусок железа, Тэхён. Лишился ума? - с ехидством спрашивает Торин.       - Я пытаюсь хоть что-то сделать, кусок дерьма. Сообщи, когда твоя ленивая задница придумает план побега, просидев эти самые сутки на земле!       Он подходит к мужчине, действительно сидящему прямо на земле, и несильно пинает его ногу. Кейн дёргается, собираясь ответить.       - Хватит! - рявкает Чонгук. - Шумите, как бабы. Дайте подумать.       Им удалось немного подремать по очереди. Клетка была слишком тесной для восьмерых, но выбора не было. Большая часть сидела на полу, кроме Аделаиды, которая устроилась на каком-то ящике, завернувшись в походный плащ, и Тэхёна, мерившего небольшое пространство клетки широкими шагами почти всю ночь и весь следующий день, после того, как их заставили зайти в клетку. В помещении было влажно и прохладно. И здесь чудовищно воняло. Их не кормили, не давали воды, вообще никто не приходил и создавалось впечатление, что о них просто напросто забыли.       Чонгук смотрит на своего друга. Его вечно взъерошенные чёрные волосы находятся в ещё большем беспорядке, лицо осунулось от бессонной ночи и страха. Страха, как догадывается Чонгук, отнюдь не за себя и тех, кто находится в поле его зрения. Они ничего не слышали об Эмрисе и Агусте с того момента, как видели их в последний раз, и лорд старается не думать о том, что с ними происходит, сосредоточившись на поиске выхода. Тэхёну не удаётся взять под контроль свои эмоции. Он, так же, как и Чонгук, любит мальчишку, но ещё теперь есть Агуст. Эрикеец снова бранится, теперь уже на родном языке и пинает решётку.       - И где этот чёртов моряк? - находит он очередной объект для гнева.       Мадс. Они не видели его с того самого момента, когда заехали в ворота. Куда он делся? Зачем? И что делает сейчас? Чонгук задаётся этими вопросами снова и снова, но не находит ответа.       Ответ приходит сам.       Сначала они слышат глухой удар и тихий стон, а потом с верхней площадки на земляной пол перед клеткой падает бездыханное тело единственного стражника, охранявшего их. Лорд и эрикеец переглядываются, затем, подняв головы вверх, оба шагают к решётке. Сначала они видят три пары ног, спешно спускающихся по лестнице. Затем их взглядам предстаёт улыбающаяся физиономия Мадса. Он спускается с последней ступеньки и, широко разведя руки в стороны, довольно произносит:       - Ну что, сопляки, ничего без меня сделать не можете, да?       - Заткнись и вытащи нас отсюда, чёртов старикашка, - улыбаясь, отвечает Чонгук.       Следом за Мадсом спускаются Агуст и Эмрис. Они идут медленнее, потому что тащат оружие, которое ранее забрали у отряда. Тэхён выдыхает с облегчением, когда видит обоих, а потом хмурится. Агуст прячет лицо и старается не смотреть в их сторону. Его волосы находятся в жутчайшем беспорядке... как и рубашка, порванная в нескольких местах. Мужчина вцепляется в железо, не отрывая глаз от юноши.       - Давай быстрее, старик! - нетерпеливо требует он сквозь сжатые зубы, обращаясь к Мадсу, который возится с замком.       - Коли так не терпится, возьми и... - начинает моряк раздражённо, но тон его делается тише, когда он отрывает взгляд от замка и смотрит на Тэхёна, увидев, куда смотрит эрикеец, - сделай сам, - договаривает уже не так резко. Он бросает короткий взгляд на юношу, на которого теперь смотрят уже все, и принимается за замок с удвоенным рвением.       Когда тот, наконец, поддаётся, Тэхён, бесцеремонно растолкав лорда и короля, первым выходит из клетки и широкими шагами направляется к юноше, который всё так же не смотрит в их сторону.       - Эй, - резче, чем рассчитывал, говорит Тэхён, - ты...       - Я в порядке, - холодно перебивает Агуст, опустив голову ещё ниже.       - Да неужто? - со злым смешком отзывается эрикеец и хватает его подбородок пальцами, понимая, что сам Агуст на него не посмотрит.       То, что Тэхён видит, заставляет его тихо выругаться. Огромный синяк на левой скуле, правая бровь рассечена, разбитая нижняя губа и большая ссадина на подбородке. Он опускает взгляд чуть ниже и видит уже почерневшие синяки на бледной шее. Но пусть Агуст избит, в глазах по прежнему пылает ярость.       - Тебя...       - Мадс вовремя явился, - коротко отвечает юноша, не вдаваясь в подробности. Нервно дёргает головой в попытке избавиться от крепкой хватки. Бесполезно.       - Кто это сделал? - чувствуя гнев, по силе больший, чем должен бы быть, спрашивает Тэхён.       - Тот, у кого теперь нос вогнут вовнутрь и рожа расцарапана, - отвечает вместо Агуста Мадс. Тэхён смотрит на него, затем снова переводит взгляд на юношу.       - Рожа расцарапана? - переспрашивает, подняв бровь и усмехнувшись. - Забыл, как драться, Агуст?       Тот не отвечает, просто пожимает плечами.       - Потом поговорите, - ворчит Мадс, - нужно убираться отсюда. - Направляется к лестнице.       Чонгук смотрит на друга, видит его взгляд и узнаёт характерный блеск. Сегодня умрёт любой, кто встанет на их пути. Они разбирают своё оружие. Тэхён, проходя мимо ребёнка, гладит его по голове и ободряюще улыбается. Мальчик смотрит на него своими огромными глазами. Бледнее, чем обычно. Что бы он там не видел, его это потрясло. Ещё одна причина выпотрошить Ауда.       Одиннадцать человек начинают тихо и медленно подниматься по лестнице. Где-то на середине пути Мадс резко останавливается и разворачивается.       - Когда выйдем за дверь, поворачивайте направо. Там будет коридор. Через пятнадцать шагов в нём поверните налево и идите пока не упрётесь в дверь. Она открыта. За ней небольшой участок земли и недлинный тоннель, ведущий к воротам. Не тем, через которые мы въехали. Северным. Они не заперты. Где-то в ста ярдах к западу от них стоят осёдланные лошади и совсем рядом переправа, не увидеть её невозможно. Тот, кто перейдёт последним, должен уничтожить мост. Там слева, у большого камня, я оставил топор.       - Зачем ты нам всё это говоришь? - раздражённо спрашивает Агуст, потому что ему не нравится тон моряка. Мадс смотрит на него и улыбается.       - Всё должно пройти гладко, большая часть людей Ауда валяются пьяными кто где. Остальные же довольно редко появляются в этой части крепости. Но может случиться что-то непредвиденное и тогда, если мы потеряем друг друга, вы все будете знать куда идти.       Он видит, что его слова не убеждают юношу, но времени почти не остаётся.       - Откуда ты всё это знаешь? - недоверчиво и тихо задаёт вопрос Торин. Мадс смотрит на раздражающего его мужчину.       - Потому что пока вы пирушничали и просиживали зады в клетке, я изучил крепость. Днём прятался в старой конюшне, а вот ночью узнал всё, что меня интересовало. - Он смотрит на Чонгука. - Мне не понравился брат твоего зятя сразу же, как только я его увидел. Поэтому, воспользовавшись суматохой, пока вы там языками чесали, я спрятался за телегой у ворот и перебежками добрался до одного из тех разваливающихся строений во дворе. Остальное было не сложно.       Чонгук кивает, хлопнув моряка по плечу, признавая таким образом, что обязан ему, и они возобновляют движение в полной тишине. Они беспрепятственно преодолевают первую часть пути и тихо выскальзывают на улицу. Мадс идёт первым, Берг замыкает шествие. Аделаида успевает с облегчением выдохнуть, оказавшись вне удушающих стен замка, а потом поднимает глаза и замирает. На них, стоя футах в тридцати, пялится пошатывающийся воин. Он щурится, затем широко открывает глаза, затем снова щурится, не сразу поняв, кто перед ним. А когда понимает, разворачивается и начинает громко кричать. Его крик прерывается булькающим звуком, оттого, что его шею пробивает кинжал, умело брошенный Бергом. Воин качается, тяжело падает на колени, а потом валится ничком на землю. Но уже поздно. Его крик слышат другие.       - Быстрее! - гаркает Дэглан. И они бегут через открытый участок земли.       Проход к воротам оказывается слишком узким. Хосок, добравшийся к ним первым, со всей силы налегает на одну из створок, но ворота так давно не открывались, что ему удаётся открыть их лишь немного. К нему на помощь подбегают Джин и Торин. Чонгук, Тэхён, Берг, Мадс и Агуст остаются позади, прикрывая остальных. Они видят стремительно приближавшуюся к ним толпу противников и пятятся к воротам.       - Давай быстрее! - кричит Чонгук Джину. Тэхён поднимает державшего его за руку Эмриса и отдаёт ребёнка Бергу.       - Отвечаешь за него головой, понял? - Молодой воин кивает, крепче ухватив мальчика. - Бегом!       - Нет! - напряжённо говорит мальчик, ухватившись за безрукавку эрикейца.       - Эээй, - жизнерадостно улыбнувшись, отзывается Тэхён, - я никуда не денусь, - Эмрис неохотно отпускает его и Берг мчится к воротам с ним на рука. - Господин, вам нужно уходить, - говорит Чонгуку, перехватив удобнее меч и не сводя глаз с первых воинов, приближающихся к ним.       - Ещё чего, - ворчит Чонгук.       - И Агуста прихватите, - добавляет Мадс.       Тот не успевает послать его к чёрту, потому что их, наконец, настигает первая пятёрка. Их теснят к воротам и приходится пробираться спиной вперёд. У ближайшего к Тэхёну ублюдка сломан нос и расцарапана рожа. Он огромен, выше эрикейца. И безобразен. Но это не мешает мужчине расправиться с ним двумя чёткими ударами меча, второй из которых рубит противнику череп надвое. Тэхён, не удовлетворённый такой быстрой смертью того, кто навредил Агусту, в добавок презрительно плюёт на его труп, тут же принимаясь за другого. Агуст чуть медленнее расправляется со своим противником и собирается вступить в схватку со следующим, но оказывается бесцеремонно втолкнутым в арку перед воротами.       - Уходи, Агуст! - кричит ему Мадс, вставая между юношей и воином Ауда.       - И не подумаю! - огрызается тот.       - Чонгук, уведи его, - тихо просит Тэхён так, чтобы Агуст не услышал.       Лорд смотрит на друга и за доли секунд между ними происходит диалог. Агусту нужно выбраться живым. Иначе вся их затея отправится коту под хвост. Тэхён не может уйти, собираясь проследить за тем, чтобы и Мадс выбрался живым. Чонгук этого сделать не может, потому что потеряв военачальника, небольшое войско Атхейна вернётся домой ни с чем. Этого допустить нельзя. Чонгук кивает и, схватив юношу за локоть, ведёт к воротам. Тот начинает вырываться, не желая оставлять Мадса и Тэхёна.       - Я буду прямо за тобой, мальчик, - весело обещает Мадс, вогнав меч в очередного противника. - Помни о своих людях.       Агусту нечего возразить на это. Он должен быть живым и свободным, чтобы вернуть О’Доннеллам то, что им принадлежит. И сейчас Агуст ненавидит это. Но идёт за лордом.       - Ну, вдвоём справимся? - спрашивает Тэхён, подкидывая меч. - А что с другими воротами?       Узкий проход даёт им возможность обороняться от хлынувшего потока воинов, потому что одновременно в нем могут находиться лишь несколько человек. Другие подходы к воротам завалены кучами какого-то хлама.       - Я вывел их из строя, - усмехнувшись отвечает Мадс. - Тэхён, - зовёт он воина, орудуя мечом, - пообещай присмотреть за ним, - не глядя на мужчину просит.       Тэхён хмурится, но не имеет возможности посмотреть в ответ.       - О чём ты говоришь? - тяжело дыша, уточняет.       - Джун и слова не скажет ему поперёк. У остальных кишка тонка с ним спорить. Ты же знаешь... - Мадс напрягается, вытаскивая меч из тела убитого, - какой Агуст дикий, когда злится.       К этому моменту места для манёвров почти не остаётся. Воины противника с трудом пробираются через трупы своих товарищей, заваливших проход, что даёт им некоторое время. Тэхён думает. И понимает, что им придётся лечь костьми, чтобы не пропустить врагов к выходу. Он лишь надеется, что Чонгук сообразит и уведёт людей к переправе. Мадс убивает ещё одного противника и смотрит в глаза эрикейцу.       - Обещай! - гаркает он требовательно.       - Обещаю, - кивнув, тихо отвечает Тэхён.       - Вот и молодец, - моряк улыбается тепло и выталкивает мужчину в небольшой просвет ворот, а затем захлопывает их.       - Мадс! - кричит Тэхён, прильнув к деревянной поверхности. - Какого чёрта ты делаешь?!       Бьёт рукоятью меча по дереву. Видит мужчину в небольшой прорези, служившей когда-то смотровым окном.       - Нет необходимости погибать нам обоим, - тихо говорит моряк, а затем снова улыбается. - Помнишь, что я сказал, когда мы плыли на «Радужном» в Эрикею? - Тэхён кивает. - Я рад, что оказался прав насчёт тебя. А теперь иди, - добавляет, оглянувшись назад. Дорогу от трупов почти расчистили.       Тэхён смотрит на моряка лишь мгновение, а затем, кивнув, с трудом, но делает шаг назад. Затем ещё один и ещё.       - Мадс!       Эрикеец реагирует на крик полный злости и страха, разворачивается и ловит направляющегося к воротам Агуста.       - Мадс, не смей этого делать! - юноша пылает яростью, под которой острыми иглами всё его тело пронизывает ужас от мысли о том, что он потеряет этого невыносимого старика. - Убери свои руки! - рявкает Тэхёну, который, сжав челюсти, тащит его назад. - Мадс! - Моряк смотрит на него долгую секунду, затем широко улыбается.       - Я люблю тебя, мой мальчик, - говорит громко, затем отступает на несколько шагов от ворот, взмахнув мечом.       Слышится страшный грохот и по тому, как выгибаются ворота, становится понятно, что с той стороны их придавило что-то тяжёлое. Тэхён тут же вспоминает о том, что под самым потолком арки были надвинуты прогибающиеся доски, которые он заметил лишь мельком. Проклятый старик продумал и это. Одному богу известно, как он успел всё подготовить, но для эрикейца становится совершенно ясно, что Мадс готовился к смерти. На досках, судя по всему, лежали камни, которые теперь завалили выход.       Он тащит отбивающегося от него Агуста всё дальше от ворот и всё ближе к ждущим их уже верхом людям. Они отчётливо слышат звуки драки, но те начинают отдаляться вглубь двора. Агуст умоляет Тэхёна отпустить его. Затем проклинает за то, что не отпускает. Затем снова умоляет. Потом зовёт Мадса и всё это превращается в пытку не только для него, но и для Тэхёна.       Он сжимает челюсти, крепче перехватывает юношу и упрямо шагает вперёд, стараясь не слушать его голос. Потому что и так находится на грани. Боится, что наплюёт на здравый смысл и бросится назад, понимая всю тщетность попыток спасти Мадса. Они не были близки, но моряк был хорошим человеком и нравился ему. И Агуст... боль, звенящая в его голосе, когда он зовёт Мадса, не оставляя попыток вырваться, разрывает эрикейцу сердце. Когда Тэхён доходит до лошади, крики битвы становятся громче.       - Господь Всемогущий... - бормочет Джин.       Тэхён совершает ошибку. Он оглядывается. И позволяет Агусту увидеть то, что творится за их спинами. Мадс находится на стене. Трудно сказать с такого расстояния против скольких воинов он бьётся и мешанина из тел не облегчает задачу. Много. Вот сколько. Агуст замирает, перестаёт дышать, не моргая смотрит и надеется, что каким-то чудом Мадс выберется. И, возможно, удача улыбнулась бы ему, но они замечают всполох огня, который стремительно метнулся к моряку. Кто-то пускает в него горящую стрелу. Юноша глухо вскрикивает, когда стрела попадает в цель, но, видимо, не лишает Мадса возможности продолжать бой. Может, стрела и не сразила его, но огонь моментально охватывает его одежду.       - Мадс! - рванувшись к нему в руках Тэхёна, кричит Агуст. Он не улавливает момент, в который начинает плакать. - Нет! Отпусти меня, скотина! - рявкает на державшего его мёртвой хваткой эрикейца, но без толку.       Их взгляды встречаются. И тогда Агуст затихает.       Мадс горит, как факел, но продолжает сражаться. Теперь он наступает на воинов, шарахающихся от него. Агуст, Тэхён и остальные видят, что он успевает убить ещё пятерых прежде чем спотыкается в первый раз. Тогда Тэхён, словно очнувшись, подтаскивает Агуста к лошади, закидывает в седло и сам садится сзади. Мадс на стене замахивается мечом и замирает, пронзённый насквозь ещё одной стрелой. Делает два шага назад и падает со стены, пробив крышу амбара.       Тэхён разворачивает коня, посылает его вперёд, вслед за остальными. Чонгук, ехавший последним, выполняет наставления моряка, спешивается и начинает рубить деревянные столбы, проклиная всё на свете и не останавливается, пока мост не рушится в бурлящий поток воды. Затем он садится на коня, прижимает к себе притихшего Эмриса и двигается вперёд.       Они скачут всю ночь, хотя и не ждут погони. Мадс хорошо постарался, законопатив все выходы из крепости. Агуст, притихший и оцепеневший, тихо плачет, вцепившись в руку Тэхёна и не сводя глаз с зарева небольшого пожара, которое стало следствием падения горящего моряка на сухую солому крыши амбара. И даже когда на горизонте становится темно, он не отводит взгляд, всё ещё видя смерть дорогого ему человека. И это видение перемешивается с тем, что было много лет назад. Он оставил отца умирать. Он оставил свою семью умирать. Он оставил Мадса, который относился к нему, как отец, умирать. Кто ещё погибнет за него?       А сколько из тех, кого он любит?