Сборник зарисовок

Власта в очередной раз тащит ее на крышу своей хрущевки. Вход туда давно сделали беспрепятственным более буйные подростки, нежели они сами, а просто поставить новую дверь с замком покрепче – слишком сложная задача. Поэтому на крыше периодически ошиваются не только школьники, но и, откровенно говоря, алкоголики и наркоманы. Авторитета среди них у Власты, естественно, нет, но за все их вылазки они ни разу на них не наткнулись. В отличие от незадачливого Яна, который явился на вторую пару математики с порванным рукавом пиджака. Власта предупреждала его, что курить на крыше – так себе идея. ‒Ты чего? И-ира-а… ‒ Власта машет рукой у нее перед глазами. ‒Задумалась, ‒ она неловко улыбается. Власта только хмыкает, затем касаясь губами жестяной крыши и делая пару глотков энергетика с апельсином. Несколько секунд она медленно болтает банку у себя в руке, после жестом предлагая ее Ирине. Та только вежливо отказывается махом головы. ‒Где ты их достаешь только? Власта поначалу не понимает вопроса, пока Ира не подсказывает ей своим взглядом на энергетик. ‒А-а-а… А то ты не знаешь. ‒Спрошу по-другому. Ян все еще не взыскал с тебя долг? ‒Сказал, что до копейки все вытрясет, как только мне восемнадцать стукнет. Ну ты его знаешь, драматизирует, как и всегда, ‒ Ира тихонько смеется. Власта невольно отвечает ей улыбкой, но уже через пару секунд она сползает ее губ. ‒Слушай… Насчет того первокурсника. ‒Леонида? ‒Его самого. Ты мне проспорила, но так и не ответила: нравится он тебе или нет? ‒ Власта слегка толкнула подругу в бок. ‒Боже, нет, ‒ снова смеется, отмахиваясь от слов подруги и тут же отбирая у нее банку энергетика. – Хватит эту дрянь пить. Власта обезоружена. Сначала смотрит на Иру с недоумением, затем улыбается, но отбирать напиток не спешит. Вместо этого она смотрит на заходящее солнце. Даже так оно обжигает глаза, однако октябрьским вечером совсем не греет. Но ей почему-то тепло; тепло даже в легкой кофте, в спешке накинутой на голые плечи, и одной домашней майке. Ира совершенно не умеет врать – по глазам видно, что ей этот студентишка нравится. И «нравится» ‒ это мягко сказано. Наивная маленькая девочка. В хорошем смысле. «Эх ты» ‒ только и произносит она, приобнимая Иру за плечи и тем самым заставив ее положить голову на соседское плечо. Ира поддается, потому что при попытке сопротивления боится устроить себе полет с пятого этажа. На эту крышу они ходят не только посплетничать, но и поглазеть на закат, чтобы потом Ира оправдывалась и извинялась перед отцом, выдавая ему всю правду и даже не пытаясь врать. Потому что не умеет. И об этом знает не только Власта. Она продолжает смотреть вдаль, на крыши других зданий, на проплывающие мимо облака и прислушиваться к чужому дыханию, пока длинные и темные, словно ночь, волосы Иры иногда из-за ветра норовят выколоть ей глаза. Власта прикрывает глаза и глубоко вдыхает свежего воздуха. Вернее, он только таковым кажется из-за ветра, но это не так важно. Затем она осторожно смещает свою руку с плеч подруги и все-таки добирается до своего отобранного энергетика, тут же, победно вскинув голову, допивая пару последних глотков. Ира снова шутливо ругается. Власта тут же вскакивает со своего места и отходит подальше от края, заставляя подругу последовать за ней. Это на всякий случай. Пока Ира вновь пытается отобрать у нее банку, Власта раз за разом заставляет ее вращаться так, словно она со своим кавалером танцует вальс, хотя этот кусок металла уже никакого вреда ей не причинит. Это особенное чувство: когда вы обе дурачитесь и смеетесь, чтобы потом снова сесть на край и, как и прежде, молча любоваться вечерним небом, а потом разойтись по домам. В этом есть что-то, вызывающее привыкание. ‒Так нравится тебе Ленька? ‒ Власта снова улыбается с ехидством. ‒Тебе это настолько интересно? ‒ Ира все равно смотрит на нее по-доброму. ‒Ты меня знаешь: я не отстану, пока не получу четкого ответа. Ира неловко усмехается, опускает голову. ‒Ну, он симпатичный и… ‒Ира-а-а-а… ‒ Власта грозится задушить ее щекоткой. ‒Хорошо, хорошо. Не знаю, наверное нравится, ‒ она стыдливо заводит прядь волос за ухо. ‒Наверное? ‒ Власта останавливается прямо перед подругой, наклоняется, заглядывая ей прямо в лицо, и неотрывно смотрит в глаза. ‒Нравится, ‒ Ира смотрит ей в глаза, но всеми силами старается скрыть свою неловкую улыбку. Как будто ей в любви признается, хах. ‒Так бы сразу, ‒ она довольно улыбается, снова приобнимая Иру за плечи, и они продолжают свой путь к ее автобусной остановке как ни в чем не бывало. «Нравится, да?.. ‒ думает Власта, пока поливает свое комнатное растение, название которого благополучно забыла. – Он же… ладно, нельзя людей оскорблять» ‒ она едва не роняет открытую бутылку с водой, в чем мгновенно винит Леонида, которого и не знает толком. Лицо только помнит в мельчайших подробностях. ‒Ира, Ира… ‒ с досадой произносит она, невольно улыбаясь. Власта относит бутылку на кухню, а после возвращается в их с матерью комнату. Не найдя себе места, садится на край кровати, но вот прячет свое лицо за завесой собственных волос только спустя минуту. Пара слезинок падает на старый ковер. «Как же так?..»