Я на рассвете уйду с отрядом зеленогорских партизан. Часть 2.

- Ваше величество, мать твою! Ваши шаманы, оказывается, прекрасно могут связаться с внешним миром! Ты почему молчала четыре месяца? Оставшись наедине с королевой Такката и убедившись, что их никто не подслушивает, доктор Кинг наконец позволила себе высказать все, что думает о ее необъяснимом саботировании союзнического долга. Непризнанная королева Дана миролюбиво улыбнулась: - Ой, зачем кричать, целительница, сядь, успокойся. Мои шаманы не боги, даже такие старые, как Аан. Она продемонстрировала гостье раскрытую пятерню, сжала пальцы в кулак и стала разгибать по одному: - Во-первых, чтобы связаться с человеком, нужен кто-то из близких. - Киры тебе мало? Кто Шеллару ближе, чем собственная жена? - Во-вторых, - невозмутимо продолжала хозяйка, - надо знать, где он находится. Чем точнее, тем лучше. - Где сейчас Шеллару быть, как не во дворце? Ну или в крайнем случае в Департаменте безопасности. Он, когда работает, в собственном кабинете готов есть и спать, дай ему волю. - В-третьих, если во дворце всякие охранные заклинания установлены, а рядом с человеком сильный маг, сильнее всех наших шаманов вместе взятых... Доктор Кинг сообразила: - Так они что, уже пытались? - И до сих пор продолжают, - ответила Дана. - Что ж ты мне не говорила? - А что тут скажешь? - И с другими королями пробовали? - уточнила доктор Кинг. - Конечно. И с Лондрой, и с Галантом, и с Поморьем. Близких их тут никого нет, но все равно... - Ясно. Прости меня, - покаялась гостья. - Тут такие новости... - Да ладно. Ты, главное, Кире не говори. - Чего делать не надо, можешь не объяснять. Знать бы еще, что надо. - А что надо, я уже сделала. Навестила еще раз вашего мистралийца, потолковали. Пусть опять по-своему поищет. Аан говорит, он вроде отдохнул, сил набрался. Вдруг получится. - Шеллару присниться? - Если повезет. В хижине Кантора было темно. Ольга уже заснула, прикорнув на краешке лежанки, и тихо всхлипывала во сне. Кантор не хотел жечь огня, чтобы ее не будить. Он долго сидел за столом и глядел в темноту. Потом наощупь подошел, лег рядом, закрыл глаза и начал мерно дышать, как когда-то учил отец.