Я на рассвете уйду с отрядом зеленогорских партизан. Часть 2.

Члены консилиума посмотрели друг на друга. Эльф возвел глаза к потолку и отложил свои четки, мумия неодобрительно скривилась, покачала головой и выдала несколько кратких слов, причем очень бранчливым тоном. - Почтенный мэтр Ушеб хочет сказать, - перевел эльф, укоризненно покосившись на сокамерника, - что вы подвергаете неоправданному риску свое здоровье и саму жизнь. - Чем? - не сообразил Шеллар, еще не отошедший от переживаний. - Тем, что остаетесь в своем больном и раненом теле, тогда как вам следует немедленно выйти и дать мне возможность погрузить его в стазис. - На каком языке он это сказал? - полюбопытствовал пациент. - На куфти, разумеется. - Какой компактный язык, - улыбнулся его величество, - если останусь жив, непременно попрошу мэтра обучить и меня. Возвращение в призрачное состояние принесло неописуемое облегчение. Воспарив под потолок и следя оттуда за действиями святого, приступающего к сложному заклинанию, Шеллар с нетерпением ждал возможности снова заговорить. Ему уже случалось наблюдать процесс наложения стазиса, потому что точно на такой же магии работали в Ортане так называемые "вечные ящики", в которых холодная вода всегда оставалась холодной, молоко сохраняло комнатную температуру, а горячий суп продолжал исходить паром. Наконец святой закончил работу, осмотрел результат и, судя по лицу, мысленно сказал себе - хорошо, и хорошо весьма. - Уважаемые мэтры, - тут же заговорил Шеллар, - я чрезвычайно благодарен вам за помощь, но повторяю свой вопрос - как мне выбраться наружу? Мумия нетерпеливо подергала эльфа за рукав белой хламиды и что-то спросила, очевидно требуя перевода. Эльф ответил. После этого между двумя мэтрами завязалась жаркая дискуссия, в ходе которой покойный ученый корчил гримасы и показывал неизвестные королю, но подозрительно знакомые жесты, а великомученик только воздевал взгляд к потолку и кротко вздыхал. - Мэтр Ушеб говорит, - заявил наконец смущенный эльф, - что у вас, эээ, несколько превратные представления о ваших возможностях в сложившихся обстоятельствах. - А конкретнее? - терпеливо уточнил Шеллар. - Конкретнее - обычно призрак накрепко привязан к месту, где находится тело. - Но я пока жив, - вежливо напомнил король. - И поэтому ваша свобода ограничена расстоянием в одну-две мили. - То есть я на коротком поводке? - подытожил Шеллар. - Мне очень жаль, - искренне ответил святой.