Больше трех

В целом, все шло хорошо, лучше, чем Баки думал. Стив больше не писал ему, но и сам Баки не пытался искать с ним встреч. Он был бесконечно благодарен Стиву за вс1, что он сделал для них, но был уверен, что так будет лучше для всех. Баки создал профиль на тиндере, чтобы хоть немного разбавить свою жизнь, но после пары не особо удачных свиданий бросил это дело — свидания занимали время и силы, которых у него и так не было, учитывая работу, учебу и заботу о сыне. Вместо попыток в романтику — или хотя бы ни к чему не обязывающий секс — Баки сосредоточил свое свободное время на блоге, который пусть и потихоньку, но развивался. Баки в основном постил обзоры на дешевые, но достойные забегаловки, рассказывал о том, как лучше сэкономить на купонах в супермаркетах и в какое время суток покупать продукты, чтобы словить выгоду. Он сохранял полную анонимность в сети — не распространялся о том, где живет, где учится и работает, не постил фотографии своего лица и не упоминал про Дэнни, уверенный, что так будет лучше и безопаснее в таком огромном городе как Нью-Йорк. И пусть он не стал резко популярным, однако обзавелся парой десятков комментаторов и подписчиков, что уже помогало бороться с чувством неполноценности, которое Стив после себя оставил. Ближе к октябрю ему внезапно написал неизвестный пользователь в личные сообщения. Перед этим на протяжение недели Баки видел его комментарии под своими постами — зачастую короткие и полушутливые, но не оскорбительные — и был не против ответить. Пользователь с таинственным ником «youknowwhoiam» начал блистать остроумием с первых же сообщений, правда, его профиль был абсолютно пустым, а вместо фотографии на аватаре был просто белый кружок. Но Баки не хотел показаться грубым, особенно когда ему впервые написал подписчик, и ответил на его сообщение, даже не планируя как-то развивать общение. Для него это было просто жестом уважения, не более, однако после первых нескольких сообщений диалог не прекратился. Парень написал Баки на следующий день, и на следующий, начал оставлять больше комментариев под его постами, шутить и делать завуалированные комплименты. Баки сперва не обращал на это внимания, но уже через несколько недель общение с незнакомцем стало привычным — они переписывались все свободное время, что у Баки было. Каким-то образом таинственный «Э», как он себя представил, оказывался в онлайне всегда, когда Баки отвечал ему — будто караулил. Он умело поддерживал, развивал диалог, не давая ему затухнуть, писал первый, справлялся о делах Баки, о том, что происходит в его жизни и как идет учеба в университете. Баки не подозревал ничего плохого — Э показался ему приятным, остроумным собеседником, с которым приятно было поболтать. То, что Э с ним флиртовал, было заметно — спустя время он начал делать это довольно явно, пусть и не грубо — но Баки все равно оставался на безопасной дистанции, стараясь не давая излишних намеков, не зная, во что это все выльется. Он уже был научен горьким опытом общения с нью-йоркскими альфами — а Баки вскоре узнал, что Э тоже из Нью-Йорка и точно альфа — и не хотел бежать впереди паровоза. Торопиться было некуда. В университете Баки продолжал активно учиться, иногда обмениваясь нехитрой беседой с Питером и Клинтом, и не сдавал позиции в их холодной войне со Старком. Впрочем, это тоже стало частью его рутины, уже не доставляя Баки столько проблем, сколько в самом начале. В середине октября, придя как обычно в университет после утренней смены на работе и лишь немного опоздав, Баки подошел к своему месту в самом конце аудитории и увидел, что вместо Питера и Клинта, обычно сидящих рядом, их места занимает Старк. Как и всегда вальяжно развалившись на два места, он скучающе постукивал ногой по полу и что-то печатал в своем макбуке. Баки встал как вкопанный. — Ты что здесь делаешь? — спросил он. Старк посмотрел на него бесстрастным взглядом и наградил ехидной ухмылкой. — Сижу. Учиться вот пришел, грызть гранит науки, — поделился он. — Где Питер и Клинт? — нахмурился Баки. Старк кивнул куда-то в сторону, и Баки увидел их обоих на его старом месте в середине аудитории. — И что это все значит? — То, что мы поменялись местами, — ответил Старк раздраженно. — Хочешь сказать, моя компания тебя не устраивает? Баки пожал плечами: — Не особо. Старк поиграл желваками. — Ну тогда сиди на полу. Баки хмыкнул, но не собирался сдаваться. Он бросил свою тетрадь с ручкой на парту и сел на место рядом со Старком. В как всегда битком забитой аудитории не было возможности выбирать себе место. — А я-то думал, ты на бересте пишешь. Или что, до Совковии дошел прогресс? — привычно уколол Старк. — Заковии, — раздраженно поправил Баки. — Да-да, я так и сказал. — Бедняга, — хмыкнул Баки. — Я слышал, что у американцев проблемы с географией, но чтоб настолько? Старк уязвленно зыркнул на него. — Заткнись и сделай мне сэндвич, а не умничай, омега. Баки саркастично цокнул языком. — Ну же, постарайся, Старк. Ты можешь лучше, я в тебя верю. — Сука. — Мудак. Обмен любезностями закончился, в аудиторию вошел профессор Бэннер, опоздав на несколько минут и попутно искренне извиняясь. Следующие полчаса прошли за обсуждением проекта, который нужно будет успеть доделать в парах. И только потому, что Баки был настолько везучим, в пару ему достался Старк. Все еще на взводе после теплой встречи, они нехотя скооперировались для работы. В целом, занятия прошло неплохо — им даже удалось закончить быстрее всех и получить высокий балл за проделанную работу. Выйдя из университета, Баки направился в сторону сабвея, покуривая айкос и готовясь морально к очередной рабочей смене, но за ним по дороге пополз черный, идеально чистый спорткар. Окно медленно опустилось, являя лицо Старка. — Эй, омежка. Подбросить? Баки выгнул бровь. — Спасибо, обойдусь. — Да ладно тебе, запрыгивай, — усмехнулся Старк. — Домчу, как ветер. — Я же сказал, нет, — повторил Баки грубо. Он не понимал, почему Старк никак не мог от него отцепиться. Они были взрослыми людьми, а не малолетками в старшей школе. — Еще скажи, что тебя часто на спорткарах катают, — оскорбился Старк. — Сотку ставлю, что ты ничего кроме автобуса не видел. Баки, уставший после долгого дня, злобно на него посмотрел. — Да я скорее пешком весь экватор обойду, чем в твое корыто сяду! — рыкнул он. Старк хмыкнул. — Ну и пошел ты, — сказал он. — Ты все равно сюда не влезешь, свинья. С этими словами он поднял окно обратно и уехал, громко взвизгнув шинами напоследок. Баки сжал губы в тонкую линию, но постарался выкинуть его слова из головы. Чем больше Старк тыкал в его лишний вес, тем хуже Баки себя чувствовал, несмотря на походы на психотерапию к Ванде и ведение собственного блога. Баки знал, объективно понимал, что он не в лучшей форме — после рождения Дэнни так и не было ни времени, ни сил, ни возможности взять себя в руки и привести в порядок свое тело. Постоянная работа, учеба, работа, учеба, чередующие друг друга и перемежающиеся с долгими прозябаниями в миграционном центре раз в месяц не оставляли простора для самореализации и заботы о себе. Баки не мог позволить себе полезную, здоровую еду — овощи, зелень, фрукты стоили куда дороже, чем замороженные наггетсы или быстрый перекус в дешевой забегаловке. Когда в их жизни появился Стив, они конечно питались намного лучше, но всё это было в прошлом. К тому же, с режимом дня Баки он мог ужинать и в десять вечера, и в два ночи — словом, когда удавалось, и «здоровый» график с шестью приемами пищи в день сюда никак не вписывался. Баки и хотел бы уколоть Старка в ответ — тоже оскорбить его внешность — но уцепиться было не за что: Старк, как и полагается золотой молодежи, выглядел идеально — явно занимался в зале, ел только высококачественные продукты, одевался в дорогую одежду и в целом был вполне симпатичным, чего Баки вслух никогда не признал бы. Общение с Э, впрочем, помогало. Баки рассказывал ему немного о Старке без имен, о том, какой он заноза в заднице, а Э поднимал настроение своими искрометными шутками. В конце концов Баки понял, что можно рискнуть — попросил о встрече, надеясь, что удастся увидеться с Э в живую, узнать наконец его настоящее имя, и, может, если уж не завязать отношения, то найти реального друга. Но как только Баки ему предложил, Э сперва проигнорировал, а потом и вовсе отказался. Все это Баки еще больше воспринял на свой счет — хоть Э и не мог знать, как точно он выглядит — и понял, что слишком увлекся этой перепиской. Следующую неделю он старался не заходить в личные сообщения и лишь изредка отвечал Э, что тот, видимо, быстро заметил и уже сам предложил встретиться. Баки сомневался — страшно было на это решаться, ведь один раз ему уже отказали, и он не хотел, чтобы Э делал это из жалости или чувства вины за свой отказ. Но Э убедил его, что сам хочет встретиться, что все обдумал и понял, что время пришло.