Раз за разом (Time after Time)

*Шэнь Цзю Если бы Шэнь Цзю не помнил отношение Лю Цингэ к нему в конце той, другой жизни, он мог бы глубоко расстроиться. Каждый раз, когда он делал что-то вне пика Цин Цзин, он замечал, что Лю Цингэ внимательно за ним следит. Раньше он считал, что тот преследует его из недоверия, что отчасти было правдой. Но теперь всё встало на свои места. Понимание того, что его боевой брат выбрал его объектом своего недостижимого желания, всё ещё немного смущало. Шэнь Цзю никогда не считал себя настолько привлекательным или желанным. Но так уж сложилось, и, по крайней мере, это уменьшало вероятность того, что Лю Цингэ погибнет из-за отклонений ци. Не то чтобы Шэнь Цзю собирался это допустить. Что касается его собственных отклонений ци, то их было меньше, и случались они реже, в основном в моменты паники, когда он слишком много думал обо всём, что ему предстояло сделать. Ему доверили эту задачу, и, хотя он понимал, почему был единственным, кто мог её выполнить, страх подвести дорогих ему людей не оставлял. Улучшение отношений с Ци-гэ помогло. Ещё больше помогло то, что ему больше не нужно было убегать в ближайший публичный дом, чтобы скрыться от остальных мужчин. О, он всё ещё туда ходил, но больше для того, чтобы отдохнуть от шума и вони мальчишек. Шэнь Цзю готов был признать, что после тренировок пахнет не лучше, но пока у него не было собственной комнаты и ему приходилось либо ночевать в общежитии, либо убегать в более приятные условия публичного дома. Кроме того, в предыдущих жизнях он встречал там Тяньлан Цзюня и Су Сиянь. Он не мог спасти их от уготованной судьбы, его предостерегли, чтобы он не вносил слишком много изменений. Но, возможно, он сможет как-то смягчить их участь. Во всяком случае, попробовать стоило. *Шан Цинхуа Самолёт, Устремлённый в Небеса, был озадачен главным злодеем. Ещё больше он боялся Системы. Он знал, куда она его ведёт, и не хотел этого. Однажды он встретит своего Ледяного Короля, и судьба приведёт его к смерти от руки героя, которого он сам и создал. «Нет, не думай об этом слишком много», — говорил он себе, глядя на того, кто должен был медленно и терпеливо уничтожить Ло Бинхэ. Но это был ещё не мужчина — только лишь подросток. В семнадцать лет никто из них ещё не заслуживал звания старшего ученика. Шан Цинхуа всё ещё был Шан Хуанем. Шэнь Цинцю по-прежнему оставался Шэнь Цзю. И, строго говоря, им вообще не следовало взаимодействовать, ведь Шэнь Цзю должен был ненавидеть всех. На лице Шэнь Цзю блуждала привычная прохладная улыбка, но в его глазах можно было заметить лёгкую игривость, которой, как знал Шан Хуан, не должно было быть. Почему он был таким необычным? Был ли он ещё одним переселенцем, выходящим из образа? Система не одобрила бы подобного. «Мой учитель послал меня поблагодарить вашего учителя за драконьи пирожные». Улыбка Шэнь Цзю стала озорной. «И предложил проверить кухню, поскольку кто-то здесь, похоже, слишком увлекается солью». Это не было ошибкой, но Шан Хуан не мог сказать этого ученику пика Цин Цзин. Система требовала, чтобы он завоевал звание старшего ученика, а для этого нужно было подорвать нынешние позиции. Он поклонился: «Этот человек расстроен услышать такое. Но у меня есть ещё кое-что, если вашему учителю это понравится». «Мм. Мой учитель был бы признателен за это предложение. Но только если на этот раз пирожные будут приготовлены правильно». Шэнь Цзю последовал за Шан Хуанем на кухню. На кухне никого не было, и Шан Хуан нервничал, опасаясь, что его гость может сказать или сделать что-то, что принесёт ещё больше проблем с Системой. «Просто… подожди здесь». «Один момент». Когда Шан Хуан остановился, растерянно глядя на Шэнь Цзю, тот сказал: «Мошиу». Шан Хуан чуть не потерял сознание. Мошиу — это имя популярного автора, чьи работы иногда считались слишком мелодраматичными, но приносили огромные доходы. «Мошиу?» «Да, Мошиу. Мне нужно, чтобы он написал для меня книгу». На прилавке перед Шан Хуанем появилась золотая лодка. «О принцессе и демоне, которых разлучил злой страж, заставивший их поверить, что они предали друг друга». Сюжет показался Шан Хуаню знакомым. «Ты… но…» «И в конце их ребёнок должен воссоединить их после многих лет разлуки. Понятно?» Это точно был сюжет Мошиу, и такие истории хорошо продавались. Но: «Откуда ты это знаешь?» Улыбка Шэнь Цзю наконец расцвела весенним цветком. «Я веду долгую и тонкую игру, Шиди. Лучше не проявляй лишнего любопытства, иначе можешь случайно сбить фигуры с пути». Уставший вздох сорвался с его губ. «У меня только один шанс». Шан Хуан ничего не понимал, но не стал спорить. Он согласился помочь, хоть и был не уверен, как его Система отреагирует на это. *Шэнь Цзю Привлекать Шан Хуаня к этому было рискованно. За ним следила Система, которая, как Шэнь Цзю знал с его слов, была заточена под сохранение канвы истории. Но если бы Система Шан Хуаня действительно стремилась к сохранению старого пути, она бы вмешалась в жизнь Шэнь Цзю гораздо раньше. Тем не менее, Шэнь Цзю уже успел предотвратить катастрофическую ошибку Ци-гэ с Сюань Су. Он нашёл способ спасти семью Цю от саморазрушения. У него даже сложились новые отношения с Лю Цингэ. Конечно, всё это само по себе не могло их спасти. В других жизнях он решал эти задачи по частям, но всё равно был вынужден снова и снова отправлять Ло Бинхэ в Бездну. И ему предстояло сделать это снова. Его задача заключалась в том, чтобы подготовить мальчика к предстоящим испытаниям. Одним из ключевых элементов этой подготовки была мать Ло Бинхэ. Не только та, что его родила, но и женщина, которая его вырастила. Она умерла, оставив Ло Бинхэ на произвол судьбы. Её смерть оставила в сердце мальчика глубокую рану, которая только усугубилась, когда он нашёл путь к Цан Цюн и подонку-учителю, чьё извращённое сердце не могло дать Ло Бинхэ того, что ему было нужно больше всего. Однако книга предназначалась Тянь Ланцзюню. Не с надеждой на то, что король демонов сможет найти выход из ловушки, расставленной для него Лао Гунчжу. Это была одна из тех неподвижных точек, которые невозможно изменить в этом мире. Шэнь Цзю мог лишь подготовить Су Сияня и Тянь Ланцзюня к предстоящим испытаниям. Противоядие для Су Сиянь, которое она должна принять, как только сбежит от своего хозяина. Книга для Тянь Ланцзюня, чтобы он поверил в принцессу, которая никогда бы не бросила его и их сына по собственной воле. И Су Сиянь, и Тянь Ланцзюнь были упрямы, словно дети. Но Шэнь Цзю надеялся, что, посадив семена их спасения, он поможет им пройти через все испытания и выйти на другую сторону практически невредимыми. Точно так же, как он надеялся, что сможет защитить всё и всех, кого любил в своей прошлой жизни. Он, возможно, сам не переживёт эти события, но пока он мог спасти тех, кто нуждается в спасении, его собственная судьба не слишком его беспокоила. *Ло Бинхэ Ло Бинхэ опустился на колени перед своим новым наставником, с болью осознавая, каким растрепанным и неряшливым он выглядит. Его мать и бабушка пришли бы в ужас, увидев его в таком состоянии. Они учили его быть всегда опрятным и вежливым, даже вопреки его вечным порывам влипать в неприятности. Что бы они сказали, увидев его, покрытого грязью и потом, с грязными обломанными ногтями, когда всё его тело болело от усилий после вступительного испытания? А этот мужчина — элегантный, совершенный — сидел перед ним с бесстрастным выражением лица, попивая плохо заваренный чай. Ло Бинхэ знал, что это был не тот чай, который он заварил сам. Кто-то, вероятно, тот насмехающийся над ним ученик позади Шэнь Цинцю, подменил чашки. Горечь исходила от напитка, но Ло Бинхэ не осмеливался произнести ни слова, чтобы это не прозвучало как жалоба. — Скажи мне, мальчик. Почему ты пришёл на пик Цан Цюн? На пути сюда Ло Бинхэ без конца репетировал свои слова, крепко сжимая рюкзак, который для него собрала мать, пытаясь придумать что-то, что могло бы доказать его усердие и искреннее желание. — Этот ученик с юности восхищался совершенством бессмертных, что живут на этой вершине. Если я смогу поступить и добиться успехов в учёбе, мои мать и бабушка, которые со слезами на глазах отправили этого неуклюжего и неблагодарного ребёнка к вашей двери, будут рады. Шэнь Цинцю снова отпил чай. Это было настоящей проверкой самодисциплины — не выказывать ни малейшего отвращения к напитку. — О? У тебя есть мама и бабушка? — Да, — с гордостью добавил Ло Бинхэ, вспоминая, как его больная мать и пожилая бабушка трудились, чтобы воспитать его как следует. — Они были лучшими во всём мире! Тишина. Даже произнося эти слова, Ло Бинхэ внутренне напрягся, словно предчувствуя, что вот-вот произойдёт что-то ужасное. Почему? Почему он был уверен, что новый Шицзунь оттолкнёт его самым унизительным образом? На лице мужчины не было никаких признаков подобного намерения. Наоборот, в его прекрасных глазах читалось странное спокойствие. Шэнь Цинцю встал, подошёл ближе и задумчиво посмотрел на Ло Бинхэ. Затем произнёс: — Мин Фань. Принеси форму Пика, полотенца и мыло в Тихий Бассейн. — Шицзунь? — О, и расчёску. Старший ученик в отчаянии поклонился и вышел из бамбуковой хижины. Шэнь Цинцю тем временем вылил чай во двор, поставил чашку на ближайшую ровную поверхность и помог Ло Бинхэ встать. — Сколько грязи, — сказал он с отвращением. — Должны быть способы получше для проверки кандидатов, чем заставлять их рыть ямы целое утро. Идём. Смущённый и неуверенный, что собирается сделать его Шизцунь, Ло Бинхэ снова поклонился. — Да, Шицзунь, — Любопытство переполняло его. — Что мне нужно делать? — Пока ничего, — с блаженной улыбкой ответил Шэнь Цинцю. — Прежде всего, этот Шицзунь тебя вымоет. И расчешет волосы. *Шэнь Цзю Казалось, всё шло по его плану, но это только усиливало его нервозность. Ло Бинхэ всё ещё оставался трудным учеником, но мать научила его основам, которые он никогда не познавал в своих прошлых жизнях. Он всё так же не мог сдержаться от возражений и своим присутствием продолжал раздражать Мин Фаня. Шэнь Цинцю часто приходилось разнимать их драки и угрожать обоим отправкой на пик Бай Чжань. Эта угроза стала ещё более действенной после того, как Шэнь Цинцю удалось спасти Лю Цингэ от самого себя. Взамен он заслужил своеобразную дружбу. Лю Цингэ всё чаще появлялся на пике Цин Цзин, принося ему странных зверей, которых находил во время своих странствий. Шэнь Цинцю быстро понял, что это ухаживания, и сделал вид, что не замечает. В конце концов, именно таким он и нужен был Лю Цингэ — красивым, по всем меркам, но недостижимым. Он был постоянным искушением, которое нужно отвергать на каждом шагу. Как и в предыдущих жизнях, Ло Бинхэ снова добивался благосклонности Шэнь Цинцю — не то чтобы тот не одобрял это. Как можно не одобрять, если Ло Бинхэ впитывал, как губка, все его наставления и адаптировал их под себя? Но Шэнь Цинцю не осмеливался проявить слишком явную привязанность. Вторжение демонов вновь привлекло внимание Лао Гунчжу к мальчику. Шэнь Цинцю не мог позволить старому главе дворца догадаться, что он знает о личности матери Ло Бинхэ. Была и другая проблема. Годы близости из прошлой жизни было сложно забыть. Когда Ло Бинхэ подрос, он выглядел, ощущался и пах, как тот самый подросток, который однажды заставил его влюбиться. Воспоминания о тёплых ночах, борьбе под простынями и совместных ваннах становились слишком тяжёлыми для одинокого сердца Шэнь Цинцю. И Мэн Мо не помогал. Обучение Ло Бинхэ демоническому совершенствованию было необходимо, поэтому Шэнь Цинцю закрывал глаза на присутствие демона снов. Но это было сложно, потому что первые уроки Ло Бинхэ включали в себя фантазии, связанные с ним самим, которые были слишком детскими и слишком эротическими. Шэнь Цинцю пришлось провести немало времени в Тихом пруду, успокаивая свои желания и молясь о том, что Бинхэ вырастет прежде, чем его желания окончательно возьмут верх над разумом. Наконец настал роковой день. В этот раз Шэнь Цинцю был тщательно подготовлен. Он использовал пространственное кольцо вместо мешочка, который порвался в прошлый раз на полпути через Бездну. У него была мазь от ожогов, лучшие лекарства и еда, гораздо больше воды, одеяло и дополнительное оружие. Хотя ни одно из них не могло сравниться с мечом Ло Бинхэ, здесь ничего нельзя было поделать. И, конечно, письмо. Короткое. По делу. Бинхэ, всё в твоей жизни вело к этому моменту. Всё, чему я тебя учил, было направлено на то, чтобы помочь тебе пережить все испытания, что уготовил тебе твой отец. Это будет тяжело, изнурительно, но это сделает тебя сильнее. Делай то, что должен, чтобы выжить. Заяви о своей силе. И тогда возвращайся ко мне. Он сомневался, что Ло Бинхэ вернётся сразу. Дворец Хуань Хуа и Лао Гунчжу слишком глубоко погружены в их историю. Всё, что Шэнь Цинцю мог сделать — это молиться, чтобы Синь Мо вновь не свёл его ученика с ума. Или, если этого не удастся избежать, направить всю ненависть ученика на себя и только на себя. Надеяться на любовь он, безусловно, не смел. *** Комментарий от Автора (как всегда не влез в комменты, так что тут: - Я всегда считал, что внутренние сомнения Юэ Циньюаня (YQY) в значительной мере связаны с его отношением к жизни. Он создавал иллюзию того, что боль не коснулась его, как защитный механизм. - Шэнь Цзю (SJ) потратил много времени, тренируя Юэ Ци, чтобы тот не приходил ему на помощь, и убедил Ци-Гэ, что он способен позаботиться о себе. - Арка Особняка Цю оказалась для него самой сложной. К счастью, у него было преимущество — он был сыном Пернатой Девы и обладал источником энергии Инь. В этой истории Цю Цзяньло (QJL) подвергся такому же насилию и по той же причине. Вот почему у него случались вспышки гнева. И когда Шэнь Цзю восстановил свою ци, Цю Цзяньло смог снова ясно мыслить. - Сюань Су снова доступен Юэ Ци. Но важно отметить, что теперь у него подключена система «Охотник». - В этот раз Лю Цингэ (LQG) не сомневается в обоснованности своих «желаний». А про привлекательность объекта этих желаний — это уже совсем другая история. - Шан Цинхуа как древнекитайский писатель-фантаст — это же работает, правда? - В других своих работах о «Scum Villain» я использовал имя Мошиу в качестве автора. Теперь я знаю, кто он. Работы Мошиу — одни из любимых у Тянь Ланцзюня (TLJ). - Шэнь Цинцю дал Су Сиянь (SXY) противоядие во время их единственной встречи. Тянь Ланцзюнь ужасно ревновал, пока не получил свою книгу. - Тянь Ланцзюнь и Су Сиянь сидят в пещере, и Су Сиянь читает ему эту книгу, когда есть возможность. Это помогает Тянь Ланцзюню не сойти с ума. - Мать Ло Бинхэ в других циклах теперь бабушка. Она нашла Су Сиянь, бредящую и измученную, но не умирающую от яда. Она взяла Су Сиянь к себе и помогла ей. - Конечно, Шэнь Цинцю захочет причесать Ло Бинхэ. Он ВСЕГДА хочет расчесать его волосы. - Он хочет делать и другие вещи, но Ло Бинхэ на самом деле ребёнок, так как ничего не помнит. Бедный Шэнь Цинцю изводит себя, стараясь не думать об этом слишком много. - Даже сейчас Шэнь Цинцю не питает больших надежд. Его самооценка так и не поднялась достаточно высоко. - Следующая глава, вероятно, будет последней, если только не потребуется дополнительная информация для завершения.