Последнему выжившему приготовиться

— Выходите из машины. Сейчас же! Банда каких-то подростков, таких же как и они, захватывают машину, держа на прицеле всех пятерых. — Собаку придержи или выстрелю, — командует один из них Хосоку, что первый успел схватиться за поводок, как только зарычала Холли. — Руки на виду, чтобы я видел! — Громко командует другой со шрамом на глазу, от чего Чимин вздрагивает и выше поднимает руки. Ким сразу бросает взгляд на Чонгука, которому в голову тычат дулом пистолета. Тот молчит и смотрит на него в ответ, чтобы убедиться, что он в порядке. Тэхён надеется, что он сейчас что-нибудь с этим сделает, ведь он, вроде как, руководитель их импровизированного отряда. — Оружие к ногам! Быстрее! Чонгук и Сыльги скидывают пистолеты на асфальт. Хосок бросает деревянную биту. Да, он успел ее откопать где-то в этом заброшенном доме, где они ночевали. — Пинайте от себя. Приходится слушаться. Кто-то из их команды подбирает все, что валялось. — Что с остальными? У вас нет оружия? Чимин с Тэхёном переглядываются. — Обыскать! Один из рейдеров подходит к Чимину и начинает облапывать его по всем возможным участкам. — Эй, можно понежнее? Не мешок с картошкой в подвале ищешь, — Пак в своем репертуаре. Затем он начинает облапывать Тэхёна, а у Чонгука появляется какое-то неконтролируемое желание вдолбить морду этого чувака в асфальт, от чего он ведет челюстью и двигает ноздрями. Ким замечает это и глазами подает ему знак, что все нормально. Чонгук со вздохом отворачивается. — Чисто. — Отлично, обыщите фургон. Видимо, эта компашка просто случайно наткнулась на машину, поэтому они и решили ее захватить, ибо сами они были пешим ходом. Неизвестно откуда они взялись, но намерения у них явно недобрые. — Босс, тут продукты и их рюкзаки. — Фулл хаус, — парень со шрамом скалится в улыбке. — Уезжаем. — А что с ними делать, босс? Парень оглядывает всех заложников своим единственным живым глазом. — Убить. — Стойте, что? Н-нет-нет-нет, погодите! — Первым паникует Чимин, когда его опускают на колени под дулом пистолета. — Стойте, может вы нас просто отпустите? У вас наши припасы, зачем вам нас убивать? — Хосок пытается спасти ситуацию, но его также опускают на колени. Он твердо держит Холли и пытается успокоить, пока та рычит. — Да, зачем вам это, не проще ли вам оставить нас на съедение зомби? — Сыльги начинает подыгрывать, смотря на Чонгука. Чонгук становится на колени вместе со всеми, пытаясь придумать план действий, но он совсем перестает соображать на почве рассеянного состояния. Тэхён не может понять почему Чонгук ничего не предпринимает, ведь у него всегда был план, а сейчас он просто рассеянно молчит, подчиняясь этим придуркам. — Хм… действительно… — парень со шрамом задумывается. Хосок смотрит на Чимина, пытаясь глазами подать знак, что нужен отвлекающий маневр, но Пак не сразу догоняет, так что он еле заметно шевелит губами нужные слова. Затем Хосок оборачивается на Кима и указывает глазами на его носок, в котором едва торчит маленький нож. Тэхён медленно и незаметно кивает. — Но знаете… пожалуй, убить вас будет интереснее. Мало ли, вы нас потом выследите. Это новые голодные игры, здесь каждый сам за себя. Хосок кивает Чимину. И тут начинается. — Не жди, не жди, путь тебя ведет, — он начинает петь очень громко и ясно, — к дубу, где в петле убийца мертвый ждет. Стра-анный наш мир и нам так странно здесь порой. Под ду-убом в по-олночь встретимся с тобой. Чонгук с Сыльги сразу осознают что происходит. — Какого черта, — недоумевает один из рейдеров. Все обращают на это внимание и отвлекаются. — Не жди, не жди, к дубу приходи, где мертвец кричал: «милая, беги!». Стра-анный наш мир и нам так странно здесь порой. Под ду-убом в по-олночь встретимся с тобой. Хосок отпускает собаку, та нападает на одного из рейдеров, а Тэхён резко всекает другому парню по яйцам головой и успевает встать, схватив его за затылок и зарядив коленом по лицу, после чего вытаскивает маленький нож и втыкает в грудь. — Не жди, не жди, приходи скорей к дубу, где мертвец звал на бунт людей. Стра-анный наш мир и нам там странно здесь порой. Под ду-убом в полночь встретимся с тобой. — Завались, черт возьми! — Кричит на него тот, кто стоял рядом с Чимином и не догонял что происходит. Он снова наставляет пистолет, чтобы выстрелить. Одновременно с этим Чонгук резко выхватывает у другого пистолет, выстреливая в живот, а потом сразу выстреливает в того, кто стоял около Чимина. А Сыльги делает подсечку, от чего чувак падает прямо на нее, но она успевает откатиться в сторону и локтем втащить по виску, схватив вылетевший пистолет из рук. Затем она прижимает его ногой лицом в асфальт и выстреливает в другого бандита, что стоял поодаль с их оружием. — Уёбываем! В машину! — А их такой дохуя крутой босс прыгает за руль, пытаясь быстро завести машину, пока остальные его дружки прыгают в кузов. Но он не обнаруживает в ней ключа зажигания, из-за чего медлит до тех пор, пока на него не наставляют пистолет. Слышатся выстрелы сзади и несколько ударов деревянной битой. — На выход, ковбой, — томно и холодно произносит Чонгук, хватая его за шкирку. — Стойте! Давайте лучше договоримся… у нас есть база недалеко. Н-на юго-востоке. Там лагерь выживших, я отведу вас туда, клянусь, — парень пытается отмазаться и спасти свою жизнь. Чонгук бросает его на асфальт и прижимает ботинком, ограничивая возможность встать. — Д-до туда всего пара километров. Это возле деревни Муджу. Прошу, только не убивай… Но Чонгук холоднокровно перезаряжает свой пистолет, снимая предохранитель. — Это новые голодные игры. Здесь каждый сам за себя, — и выстреливает ему прямо в лоб. Чонгук молча отходит от трупа за машину, наблюдая то, как все остальные пытаются отдышаться после драки. Вокруг валяется будто в пиктограмме кучка обездвиженных подростков, причем парочка человек из них еще живы и дышат, но без сознания. Честно, они все сейчас очень жалеют, что пришлось сделать им больно, потому как в них, в отличие от Чонгука, есть внутри чувство человечности, что ли, по отношению к другим людям. Если Чонгук может выстрелить в живого человека и потом не переживать о том, что он кого-то лишил жизни, то Сыльги, например, выстрелит и потом только осознает что она только что натворила. И прямо сейчас она сидит и качается взад-вперед, пространство смотря в одну точку на асфальте. Хосок, Чимин и Тэхён вроде где-то на грани между Сыльги и Чонгуком. Одно дело уже мертвецов убивать, которые похожи по поведению на диких животных, а другое — убивать живых людей. Хотя, Чимин больше склонен блевать от вида крови и убийств, чем Сыльги. Если Хосок уже привык махать палками налево-направо, то Тэхён все еще в шоке пытается осознать, что у него неплохо получается орудовать ножом, судя по тому, что он перерезал горло двоим и воткнул одному чуваку прямо в грудь. Чимин, правда, еще не разобрался с видом оружия. — А каким образом они собирались уехать, если они буквально пробили колесо? — Хосок, кажется, единственный человек в их компашке, который постоянно задает самые логичные вопросы, когда никто из остальных, какой бы не была ситуация, об этом бы не подумали первыми. Чонгук нагибается, упираясь руками в колени, чтобы рассмотреть сдутое колесо, в которое была пущена пуля. Только вот каким образом они смогли попасть, когда машина неслась на скорости по дороге? Разве что, если они ее не выследили и не стреляли по линейному пути, по которому шла машина. — Блять, — Чонгук выругивается и выпрямляется, раздраженно всплескивая руками. — Видимо, они были не очень умные, — констатирует Тэхён. — Блять! — Чонгук пытается справиться с агонией эмоций отчаяния и злости, ударив кулаком в железную поверхность кузова. Он вздыхает и стягивает резинку с хвостика на волосах, распуская их, а потом снова завязывает, пригладив получше. Оказалось, он всегда так делает, когда пытается успокоиться. И в привычку у него вошло вообще завязывать хвостик, когда за период пребывания в санатории у него сильно отрасли волосы. Так что, выбравшись на волю, он первым делом отыскал резинку в первом попавшемся магазине и завязал хвостик. — И что теперь делать? Пешком топать? — Чимин обреченно встряхивает руками. — Это займет еще больше времени, я теперь даже не знаю сколько! А нам надо попасть туда как можно быстрее! — Чонгук нервно скрещивает руки, перекатываясь с ноги на ногу возмущенно. — А у нас есть другие варианты? — Хосок пытается жонглировать в воздухе битой, пытаясь повторить движения Джаспера из саги Сумерек. Но пока что у него скверно выходит. Все замолкают, начиная придумывать как бы выкрутиться из этой ситуации. — А тут рядом нет никакой заправки, например? Может можно было бы сменить колесо, вот и все? — Тэхён предполагает альтернативный вариант, рассматривая в отражении лезвия свою новую рану на скуле. — Да где ты достанешь такое толстое колесо, а? Даже залатать его толком не выйдет, это тебе не батина легковушка, — Чимин размахивает руками. Кажется, он единственный среди них, кто хоть как-то разбирается в машинах. — Тут даже запаски никакой нет, да и инструментов тоже. Пиздец. — Остается только последний вариант: идти пешком, — Сыльги пожимает плечами. Чонгук еще раз вздыхает. — Тогда собираем все необходимые вещи, все ненужное оставляем здесь. По возможности попробуем найти другую машину, — командует Хосок, почесав щеку. Чонгук первым делом идет собирать неиспользованные патроны с трупов, обнаруживая еще один пистолет и, осмотрев, заправляя себе его за пояс. Тэхён складывает к себе чей-то охотничий нож и метательные лезвия, создавая себе в голове напоминалку научиться ими пользоваться. Сыльги забрала себе чью-то винтовку, а Хосок решил все-таки оставить лом в кузове, потому как его действительно тяжело постоянно с собой таскать. Он трудно воспринял расставание со своим ломом, потому как он почти половину своего пути прошел именно с ним, но ничего не поделаешь. А еще им было удобно вскрывать всякие ящики. Жаль, что правда придется оставить. И пришлось конфисковать парочку вещей из чужих рюкзаков. — Они вам все равно больше ни к чему, — причитал Чимин, сквозь приступ рвотного рефлекса обворовывая труп. И спустя только полчаса, они собрались. Ну все, теперь точно начнется полный хардкор. Если до этого они хотя бы в машине были в безопасности, то сейчас им придется буквально на каждом шагу убивать, чтобы спасти себе жизнь. Да начнутся голодные игры. — Я устал, давайте сядем, — ноет Чимин, таская свой рюкзак за плечами также, как и остальные. Только вот у остальных еще и оружия за спиной или поясом, вообще-то. — Мы идем всего полчаса, — Хосок вздыхает, бросая раздраженный взгляд на друга. Чонгук только закатывает глаза, уверенно шагая вперед и пытаясь пробираться через препятствия на пути. Да, им пришлось пойти через лес, тем самым срезав путь, иначе, если бы они пошли по дороге, то это заняло бы больше времени. Тем более, солнце стало напекать сильнее из-за приближающегося лета. В лесу хотя бы попрохладнее. Холли спокойно носится рядом, перепрыгивая всякие торчащие корешки и камни. Из-за ее жизнерадостности остальным становится как-то спокойнее, а в голову перестают приходить мысли о том, что все плохо и шанс того, что они все умрут пятьдесят из ста. Сыльги вдруг резко останавливается и падает на колени. Все остальные слышат ее сиплый вздох и тоже останавливаются, обращая внимание. — Ты чего, — Хосок первый кидается ее поднимать с земли. — Походу у меня месячные начались. Живот болит, давайте правда остановимся, — она морщится и держится за плечи Хосока, лишь бы снова не упасть. — Черт возьми, — где-то там впереди возникает Чонгук, но все же стягивает с себя рюкзак. И пока Сыльги предпринимает все необходимые действия, чтобы предотвратить боль и остановить кровь, все парни вынуждены заняться бездельем на данный момент. Чимин просто садится на какой-то большой камень и вздыхает оттого, как же он заебался ходить пешком, так еще и через лесные препятствия. Хосок встает на стражу территории, крутя биту в руках, все еще пытаясь выполнить трюк Джаспера. А Тэхён встает напротив какого-то дерева, начиная практику метания ножей. Но, пока что, у него совсем ничего не выходит. — Ты слишком напряжен, расслабься, — на его плечи опускаются руки Чонгука, что решил оказать помощь. Тэхён молча оборачивается и пытается спокойно выдохнуть. Что-то не получается у него расслабиться теперь. — И руки разведи. Возьми лезвие вот так, — Чон приобнимает сзади и пытается своими руками отрегулировать положение чужих. — Так? — Да. Палец поставь вот здесь, — Чонгук выглядывает из-за плеча, все пытаясь правильно расставить пальцы Тэхёна, чтобы ему помочь. Но Тэхён забывает что ему говорят и теряется, все облизывая губы нервно. — Теперь бросай. Ким застревает на пару секунд, а потом соображает что он сказал и метает ножом, попадая прямо в цель. Внутри сразу такая уверенность в себе воцаряется, ведь получилось же. — Слушай, а научи меня отбирать пистолет. Я видел как ты обезоружил Сыльги, это было… — Тэхён оборачивается к нему, рвано вздыхая, — эффектно. Чонгук тоже облизывает губы, вытаскивая пистолет из-за пояса. Он отщелкивает магазин, вытаскивает все патроны и складывает их в карман. Это нужно на случай, если кто-то из них случайно нажмет на курок. — Ладно, наставь на меня пистолет, я покажу, — он передает оружие другу. Тэхён слушается и отходит на шаг, выполняя просьбу. Чонгук резким движением руки отбирает пистолет и сразу наставляет на него в ответ, а тот даже не успевает проследить как он это сделал. — А теперь поподробнее, — Ким робко смеется и снова забирает пистолет. — Тебе нужно ухватиться за запястье одной рукой, а потом выбить пистолет другой. Вот так, — Чонгук показывает опять, но уже медленнее. — Ладно, — Тэхён отдает ему пистолет и встает на позицию. Чон наставляет на него дуло, а Тэхён сразу же отбирает пистолет, но не так быстро как Чонгук, сразу же наставляя на него. — Отлично, — тот смеется. — А потом вот так. Чонгук обезоруживает Тэхёна и резко притягивает к себе, прижимая спиной к своей груди, зажав его как заложника. Но он сделал это не больно, как обычно привык делать, а настолько мягко, насколько это возможно. У обоих перехватывает дыхание, так что они краснеют, а потом переглядываются и начинают ржать на весь лес, отстраняясь друг от друга. — Просто ахереть как смешно, мы застряли в гребаном лесу из-за того, что нам пробили колесо в машине. Что может быть смешнее, чем это, — Чимин как обычно включает режим старого деда, смотря на эту парочку. — Успокойся уже. Нам что, сидеть и рыдать без остановки из-за этого? Я счастлив, что хоть кто-то умеет найти развлечение в такой ситуации, — Хосок смотрит на них, наблюдая, как они продолжают дурачиться. А те уже валяются на земле, пытаясь друг друга защекотать. Хосок вдруг впадает в воспоминания, пытаясь отогнать неприятные мысли о том, как он буквально час назад убил двоих человек битой, размазав их трупы по асфальту. Ужасно это вспоминать. — Л-ладно-ладно, хорошо, ты победил! Отпусти! Чонгук! — Тэхён сквозь смех пытается отогнать от себя Чонгука, лежа на земле, пока тот пытается защекотать его до смерти. Чонгук по просьбе останавливается и подает ему руку, одним движением поднимая с земли. Он резко успокаивается, снова принимая обычный хладнокровный вид, разворачиваясь чтобы отойти, но Тэхён догоняет его, вытаскивает из-за пояса пистолет и с характерным щелчком предохранителя наставляет на друга опять. Чонгук останавливается на месте и медленно поворачивается. А тот смотрит на него с таким видом, будто и не собирался заканчивать игру. Каков засранец. На лице Чона снова вылезает маленькая ухмылка. А никто и не говорил, что ему это не нравится. — Отдавай свои припасы, Мышонок, — Тэхён чуть дергает головой, чтобы смахнуть прядку от челки в сторону, что выпала на глаза и мешалась. Чонгук кусает губу. Ему впервые нравится то, как он его назвал. — Я надеялся, ты забыл. Тэхён на это только подает игривую ухмылку. Резким, но аккуратным движением Чонгук выхватывает у него пистолет, притягивая к себе и прижимая к груди в заложники, наставив дуло у виска. — Еще раз меня так назовешь и я заставлю тебя пожалеть об этом, — и говорит это с такой же игривой ноткой в томном голосе над ухом. — Попробуй, — Тэхён смотрит ему прямо в глаза, что находятся на расстоянии длины одного пальца. Это правда близко, если учесть в какой позе они стоят. Чон снова облизывает губы. Он не понимает что происходит, но у него складывается ощущение, будто Ким дразнится и провоцирует его на всплеск эмоций. — Боюсь, что вместе с припасами в комплекте иду я, — Чонгук выдавливает из себя то, что вообще никогда бы никому не сказал, даже если бы сидел на свидании с девушкой. Ах да, он бы никогда не пошел на свидание с девушкой. — Меня такой расклад тоже устраивает, — Тэхён опускает взгляд на его губы. Чонгук чувствует как что-то внутри продолжает трескаться. Это явно заставляет его дрожать от волнения и краснеть. Еще немного и как будто бы оно наконец треснет и посыпется мелкими осколками. — Эй, может перестанете играть в ролевые игры? Пойдемте уже, — орет Чимин откуда-то со стороны. — Завались, твою мать. Если хоть одна тварь сюда прибежит, то я лично отдам тебя им на закуску, ты меня понял? — Сыльги появляется из ниоткуда, тыкая ему в грудь пальцем. Пак затыкается и смотрит ей в глаза с призрением так, будто сейчас на него наорала его собственная мать. Это заставило его чувствовать себя виноватым. Сыльги недолюбливает Чимина и считает его бесполезным членом команды. Да, он иногда может стать отвлекающим маневром или водителем, а иногда и чем-то помочь по бытовым проблемам, но Чимин единственный человек в их компашке, который ни одного существа за все это время не грохнул. Его задницу спасает буквально вся команда, и буквально всем приходится терпеть его вечное нытье. Чимин не придурок, а тем более не полный мудак. Он просто тот чувак, который остался один. То есть, ему просто грустно и одиноко оттого, что все остальные разбились по парочкам, а он один на пару с Холли ест консервированные бобы и думает о том, как он заебался. Хосок все крутится вокруг Сыльги, а та понемногу начинает обращать на него внимание, ну, а про Тэхёна с Чонгуком он вообще думать не собирается, с ними и без того все понятно. Чимин никогда не чувствовал себя кому-то нужным. Его родители относились к нему как к слуге буквально: вечное «принеси», «сделай», «убери», «приготовь». А за проколы он получал побои и оскорбления. На самом деле Чимин ненавидел свою жизнь и специально копил деньги на билет в другую страну, чтобы по достижении возраста совершеннолетия уехать туда жить, лишь бы подальше от этого всего. Но произошла вспышка вируса, поэтому он решил, что лучшим решением на данный момент было бы купить билет в санаторий на сэкономленные деньги. И, как он и надеялся, у него получилось отделиться от родителей. Больше с того момента он их никогда не видел. Чимин не желает никому зла, правда. На самом деле он рад тому, что все остальные не слишком переживают из-за их сложившейся ситуации и пытаются отвлечься какими-то романтическими отношениями. Ему просто самому очень одиноко от мысли, что и тут он является для всех обузой. Справиться с этим ему морально сложно, так что он плюется в других, проявляя защитную реакцию из-за того, что ему это недоступно. И когда он совершенно один сидел в кабине машины за рулем, он смотрел вдаль и обдумывал жизнь, ведь даже Хосок с ним в тот момент не хотел сесть и о чем-нибудь поговорить. Чимин ненавидит себя за свое поведение. Шарахались они долго. Идти пешком куда труднее, чем просто сидеть в машине и терпеть вечную трясучку. Ближе к вечеру они дошли до какого-то посёлка, все также ориентируясь по бумажной карте, которую они где-то давно нашли в каком-то здании целую. И, к сожалению, в этом поселке нет никакой машины. Телефоны все также не удавалось подзарядить, так что у всех они почти окончательно отключились. Только Чонгук строго включал телефон вечером, чтобы услышать звонок от Хёнсока, а потом снова выключал до следующего вечера. — Надо бы найти место, где можно спокойно развести костер и выспаться, — Тэхён напоминает о потребностях. Все молча с этим соглашаются. А еще все слишком устали, так что разговаривать о чем-то тоже как-то лень. Сыльги так вообще готова закричать «бросьте меня здесь!», потому как она все это время мучается от болей в животе. Главное сейчас в магазине или где-нибудь еще откопать таблетку. Хосок все это время держался рядом с ней, держа ее за руку, чтобы она не отставала и, в случае чего, если снова начнет валиться на земь, он смог ее поднять и пронести на руках до тех пор, пока она снова не начнет ныть «я жирная, поставь меня на место!», хотя весила она действительно немного. Из-за этого Сыльги все забывала про чувства к Тэхёну и теплела к Хосоку. Чимин взял на себя ответственность держать поводок с собакой. А еще, за все время, пока они шли, а шли они довольно долго, он ни разу не выдавил из себя еще один недовольный гундеж. — Я думаю, вот в том доме… — Тэхён! Тэхён отвлекается на осмотр территории, пытаясь выбрать дом, в котором им стоит переночевать, но проблема его настигает совершенно не тогда, когда он ожидал. Чонгук первый реагирует на то, что из-за угла вылезает мертвец и кидается сразу на Кима. Тэхён даже не успевает среагировать, падая на стену, пытаясь предпринять хоть какие-то попытки оттолкнуть от себя чудище, которое все тянется укусить, но выходит плохо из-за недостатка сил, ведь они еле-еле дошли до сюда. Чонгук пытается оторвать эту тварь от него, но тоже выходит довольно скверно, если учесть, что она вцепилась в Тэхёна как проклятая. И только когда чувствуется резкая колкая боль в районе шеи, тело бросается в адреналин. Ким кричит, находя в себе последние силы, чтобы напрячься сильнее и оттолкнуть зомби, тогда на пару с усилиями Чонгука, ему удается это сделать. Чонгук моментально достает пистолет, снимает предохранитель и выстреливает. Тварь падает замертво окончательно. Но из далека теперь слышны характерные звуки от других зомби, из-за чего всем в голову приходит единственный план: бежать. Они все летят к одному зданию, сразу забегая внутрь и пытаясь тут же заблокировать дверь. Выходит плохо, потому как ни засова, ничего нет, а сама дверь едва ли на петлях стоит. — Не получается! — Чимин пытается обратить внимание на проблему. Зомби не ломятся в дверь, но слышно как они где-то там бегут на запах человечины, боясь опоздать к ужину. Хосок аккуратно оставляет Сыльги на каком-то мягком порванном пуфике, кидаясь помогать Чимину. Он вытаскивает аэрозоль от насекомых из рюкзака. — Отойди, — командует. — Что ты собираешься с этим сделать? — Паникует Чимин. Но Хосок выходит наружу. — Ты что делаешь! Но он открывает крышку и начинает обрызгивать этим отвратительным запахом всю раму двери, рамы окон, себя, чтобы на улице его запаха не осталось. Затем он забегает внутрь и хватается за какое-то тяжелое кресло. — Помогите мне! Чимин и Чонгук спохватываются толкать, подпирая им дверь. Все, теперь можно выдохнуть. — Ты гений, — Сыльги вздыхает с облегчением. Хосок подает самоуверенную ухмылку, дергая бровью игриво. Она с улыбкой закатывает глаза. Но тут они оба замолкают и смотрят на лица всех остальных, вдруг понимая что произошло. Тэхён убирает окровавленную ладонь от шеи, поднимая пустые глаза на них. Это все. Это конец.