Хроники Муданг

Ласковый ветерок дул с юга, норовя перевернуть страницы романа, что на днях мне принесла Су. О новом романе писателя Мёнхёна судачил весь город, а это означало только одно - я обязана была заполучить экземпляр в свою библиотеку. Хотя у меня и была договоренность с господином Ли насчет новых книг в его лавке, шума вокруг новой работы было много. Поэтому пришлось направить служанку, чтобы точно заполучить копию книги себе. Сюжет был приятен, герои обаятельны - это заставляло меня погрузиться в фантазийный мир, где любовь, стояла выше долга. Или, порой, переплеталась в единый узел, складно развивая отношения в сюжете, заставляя плакать и сопереживать вымышленным персонажам, словно они были реальными людьми. Отец часто мягко посмеивался над причитанием матушки, что дочь в старых девах ходит и только о своих книгах печется, хотя пора бы уже о детях. Но господин Мин каждый раз успокаивал любимую супругу, что Су Юн - их сокровище, что ее нужно беречь для достойного зятя. Дочь благородного семейства Мин действительно была “роскошным” приобретением для потенциальных женихов, являясь младшим и любимым ребенком левого государственного советника. Она могла принести необычайные блага и статус своему владельцу, а сыну из рода янбанов - равную по положению партию и поддержку влиятельного клана Мин. Но отец не спешил устроить брак единственной дочери, которой дозволялось многое. Пожелав обучаться и тренироваться со старшими братьями, я одинаково умела владеть и кистью, и клинком, а мои слова и стрела били четко в цель, от чего многие дочери знатных семей косо на меня смотрели и часто обсуждали. Было ясно как божий день, что человеческая зависть не знала границ, но это не трогало мою волевую натуру. Шел сорок шестой год правления короля Ёнджо, ознаменовав благодатные времена для страны, что настали после проведенных им реформ. Земля и боги были благосклонны к своему народу, давая хороший урожай, а они в свою очередь просили долгих лет жизни правителю, что хранил в покое и процветании всю страну. Прожив двадцать семь зим, я не желала, чтобы что-то менялось в моей жизни. Живя в любящей семье и достатке, имея большую свободу в рамках моего положения, я не могла представить, что может быть как-то по-другому. Перелистывая очередную страницу романа, я услышала шорох одежд и шагов, приближающихся к чончже, и подняла свой взгляд от страниц в направлении этих звуков. Мягкой поступью ко мне направлялся мой старший брат Сухо. Откровенно говоря, мы были близнецами. Но из-за того, что он появился на свет парой часов раньше, заставляло меня уважительно звать его “орабони”. Хотя часто я это упускала, понимая что мне все сойдет с рук. Топхо изумрудного цвета красиво гармонировал с его немного смугловатой кожей, которую он тщательно оберегал от солнца, периодически нанося пудру, чтобы цвет лица стал светлее. Пухлые щеки и губы абсолютно не соответствовали его годам. А мастерство во владении лицом, превращая прелесного щеночка в коварного обольстителя, сделало его “ольччаном всея Ханяна”. Каждая уважаемая аджума мечтала заполучить его себе в зятья, а сердца девушек разбивались, стоило Мин Сухо появиться в поле их зрения. Я же знала этого “красавчика” с другой стороны. И на правах любимой младшей сестрицы, я часто подшучивала над ним. Темы его роста, косметики, любови к выпивке и актрисам, а так же храпу, были моими любимыми. Наш старший брат Сумин уже покинул отчий дом вместе с супругой, приняв пост губернатора провинции Чхунчхондо, чем отец сильно гордился. Занять такой пост в двадцать девять лет было большим достижением для семьи. Младший чиновник второго ранга и офицерский чин были в пору брату. Он обладал аналитическим складом ума, обостренным чувством ответственности и долга. И если с Сухо я чувствовала себя на равных, то Сумина я любила, почитала и боялась так же, как и отца. - Су Юн, я в город уезжаю, не хочешь составить компанию? Я осторожно потянулась, разминая затекшее тело от долго сидения в одном положении, и с подозрением взглянула на хитроватые глаза братца: - Снова хочешь меня использовать, как прикрытие для своих встреч с актрисами? Сухо слегка насупился, надувая губы и упирая руки в бока: - Это было лишь раз! А ты, сестрица, мне теперь это до седой бороды будешь припоминать? - У тебя еще и пушок не пробился... Видимо до скончания твоих лет. - Вот заноза мелкая, а ну иди сюда! Я со смехом подскочила, подобрав юбки, и пустилась бежать в сторону ханока. Пробудившись от дремы, Су запричитала, пытаясь догнать нас с братом: - Господин, госпожа! Прошу вас, аккуратнее! Дорога ведь не ровная, ушибиться можете! О, боже ты мой… Вбежав во двор, заливая его звонким хохотом, мы с Сухо столкнулись с отцом в окружении слуг, что возвращался из дворца. Резко остановившись перед ним, мы расправили складки на одеждах и поприветствовали господина Мина поклоном. - Батюшка, с возвращением! Улыбка тронула губы левого советника: - Что за счастье возвращаться домой, когда дети тебе так радуются. Или снова озорничаете? Отец внимательно осмотрел нас, а мы, по опыту многих наших шалостей, зная, что в любой потасовке влетит обоим, начали разуверять батюшку в его подозрениях. - Ну хорошо, хорошо. Живите дружно, дети. Берите пример с Сумина. Не успев ничего сказать, Сухо опередил меня, включив все свое природное очарование. Это часто его выручало, а меня ужасно раздражало: - Батюшка, вы, как всегда, правы! Буду стараться стать таким же достойным сыном своего мудрого отца, о чем пытаюсь вразумить и сестрицу… Вот и сейчас, даже предложил ей отправится в город, но видимо ее пылкой натуре лучше немного остыть дома с вами и матушкой… Вот квисин хитрющий! Лестью пытается отца задобрить, а меня - наказать! - Отец, не успела я еще брату ничего ответить, он с такой поспешностью собрался, видимо думал вас дома не застать… Я робко вздохнула, бросив грустный взгляд на господина Мина, а в тайне от него, показала сжатую в кулаке руку. Сухо скептично фыркнул и покачал головой. - Тебе же мои планы и друзья не по нраву. - Только те, что кроме песен, танцев и алкоголя больше ни в чем не разбираются. Я желаю только лучшего, брат! Отец заливисто расхохотался, поняв намек в моих словах. - Поезжайте, дети, пока светло. И Су Юн, дочь, позаботься о своем брате и его “компании”. - Да, отец. Я поклонилась, а сзади послышалось тихое шипение Сухо: - Вот зараза, получишь у меня сейчас. Бросая ветру наш звонкий смех, мы наперегонки полетели в конюшню. Бедной Су лишь и оставалось причитать. *** Запах старой бумаги, чернил и пряной плесени окутывал лавку волшебным ароматом, принося приятное умиротворяющее тепло. Книжная лавка торговца Ли была именно тем местом, что мне так нравилось посещать в городе. Пока иные девушки на выданье крутились у прилавков с тканями, косметикой и украшениями, а временами прогуливаясь и высматривая молодых холостяков, глупо хихикая, я предпочитала это тихое пространство. Погруженное в прохладу тени, это святилище хранило в себе тысячи историй и учений со всего света. Это было намного волнительнее всего, происходящего за стенами этой лавки. Пока Сухо занимался своими “срочными” делами в доме кисен, я в тишине и покое изучала гору книг, которые недавно приобрел господин Ли. Просматривая их одну за одной, мой взгляд приметил небольшой томик в красивом переплете, что покоился на верхушке этой горы. Привстав на цыпочки, я потянулась за ним, но внезапно мою руку опередила другая, что имела длинные и белые, аристократичного вида пальцы. Резко обернувшись к их владельцу, я увидела господина в темных одеждах. Кат скрывал наклонённое над экземпляром лицо. Книга в его белых руках уже была раскрыта, а пальцы легко перелистывали желтоватые страницы. Возмущению моему не было предела. - Господин! Прошу прощения, но это была моя книга! Человек даже не удостоил меня поднятием головы, продолжая изучение иероглифов. Из под шляпы раздался голос его владельца - тихий и тягучий, похожий на мурчание кота: - Ваше имя? Вопрос меня озадачил - ни один человек не позволял так пренебрежительно разговаривать с дочерью уважаемой во всем Ханяне семьи Мин: - Простите? Оторвавшись от книги, человек поднял на меня свой взгляд - белое лицо и черные глаза придавали потусторонний вид его владельцу, но то, что незнакомец был хорош собой, было трудно оспорить. Черный цвет его ханбока еще больше оттенял его алебастровую кожу. Наверное так выглядят жнецы смерти - ему это было к лицу. Но надменность во взгляде только распаляла мое негодование его поступком. Он поднял книгу перед собой, не мигая смотря на меня своим странным взглядом: - Если книга ваша, то на ней должно быть указанно ваше имя. Или может быть вы уже заплатили за нее? Бестактность в его обращении ко мне и некое пренебрежение в голосе действовали, как красная тряпка на разъярённого быка. - Я первая ее увидела! - А я первый взял. С полминуты мы не сводили друг с друг друга взгляд, пока в лавку не вернулся господин Ли: - Госпожа Мин, вы уже выбрали… О, господин Шин! Рад вас видеть вновь, что-то определенное ищите на этот раз? Лениво бросив на меня взор, что, казалось, выражал скуку, он показал торговцу книгу, что увел у меня из-под носа: - Доброго. Возьму эту. Расплатившись с торговцем Ли, мужчина напоследок бросил на меня быстрый взгляд, слегка поклонился, коснувшись кончиками пальцев края ката, и бросил: - Госпожа. Благодарю вас. *** Сидя у реки с узелком из новых книг, во мне кипел гнев и недовольство от поступка того молодого господина, что так бесцеремонно и нагло вел себя в книжной лавке. Ожидая брата на условленном месте встречи, я бросала камешки вдоль рябой поверхности, что отражала ясное небо и проплывающие облака. Вишневые деревья, что росли по берегу, были усыпаны налившимися бутонами, но хоть весна в этом году и наступила рано и радовала погожими днями, она не давала распуститься нежным цветам. Бросив очередной камушек по водной глади, я услышала позади себя знакомый заливистый смех: - Ох, сестрица, кто это тебя так разозлил, что воду в реке уже всю взбаламутила? Отряхнув руки и подняв с травы сверток, я поправила на голове чанот и громко проворчала: - Да встретила одного “жнеца смерти” - ханджа редкостный. Все настроение испортил. - О, неужели тебя забрать хотел? Не далась? Не красивый попался? - Только лицом и вышел - ни манер, ни такта. Развернувшись к брату, мне с трудом удалось скрыть удивление. Рядом с Сухо стоял тот самый “жнец”, которого мгновение назад я порицала перед братом. Господин, что стоял за братом, сложив руки за спиной, видимо так же был удивлен нашей повторной встречей. Одна из бровей взлетела вверх. - Интересно посмотреть на этого нахала, что смог так поколебать мою гордую и непокорную сестрицу. Пожал бы ему руку. Он мягко засмеялся, щуря глаза, и перевел их на своего спутника, которого я буравила недовольным взглядом: - Друг мой, позволь тебе представить младшую сестрицу Су Юн. Су Юн, это мой друг - ученый Шин Юнг-Хо.