Чёрный трилистник

      — Братья забеспокоились и решили не ждать, — предупредила девочка, когда Вассаго остановился от внезапного звука. Он постарался не выдать напряжения, придав лицу безмятежность. Однако внезапная мысль о безалаберном присмотре за ребёнком придала ему больше уверенности. Не то, чтобы он решил, что братья могут оказаться не опасны. Просто это разозлило. Не достаточно сильно, чтобы это стало заметно, но достаточно, чтобы перестать паниковать без веского на то повода. — Фей и Фиор, — добавила она и пошла навстречу всадникам как ни в чём ни бывало. — Сета опять не добудились, похоже.       Несмотря на подкатывающее к горлу раздражение, Вассаго усиленно попытался прислушаться к каждому звуку. Всё же совершенно неизведанная обстановка не располагала к тому, чтобы беспечно относиться к новым знакомствам. Можно, конечно, воспользоваться теми крупицами знаний, что успела выдать девочка, но Вассаго подозревал, что братья сразу раскусят его.       — Ты не волнуйся, они не воинственные, — решила успокоить его спутница, похоже, заметив его заминку. — Но, если вдруг что… скажи, что убежища просишь. Братья законы гостеприимства тоже чтят.       — Если вдруг что… — хмыкнул Вассаго, тут же представив эту нелепую картину и решив, что и в стрессовой ситуации успеет открыть портал и уйти. Главное это сделать до того, как в него воткнут что-то острое.       — Если что, — серьёзно повторила девочка, кивнув.       Несмотря на то, что звуки приближающихся всадников уже долетели до их слуха, а сама девочка явно различила их фигуры, те так и не достигли их. Вассаго внутренне выругался. Похоже, его ощущение в пространстве снова дало сбой. Ему-то показалось, что братья почти приблизились к ним. От томительного ожидания, Вассаго опустил голову, чувствуя, как кожу щекочет холодный ветер, и не спешил продолжать беседу. Мысли слишком заняло беспокойство, просчитывание возможных ходов и вопрос, а сможет ли он в действительности открыть портал, если придётся участвовать в сражении.       — Так из какого ты народа? — наконец, спросила девочка.       — Вряд ли ты о нём слышала. — Очнувшись, от раздумий, Вассаго решил не ждать, когда незнакомцы доберутся до него первыми и медленно направился вперёд. Все силы ушли на то, чтобы ощущать пространство и мелочи, что находились вокруг. Он тут же различил, что девочка находится ближе, чем ему казалось. Вспышка магии передала восприятию и металлические и деревянные украшения, что подёргивались в очень длинных волосах, и одежду, спускающуюся до земли. Так много, целыми слоями. Забавно. А сам он холода совсем не ощущал. Вспомнив, что необходимо поддерживать разговор, Вассаго вновь решил уйти от ответа и увлечь ребёнка тем, что у той лучше всего получалось — рассказом о себе. — А ты из какого?       — Ты тоже вряд ли о нас слышал, — задорно ответила девочка поспешно засеменив следом. Стук копыт стал ближе. Её братья неуклонно приближались. — Даже те народы, что о нас знают, называют по-разному. Долго перечислять. Но коротко… дома нас называют «кланы». Или «старшие». А люди «Богами» чаще всего.       — Богами? — Вассаго на миг остановился и скептично приподнял бровь.       — Или так, или с другими народами путают. Местные зовут «лха» или «наги», в зависимости от того, благо мы несём или вред. А нашу Верховную они называют Сатриг Правда, люди глуповаты: покажись я им в истинном облике, они решат, что и я — богиня Сатриг.       — А что вы вообще делаете среди людей? — уже более искренне поинтересовался Вассаго. — Не понимаю, в чём смысл…       — Учимся гибкости и взаимопониманию, познавая чужую культуру и ремёсла, — вздохнула девочка, явно его интерес не разделяя. — Старшие ещё говорят об уважении, но… — немного задумавшись, она фыркнула. — Пусть будет уважение.       — Похоже, что уважения к ним ты не питаешь.       — За три года так и не нашла, за что уважать весь народ в целом. Отдельных людей только. Да они и сами себя не уважают. Набеги, разбои, кражи… — со стороны всадников послышался окрик, какое-то непонятное слуху Вассаго слово, которое явно противоречило ранее сказанным словам девочки о даре восприятия, который помогает им понимать друг друга. Она тут же остановилась и недовольно вздохнула. — Даже внутри племени… Шамана — шени — уважают только, да старейшин. Главный охотник, вон, в почёте считается, но не у себя в семье. Дома его жена такими словами называет, что противно. И дети его собственные потому не слушаются. А всё из-за того, что жену ему другие выбрали. Мнения их даже не спросили: ни его, ни её. Подумай только, какое варварство: людей в брачный союз против воли объединять! И даже не родители сватают, как у многих, а шени по каким-то звёздам, и тому, как косточки лягут. Какая нелепость! — возмущение в голосе всё росло. — Мы потому в следующем году, по весне, уйдём из племени. Здесь рано выдавать замуж принято — через год я по их меркам уже буду взрослой считаться.       — А у твоего народа иные представления о браке? — Вассаго остановился рядом. Девочку он слушал через слово, но общую суть сказанного уловил. Больше его внимание привлекали братья, что скакали уже совсем близко.       — У нас исключительно каждый сам себе пару выбирает, только так и правильно. Навязывать и принуждать — это дикость. Меня, конечно же, никто бы и не выдал за человека, но и просто считаться чьей-то невестой было бы неприятно. У нас к такому очень серьёзно относятся, не шутят.       Вассаго удивлённо приподнял брови, не до конца понимая сути разговора. Девочка уже набрала воздуха, чтобы сказать что-то ещё, но в этот момент около неё с ржанием и шорохом гравия затормозила первая лошадь.       — Рейа! — раздался мягкий мужской голос с отчётливым укором. — Опять одна ушла.       — Вы долго спите, — без намёка на раскаяние заявила девочка. — Ладно Сет. Но вы же с Фиором должны вместе со мной пробуждаться…       В этой фразе Вассаго расслышал отчётливое осуждение и непонимание, но дальнейшие сетования девочки заглушила вторая лошадь, что с шумом и фырканьем остановилась рядом ним. Так внезапно, что по телу прошлась волна мурашек, и только мысль о том, сколько печали он чувствовал, исходящей от девочки, не дала ему испуганно отскочить, а наоборот позволила достойно остаться на месте.       — Кто таков, чужак? — спросил другой брат с низким голосом. Интонации в нём напрочь были прошиты сталью и непривычным отсутствием чего-то живого.       Вассаго недоверчиво повернул голову к животному, чьё дыхание ощутил на плече и всё же сделал шаг назад. Мысленно он представил расположение обоих братьев, и повернулся к тому, кто встретил его менее дружелюбно.       — Чужак. Сам назвал, так и есть, — ровно ответил он, по-прежнему негодуя от того, как долго скакали братья к потенциально опасному существу рядом с сестрой. Не настолько же нелюбимая она. — Моё имя — Вассаго, — решил он всё же представиться, чтобы не выглядеть враждебно.       — Фиорет, — с тихим перестуком бусин в волосах представился всадник. Вассаго припомнил имя, что назвала девочка. Фиор, вероятно сокращённый вариант. Запоминать более изощрённый он не стал. — Что здесь делаешь, Вассаго? С какими намерениями пришёл?       — Хороший вопрос, — протянул Вассаго, задумавшись над ответом. Только сейчас он понял, что надо было хоть немного продумать, что говорить, но вместо этого он слишком увлёкся болтовнёй с девочкой. — Я… путешественник. Изучаю новое. Заблудился и встретил… — Он повернул голову к девочке и припомнил, как именно обратился к ней брат. Рейа, кажется. Что ж, сама она не представилась… — Вашу сестру, которая любезно обеспокоилась моим состоянием.       — Он — мой гость, — встряла в разговор Рейа, не дав ему до конца завершить свою историю, которая даже ложью не была. Просто не особо конкретизированной правдой.       — Гость?.. — недоверчиво переспросили братья.       — Гость нашего дома, — ещё более уверенно уточнила Рейа. — Я пригласила.       Лошадь, на которой восседал Фиор, переступила и всхрапнула. Братья напрёженно молчали, и Вассаго не покидало ощущение, что они очень пристально смотрят на него, оценивая, опасен ли он. Что ж, он раздумывал над обратным не меньше. Голос того, что стоял ближе, ему не понравился. Что-то в нём напрягало, но что именно, Вассаго понять не мог.       — Хорошо, если так… — сказал Фей недовольно и даже не пытаясь это скрыть.       — Наш шатёр и еда в твоём распоряжении, — равнодушно перебил брата Фиор. — Мы чтим законы гостеприимства.       Вассаго с любопытством подметил, что братья, что явно были в разы старше, не стали спорить с сестрой и лишь смирились утренним подарком в виде незнакомца, что посетит их шатёр. Что-то в этом его развеселило, но сразу же он забыл о своих мыслях, когда ржание лошади послышалось рядом с его ухом. Фей подъехал ближе к Рейе, и та сделала шаг назад в сторону Вассаго.       — Давай, садись, — всё ещё плохо скрывая недовольство попросил Фей вместе с перестуком бусин в высоком хвосте.       — Не полезу, — заупрямилась Рейа, мотнув головой. — Сама дойду.       — Опять? — вздохнул Фей. — Не выйдут они из-под контроля, я их хорошо зачаровал.       — Я им не доверяю. Видел же сам, как в прошлом году Йонга конь сбросил. Прямо на камни. А они ведь с тем жеребцом вместе выросли.       — Как знаешь, — обречённо выдохнул Фей и зазвенел сбруей. Со стуком сапог о о землю следом за ним спешился и Фиор.       — Это неправильно вот так с живым существом, — добавила Рейа тише, как будто стыдясь собственных мыслей.       — Возможно. Но если бы они выдали нас своим страхом, было бы хуже, — вновь равнодушно сказал Фиор. — Нам, а не им.       — Яки лучше. Они нас не боятся и катают без всякого гипноза, — пробубнила Рейа насуплено.       Она первой неспешным шагом двинулась к поселению, а братья послушно последовали за ней, веди лошади под уздцы. Вассаго решил, что разделяет страх девочки перед опасными животным и обошёл их, встав со стороны братьев. Не факт, правда, что они более безопасны. Этот прохладный и лишённый любого намёка на эмоции тон Фиора подсознательно напрягал. Под ногами куда громче зашуршала трава, и Вассаго сбился с непрерывного ощупывания местности. Вновь вернув концентрацию, он попытался незримо осмотреться.       — Маг? — внезапно обратился к нему Фиор, и Вассаго несдержанно вздохнул. Второй раз этот странный компрометирующий вопрос.       — С чего ты сделал подобный вывод?       — Очевидно. Чувствуется, — коротко ответил Фиор. — По колебаниям энергетического поля вокруг тебя, — решил он конкретизировать через пару секунд.       — Тогда… Может и маг, — ответил Вассаго, несмотря на чужое любопытство не прекращая ощупывать территорию. Знать, что вокруг, куда важнее, чем скрывать собственные способности. К тому же, когда девочке о них уже известно. Поселение людей теперь ощущалось отчётливо, голоса стали ближе, и в них различались разнообразные интонации. Судя по некоторым из них, где-то недалеко тот самый шени уже давно проснулся.       Стук бусин дал понять, что Фиор повернул к нему голову, а настойчивое сопение, что он то ли прислушивается, то ли принюхивается.       — И колебания эти движутся подобно щупальцам, — ровно констатировал он факт. — Позволяют тебе видеть?       — Ориентироваться, — поправил Вассаго.       — То же по сути. И едва ли в этом твой дар, способ выживания скорее. Тогда каков он?       Вассаго недовольно свёл брови.       — У вас принято при знакомстве спрашивать такие личные вопросы?..       — Могу сказать о своём, — предложил Фиор, пока Рейа и Фей продолжали спорили о недостатках и преимуществах ездовых животных. — Раз ты гость дома, не вижу смысла играть в тёмную. Стазис — остановка всех или отдельных процессов в организме. В основном. И манипуляции со временем в общем. Но не в глобальном плане, а для конкретных объектов. Так каков твой? — снова настойчивый вопрос, при этом без единой капли интереса или любопытства.       — А я не обещал отвечать взамен, — не менее холодно, чем Фиор, ответил Вассаго. Разговор ему всё больше не нравился.       — Не обещал, — согласился Фиор. — Как и мы не обещали не применять свои способности к тебе. Ты — либо гость, и мы друг к другу любезны, либо — чужак, и мы не церемонимся.       После этих слов наступила оглушительная тишина. Оживлённый разговор брата и сестры резко оборвался.       — Он — гость, — громко, с повелительным нотками в юном голосе, заявила Рейа.       Послышались лёгкие шаги Фейя, стук копыт его коня приблизился.       — Как насчёт поехать вперёд и разбудить Сета, брат? — до странного ласково, как не общался даже с юной сестрой, предложил Фей, пока перестук его украшений слышался совсем рядом с Фиором. — Порядок навести не помешало бы перед визитом гостя. И мы даже не завтракали — на чай неплохо бы воду поставить.       — Отсылаешь?.. — холодно поинтересовался Фиор, но Фей в ответ лишь застучал бусинами, качая головой.       Рейа нервно переступила, но на этот раз так и осталась на месте. От братьев доносились лишь едва различимые отголоски энергии, сильное беспокойство и горечь Фея. Спустя пару минут Фиор молча сел в седло и ускакал в сторону шатров. Фей тяжело вздохнул.       — Может, ты зря его одного? — взволнованно повернулась к нему Рейа.       — Нет, все по шатрам ещё сидят. Ничего не случится, — ещё один тяжёлый вздох. — Я…       — Даже не начинай, — оборвала его тут же Рейа. — Он и мой брат тоже, — заявила она на удивление взросло.       После недолгого всё ещё гнетущего молчания она развернулась и решительно пошла вперёд. Фей со своим смирным конём тут же последовал за ней. Не поняв сути их диалога, Вассаго решил не вмешиваться в дела чужой семьи и двинулся следом. Интуиция подсказывала, что это не самая лучшая идея, и лучше мирно попрощаться с девочкой и свернуть в портал, обратно на своё болото, но Вассаго неумолимо следовал за девочкой, в надежде, что помимо не слишком приятного существа, этот мир раскроется перед ним и с более интересной стороны. Это только маленькое препятствие на пути к открытиям. Как головокружение при переходе через портал. Оно проходит, а преодолев его, можно открыть для себя много нового.       Рейа вскоре плавно переместилась к нему, пропустив задумавшегося брата вперёд.       — Он ведь не обидел?..       — Нет.       — Но он был… грубоват? — уточнила Рейа с ощутимой неловкостью.       — В любом случае, это ведь ему пришлось уехать, — заметил Вассаго. — Не понимаю я тонкостей вашего общения.       — А это… — в девичьем голосе прозвучало облегчение, а тон, как по щелчку пальцев, сменился на лёгкий. — Между нами духовная связь. Если коснуться друг друга и сосредоточиться, можно поговорить мысленно. Всё в порядке. Гостеприимства от Фиора теперь, конечно, можно не ждать… — Рейа тяжело вздохнула. — Но и неприятностей тоже.       — Не слишком любезно угрожать тому, кто всего лишь не хочет говорить о себе…       — Он не со зла, — смущённо пробормотала Рейа. — У нас не самая сильная семья. Магов мало. В семье сейчас только двое. Было ещё два мага, но Кир с сестрой ушёл, когда она свою семью основала. Ещё до моего рождения. А другой — мамин брат — к Предкам отправился около столетия назад. У нас в клане за властью толком не гонятся. Мне это тоже не очень-то надо. Так что, есть маги — уже хорошо. Фиор почти не общается с себе подобными, вот и потянулся…       — Разве маги — аналог власти? — удивился Вассаго. Не только сказанному, но и тому, как легко девочка способна переключаться с одной темы на другую и рассказывать всё в таких подробностях. Стало неловко за то, что ему не хочется раскрывать ни единой детали о себе. Как будто нечестно. Хотя по природе положено…       — Вроде того. Можно и хитростью, но без магов сложно. Вроде бы. Я не очень вдавалась в подробности. Неинтересно.       Вассаго внимательно вслушался в эмоции, что ярким шлейфом витали вокруг девочки. Возникло неприятное чувство, будто он в чём-то виноват.       — Ты, похоже, огорчена. Чем поднять тебе настроение?       — Рассказать чуточку о себе? — ещё больше оживилась Рейа. — Тебя Вассаго же зовут? Я слышала. Сама даже не догадалась спросить — увлеклась. Про себя Огоньком называла… Ой…       — Из-за волос?       — Угу, — прозвучало приглушённо. — Красивые…       — Твоё имя — Рейа — тоже красивое.       — Фейорейа. Длинно, знаю. Значит «твёрдый шаг на зыбкую землю», — тихо призналась Рейа, от которой всё сильнее веяло смущением.       Невысокий пологий склон закончился ровной площадкой. Рядом от ветра захлопали шкуры и отрезы ткани высоких шатров, и Рейа, свернув, шустро пошла к самому крайнему из них, стоящему на отшибе. Почувствовав людей вокруг, Вассаго и сам оживился. Повёл носом по воздуху, чувствуя знакомые запахи, прислушался к чужим разговорам.       — Как так получается, что вы с братьями — не люди, но спокойно живёте среди них. Так сильно похожи на них, что не отличают?       — Маскировка, — зашуршал рукав, когда Рейа подняла руку. — Перстень. Он накладывает иллюзию, обман чувств. Выгляжу с ним точь-в-точь как местная, но без него сразу заметно, что не человек. Ты сам на человека куда больше похож. Так сразу не отличишь, если не приглядываться повнимательней.       Вассаго вновь повёл носом, почувствовав запах иллюзии. Странно, а с самого начала он его и не заметил.       — Значит все представители вашего народа имеют второй облик. Занятно, — больше для себя вслух рассудил Вассаго. — А люди по незнанию вас не различают друг от друга — раз ты говорила, что тебя от Верховной не отличат — и верят в то, что вы высшие силы. Видимо, люди везде не очень умны.       — Ты знаешь про второй облик? — Рейа остановилась от удивления. — Везде одинаковы… — повторила она, задумчиво и тут же с озарением: — У тебя тоже второй облик есть?       — Не важно, — пробормотал Вассаго, мысленно обругав себя за то, что думает вслух. У ближайшего к ним шатра тоскливо замычал як, и Вассаго решил не очень умело сменить тему. — Почему яки нравятся тебе больше, чем лошади?       Он снова направился вперёд, чувствуя, что Фей нетерпеливо доживается их и стараясь посылать импульсы каждому шатру и существу, что находилось рядом. В том, где остановился Фей, чувствовались лишь двое, в то время как ближайшие полнились жизнью и разговорами.       — Лошади нервные и непредсказуемые, — ответила Рейа, понимающе не продолжив разговор. — Пугливые. Мне они и до того, как Йонг упал, не нравились. С виду красивые, статные, а на деле… Яки надёжней. Они спокойные. И зачаровывать их не приходится — не суетятся по пустякам. Да и не так просто их обидеть, если что, они рогами…       Слух уловил неприличную брань в одном из шатров, и Вассаго повернулся к нему.       — Это главного охотника шатёр, — пояснила Рейа. — Неприятный, как и вся его семья. Ругаются всё время. Горные гуси и те спокойней.       — Не нравится он тебе? — усмехнулся Вассаго. Неосознанно он шагнул так, что встал между Рейей и шатром, запах из которого стал в разы острее.       — Главный охотник? Совсем не нравится. Взгляд нехороший. Дочка его, Джолма, совсем зашуганная, а сын дразниться пытался… — Рейа мрачно замолчала, но потом снова заговорила, как будто старалась не думать о плохом и развеселить саму себя. — Но тут бывает интересно. Традиции хоть и нелепые, но изучать любопытно. Мы путешествуем с места на место, с другими племенами сталкиваемся. У каждого свои обычаи, мода, прямо как у нас. Следующей весной для меня обряд взросления будут устраивать — нарядят, на украшенном священном белом яке будут катать, — в девичьем голосе проскользнули мечтательные ноты. — Праздник в честь меня устроят. И волосы переплетут — в тонкие-тонкие такие косички. Смущает, что прилюдно, но всё равно интересно. Так что, пожить среди людей любопытно. В мужья только никого из них брать не хочу. Живут мало, женщин не уважают, да и неприятные… Пахнут противно. Вот за тебя бы пошла. Ты красивый и пахнешь хорошо. Хотя мне всё равно рано очень… Потом об этом подумаю.       Вассаго удивлённо поднял бровь и покачал головой. Рейа поспешно продолжила путь и, наконец, остановилась рядом с братом, около того самого шатра, что одиноко стоял в стороне. Приподняла полотно, что закрывало вход, и резво поднырнула под него. Продолжая терзаться любопытством и снова чувствуя, как поднимается тревога, Вассаго последовал за ней.