Связанные лярвами

      Тридцать минут. Ровно столько они сидели в машине, таращась на поместье, которое виднелось за железными воротами. Изящный большой дом из белого камня напоминал замок в современном стиле. Каменная тропа тянулась от самых ворот и разветвлялась возле входа, уходя вглубь сада. Посредине стоял маленький фонтан с парой скамеек. На них редко кто-то сидел, в основном они стояли для красоты. С правой стороны от дома находилась резная беседка цвета слоновой кости. Она казалась больше, чем кабинет Малфоя и Нотта. Газон был ухожен и засажен пышными пионами, благоухание которых ощущалось уже на въезде в сектор.       — Ахуеть, — Нотт прервал тишину, которая могла бы длиться вечно. — Мне кажется, что Мэнор меньше.       — Никогда бы не подумал, что соглашусь с тобой в этом, — Малфой с интересом осматривал здание и вспоминал свой родной Мэнор, который находился в паре километров от этого дома. — Раньше на этом месте была земля, которую не могли очень долго продать. Даже мой отец говорил, что это достаточно высокая цена. Размеры нереальные, поэтому она пустовала всё моё детство точно. Наверное, когда я покинул дом, она всё ещё не имела хозяина.       Малфой смотрел на ворота, возле которых висело две камеры и что-то похожее на дистанционный замок. Дом и правда был набит новыми технологиями и одному Мерлину известно, сколько это стоило.       — Тебе что-нибудь известно об этой семье? — Драко достал сигарету из пачки, лежавшей на передней панели, и закурил, осматривая ещё раз бумаги дела.       — Про него мало информации: никогда не работал, являлся одним из директоров магазина своих братьев и имел маленькую драконью ферму в Оттери-Сент-Кэчпоул, где живут его родители. Гермиона – первая и последняя жена. Она – писатель, работает под псевдонимом Джинн Джей. Является одним из членов попечительского совета Хогвартса и часто делает туда крупные отчисления. Полагаю, что основной доход всё-таки от книг. Оба студенты Хогвартса, факультет Гриффиндор, одноклассники. Детей нет, поэтому скорее всего живут вдвоём.       — Никогда не слышал о таком авторе, — задумался Малфой, выдыхая едкий дым в приоткрытое окно. — Насколько она популярна?       — Я слышал краем уха, что у неё вышла трилогия, которая разлетелась по миру миллионным тиражом. Это её дебют. Сейчас работает над новой книгой.       — Краем уха ты слышишь очень подробную информацию.       — Ладно, я читал эту трилогию.       — И как? — Малфой усмехнулся. — Хороший автор?       — Слушай, мне понравилось. Я бы и тебе посоветовал, но ты даже почту никогда не читаешь, а тут целых три книги.       — Я рассмотрю твоё предложение, — он выкинул сигарету, оставив бумаги на заднем сиденье. — Идём. Не будем тянуть время.       Железная дверь отворилась автоматически после звонка. Как оказалось, за воротами находилась маленькая пристройка для охраны, которая наблюдала за камерами и пропускала гостей.       — Добрый вечер, — мужчина средних лет поднял на них свой взгляд через окно охранного помещения, не переставая помешивать свой кофе. — Полагаю вы из Министерства?       — Вы совершенно правы. – Тео кивнул следом за словами Драко.       — Нас предупредили. Прошу, проходите.       Мужчина указал на большие двери дома, которые были центральным входом.       — Мисс Уизли ожидает вас, — он отпил немного из кружки, обратив внимание на часы. — Вы как раз вовремя. От неё только что ушла сестра её покойного мужа.       — Вы что-нибудь можете рассказать нам про Рональда? — спросил Драко. — В день его смерти не замечали ли Вы ничего странного?       — Если честно, последние два года мистер Уизли был немного замкнутым, — он сложил руки в замок и задумался, положив на них голову. — Я работаю у них с момента их переезда сюда и за четыре года видел разное, но его настроение и правда поменялось, как и отношение к жизни.       — Что Вы имеете в виду?       — В один день его как будто подменили. Он не был агрессивным или нервным, как можно подумать. Я бы сказал, что из него пропал огонь к жизни и в целом это можно понять. Детей у них не было, он не работал по каким-то личным причинам и со временем превратился в украшение своей жены. Можно сойти с ума, придумывая себе занятия каждый день на протяжении шести лет брака, не имея работы и постоянных друзей.       — Хотите сказать, что его жена может быть косвенна причастна к смерти?       — Нет, что вы! — мужчина замахал руками. — Мисс Уизли делала для него всё и дальше больше. Эта бедная хрупкая женщина каждый день пропадет по пятнадцать часов в издательстве, работая над текущей книгой и контролирует производство старых. Она помогала ему с открытием фермы драконов и выкупала часть магазина его братьев, чтобы Рональд имел пассивный доход.       — Тогда я не совсем Вас понимаю, — заключил Драко. — Всё это похоже на то, что жена держала его дома по каким-то личным причинам.       — Нет-нет, всё не так. Понимаете, она постоянно совершенствуется, становится более узнаваемой, а он на её фоне просто меркнет. Я не знаю истинных причин его безработицы, но, думаю, что именно постоянное нахождение в доме, в некотором роде, свело его с ума. Если честно, у меня всегда было много вопросов к существованию этого союза, но это не моё дело. — он пожал плечами. — Я лишь выполняю свою работу и мне за это неплохо платят.       — Вы часто с ним общаетесь?       — В мою смену мы каждое утро обсуждали новости пророка, но это не назовёшь общением.       — Спасибо за информацию. — Малфой перевел взгляд на Нотта. — Идём.       Двери дома распахнула женщина с приятными чертами лица. Юбка чуть выше колен изящно сидела на узенькой талии, а классические черные туфли на среднем каблуке подчёркивали ровные и стройные ноги. Белая блуза с ярко выраженной зоной декольте привлекла внимание Тео, и он даже поначалу не заметил, насколько открыто пялится.       Она очаровательно улыбнулась, жестом приглашая их зайти.       — Добрый вечер, — девушка закрывает за ними дверь, поправляя непослушные каштаново-рыжие волосы. — Как добрались?       — Дорога была лёгкой, спасибо. Меня зовут Тео, а это – Драко. — Нотт снимает свою мантию, ища глазами вешалку. — Вы мисс Уизли?       — Нет, — говорит она, вновь расплываясь в улыбке. — Я её помощница. Моё имя Джоанна, но можно просто Джо.       — Приятно познакомиться, Джо. — Тео не давал и слова сказать Малфою, взяв диалог в свои руки. — Как мы можем найти мисс Уизли?       — О, я провожу вас. Она в самом дальнем крыле дома, в гостином зале.       Не проронив больше ни слова, девушка повела их за собой в сторону правого крыла. Драко внимательно осматривал интерьер, пока Тео не терял надежд, флиртуя с помощницей.       «Интересно, и на что он надеется» – подумал про себя Драко, переводя взгляд с закрытых дверей комнат на стены, отделанные серым мрамором.       Всё это могло бы казаться вычурным, но дизайнер, работавший над интерьером дома, смог выдержать нужный баланс. Дом был оборудован минималистично: без золотых вставок и нескончаемого количества бесполезных картин, которые Драко уже не мог терпеть из-за коридоров Министерства, в котором их было больше, чем самих работников.       Мрамор не бросался в глаза, а наоборот, будто приходился к месту, чередуясь с белыми матовыми стенами.       Гостиный зал был необыкновенно большим и очень «аккуратным»: не было перегрузки мебелью и предметами. Возле панорамного окна в самом углу стоял маленький диванчик, обитый велюром. На нём сидела молодая хрупкая девушка и что-то внимательно читала, параллельно делая пометки в ежедневнике. Каштановые волосы выбивались из небрежного пучка, спадая на лицо. На ней абсолютно не было косметики, а одета она по-домашнему: изумрудная футболка размера оверсайз и широкие пижамные штаны. Вид у неё был уставший, словно не спала несколько суток, а глаза немного припухшими от слёз.       «Обычное состояние вдовы» – слова бегущей строкой пробежали в голове Драко, когда она подняла на них свой измотанный взгляд.       — Гермиона, это к тебе. — произнесла Джо тихим голосом.       — Да, спасибо, Джо, — она отложила книгу и ежедневник в сторону, вставая с дивана. — Можешь принести гостям чай или кофе?       — Мне чай, пожалуйста, а этому недовольному – кофе, — Теодор, не замечая сердитого взгляда друга, продолжал кокетничать с милой помощницей.       — Хорошо, сейчас всё будет. — девушка кивает, улыбаясь Тео и быстрым шагом удаляется из зала.       Гермиона подошла к мягким креслам возле камина, жестом приглашая их присесть. Она берет с журнального столика графин и наливает немного воды в стакан. Сжимая его в руках, девушка падает в кресло, ожидая собеседников.       Тео не знал, как корректно начать разговор, поэтому мысленно скинул эту ответственность на Малфоя, а сам одарил Гермиону взглядом, полным сочувствия.       — Стоит представиться, — он прочистил горло. — Я – Драко Малфой, а это – Теодор Нотт. Мы будем заниматься делом гибели Вашего мужа, поэтому, пожалуйста, постарайтесь ничего от нас не скрывать. Даже самая мелкая деталь может нам сильно помочь.       Гермиона закрывает глаза и сдержанно качает головой.       — Понимаю, что сейчас Вам очень сложно. Утрата любимого человека – всегда мучительно больно. К сожалению, я не психолог и могу иногда задавать некорректные вопросы для Вашего состояния. Прошу, отнеситесь к этому с пониманием, ведь у меня нет цели навредить или задеть Вас.       Заученные за восемь лет слова звучали с каждым разом всё увереннее и внушительнее. Он говорил это каждый раз, чтобы потом сказать: «Я же Вас предупреждал», когда родственники будут злиться на него за то, что он докопался до истины, которую не каждый готов воспринимать.       — Правда может покалечить Вас, а может исцелить, — он вздохнул, похлопав себя по ноге. — Скажите, пожалуйста, замечали ли вы какие-то изменения в Вашем муже?       Малфой перевёл взгляд на Нотта, чтобы тот достал блокнот и прытко пишущее перо для записи.       — Я не замечала в нём ничего странного, — Гермиона немного отпила из стакана, смочив горло и поставила его на стол. — Понимаете, я очень часто пропадаю на работе, и Рон был всегда предоставлен самому себе. На выходных, когда мы большую часть времени проводили вместе, он вёл себя также, как и обычно.       В зал почти на цыпочках вошла Джо с двумя кружками. Поставив на стол, она незаметно покинула их.       — Какие увлечения были у Вашего мужа?       — В основном писал картины, иногда играл в гольф на заднем дворе, либо занимался в тренажёрном зале.       — А примерный распорядок дня?       — По утрам он читал «Ежедневный пророк» и пил кофе. Потом провожал меня на работу и шёл обсуждать новости с нашими охранниками: Виктор или Гораций, зависело от того, кто работал. Проверял, всё ли в порядке с цветами на лужайке. Он мог посидеть в библиотеке несколько часов, после чего шёл в бассейн или писать картину. Чаще всего, когда я приходила домой, он сидел на веранде первого этажа, либо гулял с Сириусом – нашей собакой.       — Он вообще покидал дом?       — Да, – Гермиона задумалась. — Достаточно часто. У него есть ферма драконов в Оттери-Сент-Кэчпоу, куда он периодически ездил. Иногда даже мог остаться у родителей и помогал жене Гарри – Джинни с детьми. Ферма как раз рядом с их домом.       — Я правильно понимаю, после брака он также часто общался с семьёй? — в диалог вступил Теодор, который услышал для себя что-то интересное.       — Конечно. Он часто ездил к ним, как и они к нам.       — В протоколе осмотра места преступления было указано, что на втором этаже вашего дома не было найдено следов Вас и Вашего мужа. — Драко заметил, как Гермиона еле-заметно кивнула. — Почему?       — Второй и третий этаж сейчас находятся на стадии ремонта. Там нет мебели и полностью пустые комнаты, поэтому мы туда не ходим. Можете сами убедиться, если в этом есть необходимость.       — Третий этаж? — Нотт удивился. В протоколе ничего не было указано про третий этаж, хотя при визуальном осмотре здания он действительно есть. — В тот день его осматривали?       — Не могу сказать точно. Я была не в себе и мало что вообще помню из того дня. — она немного напряглась, массируя виски. — Гарри забирал мои воспоминания, потому что желания с кем-либо общаться у меня не было. Попробуйте уточнить у группы, которая работала в тот день.       Малфой и Нотт переглянулись.       Вот оно.       — Можем ли мы его осмотреть? — поинтересовался Драко.       — Да, конечно.       Минуя длинные коридоры, Гермиона привела их к главной лестнице, ведущей на второй этаж.       — Не хотите осмотреть и этот этаж тоже? – поинтересовалась она.       — Немного позже. – любезно ответил Драко.       Тогда Гермиона завернула налево и повела их в простор второго этажа.       — Тут немного другая лестница. Она не посередине, как с первого на второй. В левом и правом углу есть два входа с узкими лестницами, которые идут на третий этаж. Правая лестница сейчас ещё не готова, поэтому подняться можно только с левой стороны.       — Часто посещаете третий этаж?       — В целом нет, за последний год я была там около двух раз, и то только чтобы проводить рабочих. Этаж планируется для моих помощников и работников из типографии, потому что иногда мне приходиться работать дома и крайне тяжело, когда нужные сотрудники далеко.       Девушка дёрнула ручку стеклянной двери, пропуская мужчин на этаж. Визуально помещение напоминало зал, в котором проводились масштабные совещания Министерства. Вдоль стен было четыре двери, с маленькими помещениями, похожими на кладовые. Всё как она говорила: отделаны пол, потолок и стены, но не было мебели и пары дверей.       Облокотившись на одну из стен, Гермиона скрестила руки на груди, скользя взглядом с одного аврора на другого. Драко и Тео разошлись по разным углам зала, осматривая кладовые помещения. Комнаты без дверей оказались чистыми и пустыми, в них не было даже и следа пыли. В закрытых комнатах лежал лишь строительный материал, который не вызывал никаких подозрений.       — Мисс Уизли… — начал Малфой.       — Гермиона, — поправила его девушка. — Зовите меня Гермиона.       — Хорошо. Гермиона, скажите, есть ли у Вас в доме подвал?       — Да, есть, но вход в него с улицы.       С каждым шагом в сторону выхода, они оба понимали, что даже если Стюарт и был прав в версии гибели Рональда, то это не отменяло того, что он безответственно подошёл к осмотру дома. Шесть часов занимает обычная квартира, а тут дом в несколько сотен квадратов был «проверен» за такое же время. Нотт злился на Теккера и уже подумывал о том, чтобы написать Поттеру и потребовать ещё несколько авроров для осмотра третьего этажа и подвала, но Драко ударил его по руке, когда увидел, что тот тянется за телефоном.       — Рон редко бывал в подвале, — Гермиона достала из кармана ключи, которые сняла с ключницы в коридоре. — Раз в год мы нанимаем мастера, чтобы он проверил тру…       Девушка дёрнула ручку и застыла на месте. В подвале был жуткий бардак, словно там прошло могущественное торнадо. Стеллажи с инструментами и строительными материалами были повалены, а с потолка до пола тянулся след от чёрной краски, банка которой лопнула от удара.       В середине комнаты, на полу, были следы, отдалённо напоминающие пентаграмму, либо символ какого-то демона, а в самом центре лежал дневник в кожаной обивке. Потертый, местами ещё мокрый.       Гермиона всхлипнула, прикрыв руками рот и машинально уткнулась в плечо рядом стоящего Малфоя. Он дёрнулся, но отталкивать не стал, лишь жестом показал Нотту, чтобы тот немедленно вызывал Поттера.       — Гарри ещё раз привет, — голос Нотта был напряжён. — При осмотре дома мы поняли, что Стюартом не был описан третий этаж и подвал…Так вот, на третьем этаже пусто, но в подвале…       — Что в подвале? — Гарри моментально подскочил с места, хватая ключи от машины.       — Тебе лучше посмотреть на это самому. — заключил Тео. — Приезжай, но сначала отвесь Теккеру по первое число за то, что в таком большом доме он не додумался спросить о существовании, как минимум, подвала.       — Уже еду.       Он никогда не сомневался в профессионализме Стюарта, но сейчас был крайне разочарован его работой и тем фактом, что протокол придётся переделывать и подписывать задним числом. Он ненавидел это делать, но будет лучше, если министру предоставить для отчёта корректные документы, а не те, что сделаны на «отъебись».       Все карты работали в сторону Гарри, ведь планерка среди руководителей отделений была перенесена на завтра и есть ещё время подготовить всё правильно. Несомненно, утром он спросит у всей группы, кто выезжал на дом, почему никто не стал спрашивать у Гермионы или у Гарри информацию о наличии подвальных помещений в доме.       Драко достал из внутреннего кармана мантии перчатки и, использовав специальное заклинание, проверил ультрафиолетовым светом все стены и дверь. Нашёл только следы человеческой руки и аккуратно пометил их, чтобы потом снять отпечатки. Сделав снимки подвала и отдельно улик, он передал блокнот Нотту для сверки почерка.       — Гермиона, это почерк Вашего мужа? — Тео указал ей на сохранившиеся страницы, и она моментально кивнула.       — Да. – было заметно, как её губы несколько раз размыкались в попытке что-то сказать, но слов не находилось.       — Узнаете дневник?       Отрицательное покачивание головой.       — Скорее всего и мужа Вы своего толком не знали. — вмешался Малфой, залезая под стеллаж к следам краски, — Он тщательно всё скрывал и использовал только те места, куда Вы вряд ли доходили.       — Что это всё значит? — наконец-то осмелилась спросить Гермиона. — Я ничего не понимаю.       — Так, — глядя ей в глаза, Драко понял, что она не знает абсолютно ничего. — Вы знакомы с версией, которую мы проверяем?       — Нет. Гарри обещал мне всё объяснить ещё вчера, но так и не сделал этого.       — Просто замечательно, — Тео цокнул языком. — Малфой, просвети. У тебя это выходит куда лучше.       — По всем бумагам врачей Святого Мунго, Ваш муж был убит не человеком. Эксперты нашли на шее следы серы, а также перелом гортани и шейного отдела. Патологий, которые могли бы спровоцировать несчастный случай с последующим падением и переломом не было. Он умер от механической асфиксии. Кто-то сдавил его горло до такой степени, что гортань раздробилась, а лёгкие были сдуты, словно проколотый воздушный шар, — Драко продолжал смотреть в глаза девушки, наблюдая, как они расширялись с каждым новым предложением, — Предварительная версия убийства – демонический ритуал, но мы не знаем какой и для чего, так как при первом осмотре дома было найдено мало улик.       Малфой указал на зип-пакет с ежедневником в руках Тео.       — Но, возможно, это нам поможет разобраться.       Гермиона медленно сползла вдоль стены, сев на ступень. Было понятно, что с таким потоком информации она не была готова встретиться. За шесть лет отношений и дружбу, длиною в жизнь, она словно и не знала своего мужа. Голова была забита множеством вопросов, но на них не было ответа.       — Я не верю. Это был не мой муж. — слёз не было. Было лишь сплошное разочарование от того, что шесть лет она прожила с незнакомцем.       Свербящее чувство внутри, будто её все время обманывали или недоговаривали о чём-то важном. У аврората есть все улики, указывающие на то, что Рон занимался оккультизмом и пытался призвать демона. Но ради чего?       — Это нормально, поверьте. — Тео присел рядом с ней. — За все годы работы мы никогда не видели иных реакций от родственников умерших, когда дело касалось загадочных смертей.       — Я не понимаю, — Гермиона закрыла руками лицо. — У него было всё, о чём он мечтал и ему всё равно казалось этого мало?       — Если Вы думаете, что он призвал демона богатства, то спешу обрадовать, — Драко отряхнул руки от пыли. — Это не Маммона. На полу не его знак и вокруг нет никаких драгоценных камней, которые обычно используют в качестве подношения.       Малфой ещё раз пробежался глазами по подвалу. Всё, что было можно, он уже осмотрел. Остальным должны заняться специально обученные люди. Возможно, что удастся найти хоть какой-то след демона, чтобы было проще его идентифицировать. Остановив взгляд на полу, где остался еле-заметный силуэт печати, он напрягся.       — Я не могу понять, чья это печать, а ты?       Тео отрицательно покачал головой.       — Если бы осталось хоть сорок процентов от печати, то можно было бы подобрать, а так, — его глаза забегали по уцелевшим линиям. — Я бессилен.       — Есть ещё что-то, что мы должны знать? — Драко убрал перчатки в карман, изредка поглядывая на Гермиону. — Ссоры? Измены?       — Я уже сомневаюсь, что знаю всё о своём муже и нашем браке.       Они решили вернуться в гостевой зал, чтобы подождать Поттера там. Всё это время Гермиона была под присмотром Драко и Тео на случай возможной истерики. По общему состоянию она уже не была такой возбуждённой, как в первые минуты их разговора. Сейчас девушка была больше погружена в свои мысли, пытаясь хоть немного вспомнить подозрительные моменты её жизни с Роном. Она до последнего думала, что виной всему были недоброжелатели, которые хотели ограбить дом, а Рон решил вступить с ними в драку. По камерам наблюдения со входа и по периметру не было никого постороннего, но Гермиона хотела верить в иное.       Демоны.       Как вообще Рон дошёл до того, что начал этим заниматься?       Как давно он был во всем этом?       А сколько раз он уже вызывал кого-нибудь?       Вопросы. Вопросы. Вопросы.       Голова ощущалась невыносимо тяжёлой. Злость и обида на мужа переполняла ровно так же, как скорбь и отчаяние, которые невозможно вырвать из себя или заглушить зельями, чтобы стало легче.       Рон все школьные годы боялся лишнего шороха в своей комнате и спал с головой под одеялом. Не вязался тот факт, что этот человек целенаправленно вызывал что-то потусторонне.       — А это не мог делать кто-то другой? — две пары глаз посмотрели на неё вопросительно. — Ну, этого демона не мог вызвать кто-то другой, а Рон просто оказаться жертвой?       — Вы же сами узнали почерк в блокноте, что лежал посреди печати демона, — холодно ответил Драко, понимая, что жена Рона сейчас переживает отрицание. – да и часто ли у него бывают гости?       Вопрос был риторический для Гермионы.       Рон никогда не водил никого домой. Постоянно отнекивался мол: «у нас ремонт, для чего тут посторонние», а Гермиона и не придавала этому значения.       — Ладно, хорошо. — она вздохнула. — Допустим, что это был Рон. Для чего ему это?       — Правильный вопрос. Поэтому мы и здесь.

***

      Гарри приехал не скоро. Как назло, в фойе его перехватил Бруствер и поинтересовался, как обстоят дела с делом Рона. Из-за отмены собрания, он не смог просмотреть материалы дела, но ему было далеко не всё равно на гибель сына Артура и Молли Уизли.       Кинув быстрое «Разбираемся», он уже хотел было уйти, но Кингсли попросил предоставить ему сводку о результативности всех авровор, так как на дворе был уже конец квартала и было необходимо считать коэффицент каждого сотрудника.       Где-то к одиннадцати часам вечера, Поттер переступил порог особняка и обнаружил в главном зале спящую Гермиону и двух авроров, которые сидели на соседнем диванчике и листали книги.       — Я думал, что вы уже ушли.       — А мы думали, что ты решил забить на своего мёртвого друга и не приезжать.       — Малфой! — Прошипел Нотт, ткнув его локтем в бок. — Тебе жить надоело?       Гарри устало опустил голову и покачал головой.       — Мне следовало предупредить вас, приношу извинения.       Малфой был явно удивлён реакции Поттера. Обычно на любые замечания он огрызался, показывая своё превосходство. Сейчас же он стоит с опущенной головой и чувствует…вину?       Это не отменяло факта, что Драко был зол. Пока Поттера не было, они успели увидеть все человеческие эмоции в момент отчаяния. Подозрительное спокойствие Гермионы сменилось душераздирающей истерикой, которая перепугала даже охрану. Наверное, не стоило рассказывать все подробности человеку, который и так психически нестабилен.       Таким был Малфой: холодным, прямолинейным, считающим, что обычные люди в состоянии принять все подробности и сохранить адекватность.       «Ну я же как-то могу, вот пусть и они учатся»       Типичное поведение эгоиста, а что еще скажешь?       — Ты прощён, Поттер, — Малфой медленно встал с кресла, пытаясь не шуметь. — Пошли, мы тебе всё покажем.       — Ты с собой не привел ещё авроров? — уточил Тео.       — Они все на улице. — Поттер перевёл взгляд на спящую Гермиону. — Её с собой стоит брать?       — Нет, — резко ответил Драко. – влить в неё зелье сна было безумно сложно, а слушать истерику больше не хочется.       — Мы час смотрели на то, как она пыталась доказать нам, что Рона подставили и не воспринимала ни один факт. Когда до неё всё дошло, она начала биться в истерике и нам ничего не осталось, как влить в неё зелье, чтобы она уснула. По словам её помощницы, она не спит уже несколько суток: сначала из-за работы, а теперь из-за смерти Рона. Смею предположить, что у неё поехала крыша, — подхватил Нотт. — А ещё она влепила Малфою по яйцам, пока мы пытались хотя бы уложить её.       — Умереть вряд ли, но вот сойти с ума можно. — как только двери дома закрылись за ними, Малфой достал последнюю сигарету из пачки, игнорируя боль в паховой области. — Тебе стоит почаще оставаться со своей подружкой, Гарри. Все писатели немного сумасшедшие.       — Это ещё почему?       — Потому что их фантазия работает на ином уровне, — Драко постучал пальцем по виску. — сегодня она решит, что хочет понять природу смерти Рона, потом свяжет это с сюжетом своей книги и помешается на оккультизме, пытаясь разобраться, как всё работает.       — Ты преувеличиваешь. — Гарри нахмурился, закуривая следом.       — Может быть. — он пожал плечами. — Но я более чем уверен, что завтра или чуть позже, её посетит мысль об этом.       — В таком случае есть вы – два аврора, ведущих это дело. Вам необходим с ней контакт, потому что в этом доме вы не последний раз.       — Знаю, на что ты намекаешь. Я не буду ездить сюда больше, чем по делу и если ты думаешь, что мы с Тео будем просто тут сидеть, то ты ошибаешься.       — Ну я бы сюда поездил. — вполголоса ответил Тео, поймав почти сразу гневный взгляд Драко. — А что? Ты вообще видел Джоанну? Я влюблён!       — Идиот.       — Вот и славно, считайте, что это ваше второе рабочее место. — Гарри вскинул руками, показывая все красоты особняка. — Завтра вы вместе поедете в дом к родителям Рона. Я сегодня пообщался Молли Уизли – мамой Рона, и ей есть, что вам рассказать.       — Клянусь тебе, Поттер, – Малфой сделал последнюю затяжку и кинул бычок себе под ноги. — ты меня доведешь, и я переведусь в Германский аврорат.       — Не получится. — Гарри по-доброму улыбнулся, смотря в спину уходящему аврору. — Я не подпишу ни единого рапорта от тебя.

***

      — Я думаю, что это — Банши.       — Хуянши! Зачем ему предвестник смерти?       Шёл четвертый час их споров. Они вернулись из Уилтшира в Министерство и не планировали расходиться. Разложив все снимки на большом столе, Драко и Тео пытались понять, чья же метка была нарисована на полу. Уцелевшая часть была похожа на метку многих демонов и это заводило в тупик. Если бы они могли знать причину, по которой Рон решил этим заниматься, то, возможно, вариантов было бы меньше.       — Я устал. — заключил Драко. — Нам просто надо доехать до его семьи. Может, они что-то знают.       — Гермиона сказала, что будет готова ехать через полтора часа, — Тео аккуратно достал ручку из органайзера, фиксируя что-то в своем дневнике. — поэтому можем пойти выпить кофе.       — Не могу понять, на кой чёрт она должна ехать с нами.       — Так сказал Гарри.       С Поттером в доме они провели ещё несколько часов, фиксируя всё, что смогли найти другие авроры. Следов кого-то постороннего найдено не было, из чего можно сделать вывод, что Рон всё делал один и целенаправленно. Некоторые материалы были изъяты на дополнительную экспертизу, результат которой будет не раньше, чем через сутки.       — Кстати, почему мы ещё не посмотрели дневник? — Малфой вопросительно посмотрел на кожаный ежедневник, лежащий в специальном пакете. — Дай перчатки.       Некоторые страницы были вырваны, словно Рон несколько раз собирался с мыслями о ведении дневника. Страницы были ещё влажные, некоторые слова было сложно разобрать, но уловить суть вполне возможно.

11 апреля.

Сложно, но необходимо. Мне посоветовали завести дневник, чтобы описывать эмоции и чувства. Я не уверен, что это действительно поможет, но чем чёрт не шутит?

Моей жены нет дома уже третьи сутки. Она снова работает над книгой и в целом это было очевидно.

Разговаривал сегодня с Виктором, он сказал, что может найти мне девушку, чтобы мое недовольное лицо стало довольным. Смешной мужик. Жаль, что не понимает, что дело не в женщине…

      — Ну вот и что он этим имел в виду? — Малфой развел руками, указывая Нотту на бестолковую запись в несколько строчек.       — Может он был немного ограниченный?       — Для таких нанимают сиделок, ну или сдают на лечение. – блондин отрицательно покачал головой. — Да и Гарри бы сказал нам об этом.

14 апреля.

Мы снова поругались. Я был бы рад высказать ей всё, что думаю. От этого мало, что изменится, конечно. Она снова уйдёт в своё издательство с головой, а я буду гнить в этом тошнотворном доме.

      Следующая страница была вырвана.

16 апреля.

Секс после ссоры – ахуительная штука. В такие моменты я вспоминаю, почему выбрал её…

      — Я не буду читать это дальше. — Малфой резко перевернул страницу, но рука Нотта остановила его.       — Отдай тогда мне.       — Даже не подумаю.

17 апреля.

Ладно, кого я обманываю. Поход в Св. Мунго был бестолковым. Я снова не узнал ничего дельного и от этого всё трещит. Мой брак, моя жизнь. Гермиона всё понимает, но всю жизнь с одним пониманием не проживешь. Настроение паршивое, выхода нет.

20 апреля.

Настроение: подавленное. Я даже перестал пользоваться магией. У меня нет ни сил, ни желания. Спускаясь в кладовую, я использовал фонарик вместо люмуса, потому что так практичнее.

      — Слушай, он похоже издевается. Это всё напоминает какой-то дебильный сериал, в котором нужно догадаться, почему умер главный герой.       — Давай листнем в конец.

28 апреля.

Снова попытка и снова никакого успеха. Я устал.

      — Загадочник блять, — Малфой перелистнул до самого конца, в надежде, что сможет найти там хоть что-то интересное.

21 декабря.

Сегодня я проводил её со спокойной душой на работу. Чувствую себя прекрасно, потому что знаю, что сегодня - решающий день.

Сатир, на тебя вся надежда.

      А дальше страницы были чистыми.       — Сатир?! — вскрикнул Малфой. — Демон плодородия?       — Я вообще ничего не понимаю. - Нотт устало потер лоб. — Сатир не может убить.       — Сатир в принципе только и делает, что заключает сделки на детей.       — Зачем молодому парню заключать такие сделки?       — Полагаю, что он был бесплоден, — блондин перелистнул в самое начало, где Рон говорил об обследовании в Мунго. — Можно наведаться к ним ещё раз и уточнить.       — Как думаешь, у Гермионы есть смысл спрашивать?       — Я думаю, что она умолчит это факт, иначе сказала бы сразу.       — Мне кажется, что нам всё может рассказать Джоанна. Они близкие подруги.       — С чего ты взял?       — Переписывался с ней, и она сама мне сказала об этом. — Тео достал из кармана телефон и открыл переписку. — Она писала, что беспокоится за подругу. После нашего уезда там упал целый стеллаж в библиотеке.       — Почему я узнаю об этом только сейчас?       — Я забыл, понятно?       Драко лишь раздраженно хмыкнул, отложив ежедневник в сторону. Вопросов в голове стало ещё больше. Он понимал, что по натуре своей Сатир - не убийца. Да, он заключает сделку на душу, но у Рона не было детей, а по Гермионе не было видно беременности.       Через час они снова стояли возле ворот дома в Уилтшире. Тео изъявил желание встретить Гермиону и проводить её до машины. Ясное дело, что делал он это лишь потому, что хотел увидеть Джоанну. Удивительно, как вся эта работа ещё не выбила из него романтику.       Малфой не хотел видеть ни первую, ни вторую.       Удача была сегодня на стороне Драко, потому что Гермиона решила поехать на своей машине. Главные ворота дома медленно открылись, выпуская роскошный кроссовер темно-синего цвета.       — Она попросила ехать за ней, так как дом родителей Рона находится немного на отшибе, и мы можем его не заметить. — Тео хлопнул дверью, машинально потянувшись к ремню безопасности. — Это графство Девон, часа три езды отсюда.       Всю дорогу они ехали молча. Усталость брала вверх, поэтому каждый ушел в свои мысли. В режиме энергосбережения Драко всё равно пытался думать о деле. За всё время работы в аврорате по делам потусторонних убийств, он впервые видит, чтобы Сатир мог свернуть шею тому, кто его вызвал.       Не стоит далеко ходить: тетя Белла сама заключала с ним сделку, чтобы у неё с мужем родился сын, но все живы по сей день. Её сыну – Оливеру, десять лет. Белла не заболела ничем смертельным, как и её муж, а в доме всегда спокойно, без паранормальщины. Когда-нибудь он придет за её душой, но это случится не скоро.       Малфой ощущал себя стоящим посреди пустой комнаты с двумя кусочками пазла, но их вырезы были разными и как ни крути – картинка не сложится.       Дело обещает быть долгим, это факт, потому что Поттер просто так его не закроет.       «Нет доказательств, значит и теория не та. Разрабатывайте другие обстоятельства, при которых это всё могло произойти»       Стоит отметить, что это и правда работало, хоть и отнимало немало сил. Неудивительно, что Британский аврорат самый первый по проценту раскрываемости. Поттер был чересчур дотошным, но делал это ради общего дела.       — Ночью больше ничего не происходило в доме? — Драко прервал тишину.       — Вроде нет, — Тео пожал плечами. – я видел Джоанну мельком, но она мне ничего не сказала.       — Книга, которую изъяли из библиотеки, где она?       — Пока что у экспертов, но, когда они нам её отдадут – неизвестно.       Книга. Малфой хотел надеяться, что хотя бы там сможет найти то, что продвинет это дело дальше. Нужна информация об авторе, издательстве. Мест, обязательных к посещению, становилось всё больше и уже с трудом верилось, что столько мороки из-за смерти одного человека.       «Да, Рональд Уизли, свои страдания ты облегчил, а нам добавил полной неразберихи. Как эгоистично» – пронеслось в голове Драко, пока он продолжал смотреть в сторону синего кроссовера.       Домик семьи Уизли находился в самой глуши Оттери-Сент-Кэчпоул: он стоял посреди пустого поля и выглядел достаточно невзрачно. Можно даже сказать, что он больше был похож на загородный домик, куда приезжают отдыхать, но никак не на жилой дом. Артур Уизли, отец Рона, считал это хорошей идеей. Недалеко от дома находилась та самая драконья ферма, о которой говорили Тео и Гермиона.       Машина Гермионы свернула направо от дома, к двум заасфальтированным парковочным местам, на которые обычно парковалась семья Поттеров, либо Гермиона. Большая часть семьи Уизли всё еще использовали трансгрессию для перемещения, но некоторые из их гостей предпочитали наземный транспорт.       Тео мирно посапывал на пассажирском сидении в то время, как Драко из последних сил боролся со сном. Только к концу поездки он вспомнил, что у него в рабочей сумке есть несколько флакончиков животворящего зелья, которое он покупал на прошлых выходных.       Он быстро припарковался и принялся искать свою сумку по салону. Баночки с изумрудной жидкостью маняще переливалась в одном из боковых карманов. Драко незамедлительно выпил одну из них, морщась от неприятного травяного вкуса с нотками горькой полыни.       — Просыпайся. — он моментально пихнул друга в бок, протягивая ему зелье. — Мы приехали.       — У тебя всё это время было с собой зелье, и ты молчал? Я думал, что поеду крышей от двух суток без сна!       — Да. — спокойно ответил блондин. – Хотел посмотреть на то, как ты мучаешься.       Тео выхватил из рук Драко зелье и вышел из машины.       Сильный ветер моментально навел беспорядок на его голове. Конец ноября в этом году выдался холоднее обычного: дул леденящий ветер, тяжёлые серые облака покрыли всё небо, в воздухе пахло приближающимся дождем.       Женщина средних лет, с ярко-рыжими непослушными волосами стояла на крыльце дома. Она была тепло одета: яркий вязанный свитер и плюшевые штаны, из-под которых виднелись осенние белые ботинки. Молли Уизли по-доброму улыбалась, смотря на приближающихся Тео, Драко и Гермиону. Конечно, эта улыбка была натянута и выдавали это пустые глаза, в которых скрывалась глубокая скорбь.       — Добрый день. — произнесла Молли, приоткрывая дверь дома. — Мы вас очень ждали.       Впустив всех внутрь, Молли дотронулась до руки Гермионы, умоляющим взглядом попросив задержаться с ней на крыльце.       — Как Вы себя чувствуете? — она легко поглаживала её по плечу.       — Я всё ещё думаю, что он приедет на выходных и расскажет, как прошла неделя.       Вопрос Гермионы дал волю всем эмоциям, которые миссис Уизли держала в себе эти два дня. Уткнувшись в пальто Гермионы, она горько заплакала. Молли не могла поверить, что её любимый сын, её Рон, навсегда покинул их. Весь мир рухнул, а из глаз пропал тот самый огонёк, за который все так её любили. Нет ни радости, ни интереса.       Лишь один вопрос:       «Почему мой сын?»       Она не понимала, как собрать себя и жить дальше. Вместе с жизнью Рона остановилась и её жизнь. В доме было мрачно. Не горели гирлянды, с кухни не веяло ароматной выпечкой. Мир как будто замер.       В гостиной сидели Фред, Джордж и Артур Уизли. Их вид был чуть лучше, чем у мамы, но в глазах читалась та же скорбь.       — Нам очень жаль, что вашей семье пришлось с этим столкнуться. — начал Тео. — Мы постараемся вам помочь всем, что в наших силах.       Артур встал с дивана и пожал им руки.       — Вы с дороги. — он оценивающе посмотрел на авроров. — Пройдёмте на кухню, у нас есть немного пирога для вас. Хотите кофе?       Обнимая Молли, Гермиона не знала, что и сказать. Ей тоже было тяжело, но она понимала, что не так сильно разбита горем, как мать. За эту ночь, Гермиона осознала, что смерть - не наказание, а то, что каждого ждет в тот или иной момент. Рон покинул их и его не вернёшь. Нужно просто понять, что забрало его жизнь. Конечно, отсутствие будет даваться тяжело и одному Мерлину известно, как скоро эта пропасть в душе затянется. Плакать от несправедливости и обиды, что жизнь забрала самого любимого человека, по-прежнему хотелось, но нужно держаться. Хотя бы ради тех, кто ещё жив.       — Завтра привезут тело. — прошептала Молли. — Я даже не могу представить, как перенесу это.       — Я рядом. — Гермиона ещё крепче сжала объятия. — мы обязательно это переживем.       — Ты останешься с нами?       — Да. — она слегка кивнула и одарила теплым взглядом Молли. — Я останусь.       Было сложно допрашивать семью Уизли. Наверное, Драко мог бы сказать, что это самая тяжёлая беседа за последние пару лет его работы. Родители и братья вспоминали буквально каждую мелочь, которая могла помочь. Было видно, как тяжело им давались воспоминания о мёртвом сыне. Никто не был готов прощаться с ним так рано.       Ни отец, ни братья даже и представить себе не могли, что визит Рона в прошлую субботу был их последней встречей, а сахарные печенья – последним, что сделает для него мама.       Стоит отдать им должное: за время допроса никто не плакал и не устраивал истерик. Все отнеслись к процессу очень серьёзно, отключив на время эмоции. На момент, когда они покинули их дом, у Нотта в дневнике было достаточно записей, которые могли бы помочь сдвинуть следствие.       После выпуска Рон практически сразу женился на Гермионе, которая к тому моменту уже работала в Министерстве в отделе Международного магического сотрудничества. Они жили вместе в квартире, которую им подарили родители. Жизнь шла своим чередом, пока они не задумались о ребёнке.       Что может быть сложного, правда?       Два человека, безумно любящие друг друга. У этой любви должно быть продолжение.       К сожалению, всем планам было суждено разбиться в кабинете врача Св. Мунго.

– Вы бесплодны, мистер Уизли.

      И мир рухнул.       Поначалу эту новость все восприняли несерьёзно, мол «Вы молодые, ещё всё впереди», но после череды попыток это уже не казалось таковым. Постепенно состояние Рона ухудшалось. Он бросил работу и днями сидел дома. Не разговаривал с Гермионой, не навещал родителей. Просто существовал, изредка утоляя базовые потребности: сон, еда, туалет.       Сон тоже стал проблематичным: даже курс зелий и магловский мелатонин не исправляли ситуацию.       С каждым днём он ощущал себя всё хуже и хуже, а сознание туманилось всё больше. Он похудел, лицо осунулось и лишилось всех красок.       Когда семья смогла наладить с ним контакт, то узнали, что иногда ему кажется, что он не в своем теле, находится «будто бы не здесь» и всё вокруг него ненастоящее. Это не было чем-то эпизодическим. Ощущение преследовали его несколько месяцев и только слёзные мольбы матери и жены заставили его пересилить себя и согласиться на психиатра.       Несколько визитов и снова диагноз, который выбил землю из-под ног уже у всей семьи.       «Синдром деперсонализации-дереализации»       Неприятное заболевание. При отсутствии правильного лечения может усугубить жизнь человека и свести его с ума окончательно.       Никто из семьи не знал истинной причины возникновения данного заболевания, но предполагали, что это всё случилось на фоне неврозов, которые периодически случались у Рона ещё в детстве. Поначалу, врачи даже и не обращали на это внимание, утверждая, что у детей так формируется психика. Рон страдал нарушением сна, испытывал тревожность. Когда мальчика отдали в школу, симптомы пропали. Он быстро адаптировался и практически всегда был чем-то занят. Казалось, что врачи были правы и это так формировалась его психика и сознание.       По крайней мере, хотелось в это верить.       Семейство Уизли могло вздохнуть полной грудью.       Правда ненадолго.       Мысли о детях, даже об искусственном оплодотворении были вычеркнуты из этой семьи.       С такими заболеваниями опасно иметь детей, это может перейти им.       Гермиона приняла этот факт и всё равно осталась рядом с ним. Любовь выше всего и, если им не суждено иметь детей – ничего страшного, главное, что она есть у него, а он - у неё.       Рон думал иначе.       С момента, как хобби Гермионы – писательство, переросло в настоящую работу и приносило огромный доход, его все чаще стали посещать дурные мысли. Он думал, что жена изменяет ему где-то на стороне и считает его неполноценным. Да, бесспорно, Гермиона могла не появляться дома сутками, но никогда ничего не скрывала от мужа. Творческая работа требовала много времени. Вдохновение не спрашивает, какой у тебя график. Оно просто приходит, и ты работаешь ровно до тех пор, пока чувствуешь, что можешь творить.       Гермиона принимала заслуженную популярность, а Рон постепенно угасал. С женой он не раз посещал психиатра и даже находился на лечении, но в последний год резко отказался от него, заявив, что чувствует себя лучше.       На последнем приеме ему было рекомендовано вести дневник, чтобы иногда наблюдать за тем, как меняется его состояние. Практика была рабочей первые месяцы, потом это просто вошло в привычку и не приносило никакого результата.       — Тебя не смущает то, что его мать и вся семья в целом знала и рассказала больше, чем его собственная жена? — Тео покосился на напарника, стоящего по другую сторону.       — Кажется, но ставить вопрос ребром нельзя. — Малфой устало выдохнул. — Она не скажет.       Они оба смотрели на Гермиону, которая о чем-то беседовала с Фредом на лужайке возле дома. Брюнетка попросила их ненадолго задержаться после допроса, под предлогом «хочу кое-что спросить».       Почувствовав на себе две пары глаз, Уизли развернулась, что-то сказала Фреду и направилась к машине.       — Я хотела Вас попросить составить компанию Джоанне у меня в особняке. — без прелюдий заявила она. — Понимаете, в доме всю ночь происходили какие-то странности и мне очень беспокойно за мою помощницу. Я спросила у Поттера, возможно ли это, он сказал, что да.       — А почему бы самому мистеру Поттеру в таком случае не наведаться в Ваш особняк? — резко пробормотал Драко. Он закипал от злости.       Гермиона вопросительно посмотрела на него.       «Неужели она действительно не понимает, что её никто не собирается опекать?!»       Малфой перевел взгляд на друга, но не увидел в его глазах поддержки.       — Да, я присмотрю за ней. — и лишь губами «Прости, Драко». — Что именно было не так в вашем доме ночью?       Показательно цокнув языком, Малфой развернулся и сел в машину, громко хлопнув дверью. Сегодня пятница и он намерен провести её немного по-другому. Хотелось спать, но выпить и поговорить о чём-то кроме работы хотелось больше.       Служебная машина завелась, ожидая, пока Тео наговорится с мисс «слишком-много-о-себе-возомнила» Уизли и они поедут домой.       Да даже домой он попадёт не скоро. Ему нужно сначала довезти Нотта до Уилтшира, а после еще около часа потратить на дорогу в Лондон.       Он начинал понемногу беситься от того, что Гарри решил, будто они обязаны с ней нянчится.       Да, у неё умер муж.       Да, он умер странной смертью.       Да, они ведут это дело.       Но они ищут причину убийства, а не устраиваются личными психологами для родственников. Можно подумать, что Малфою заняться нечем, кроме как в свободное время тусоваться с вдовой, которая мало того, что ведёт себя подозрительно, так ещё и хвостиком везде теперь будет ходить.       Этот вопрос нужно поднять с Поттером, но Драко займётся этим в понедельник.       — Умоляю тебя, Тео. — Драко моментально пресек речь Нотта, когда он сел в машину. — Если я сейчас услышу хотя бы слово о том, что мне тоже стоит остаться в её особняке, то ты пойдешь пешком.       — Я лишь хотел сказать о том, что попробую узнать у Джоанны побольше информации о том, почему Гермиона могла бы не рассказать об этих фактах, вот и всё.       Малфой посмотрел на друга. Тео обиженно закатил глаза и откинул голову на подголовник.       — Не обижайся. Просто я немного устал от такого режима. — он снова посмотрел в сторону крыльца, на котором стояла Гермиона. — И от неё тоже.       На удивление, Нотт даже ни слова не проронил о деле за всю дорогу. Он пытался разговаривать на более отвлечённые темы.       «Если будет пиздец, я тебе наберу. Будь на связи» - последние слова, прежде чем Тео вышел из машины и направился в сторону огромного дома.       Холодный душ. В голове Драко были только эти мысли, пока он отпирал дверь своей квартиры. Он действительно устал, поэтому ему было необходимо хотя бы некоторое время побыть в тишине наедине с собой.       Стоя под холодной водой, он ни о чём не думал, лишь наблюдал, как капли стекают по его телу, забирая с собой часть усталости и негатива. Даже не верилось, что сейчас у него есть свободное время, чтобы приготовить ужин, пойти в свой любимый бар и выпить пару бокалов шотландского виски.       Так он и поступил.       Приготовив свою любимую пасту, которую его научила делать мама, он быстренько привёл себя в порядок и направился в «Джаз клуб Ронни Скотта» в паре кварталов от его дома. Свободное время было роскошью при его работе, но выделить несколько часов в пятницу было обязательным уже несколько лет.       Он знал практически всех посетителей этого бара, как и все знали его. В пятницу здесь можно было встретить работников Министерства: они часто общались с маглами, обменивались опытом, заводили новые знакомства. Драко говорил всем, что он – сотрудник полиции, из отдела криминалистики. Первое время было тяжело работать в волшебном мире и общаться с маглами. Со временем, он научился врать, и даже придумал себе жизнь, близко похожую на настоящую.       — Ты сегодня как-то поздно. — бармен одарил яркой улыбкой блондина, севшего за бар. — Я уже хотел бить тревогу, что ты впервые за пять лет не явился.       — Сегодня был хуёвый день. — Драко указал на бутылку Баллантайнс.       Бармен незамедлительно подхватил бутылку со стеклянной полки и одним лёгким движением открутил крышку.       — А когда он у тебя был хороший?       — Ради Салазара, — блондин закатил глаза. – Блейз, просто налей мне, и я попробую всё рассказать.       Блейз состроил недовольную мордашку, но в ту же минуту протянул парню рокс с янтарно-медовой жидкостью.       — На днях был убит выпускник Хогвартса. — Малфой заговорил чуть тише. — Рональд Уизли. Очень запутано и непонятно. Пришли к выводу, что его убил демон, но уже третий день не можем понять какой.       — Не наш курс?       — Нет, на четыре года младше. Я даже и не знал такого.       — И что, прям вообще нет никаких зацепок?       — Кроме серы на месте, показаний родственников, бестолкового личного дневника и не менее раздражающей жены – нет.       — Почему бы тебе не посетить лавку Крэбба и Гойла?       Точно. И как он сразу не додумался. Крэбб и Гойл после выпуска открыли свой спиритический магазин. У них можно было найти от мало до велика, необходимого для всяких обрядов и ритуалов. Возможно, что они будут в курсе того, что за книга была у Рона и хоть немного протолкнут дело дальше.       — Спасибо. — моментально ответил Драко. — Я даже и забыл о них, если честно. Столько информации, из которой надо собрать ясную картинку – мозг плавится.       — За столько лет это ты еще привык. — Блейз наполнил почти пустой стакан блондина. — Наверное, поэтому я решил, что не хочу работать в магическом мире.       — Твои родители одобрили этот выбор…А у меня его не было.       — Мне жаль, дружище.       К бару подошла девушка. Она, не раздумывая, произнесла:       — Мне, пожалуйста, маргариту.       Драко узнал этот голос.       «Нет, ну серьёзно?»       Гермиона не заметила удивленный взгляд слева от неё и продолжала как ни в чем не бывало ожидать свой коктейль.       Было достаточно странным то, что она планировала остаться у семьи Уизли, которая находилась почти в четырехсот миль отсюда, а по факту сидела сейчас рядом.       — Ну надо же. — девушка дернулась от низкого резкого голоса. — А как же ваша семья?       Наверное, Малфою стоит помолчать. На такой вопрос вряд ли существовал ответ в её голове. Может, у человека горе, которое она не в силах перенести на трезвую голову.       — Вся семья здесь, — она холодно отчеканила эти три слова. — они решили самостоятельно забрать тело из Святого Мунго.       Извиняться он не планировал. Как ни в чем небывало, он подозвал к себе Блейза и попросил обновить бокал. Игнорировать её было лучшим решением. Он не для этого так сильно бежал от работы, чтобы снова соприкоснуться с ней в месте для отдыха.       Третий.       Четвертый.       Пятый бокал.       И стало легче. Спина уже не ныла, а в голове было пусто. За такие моменты он и любил пятницу.       Побеседовав ещё немного с Блейзом, он вышел из бара перекурить. Да, можно было сделать это и там, но свежего воздуха хотелось больше.       — Могу ли я поинтересоваться, чем же так вам не угодила?       В тишине покурить не удастся.       — В каком смысле?       — С самого утра вы очень раздражённо на меня смотрите, будто в чём-то подозреваете. В баре так вообще решили, что можете мне язвить.       — Вот вы вроде писатель, — Драко затянулся, впервые за вечер посмотрев Гермионе в глаза. — а определений слов не знаете. Я не язвил, а просто спросил.       — Вам не кажется, что такие вопросы немного не уместны?       — А Вам не кажется, что Вы слишком много недоговариваете и ведёте себя подозрительно?       Гермиона на мгновение растерялась. Пара серых глаз сверлила её пронзительным, холодным взглядом, ожидая, как же она выкрутится из этой дуэли.       — О чём Вы?       — Не стройте из себя дуру. Я Вам не поверю. — блондин цокнул языком, стряхивая пепел. — Есть вещи, которые знаете только Вы, но предпочитаете молчать, чтобы мы не узнали лишнего.       — Зачем же мне что-то скрывать? Я была вполне честна на допросе.       — Но скрыли факт, что Рон был болен, как и то, что была проблема репродуктивного характера.       Девушка молчала. За минуту её лицо побледнело, а к глазам выступили слёзы. В сумраке было тяжело понять, играет ли она или её действительно что-то задело.       Она протягивает руку к сигаретам, лежавшим на перилах, и вопросительно смотрит на Драко.       Он безразлично кивает и протягивает ей зажигалку.       — Я не пыталась это скрыть. — щелчок и табак начинает краснеть. — Мне было тяжело об этом говорить. Отчасти поэтому и попросила Молли Уизли связаться с Гарри и пригласить вас к ним домой.       — Понимаете…       — Можно на «ты». — Гермиона перебила его.       — Можно на «ты». — согласился Драко. — Понимаешь, мне глубоко плевать на то, сколько раз вы пытались завести детей. Мне абсолютно не интересно, какие у твоего мужа были результаты анализов и сколько раз он посещал психиатра. Мне важен лишь факт, из которого собирается целый пазл. Факт того, что твой муж был болен, а новость о бесплодии только обострила всё, многое объясняет, но не до конца разъясняет ситуацию.       — Так и не понятно, что его убило?       Малфой отрицательно покачал головой.       — Не понятно, и это очень бесит. У нас есть информация, которая может помочь, но разбираться с этим мы будем только после выходных.       — Разве аврорат не работает без выходных?       — Работает. — Малфой достал из пачки последнюю сигарету. — Но завтра вряд ли я смогу быть на работе. Если Тео удастся охмурить твою подружку, то и он там не появится.       Гермиона курила медленнее Драко. К моменту, когда он докурил вторую, она еле-еле расправилась с первой. Она уже не выглядела так растоптано, как несколько минут назад. Улыбаясь, она кивнула в знак благодарности за этот разговор.       — Доброй ночи, Драко Малфой.       Блондин не ответил ей. Сдержанно кивнув, он забрал свою зажигалку из её худенькой ладошки и скрылся за дверьми джаз-клуба.