Шепот стен

– Ты был в больнице?! – Аканэ испуганно вскрикнула и прикрыла рот ладонью. – Серьезно? Казутора удивленно кивнул, не понимая, что же такого страшного или необычного было в его поступке. Сегодня их компания снова собралась на крыше на большой перемене. Следов вчерашнего ливня, затянувшегося на всю ночь, нигде не было видно: все лужи тут же высушило безжалостно палящее с самого утра солнце. – Из Токио пришли документы, вот я и сходил туда, – парень равнодушно пожал плечами. – А что в этом такого? Аканэ смущенно порозовела и неловко отвела взгляд, будто не зная, как ответить на такой простой вопрос. Девушка явно смутилась и сейчас попыталась спрятаться за спиной Коко, только вот парень разрушил все ее планы. Поправив огромные солнцезащитные очки, сползшие с переносицы, он вяло отпихнул подругу одной рукой, а второй нашарил пластиковую буылку с соком. Аканэ робко отстранилась и обвела остальных умоляющим взглядом, словно прося тех ответить за нее. – Да слухи о больнице этой нехорошие ходят, – без особого удовольствия пояснил Мицуя, понимая, что просто промолчать не выйдет. – Истории неприятные… – Истории? – Юдзуха тут же оживилась. – Расскажите! Казутора устало вздохнул, скептически глядя на подругу из-под очков. Он знал, что девушка душу готова продать за хорошую страшилку, а потому несчастный Мицуя только что, сам того не зная, загнал себя в ловушку, из которой найти выход будет очень трудно. – Да там нет ничего особенного, – вдруг вмешался в разговор молчавший до этого Хаккай. – У людей горе случилось, а другие напридумывали всякого… – Горе? – щеки Юдзухи порозовели, а в глазах появился нездоровый блеск. – Ну давайте уже, сейчас урок начнется! Мицуя неуверенно обвел глазами остальных, а затем тихим, несвойственным для него голосом начал: – Это случилось два года назад. Один парень тогда только перешел в первый класс старшей школы… – Вообще-то он перешел в последний класс, – раздраженно перебил рассказчика хмурый Хаккай. – Переврут все… – Придурок, он был моим одноклассником! Так что, мне лучше знать! – тут же возмутился Мицуя, оглядывая остальных. – Коко, скажи же! «Самый крутой парень в школе» снял с лица солнцезащитные очки и недовольно поджал губы, демонстрируя, что ситуация ему очень не нравится. Аканэ испуганно вздрогнула, но тут же отвернулась, смущенно глядя на свои колени. Казалось, что происходящее ее пугает. Зато Коко с каждой секундой заводился все больше. – Я думаю, что эту историю вспоминать не стоит. Такие вещи не обмусоливают летним днем на школьной крыше, – холодно процедил он. – Ну, пожалуйста-а-а, – Юдзуха начала ныть, но тут же, одумавшись, избрала другую тактику. – Тора, ты ведь тоже хочешь послушать! Скажи ему! Пять пар глаз уставились на Казутору, заставив того растерянно вздохнуть. Что делать в этой ситуации, парень не знал. Поклонником ужастиков он себя назвать не мог, да и видно было, что никому, кроме Юдзухи, эту историю слушать не хотелось. Но вместе с тем в Казуторе вдруг проснулось какое-то странное любопытство: он был в той больнице, и что-то показалось ему странным… Так почему бы не узнать, в чем дело? – Я бы послушал, – парень утвердительно кивнул. Коко равнодушно пожал плечами и отвернулся, делая вид, что происходящее его совсем не интересует, а Мицуя медленно продолжил: – Он учился с нами в одном классе… Странный был парень. То есть, все предыдущие годы он, конечно, был нормальным, а в первом классе старшей школы сделался каким-то подозрительным. Всегда ходил один, часто задумывался и игнорировал остальных, и многие над ним откровенно смеялись… Только ему было все равно. Так прошло полгода. Все случилось неожиданно. Никто не ожидал, что этот парень устроит такое. В тот день он закрылся после уроков и долго с кем-то разговаривал… – Да ни с кем он не разговаривал! – вдруг взорвался Коко, пинком ноги опрокидывая банку с недопитым соком. – С чего вы это вообще взяли, вас же там не было! – Тебя так-то тоже, – огрызнулся Мицуя, недовольный тем, что его прервали. – Это доказало следствие… Перед тем случаем в кабинете находилось два человека. – Перед каким случаем? – от нетерпения Юдзуха забыла даже про недоеденный обед. – Что все-таки случилось? – Вены он вскрыл, – тихо объявил парень. – Просто забрался на подоконник и перерезал себе запястье. Установилась неприятная тишина. Где-то внизу хохотали дети, но компании, находящейся на крыше, было не до смеха. Все взгляды были устремлены на замолчавшего Мицую, и даже Коко, не удержавшись, покосился в сторону друга, приподняв очки. Первой сдержать нетерпение не сумела Юдзуха. Надув губы, она разочарованно протянула: – И всё? Дайте угадаю, дальше призрак этого парня бродил по школе и устраивал правосудие? Типа наказывал обидчиков? Ску-у-учно. Такая страшилка в каждой уважающей себя токийской школе есть. – Не всё, – Мицуя переглянулся с побледневшей Аканэ и нахмурился. – Там есть продолжение, но оно совсем непонятное. – Говори! – почти прошипела Юдзуха, чьи глаза снова зажглись от предвкушения чего-то необычного. – Что было дальше? – Спасти его удалось, в общем, – парень продолжил свой невеселый рассказ. – Учитель зачем-то вернулся в кабинет, увидел тело. А дальше больница, врачи – все типично. Казалось бы, несчастья удалось избежать, но что-то пошло не так. – Эй, побереги психику наших гостей, – Коко раздраженно опустился на корточки рядом с другом и пихнул его в плечо, сверля того недовольным взглядом. – Дальше идет полный бред, и ты это прекрасно знаешь. – Так и есть, – Мицуя виновато кивнул головой. – Но закончить все-таки нужно. Короче говоря, ходят слухи, что тот парень влюбился в медсестру… – А я слышал, что к нему в палату подселили ребенка, и тот случайно выпал из окна! – вдруг снова вмешался Хаккай. – Так все говорят! – Его врач сошел с ума и попытался прикончить его,– робко внесла свою лепту Аканэ, впервые решаясь на самом деле с кем-то заспорить. – Все факты это подтверждают. Коко кривовато усмехнулся и, повернувшись к Казутора, фыркнул, как бы показывая: «Я ведь говорил, что это все бред. А ты хотел послушать, да?» – Так закончилось-то чем? – от нетерпения Юдзуха чуть было не села в лужу разлитого сока. – Он выжил? Все снова замолчали. Жарко спорившая троица тоже затихла и неуверенно переглянулась, словно решив, что конец истории они озвучивать не хотят. Казутора поежился, почувствовав, как тело, несмотря на палящее солнце, окутал неприятный холод. Странно, на улице никакого намека на ветер. – Не знаю я, чем там все закончилось, но тело парня нашли повешенным на дереве, – быстро выпалил Мицуя, стремясь поскорее покончить с неприятной ситуацией. – Просто болтался за шиворот пижамы на толстой ветке. И, говорят, что весь коридор от того кабинета до его палаты был испачкан в крови. Его крови. А сам он выглядел так, будто его через мясорубку прокрутили. После этого больницу разрушили и буквально отстроили заново…. Но в ней постоянно стали умирать люди. Неожиданно Коко на самом деле прорвало. Вскочив на ноги, он пинком отшвырнул от себя мешавшуюся сумку Аканэ и заорал так, что все сидящие рядом невольно вздрогнули и подались назад, стремясь закрыть уши: – Блять, да вы идиоты просто! – очки соскользнули с головы парня, но он этого даже не заметил. – Действительно, парадокс какой: люди умирают в больнице! Не было там ничего такого, это просто тупые сплетни! Мой отец самолично подписывал приказ о строительстве новой больницы, потому что старая совсем износилась, а не потому что в ней случилось что-то страшное! Тяжело дыша, парень снова опустился на нагретую солнцем крышу и уткнулся носом в плечо Казуторы. Хаккай и Мицуя внимательно переглянулись, но говорить ничего не стали, понимая, что Коко сейчас находится на пределе и вот-вот готов взорваться еще раз. Юдзуха задумчиво теребила в пальцах молнию от школьной сумки; щеки девушки порозовели – было видно, что странная история зацепила любительницу ужастиков. Аканэ вздохнула и по привычке опустила голову, пряча лицо за блестящими светлыми прядями волос. Вся беззаботная атмосфера большой перемены была разрушена за считанные минуты, и Казутора почувствовал, что последние слова должен произнести он. – Коко прав, это же полный бред, – парень усмехнулся и окинул всех спокойным взглядом. – Но место там действительно неприятное. Стены эти желтые… Раздался режущий звук звон битого стекла, за которым последовало испуганное ойканье. Взгляды всей компании, находившейся на крыше, устремились на Казутору, и даже Коко оторвался от его плеча, подозрительно глядя на нового друга. Гость из Токио непонимающе вскинул брови, пытаясь понять, чем же всех вновь так поразили его слова. – Там стены… серые, – кое-как выдавила из себя Аканэ, испуганно глядя на парня. – В больнице. – Да-да, серые, – подтвердил ее слова Хаккай. – Специально сделали, чтобы из остальных построек не выбивалось по стилю. Казутора замер, а затем кивнул, насмешливо наклонив голову. Ситуация начала его забавлять. – Совсем со своими страшилками с ума посходили, – хмыкнул парень, по-прежнему не обращая внимания на всеобщее замешательство. – Я там вчера был. Стены желтые. – Тора, это не шутки, – Коко внезапно посерьезнел и осторожно коснулся локтя друга. – Больница на самом деле серая. Никаких желтых стен. – Да я ведь вчера там был! – всеобщее упрямство начинало раздражать, и Казутора, сам того не желая, слегка повысил голос. – И собственными глазами видел желтые стены! Все замолчали, неуверенно переглядываясь друг с другом. Впервые за все время их знакомства Казутора видел Коко таким серьезным и по-настоящему встревоженным. Даже в тот день, когда они столкнулись на лестнице и обед новенького оказался на рубашке парня, тот выглядел более спокойным. Но теперь конец затянувшейся дискуссии положила Юдзуха, только вернувшаяся в реальность после жуткой истории. – Тора, не глупи. Мы проезжали эту больницу, когда еще въезжали в город. Я вывеску прочитала. Стены там серые. Впервые в жизни Казуторе стало по-настоящему страшно. Ситуация все меньше походила на глупую шутку, и испуганные взгляды друзей, продолжавших ежиться, хотя ветра не было, это подтверждали. Но ведь он был там только вчера, и стены больницы точно были желтыми! Парень уделил этому особое внимание, ведь этот мерзкий, мутно-желтый цвет выбивался из общей картины и сразу бросался в глаза. Но сейчас все факты против него… – Ладно, ваша взяла, – Казутора примирительно поднял руки вверх, хотя сердце продолжало бешено колотиться. – Дурацкая шутка вышла. Стены на самом деле серые. На секунду время остановилось. Сразу же после этого вся компания расхохоталась, хотя смех вышел наигранным и невеселым. Парень и сам не знал, почему решил в последний момент перевести все в неудачный подкол. Выглядеть странным в глазах друзей не хотелось, да и больница эта на самом деле какая-то подозрительная. Сегодня обязательно нужно сходить туда еще раз… – А вы слышали еще одну историю нашего города? – Мицуя вдруг замолчал и заговорчески подмигнул сидящей рядом Юдзухе, из-за чего та восхищенно приоткрыла рот. – Про продавщицу, которая умерла… Неожиданно Коко вскочил на ноги и, потянув на себя Казутору, быстрым шагом направился к выходу с крыши, не обращая внимания на устремленные ему вслед растерянные взгляды. Уже у самой лестницы, ведущей вниз, он развернулся и, хмыкнув, обратился к замершим от удивления друзьям: – Призраков не существует. * * * – Как так? Казутора неловко осел на низкую лавочку и с непониманием уставился на темнеющее на фоне желтоватого вечернего неба мрачное здание. Стены больницы были серыми. Парень обошел всю постройку несколько раз, внимательно оглядывая каждый кирпич, но ничего подозрительного не заметил. А ведь вчера стены точно были желтые… Казутора закрыл лицо ладонями и устало вздохнул, не обращая внимания на удивленные взгляды возвращавшихся с работы взрослых людей. Что за чертовщина? Ведь не могли больницу перекрасить за одну ночь? К тому же, все говорят, что она уже два года серая. Парень оторвался от ладоней и снова посмотрел на неприятное здание. У окон пятого этажа по-прежнему болтался мусорный пакет, только сегодня он не напоминал ничего жуткого или сверхъестественного. Казутора устало застонал: мозг никак не желал воспринимать действительность. «Может, я так устал с дороги» – рассеянно думал парень, разглядывая собственные колени, обтянутые серыми джинсами. «Но ведь от усталости с ума не сходят. Как такое вообще могло произойти? Поговорить бы с кем-нибудь, кого видел вчера…» Ответ в голову пришел незамедлительно. Ханма! Он-то точно должен ответить, какого цвета были стены больницы, ведь они с Казуторой вместе рассматривали странное здание вчера! Парень повертел головой, будто бы его новый знакомый прямо сейчас должен был оказаться где-то рядом и улыбнуться так же насмешливо, как вчера. Почему-то сразу вспомнились глаза Ханма – светлые, почти золотистые, с темной каемочкой и редкими кофейными вкраплениями. Наверное, в лучах заходящего солнца они будут выглядеть еще красивее, чем на фоне пасмурного неба… Догадавшись, что думает не о том, Казутора недовольно тряхнул головой. В душе затаилась какая-то детская обида на вчерашнего спасителя, ведь так резко обрывать знакомство было, по крайней мере, некрасиво. Бросить человека, которого своими руками вытащил из-под колес машины, чтобы так нелепо сбежать из-за внезапного дождика... Забыв, что находится на улице, Казутора надулся и снова огляделся: он считал, что Ханма просто обязан появиться здесь снова. Только вот вокруг сновали лишь незнакомые люди, и это раздражало еще больше. – Кого это ты тут высматриваешь? – где-то над ухом раздался подозрительный голос, а уже через секунду на скамейку рядом с Казутора плюхнулась довольная произведенным эффектом Юдзуха. – Я за тобой уже минут пять наблюдаю. Парень вздрогнул и подскочил от неожиданности. Поспешно напустив на себя самый безразличный вид, он холодно произнес, намеренно не глядя в глаза подруге: – Никого я не жду. Я тут никого, кроме нашей компании, и не знаю. – А я подумала, вдруг Ханму высматриваешь,– на губах Юдзухи застыла хитрая улыбочка. Сердце пропустило несколько ударов. Казутора в ужасе повернулся к подруге и, с трудом контролируя себя, заплетающимся языком произнес: – Какого еще Ханму? – А, точно! – Юдзуха махнула рукой и, весело рассмеявшись, пояснила. – Ты же у нас особенный: ушел с Коко, а до конца ничего не дослушал. Парня повесившегося так звали. Ханма. Мне Мицуя рассказал. Казутора облегченно вздохнул. Всего лишь дурацкое совпадение, а он разволновался так, будто знакомая с детства девушка застала его в постели с сорокалетним мужиком. И все-таки, сердце почему-то продолжает колотиться, как бешеное. Что такого плохого было в его знакомстве с Ханмой? Он ведь не совершил ничего криминального или противозаконного, но почему-то все равно не хотелось, чтобы подруга знала об этой встрече. – Никого я не жду, – на всякий случай повторил Казутора, поспешно поднимаясь с лавочки. – Я тут никого не знаю. И вообще, пошли домой, вечереть начинает. – Ну и правильно, что никого не ждешь, – довольно закивала Юдзуха, быстро догоняя друга. – Потому что твоя судьба это Коко. И только попробуй скажи, что не видишь, как он заботится о тебе. – Твою мать, – Казутора застонал, жалея, что не догадался сбежать от навязчивой девушки раньше. – Не нравлюсь я ему в этом плане. И он мне тоже. Так что, отстань, пожалуйста… Юдзуха неожиданно замолчала. Идя рядом с другом по узкой дороге, она задумчиво смотрела себе под ноги, и по одному лицу девушки было видно, что прямо сейчас в ее голове идет сложный мыслительный процесс. В конце концов, она со вздохом произнесла: – Не понимаю я, хоть убей. Он за тобой повсюду ходит, шоколадками задаривает, жмется постоянно, а ты говоришь, что не нравишься ему. Как такое вообще возможно? И как понравится такому нудиле, как ты? Казутора неопределенно пожал плечами. Как объяснить то, что с трудом понимаешь сам, он не знал, а потому предпочел загадочно промолчать, чтобы окончательно не запудрить мозг Юдзухе. Да, заботу Коко трудно было не заметить, и, наверное, только благодаря ему новенький может чувствовать себя в классе относительно спокойно, но это точно была не любовь. И это странное отношение, вызванное непонятно чем, пугало Казутору, привыкшему к суровостям столичной жизни, хотя он и чувствовал, что забота Коко была искренней. «И как понравится такому нудиле, как ты?» – в голове почему-то сразу всплыли янтарные глаза Ханмы, и Казутора поспешно покачал головой: – Не надо мне нравиться. Мне и одному очень неплохо живется. – Как знаешь. Но на твоем месте я бы все-таки присмотрелась к Коко. Юдзуха самодовольно фыркнула и, ускорив шаг, быстро оказалась далеко впереди. Казутора, чуть задумавшись, остановился и в нерешительности обернулся. Раздраженность становилась все сильнее. С каждой секундой парень больше убеждался, что Ханма не появился из-за внепланового прихода Юдзухи. Девушка все испортила, он обязательно должен был прийти… В сердце неприятно кольнуло, когда Казутора обнаружил за спиной лишь опустевшую скамейку рядом с заброшенной детской площадкой у больницы. Что за странное чувство? Парень поднял голову вверх – пакет все еще был на месте. Покачав головой, Казутора, забыв о странной обиде, принялся догонять ушедшую довольно далеко Юдзуху, понимая, что одному на стремительно темнеющей улице оставаться не хочет. Да и дневная жара начинает спадать, и ветер поднялся. И, только переходя дорогу, Казутора вдруг услышал совсем тихий, едва различимый звук, напоминающий шелест шин велосипеда по ровному полу, и звон колокольчика, но, обернувшись, никого, конечно не увидел.