Крылья юга

Приготовления к эксперименту закончил только к вечеру. Это был не первый раз, когда герцог, уверовавший в свой ум и смекалку, велел готовить ритуальный зал для “главного эксперимента”. Была у Светлости и куча мелких, конечно. Некоторые он делал для научных работ и журнала, другие – для заработка. Были и обычные процессы, которые он делал на заказ постоянным клиентам, хотя это была незаурядная работа мастерового, а скорее какая-то дичайшая магическая жесть с потрошением живых существ. Такое обычные маги не делали, а вот герцог – да. Платой, как я понял, были вовсе не деньги. Это было влияние, дорогие артефакты, книги и прочие любимые игрушки Его Светлости. Несколько раз в качестве платы в замок прибывали наложницы-полулюди невероятной красоты. Барный шкаф иногда тоже пополнялся пыльными пузатыми раритетами. Не говоря уже о редких ингредиентах. Иногда мне казалось, что герцог не столь уж был энофилом, сколь просто любил похвастаться своей коллекцией. Напиться и уйти в гарем он мог и чем подешевле. Так что бутылки эти, как и у прежних хозяев, простаивали, набирая лишние года. Мне даже в голову пришла дурная идея: слить из бутылки вино и продать, а внутрь налить любое другое. Недостойно это, да. Но, честно говоря, я был без понятия, где раздобыть денег для Мойры на побег. Гронбаш был моим учителем и за помощь ему сам меня обучал. Оставался только Вельгор и мелкие подлости герцогу. Да что греха таить, очень хотелось отомстить белобрысому гаду. Хоть как-то. Но я свою гнусную идею так и не воплотил. В конце концов, герцог отыграется на ближайшем служке, а ближайший у него обычно я. Так что чур меня. Лучше просто пару камней сопру. Их там сотни, он и не заметит. Но возвращаясь к ритуалу. Очень редко Его Светлость проводил сложный ритуал. Подопытные в нём тоже участвовали, и подготовка занимала длительное время. Из пустыни от Карта я приволок в мешке брыкающуюся ящерицу, покрытую, словно бронёй, чешуёй. Была ящерка килограммов десять, так что в зал я волок тварюшку прямо по полу. Уж больно тяжела, а я и так за день набегался. Помимо неё я подготовил на полу руну. Делалась она нестандартно. Специальным магическим ножом в камне вырезался тонкий жёлоб, в который при ритуале сливалась кровь. По кругу в стене зала тянулась стальная лента, в которую были вставлены кристаллы энергетических источников. Ртутных, конечно, обычные такую магию не выдержат. Герцог часто сливал свою магию в них и меня заставлял. Хотя я это делал, только если был риск, что он меня засечёт поздно вечером с полным резервом, а в остальное время сливал в артефакты Вельгора или в свои собственные. Кроме этого, готовились специальные составы: для поддержания жизни у подопытных, стабилизации генома, состав разделения с астральным телом на основе яда кулли, подавление иммунитета и прочие-прочие радости герцогской лаборатории. Его Светлость парой кровавых избиений добился от меня точности и внимательности при изготовлении снадобий, так что с некоторого времени их я тоже делал сам. Оставив подготовленный ритуальный зал с рычащей ящеркой, пошёл собирать еду на ночное бдение. Честно говоря, я волновался. Вдруг Мойра всё ещё злится и не собирается со мной дальше общаться? Даже и не представляю, как наладить контакт заново! Но всё же я пошёл на кухню, чтобы собрать вкусности у Фел. Если не придёт, сам слопаю. Хотя от таких мыслей было немного тошно. А на кухне... был он. Моя нынешняя заноза. Господин синеглазый читатель мыслей. А я-то, дурак, думал, герцог его из-за резерва взял. На собрании магов бывший оборванец, которого я лечил в подвале, читал мысли для герцога. Конечно, всех тонкостей я не понял, но когда новый герцогский слуга озвучил то, что рыжий маг рассказывать отказался, до меня дошло значение фразы: “прочитай его”. Интересно, он читает вообще всех и всегда или ему для этого усилия надо прилагать? В общем и целом, кроме моего раздражения на спасённого парня, у меня теперь появился страх, что он разведает мои замыслы и сдаст герцогу. Мало ли за что? Выторговать себе что-нибудь? Свободу, например. В конце концов, герцогу он нужен был как раз на том собрании, а после? Хотя вряд ли вельможный гад его отпустит. Это как с хорошенькими девушками, дорогими винами и диковинными зверушками: надо не надо, а себе захапает. Я покосился на парня. Тот доедал кашу с мясом, не глядя, стуча по тарелке и пялясь на меня в упор, без стеснения. И я почему-то отвернулся. Зачем? Фиг его знает. Он же читает мысли, какие уж тут стеснения. Внутри ворочалось какое-то неприятное чувство. Ощущалось оно, будто я голый. Только не физически, а морально. Тьфу, надо переключиться. Я постарался направить свои мысли в продуктивное и безопасное русло. Нужно собрать еду, что-то попить и отнести в комнату. Там уже есть заныканные книжки, которые можно почитать с Мо. Ух, ё! Мо! Этот гад же меня читает, он узнает про наши посиделки! Я покосился на нового служку герцога, но тот уже переключился на служанок и теперь гипнотизировал их напряжённые лица своими очами. Городские служанки были давно дома. В кухне сейчас сидели только те, что работали в ночную, убирая тихонько ту часть замка, которая использовалась господами днём. Служанки долго не выдержали, стали под разными предлогами собираться и покидать кухню. Так. Надо собрать всё, пока они все не разошлись, и у Ириса есть другие цели для чтения мыслей. Взяв корзинку и спросив разрешения Фелисис, я зашёл в соседнюю комнату и стал накладывать себе еды в корзинку. Сперва туда отправились пирожки с мясом, вишней, яйцами с луком, рисом с грибами. Потом я полез в ящик с фруктами, набрал яблок, груш, персиков, поднялся, чтобы сложить это в корзину, и замер. Вроде бы я всех пирожков взял по две штуки, а их вдруг нечётное количество. Странно. Я сгрузил фрукты и доложил недостающий пирожок в корзинку и полез снова под стол за кувшином с компотом. Достал и стал запихивать в отделённый перегородкой раздел в корзинке, как раз под высокую посуду. Оценил припасы и снова застыл. Их опять нечётное количество! Вздрогнув, обернулся и со всё возрастающей злостью воззрился на высокого незаметного компаньона. Ирис стоял возле прохода и лопал пирожок, который явно взял из корзинки, поскольку других преступников поблизости я не обнаружил. Даже и не знаю, каких эмоций во мне было больше: злости, что он таскает еду из корзинки, а не из общей хлебницы, или отчаяния, что я даже не заметил его! Как так-то, а? Я же в Ленгри жил, был чутким, всё замечал, а опасность вообще за сто метров опознавал. Ну ладно, может, метров за десять, но я же его вообще проморгал! А он стоит за моей спиной и жрёт всё это время. Ирис лопал пирожок с серьёзной моськой, но глаза блестели, выдавая смех. Развлекается, зараза. Ты же мысли читаешь, а? Нравится? Гад глазастый. Я выглянул в проход на кухню для проверки на наличие наблюдателей. Только Фел гремела в дальней части кастрюлями, а больше там никого и не было. – Зачем ты пирожки из корзинки берёшь? Вон же, в общей лежат. – В общей неинтересно, – будто этот ответ оправдывает его, ответил парень и закинул последний кусочек. – А кто такая Мо? Я оскалился по наитию, демонстрируя агрессию, но на Ириса это не произвело никакого впечатления. Я вообще-то всех его обидчиков прикончил, ему не страшно? – Неа, – ухмыльнулся Ирис. – Так что вы там с Мо делаете? Ну, кроме явного – поглощения пирожков с фруктовым компотом. А? Я старался не думать, но картинки с нами, читающими книги, лопающими еду и играющими в пиратов на большой двухместной кровати, сами всплыли. И тут же лицо Ириса вытянулось удивлённо. – В пиратов? Хм, – он в размышлении посмотрел на потолок, а потом с довольной физиономией воззрился на меня. – Я не скажу герцогу о вашей дружбе и твоей способности говорить. Но при одном условии: я тоже хочу. – Чего хочешь? – насупился я. – Пирожки, книги и пиратов. – Чего?! Ты же взрослый! – оглядел я парня. На вид ему уже лет четырнадцать, такие в городе уже работают вовсю. – Мо в твоей голове тоже не маленькая. Так что? Договорились? И на меня, пожалуй, пирожков надо побольше взять, – и он, ничуть не сомневаясь в моём ответе, перегнулся через стол и стал докидывать в корзинку вкусности. – Эй, я ещё не согласился! И Мо будет против. – Думаю, ты не хочешь, чтобы герцог узнал о твоей способности говорить. Да и дружба со служанкой ему может не понравиться. М? Он же в моей голове эти страхи и взял. Вот гад! – Что, будешь лезть к нам шантажом? – кисло уточнил я, надеясь надавить на совесть. Но у него её не было. – Ну да. А как ещё с тобой общаться? Ты же чуть не кусаешься, стоит с тобой заговорить. – Может, я не хочу?! Ирис накрыл корзинку полотенцем, взял за ручку и понёс к выходу. – Хочешь не хочешь, а придётся, – спокойно сообщил он и пояснил: – Потому что этого хочу я. Так мы и пришли в мою комнату: я, Ирис и корзинка, которую я всё пытался у него отнять, но он неожиданно оказался сильнее.